Глава 23 · Марго вновь оказывается перед непростым выбором

Возле зачарованного проема их ждал один из друзей Бадди. Он уже заранее помахал рукой, привлекай внимание дам. И Марго основательно встревожилась, что остальных мужчин нигде не видно.

С разбегу ломанулась в проем и замерла в полном изумлении.

Картина ее глазам открылась воистину сюрреалистическая. В гробнице обнаружилось все, кроме саркофага с демоницей. Точнее, саркофаг тоже наличествовал, но на него, как шкурка на сосиску, в полный рост наделся магический кактус.

И сейчас сей магический артефакт стоял на постаменте в нарядном ядовито-зеленом «костюмчике», сплошь утыканный колючками. Там, где у демоницы должна была находиться грудь, хлопали пушистыми ресницами ярко-голубые Бэрриморьи глазки. В изголовье розовел свеженький трехъярусный цветок.

— Ик! — невольно вырвалось у Марго.

Этот звук вызвал взрыв гомерического шепота.

— О, Боги, — выдохнула из-за спины Анабель. — Это ж не пойми на что похоже!

— Во-во, и мы том, — радостно подхватил один из студентов, — оделся, как…

Договорить не успел, потому как огреб подзатыльник от Бадди.

— Тише, — прошипел тот, — следи за языком. Тут леди.

От этих слов ушибленный хрюкнул и заржал пуще прежнего.

Бэрримор дернул паучьми лапками и громко зачавкал.

— Как бы он переварил ее вместе с саркофагом. — Озабоченно проговорил Генри. — А то получится, что псам отдавать будет нечего.

Марго набрала полную грудь воздуха, выкинула из головы все непотребные ассоциации и решительно заявила:

— Не переварит. Я прослежу.

— Ну, если так, тогда грузим?

— Да.

Бадди подскочил к Анабель, взял ее за локоток и заворковал:

— Дорогая, ты бы вышла. Здесь сейчас будет много слов, не предназначенных для твоих нежных ушек.

От этого Марго окончательно ошалела, подхватила маркизу под руку и вытащила в коридоры подземелья.

— Здорово ты его выдрессировала.

Анабель довольно улыбнулась.

— Я же тебе говорила, что Бадди душка. Просто с ним надо построже, как с ребенком.

Марго живо представила себе на месте Бадди Генри и поняла, что у нее такой фокус точно не пройдет. Да, собственно говоря, в этом не было никакой необходимости. Граф Орчей являл собой образец здравомыслия. Если его, конечно, перед этим не накачали приворотным зельем.

Очень скоро тележка с зеленым безобразием выкатилась из усыпальницы. Следом с шуточками вышли мужчины.

* * *

Собственно говоря, о дальнейшем пути толком рассказывать было нечего. Во дворе пикантное зрелище накрыли металлическим коробом. Плотно закрепили болтами. Всю конструкцию закатили по мосткам на большую телегу, запряженную парой тяжеловозов. И со скоростью больной черепахи тронулись в путь.

Ехали на двух машинах, в том же составе, что и в графство Шир. Брать с собой студентов не стали.

Бадди предусмотрительно накидал в телегу разных технических диковин. Развел интригу, напустил туману, намекнул, что все это поможет выгрузить саркофаг на месте без проблем.

Ехали долго. Правда, без приключений и нервотрепки. Марго даже успела вздремнуть. На месте все прошло, как по маслу. С инженерными выкрутасами саркофаг не только спустили с телеги, но и скатили в овраг. Благо дни стояли жаркие, и болотце пересохло.

Остановились возле кустов аканты. Бадди даже передернулся от воспоминаний и пожаловался:

— Опять эти колючки! Шагу не ступить нормально, везде они.

Марго громко фыркнула, вышла вперед, коснулась пальцами шипастых веток, давая принюхаться, узнать. И прошептала:

— Пропусти нас.

Кустарник дрогнул, пришел в движение и целым сектором втянулся в землю. Марго картинно склонилась, указывая руками на проход:

— Милости просим.

— Просит она, — буркнул Бадди, прихватил на тележке ручку спереди и потянул. Рядом с ним встал Генри. Казика определили подталкивать сзади и страховать на случай неприятностей.

Едва колеса коснулись сиреневых плит, сработала магия. Дорожка раздвинулась, увеличилась вширь как минимум вдвое. Стала удобной и просторной.

Марго шла следом за саркофагом, наступая исключительно на мысочки, и костерила собственное упрямство на чем свет стоит. Тонкие каблучки ее туфелек были совершенно не приспособлены для ходьбы по округлым камешкам мостовой.

От усилий, от неудобства у ведьмочки ужасно болели и ступни, и лодыжки, только вслух признаться в этом она не могла.

* * *

Псы окружили их уже на подходе к родовой усыпальнице. Появились словно ниоткуда, взяли в кольцо. Тихо. Беззвучно. Быстро. Напрочь отбили желание шутить и балагурить.

И Марго по спине побежал холодок. Слишком свежи были воспоминания о прошлом разе. О прошлой темной душе. О том, как близка оказалась к краху.

Мужчины застыли неподвижно. Ведьмочка беспомощно огляделась, наткнулась на не менее испуганный взгляд Анабель и поняла, что сейчас все ждут именно ее слов. Потому что, кроме нее самой, магия здесь никому не подвластна. Теперь не подвластна. С тех самых пор, когда даже Казик превратился в обычного человека.

Марго переборола страх и улыбнулась:

— Что замерли, как истуканы? — выпалила она и подивилась, как звонко прозвучал голос. — Саркофаг сам себя на место не доставит.

— А и правда? — спохватился Бадди. — Чего это мы! А ну, мужики! Навались!

И мужики: граф, герцог и маркиз — навалились. Тележка дрогнула и, стуча ободьями по камню, покатилась вперед. Сразу стало легче дышать.

Портал обнаружился неподалеку от гробницы. Он совершенно не отличался от предыдущего — черное, дымное, пульсирующее пятно. Пугающее и непонятное.

Мужчины постарались подвезти тележку почти вплотную к нему, взглядом спросили одобрения у ведьмочки и сняли крышку. Внутри все было по-прежнему — зеленая колючая шкурка, надетая на саркофаг.

Псов сие зрелище невероятно заинтересовало. Они потянули носами воздух, напряглись.

— Где душа? — пролаял один. — Тут нет!

— Есть, — даже обиделся Бадди. — Как это нет? Если снять с каменного ящика Бэрримора, прямо под ним и найдете.

— Нет! — вновь тявкнул пес. — Мы не чуем. Ложь! Ложь!

Привратники, как по команде, прижали уши, оскалились и зарычали.

Марго показалось, что они вот-вот нападут.

— Погодите! — выкрикнула ведьмочка, не давая случиться непоправимому. — Есть душа! Честное слово есть. Только на ней надет оберег.

— Оберег?

Псы переглянулись.

— Печать Богов, — подал голос Казик. — Вы из-за нее не можете найти дух.

— Печать надо снять.

— Снимем, — тут же пообещала Марго, но осеклась.

Она понятия не имела, как это выполнить. Что будет, если демоница вновь окажется без оков? Смогут ли они с ней совладать?

— Проблема? — Генри подошел незаметно и обнял любимую супругу за плечи.

— Пока не знаю.

Она закрыла глаза и позвала фамильяра:

— Бэррик! Как там у тебя дела?

В ответ услышала сонное ворчание.

Сверху шумно захлопали черные крылья. На поляну приземлился взъерошенный ворон.

— Граф Аристо рад, — известил он.

— Погоди, — отмахнулась Марго, — сейчас не до тебя.

И позвала на этот раз вслух:

— Бэрримор, ответь. Темная душа спит? Просто моргни.

Кактус открыл глаза, напрягся и утвердительно моргнул. Над поляной, над сиреневой дорожкой пронесся облегченный вздох.

— Если ты выпустишь ее на волю, она проснется?

Голубые глаза вновь закрылись и тут же распахнулись. Снова «да».

И Марго задала последний вопрос:

— А если мы снимем с нее амулет, она будет мстить?

Кактус замер. Просто закрыл глаза и больше не открыл.

— Что? — всполошился Бадди. — Что это значит?

— Он не знает, — ответил для всех Казик.

— Послушайте, — Бадди не унимался, — но мадам Лилит говорила, что эта Вивиан приходила к ней сама. Что просила отпустить.

— Ты ей веришь? — резонно вопросил Генри.

— А почему нет? — Парень браво подбоченился. — Тем более Марго нас всех обезопасила!

На этих словах ведьмочка поморщилась, словно ненароком откусила кусок лимона. Кто знал, насколько надежна ее защита против невинно убиенной ведьмы? Кто смог бы поручиться, что ее нельзя одолеть?

Бадди ее гримасу не заметил напрочь.

— И потом, надо что-то делать! Не зря же мы ее сюда притащили?

— И правда, — кхекнул Казик. — Друзья мои. Я никого не призываю идти за мной. Вы вольны прямо сейчас вернуться. Я же преодолею этот путь до конца. Я не вправе отступать. Но также не вправе требовать подобного и от вас.

* * *

Удивительно, но после его горячего выступления никто даже не двинулся с места. Лишь Анабель встала поближе к мужу, всем видом выражая готовность идти до конца. Марго это несказанно поразило.

Она уже собралась высказаться, но Генри опередил.

— А теперь послушайте меня. Я абсолютно уверен, что все у нас выйдет.

Все воззрились на графа с молчаливым вопросом.

— Вспомните пророчество Маргарет Шир. Оно ни разу нам не соврало. Ни разу не ошиблось даже в мелочах. Так вот, там нет ни слова об опасности. Смотрите сами.

Генри вытащил из кармана лист бумаги и развернул.

— Читайте.

Марго это было не нужно. Слова она помнила наизусть:

Когда пробьет надежды время,

Дух облечется в плоть и кровь

А тот, кто честен был и верен,

Получит шанс вернуть любовь

Расправит крылья скорбный ангел

Найдут покой цепные псы,

Сплетая судьбы из мгновений,

Пойдут старинные часы.

Но стоит лишь разбить оковы

Нетленности развеять прах

И две души освобожденных

Жизнь обретут на небесах.

Пусть первая строфа говорила о том, что уже свершилось, ведьмочка мысленно повторила и ее. Именно эти слова казались ей самыми важными. Тот, кто обрел кровь и плоть, получит шанс вернуть любовь.

А, значит, Генри прав, значит, все у них выйдет.

Марго шумно выдохнула и мысленно приказала:

— Бэрримор, освободи ее, но далеко не уходи. Будь наготове.

Никто не успел понять, как зеленый колючий «футляр» исчез, открывая взору иссушенное временем тело. Сейчас при свете дня оно выглядело особенно ужасно.

Марго не стала медлить, подошла к саркофагу и одним движением стянула с мертвой шеи медальон.

* * *

Мумия открыла глаза и села. Вдохнула полной грудью и обвела окрестности слепым взглядом.

Бадди осенил себя охранным знаком, но так и не тронулся с места.

Вивиан Орчей, ведьма три века назад убитая вероломным мужем, подняла лицо к небесам и блаженно улыбнулась.

В голове Марго зазвучал тихий голос:

— Не надеялась уже, что доведется увидеть небо вот так…

С неба сияло летнее солнце. Из-за деревьев набежал ветерок, всколыхнул удивительно сохранные волосы мумии.

Мертвая женщина опустила лицо и уставилась на Марго.

— Спасибо, ведьма, — проговорила она беззвучно.

Не было в этом голосе ни злобы, ни ненависти, лишь безграничная усталость.

— Не за что.

У девушки к горлу подкатил удушливый ком. На глаза навернулись слезы.

Та, что когда была графиней удивилась:

— Тебе меня жалко, ведьма?

Марго в ответ лишь всхлипнула.

Мумия кивнула:

— Это прекрасно.

— Что прекрасно?

— Прекрасно уходить, когда о тебе скорбят. Меня так давно никто не жалел.

Ведьмочка даже не заметила, что самым позорным образом разревелась.

— Что? Что она говорит? — горячо зашептала Бадди.

Марго лишь дернула плечом.

— Прощай, ведьма.

Над почерневшим от времени телом воспарила удивительно светлая душа. Поднялась ввысь, раскинула руки и устремилась в темный провал портала.

Казик задумчиво проводил взглядом сияющий силуэт, уходящий за грань этого мира. Дождался, когда туда же юркнут псы, а само пятно схлопнется, и проговорил:

— Вот и вторая душа попала на небеса. Все, как сказано в пророчестве.

— Думаю, они обе отправились прямехонько в ад, — возразил циничный Бадди.

— Почему? — изумилась Марго. — Если по совести, то ни Вивиан, ни Анна Белла не виноваты, что из них сотворили монстров. Они сами жертвы.

— Давайте, не будем спорить, — встряла в разговор Анабель. — Мы выполнили условие псов? Вот и ладно. А в рай или в ад, какая разница.

Марго с ней не согласилась, но тоже решила, что спор сейчас неуместен, а потому промолчала.

— Пойдемте уже выручать Маргарет, — попросил Казик.

Все переглянулись, словно только сообразили, для чего вообще приехали сюда.

Марго почему-то вспомнила недавнюю живую каменную фигуру с вырванным сердцем и буквально содрогнулась от ужаса. Что им покажут в этот раз? Выколотые глаза? Не даром же у скорбного ангела на лице повязка.

Воображение ведьмочки понеслось вскачь, и ей с трудом удалось отогнать жуткие картины.

Генри словно почувствовал настроение жены, обнял за плечи, прошептал:

— Не бойся, я рядом.

И Марго поняла, что именно этого ей сейчас не хватало. Слов, объятий, заботливого тепла.