Глава 3

Глава 3

Из окна моей комнаты в Башне Советов открывался чудесный вид на остров и сад, окружающий башню. Прижавшись лбом к стеклу, я тяжело вздохнула, жалея, что Драгон никогда не увидит этой красоты вечно цветущих растений. Я скучала по Бриару, и это слабо сказано.

Вчера ночью, впервые за долгое время, оказавшись без его тепла, я смогла уснуть только к рассвету, окончательно разворочавшись и смяв под собой простыни. Это было так непривычно: не чувствовать его сильные руки вокруг себя, не слышать сонного мурлыканья и не ощущать спиной огненную широкую грудь.

— И вот ты снова загрустила, — констатировал Марк с кресла, не прекращая наигрывать на гитаре мелодию-фон.

Только что мы с ним отужинали после долгого второго дня Совета, и, как хороший друг, он остался со мной, решив скрасить мое одиночество. Норд и Лаэрт стояли в коридоре, как всегда проигнорировав мою просьбу идти, отдыхать. Аргументы о том, что это Башня Советов, цитадель перемирия, и всякая атакующая магия здесь блокируется, их не впечатлили. Иногда я всерьез думала, что вместо Скорпионов им нужно было назваться Ослами, поскольку упрямее этой четверки я еще в жизни никого не встречала. Даже общепризнанная упрямица Ястреб Индира Висдом оставалась далеко позади в сравнении с братьями Хадерж.

— Я просто задумалась, — пожала я плечами, отвлекаясь от созерцания окружающей природы.

— О чем? — поинтересовался Стоун. — Хотя нет, подожди, сейчас я сам догадаюсь. Предмет твоих дум по желанию обрастает шерстью? Меняет цвет глаз и костную структуру? О, понял! — Он триумфально щелкнул пальцами. — Конечно же, ты думаешь об Эрелл!

Я расхохоталась над этим балбесом, упав в соседнее кресло и вытянув ноги.

— Да, безусловно, я думаю об Эл. Ты безумно проницателен!

— А то! — важно задрал голову Марк, улыбаясь. Правда, внимательно посмотрев на меня, друг тяжело вздохнул. — Но, если серьезно, Ри, то прекрати ты так тоскливо вздыхать. Подумаешь, три дня. Не три года же. Уже послезавтра будешь сама над собой смеяться, в очередной раз разнимая четверку Хмурых и Тигру.

— Ты не боишься, что когда-нибудь эта четверка Хмурых надерет тебе задницу? — покачала я головой, покосившись на дверь.

— Пусть попробуют, — отмахнулся Марк.

Я закатила глаза, съезжая в кресле. Однажды бассейн терпения Скорпионов иссякнет, и Стоун действительно получит саблей по пятой точке плашмя. Готова спорить, даже Норд уже пару раз подумывал об этом во время очередных ехидных выпадов Марка, не то что Ян.

Парень снова заиграл на найденной в углу комнаты гитаре, на этот раз напевая старинную балладу, одну из моих любимых. О Ветлоре, боге Солнца и Ветра, сыне Астеона и Таврики, полюбившем простую ведьму. Каждый день он целовал ее солнечными лучами и обнимал ветром, не показывая лица, пока девушку не захотели насильно выдать замуж за нелюбимого. Тогда сын Верховных разгневался и отправил за ней свою свиту: Аетала, бога честных дуэлей и ярости, хранителя снов Сомнуса, крылатого вестника Визтуса и покровителя веселья поэта-Вирта. Вчетвером те уберегли девушку от устроенного Ветлором урагана, унесшего жизнь претендента на ее руку.

Дослушать признание влюбленного бога и счастливую концовку о воссоединении героев помешал Норд, обратившийся ко мне мысленно:

— Моя королева, здесь Верховная Жрица Эланор. Впустить ее?

Нахмурившись, я махнула рукой Марку, и друг прекратил играть, обрываясь на середине куплета. Выпрямившись в кресле, я указала ему взглядом на дверь, намекая на посетителя.

— Да, конечно, Норд.

Дверь в мои покои открылась, и в комнату вплыла Эланор, учтиво склонив голову. Марк, увидев нашего гостя, вскочил с кресла, поклонился Жрице Таврики и повернулся ко мне, безмолвно спрашивая, оставить ли нас наедине. Чувствуя, что Эланор пришла не о погоде разговаривать, я кивнула, и Стоун, проказливо улыбнувшись служительнице Светлой Матери, ретировался.

— Добрый вечер, Ваше Величество. Как одна из Хранительниц Башни Советов я пришла передать вам просьбу царя Снежных Равнин, — сразу же выдала цель своего визита Эланор.

Так. Это уже совсем неожиданный поворот. Моргнув, мигом сбросив с себя всю сонливость и уют, навеянный музыкой Марка, я постучала пальцами по деревянным подлокотникам.

— И в чем она заключается?

— Царь Снежных Равнин приглашает вас на вечернюю прогулку по саду, прося о личной беседе. — Эланор показала мне брошь-переводчик, благодаря которому наш разговор мог пройти без свидетелей.

— Сейчас? — оторопело спросила я, не готовая к подобному. Такого в отчетах мамы точно не было.

— Он ждет ответа в течение этого часа.

— Дай мне минуту, — попросила я Жрицу, и та понимающе кивнула.

У меня не было причин не пойти на эту встречу. Во-первых, Иван Бесстужев внушал мне уважение, во-вторых, у Снежных Равнин не было никаких конфликтов с Темной Горой, как минимум, за последнее столетие и, в-третьих, это нужно было ему, а не мне. Кроме того, отказаться значило показать свой страх и неуверенность. Не то, что советуется демонстрировать главе одного клана другому.

Это должно быть что-то важное, — высказалась Люция. — Бесстужев не опускается до подлости, если ты опасаешься, что он свернет тебе шею под цветущими яблонями. Вот идти ли на подобную встречу с Варгом или Франсуа я бы еще подумала, а тут…

Я фыркнула на реплику духа-хранителя, соглашаясь. Действительно, правителям Туманной Реки и Яростной Бури я бы отказала без раздумий, поскольку не доверяла ни одному из них и на сотую долю.

— Хорошо, передайте, что я согласна, — взглянула я на Эланор, молчаливо дожидавшуюся ответа.

— Тогда через двадцать минут царь Снежных Равнин будет ждать вас у центрального фонтана, Ваше Величество, — поклонившись, Эланор отдала мне брошь и покинула комнату.

— Скорпионы?

Не прошло и десяти секунд, как вся четверка оказалась в комнате, выжидающе смотря на меня, уже достающую из шкафа, стоявшего тут, теплое коричневое пальто, принадлежавшее матери. Здесь был запас вещей на всякий непредвиденный случай. Еще одна заслуга Эланор и ее жриц, приглядывающих за комнатами, отведенными делегации Темной Горы.

— Мы отправляемся в сад, к центральному фонтану. Эланор передала мне просьбу царя Снежных Равнин о встрече, и я согласилась.

— И в чем подвох? — осведомился Ян, переглянувшись с братьями.

— В том, что он настаивает на беседе тет-а-тет, — выдохнула я, предвидя, насколько им это не понравится.

— Нет, — качнул головой Анис, поддерживаемый младшими братьями. — Пусть даже не мечтает.

— Ри? — серьезно посмотрел на меня Норд, пока не спешивший с выводами.

— Я не думаю, что он хочет причинить мне вред. Ему это просто не нужно. По крайней мере, я не вижу на то ни одной причины.

Старший Скорпион кивнул, согласный со мной, в то время как его братья явно не разделяли нашего мнения.

— Норд… — позвал его Лаэрт, прищурившись.

— Я знаю. Мне это не нравится так же, как и вам, но я верю Ри. В любом случае, она позовет нас, едва почувствует что-то не то, — спокойно выдержал взгляд белокурого Хранителя Норд.

— В этом уж можете не сомневаться, — пробормотала я, застегивая пуговицы пальто, пришедшегося мне впору, и прикалывая к нему брошь, оставленную Эланор.

В окружении своих настороженных даже больше обычного Хранителей, я спустилась по лестнице к выходу, предназначенному для ведьм Темной Горы. Выйдя на выложенную камнем дорожку, освещенную зажженными факелами, я повернула к саду, помня, что центральный фонтан находится слева.

— Туда, — указал Анис, выдыхая облачко пара. Здесь было холоднее, чем на территории нашего клана. Скорее всего, из-за ледяного ветра, дувшего с моря.

Иван Бесстужев и его Хранители уже стояли возле фонтана, ожидая нас. На воинах Снежных Равнин не было верхней одежды, все трое остались в том же, в чем и сегодня в Зале Советов, то есть в легких рубашках и джинсах. Наверное, по сравнению с их родным климатом, здесь сейчас просто адская жара.

— Я рад, что вы согласились на встречу, Виктория Мари, — чуть склонил голову Иван.

— Я не увидела причин для отказа, — так же выказала я ему уважение кивком.

— Думаю, мы можем оставить наших Хранителей здесь и пройти в беседку, в конце той аллеи. Вижу, подобная погода вам не по нраву, — чуть улыбнулся Бесстужев, заметив, как я поежилась от особо яростного порыва ветра. Сам Снежный Царь и бровью не повел на окружающую нас ноябрьскую промозглость.

Я посмотрела на Скорпионов. Вся четверка уже успела оценить месторасположение беседки, отлично просматривающуюся отсюда. Наверняка это их чуть подкупило, поскольку смотрели они на ведьм Снежных Равнин уже не столь сурово.

— Это вас устраивает? — мысленно обратилась я ко всем разом.

— Вполне, — ответил Норд.

— Хорошо. И никаких драк и перепалок с Хранителями царя, — я выразительно посмотрела на задиристого Яна.

— Да, моя королева, — лукаво посмотрел на меня младший Скорпион. Похоже, я только польстила ему своим подозрением.

— Мы не будем начинать ничего первыми, — добавил Анис.

— О большем и не прошу, — кивнула я, после чего подошла к ожидающему меня Ивану, оставляя Хранителей за спиной.

Бесстужев галантно предложил взять его под руку, что я и сделала. Мы неспешно направились к беседке, чувствуя спинами взгляды Хранителей. Пока Иван молчал, я пыталась прикинуть, что такого важного царь собирается сказать. Предложить союз? Вряд ли. Подговорить принять его сторону в каком-либо вопросе, который затронут завтра, на последнем дне этого Совета? Не похоже.

Сегодня в Зале Совета было по-настоящему жарко. Огненный Дракон и Яростная Буря сошлись друг с другом не на шутку в деле с ведьмой Варга, обвиняющей в надругательстве воина Цзиа. Четыре часа дискуссий, король Яростный Бури был доведен до белого каления, причем, кажется, не столько самой темой обсуждения, сколько невозмутимым видом императрицы Огненного Дракона. За все время у нее на лице ни один мускул не дрогнул. Даже тогда, когда выяснилось, что ее ведьма действительно виновен. Впрочем, насколько я поняла, она знала это заранее.

В итоге императрица пообещала, что воин будет наказан в соответствии с законом, но останется в своем поселении, хотя Варг настаивал на выдаче преступника его клану, а потом и на изгнании за Покров. Безрезультатно. Невозмутимо и непреклонно, Цзиа ответила, что попытки забрать воина силой ни она, ни ее воины не стерпят, открыто пригрозив Яростной Буре войной.

Это остудило пыл Варга, но он отыгрался на выборе меры наказания, которую поддержали все остальные монархи, включая меня. Двадцать ударов плетьми за нарушение границ и полвека заточения в темнице без магии за причиненный ущерб девушке. Незавидная участь.

— Я соболезную вашей утрате, — обронил Иван, посмотрев на меня. — Я уважал покойную королеву Мари Ору, она была достойной дочерью Темной Горы.

— Благодарю, — сглотнула я, не ожидая такого начала разговора. — Полагаю, ваши соболезнования это не та причина, по которой вы попросили о встрече?

Хороший ход. Только что я напомнила ему о том, что все это его инициатива. Уроки матери не прошли даром.

— Не единственная причина, — поправил Бесстужев, пропуская меня первой зайти в беседку, освещенную двумя подвешенными к потолку по разным сторонам фонарями с разноцветными огоньками.

— И не основная? — приподняла я бровь, присаживаясь на скамью.

— И не основная, — согласился Иван, опускаясь напротив меня. — На данный момент я старший монарх среди всего Совета. Это означает, что на мне лежит ответственность за нечто более существенное, чем даже благополучие моего клана. Вы понимаете, о чем я?

К собственному ужасу, понимала. Вот почему вместо переводчиков у нас были броши. Вот почему пришлось оставить Хранителей вне зоны слышимости. Тема разговора была слишком засекреченной и масштабной.

— Врата Тьмы, — выдохнула я.

— Именно, — кивнул Иван. — Когда позавчера вы вошли в Зал Совета, я не почувствовал на вас ключа. Где он?

— Я… Мари Ора не успела передать его мне, я не была посвящена в эту тайну и… — смутившись, я уставилась на затянутые в перчатки руки. — Я не знаю, где он.

Бесстужев выдал что-то на своем языке. Видимо, ругательство, которое брошь не смогла перевести.

— Она не оставила вам инструкций? — неверяще переспросил Бесстужев.

— Это… была весьма тяжелая ситуация, — выдавила я, не горя желанием оправдываться перед Снежным Царем и объяснять еще и ему свой кретинизм с уходом из клана и отказа от магических способностей. — И кроме того существует еще одна серьезная проблема, которую я не решилась затронуть на Совете, — выпалила я, вскинув голову.

— Что-то серьезнее, чем потеря одного из ключей от Врат Тьмы? — строго посмотрел на меня Иван, отчего я сразу же почувствовала себя провинившимся школьником перед учителем, а не королевой, беседующей с правителем другого клана.

— Вероятно, — кивнула я, поднявшись и пройдясь от одной стены беседки до другой, занервничав. — Не знаю, как, это было до меня, но, очевидно, произошла утечка информации. Карл Ревендж знает о Вратах Тьмы. Мне доподлинно известно, что он и его союзники искали ключ на территории Темной Горы.

— Великолепно, — оценил Бесстужев после минутного молчания. Я позавидовала его выдержке, поскольку и идиоту стало бы ясно, что царь Снежных Равнин потрясен, и на языке у него вертится отнюдь не высокопарный слог.

Я снова опустилась на скамью, на этот раз, уставившись в пол. Скажем прямо, мы с матерью облажались. Она, не посвятив меня во всю эту историю, а я, предоставив возможность Ревенджам хозяйничать в Темной Горе.

— Не думаю, что ключ у него, — покачал головой Иван. — В противном случае, он уже попытался бы применить его. Ни я, ни Цзиа, вторая по старшинству, не почувствовали каких-либо изменений в этом плане. Уверен, ключ все еще на вашей территории.

Люция? Это так?

Святая Таврика, за что мне такое наказание досталось? — вопросила рысь. — Вспомни, что тебе было сказано в Чертоге Провидец?

Нахмурившись, я постаралась припомнить, о чем со мной говорили бабушки и мама во время моей клинической смерти на дуэли с Джошуа. С каждым днем память об этом разговоре все больше стиралась. Например, сейчас я уже не могла сказать точно, кто именно из них что тогда мне сказал.

Не так уж и много… Мне предложили выбор остаться, или вернуться, рассказали о том, что теперь я хранитель ключа… — я хлопнула себя по лбу, вскочив со скамьи.

Бинго! — фыркнула Люц. — Ничего без меня сделать не можешь!

— Ну, конечно же!

— Виктория Мари? — непонимающе позвал Бесстужев, напоминая о своем присутствии. Одновременно с этим мне показалось, что он сдерживает смешок.

Я улыбнулась правителю Снежных Равнин:

— Вы правы, Иван. Мари Ора никогда не оставила бы меня без инструкции, тем более, будучи опытной провидицей. Я не знаю, где ключ, но догадываюсь, как его найти.

— Что же, это отличная новость, — в голубых глазах царя мелькнуло облегчение, сравнимое с моим собственным.

Действительно, он не был похож на Варга или Франсуа. В нем присутствовала черта им незнакомая. Благородство. Он мог поднять этот вопрос на Совете, или позвать на встречу остальных правителей, но предпочел решить вопрос деликатно, с глазу на глаз. Мог бы уже раз пять опуститься до оскорблений и обвинений, поводов было предостаточно, но вместо этого лишь постарался обнадежить меня, что ключ не попал в плохие руки.

— Почему вы так смотрите на меня? — не выдержала я, поняв, что все это время, после его вердикта, мы просмотрели друг на друга.

— Вы кое-кого мне напоминаете, — грустно улыбнулся Бесстужев, и это искреннее проявление эмоций добавило ему в моих глазах еще очков десять.

— Кого? — с интересом спросила я.

На лицо его, словно вуаль, опустилась печаль. Горькая, жгучая, причиняющая острую боль. Вновь у меня перед глазами возник образ открытой раны.

— Одну валькирию, — тихо, скорее самому себе, ответил Иван, однако, не прошло и секунды, как он, словно встряхнувшись, посмотрел на меня уже более серьезно. — Надеюсь, к следующему Совету, вы найдете ключ, и проблема с Карлам Ревенджем будет решена. В случае его поимки на территории Снежных Равнин, мы отдадим его Темной Горе.

Я поняла, что наша беседа подошла к своему логическому концу, неожиданно ловя себя на мысли, что не хочу этого. Что-то в Бесстужеве было. Что-то, что расположило меня к нему с первого взгляда. Боль, которую он прятал. Знакомая мне боль потери и утраты.

— Благодарю, — признательно кивнула я. — Иван…. — Он выжидающе посмотрел на меня. — Я… Я очень признательна вам за этот разговор, и я хочу, чтобы вы знали, Темная Гора не претендует на блага Снежных Равнин и настроена к вашему клану миролюбиво.

— Взаимно, Виктория Мари, — с легкой улыбкой оценил Бесстужев мою искренность, как я и надеялась. — А теперь давайте вернемся и разведем наших Хранителей, пока они не опустились до соревнования «кто дальше плюнет?».

Не сдержавшись, я засмеялась, поскольку фантазия у меня всегда была богатой. Представить же Скорпионов, участвующих в подобном…

Улыбнувшись, Иван снова предложил мне взять его под руку. Больше не чувствовалось того неловкого официоза, как в первые минуты нашей встречи. Возможно, потому что я симпатизировала Ивану, возможно, потому что отношения между нашими кланами не были напряженными, а может, потому что в ответ на мою эмоциональность и открытость он платил тем же. Думаю, всего понемногу.

Своих Хранителей мы нашли на тех же позициях, вот только ни от меня, ни от Ивана не укрылось, как они переглядываются между собой. Очевидно, что-то тут все же произошло, пусть и без физического контакта. По крайней мере, руки-ноги у всех были целы.

— Мне следует об этом знать? — мысленно спросила я Скорпионов, когда братья, успев оценить мой внешний вид и состояние и, найдя их приемлемыми, привычно заключили меня в квадрат.

— О чем? — переспросили они в унисон, при этом совершенно невинно смотря на меня. Прямо как Хранители Ивана на него сейчас. Видимо, царь спрашивал своих воинов о том же.

— Понятно. Идемте, — посмотрев на Бесстужева, я уже вслух произнесла: — До завтра, Иван.

— Доброй ночи, Виктория Мари, — кивнул Иван.

Повернувшись, я направилась обратно, к входу в Башню Перемирия для ведьм Темной Горы, крепко задумавшись. Удивительно, каждый раз, как я думаю, что большей идиоткой уже быть не могу, что-то убеждает в обратном. В Чертоге Провидец кто-то из бабушек сказал, что я все найду в их дневниках.

И чем все это время, с коронации, занималась я? Да чем угодно, только не чтением дневников! Как это так взяло и вылетело из моей головы?

Спорим, я знаю ответ на этот вопрос? — хмыкнула Люция.

Неужели?

Ага, такой красно-черный родственный мне ответище, — протянула рысь.

Драгон. Я на пару мгновений застыла на последней ступеньке, сжав рукой изящные расписные перила. Святая Таврика, и, правда, Люция права. Я настолько погрузилась в наши с Драгом отношения и поиском времени на них, что это стало главным приоритетом, главнее поисков ключа.

Все это время я просто искала себе оправдания, говорила, что в присутствии Хранителей и моего вертигра ключа, особенно, не поищешь, но на деле… Я отлынивала, не осознавая масштаб проблемы. Думала, что осознаю, но сегодняшняя встреча с Иваном показала мне, насколько узко я мыслила до этого.

— Моя королева? — Норд вопросительно посмотрел на меня, обернувшись.

Моргнув, выныривая из собственных мыслей, я поняла, что все четверо ждут, когда я возобновлю движение.

— Ничего, задумалась, — качнула я головой.

— Чего хотел Бесстужев? — спросил Анис, едва я переступила порог своих покоев.

— Обсудить некоторые вопросы, — поморщилась я, стоя спиной к Хранителям и развязывая пояс пальто. — В результате мы пришли к выводу, что Темная Гора и Снежные Равнины не соперники друг другу и настроены обоюдно миролюбиво.

— Это, как мы понимаем, не все? — я практически чувствовала, как макушку прожигает серьезный взгляд карих глаз Норда. — Как твои Хранители, в определенный момент мы почувствовали твои тревогу и опасения.

Я мысленно застонала. Если Хранители почувствовали мои эмоции, значит, те были достаточно сильны, и общими фразами не откреститься.

— Парни, послушайте, — я повернулась к ним лицом, наконец-то, выиграв сражение с тугими пуговицами пальто. Братья внимательно смотрели, заранее готовые к любой гадости. Жизнь со мной научила их этому. По закону подлости в любой проблеме я выбирала именно тот вариант решения, который стопроцентно им не нравился. — То, о чем мы разговаривали с Иваном, касается только правителей. У меня просто нет… — я запнулась, подыскивая слово, — права рассказывать это кому-то еще. Даже вам.

Хотя мне определенно стало бы проще, — добавила я уже про себя.

— Это угрожает тебе? — нахмурился Лаэрт.

— Нет.

— В таком случае, нас это не касается, — сделал вывод Ян. — До тех пор, пока ты не решишь нам доверить это. Разумеется, если мы будем достойны подобного доверия.

Я тяжело вздохнула, чувствуя, насколько они недовольны и отчасти обижены, но что тут можно было поделать? Сегодня скажу им, завтра Марк что-нибудь заподозрит, послезавтра Джил, и все они будут давить на близкие отношения со мной? Нет, номер не пройдет.

— Дело не в доверии, Ян, — строго посмотрела я на Хранителя. — Вы все знаете, что вам я доверяю все, что касается меня. Начиная с собственной жизни и заканчивая мыслями. Можете обижаться, но я не скажу сверх того, что уже сказала. У меня нет права посвящать вас в то, что касается лишь правителей.

— Да, Ваше Величество, — склонились все четверо.

Сузив глаза, я схватила декоративную подушку и пульнула в них, вызывая смешки.

— Я говорила не называть меня так! — возмущенно уставилась я на братьев Хадерж.

— Прости, Ри, — исправились Скорпионы, и, судя по потеплевшим взглядам и улыбкам, конфликт был исчерпан. Слава Таврике.

На следующий день, после еще одной беспокойной ночи метаний по кровати и завтрака в компании всей делегации Темной Горы, ведьмы вновь собрались в Зале Совета на заключительное третье собрание. Меня грела мысль, что вечером я уже буду с Драгоном, и ночью мне не понадобятся теплые колючие носки и прятать голову под одеяло, чтобы согреть отмерзший нос.

Собрание началось с претензий Франсуа Грамона к Бесстужеву. Честно, не завидовала я месторасположению Снежных Равнин, зажатых между Яростной Бурей и Туманной Рекой. Тем более что два этих клана заключили между собой союз. В случае чего они могут применить нечто вроде «орехоколки», одновременно напав каждый со своей стороны. Иван не мог не понимать этого, однако все шесть веков правления ему удавалось удерживать свои границы, не прибегая к чьей-либо помощи. Это заслуживало уважения, если не сказать восхищения.

Наблюдая за Снежным Царем, как легко он уходит от требований Франсуа, твердо стоит на своем и не позволяет Грамону доминировать, я решила взять некоторые его реплики на заметку. Неудивительно, что за положением дел, касательно Врат Тьмы, наблюдал он. Больше здесь никто на это не тянул. Даже невозмутимая серьезная Цзиа, позволившая себе за все дни Совета улыбнуться всего раз или два.

В итоге Грамон остался ни с чем. Дело было в каком-то редком растении, необходимом целителям. Куст вырос прямо на границе, ветками склоняясь на сторону Туманной Реки, а корнями прорастая в Снежных Равнинах. Из этого Иван и вывел, что куст принадлежит его территории, и пусть Осы, отряд медиков Туманной Реки, и не думают протягивать к нему свои жала.

К четырем часам дня Совет завершился, и, попрощавшись очередной торжественной формулировкой, гласившей, что за пределами Башни Совета перемирие заканчивается (исключение кланы, состоящие в союзе), монархи вывели свои делегации каждый через свои двери.

— Свобода! — провозгласил Марк, пока я вела всех следом за Эланор к порталу, должному открыться в коридоре.

— Видели выражение лица Грамона, когда Бесстужев культурно послал его сачком шоаровых гарпий ловить? — хмыкнула Сэра.

Я хихикнула, так же оценив мину Туманного Короля. Кивнув Норду и предвкушая встречу с Драгоном, я пропустила его с Лаэртом в портал перед собой. Шагнув следом, в сопровождении Аниса и Яна, я привычно вздрогнула, когда меня словно разобрало на части и тут же снова собрало.

— Ох. Дома, — улыбнулась я с облегчением, оказываясь в тронном зале, где всех нас уже поджидал Тристан Вайт, оставленный в мое отсутствие за главного у Ястребов.

— С возвращением, — кивнул воин. — Как прошло?

— Без эксцессов с нашей стороны, — довольно ответила я, по-настоящему расслабляясь. Хотя, вру. По-настоящему я расслаблюсь только в сильном защищающем объятии Драгона. — Драгон здесь?

— Нет, не появлялся еще, — улыбнулся Вайт. — Зак не выдержал и полчаса назад, порталом, отправился в Вэндскоп.

Я посмотрела на Скорпионов, наблюдающих за прибытием остальных ведьм из нашей делегации.

— Может…

— Конечно, — согласились они сразу, понимая, о чем я хочу попросить. Последовать за Заком. Мне не терпелось увидеть Драга, а уж завтра я начну поиски ключа, зарывшись в семейные дневники с головой.

Чайки Вира Тэренс и Кристина Грей, посмотрев на меня, улыбнулись, остановившись рядом со своими возлюбленными.

— Нам по дороге, — отметила Вира, робко взяв за руку Норда, и тут же получая пусть и мимолетный, но полный нежности взгляд Старшего Скорпиона.

Мы быстро распрощались с женщинами Рейнхардт, Киром, Марком, Редмандом и Воронами и покинули Королевский Дом. На ходу я призвала привычную удобную форму Ястреба, и бодро зашагала по поселению. На улице Воинов мы попрощались с Вирой и Кристиной, которых Лаэрт и Норд проводили до дома, а потом я побежала из поселения, через Восточные Ворота, вверх, прямо в лес, откуда было лучше всего открывать портал до леса Вэндскопа.

Норд, видя мое нетерпение, быстро создал портал, и я первой нырнула в него, тут же выпрыгивая на промерзшую землю. Рядом, с секундной заминкой, застыла четверка Скорпионов, выразительно посмотрев на меня. Как же, целых полторы секунды без их присмотра.

— Ой, отстаньте, — отмахнулась я, поворачиваясь на северо-восток, где находился особняк Бриаров.

Плевать, что, возможно, Софи будет не в восторге от моего появления. Главное увидеть и почувствовать рядом Драгона. Выдохнув, я припустила по лесу в квадрате своих Хранителей, знавших дорогу не хуже.

Вылетев с опушки, еще издали приметив горевший в окнах особняка свет, я миновала ограду, вбегая в царство клумб, цветы которых находились под старательной опекой Софи и Эрелл. Однако, увидев Эл и Зака на веранде, мы со Скорпионами остановилась на первой ступеньке, ведущей к ним.

Эл плакала на плече у Ловеля, вжимаясь в него. Стройную фигурку верволчицы сотрясали нешуточные рыдания. Она буквально повисла на руках удерживающего ее Зака. Чувствуя неладное, я сжала руки в кулаки, понимая, что случилось что-то ужасное.

— Ребята? — осторожно позвала я.

Зак, до того нашептывающий нечто успокаивающее на ушко любимой, посмотрел на нас. Следом голову к нам повернула и Эрелл. Увидев ее заплаканное лицо, я внутренне вздрогнула, готовясь услышать о чьей-то смерти.

— Что случилось? — не выдержала я, поскольку их сочувствующие взгляды напугали меня куда больше рыданий младшей Бриар.

— Драгон, — хрипло прошептала Эл. — Драгон ушел. Насовсем.