Глава 6 · Марго заказывает наряд

Любите сюрпризы? Вот вам!

К приходу модистки Марго подготовилась основательно. Для начала отправила Казика в заточение. А потом, чтобы любопытный фамильяр не подслушал разговор, сняла кулон и убрала его в шкатулку.

Как ей удалось уговорить шокированную модистку на авантюру, мы опустим. Это совсем не важно.

Самое главное началось чуть позже — через неделю.

Вечером, накануне торжества, отправляясь на ужин, ведьмочка прихватила с собой изящный футляр из полированного дерева с вензелем «ГО» на крышке. В душе у нее все пело от ликования. А в глазах плясали злокозненные бесенята, губы расплывались в загадочной улыбке

Казик украдкой бросал на наследницу взгляды и укоризненно качал головой. Мысли Марго были ему недоступны. Их словно занавешивал плотный непроницаемый туман. Эта странность откровенно разила древней давно забытой магией.

Фамильяр примерно догадывался, где девчонка раздобыла столь полезное заклинание, но проверить свои догадки не мог. А потому решил спросить прямо:

— В подземелье спускалась?

Марго сбилась с шага и обернулась:

— Да, и что? — спросила она с вызовом.

Казик сделал вид, что ничего не заметил. Ответил, тщательно скрывая иронию:

— Ничего. Только хотел сказать, что ты взрослеешь. Учишься сама принимать решения.

Лесть была воспринята за чистую монету. Марго тут же оттаяла и затараторила:

— Ты не представляешь, я там столько всего интересного нашла! Вот вернемся, сам увидишь.

— Ты хочешь сказать, что перетаскала потайную библиотеку рода Орчей к себе в комнату?

Марго пренебрежительно фыркнула.

— Не всю. Я же не дура!

С последним утверждением Казик бы с удовольствием поспорил, но он вовремя прикусил язык, чтобы не спугнуть откровенность.

— Я взяла те книги, которых нет в запретных списках. — Ведьмочка остановилась и выпалила совершенно счастливо: — Знаешь, как я здорово научилась проходить сквозь стены?

— Неужели? — Казик недоверчиво поднял одну бровь. — И даже не застреваешь по пути?

— Ни капельки. Хочешь, докажу?

Бывший лорд Браганте не успел отреагировать на это предложение, как Марго всучила ему таинственный футляр, ринулась к ближайшей стене, на миг притормозила, произнося заклятие, с легкостью прошла сквозь каменную толщу и исчезла с глаз.

Куда занесла девчонку очередная шалость, Казик не знал. Но за стеной тут же раздался грохот, звон бьющегося стекла. Пол содрогнулся. А вслед за этим тишину прорезал мощный басовитый вопль: «Сгинь! Сгинь, нечистая! Сги-и-и-инь!»

Он прокатился по пустому коридору, обзавелся шлейфом отголосков и растаял вдалеке.

Казик от неожиданности вжал голову в плечи и присел. Когда звук затих, фамильяр хотел уже было ринуться вслед за неугомонной ведьмочкой, но та сама вывалилась обратно в коридор, бросила, давясь хохотом:

— Бежим!

И понеслась по коридору.

* * *

Остановилась она почти на пороге столовой. Прислонилась к стене и зашлась в беззвучном хохоте.

— Марго! — Казик завис рядом и недовольно нахмурился. — Что ты опять натворила?

— Ой, ничего такого, — еле выдавила из себя девчонка. Подняла глаза и шумно прыснула. — Представляешь, у мадам Жози завелся новый амур!

Фамильяр представил необъятные телеса любвеобильной кухарки и тоже не смог сдержать улыбки.

— Это он так орал? — Казик кивнул в сторону коридора.

— Ага! — вновь обрадовалась Марго. — Я им немного, ээээ, помешала амурничать. Видел бы ты, какие у них забавные лица были!

— Марго! Как тебе не стыдно. Ты же благовоспитанная девица!

— Да помню, помню. И вообще, я не нарочно!

Ведьмочка, прерывая воспитательный процесс, выдернула из рук фамильяра ларец, сама открыла дверь и вошла в столовую. Там уже ждали мужчины. Генри, невозмутимый, как сфинкс и основательно взвинченный Бадди. При виде юной леди они, как диктовал этикет, поднялись и поклонились. Марго вся это куртуазность изрядно позабавила. Было бы гораздо проще обойтись вообще без нее. Но, куда деваться? Этикет!

— Добрый вечер, господа, — поздоровался за всех Казик.

— Проходите, Казимир, присаживайтесь.

Генри каждый раз чувствовал себя неловко в присутствии фамильяра, которой не мог вкушать яства. Гостеприимного графа это расстраивало.

— Жаль, не могу вас ничем угостить.

— Глупости. Право, не стоит сожалеть.

Казик опустился на стул. Генри бросился устраивать невесту. Та милостиво позволила поцеловать себя в щечку, поймала любопытный взгляд Бадди, отодвинула золоченую супницу, водрузила лакированную коробку прямо в центр обеденного стола и с видом победительницы сложила на груди руки.

— Что здесь? — Бадди дотронулся пальцами до деревянной крышки.

— Не лезь! — вырвалось у девчонки совсем невежливо. — Это не для тебя!

Парень от неожиданности отдернул руку и поморщился.

— Какая же ты все-таки зараза, Не то, что моя Анабель…

— Какая есть, — отрезала Марго.

Она для верности накрыла футляр ладошкой и обернулась к Генри. Глаза ее стали серьезными, меж бровей пролегла задумчивая морщинка.

— Пообещай, — попросила Марго серьезно, — что завтра все это наденешь!

Граф Орчей задумчиво глянул на таинственный предмет, потом на невесту. Поймал взглядом Казика, обозрел пожатие плеч и… согласился:

— Обещаю.

Марго тут же расслабилась, расцвела и убрала ладонь.

— Можешь посмотреть, разрешила она, уселась на свой стул, придвинула кофейник и, как ни в чем не бывало, взялась за хлеб с ветчиной. На лице ее было написано полнейшее блаженство.

Мужчин же обуревали совершенно противоположные чувства.

Рука Генри дрогнула и замерла.

— Открывай, — словно в омут ринулся Бадди.

Марго добавила поверх ветчины маринованный огурчик и смачно захрустела. Свою миссию она считала выполненной.

Бедный граф собрался духом, щелкнул замком и распахнул злополучный футляр. Все трое мужчин, не сговариваясь, склонились над столом.

* * *

Внутри не оказалось ничего пугающего. Разве что довольное необычное. На белом шелке лежал модный галстук, неожиданного ярко-лазурного цвета. Рядом примостился такой-же платочек. Сбоку, в ювелирной коробочке, прикрытой стеклом, обнаружились крупные золотые запонки с прямоугольной голубой шпинелью.

Бадди звонко присвистнул, ухмыльнулся и вернулся на место. Казик решил пока помолчать. А вот Генри не выдержал:

— Марго, — сказал он осторожно, — тебе не кажется, что это не подобает моему статусу?

— Почему? — спросила ведьмочка, выглядывая на блюде еще один огурчик.

— Это слишком вызывающе. Это…

Генри запнулся, подбирая слова, но Марго его опередила:

— Глупости! Вот увидишь, скоро такое все станут носить.

— Я не стану, — небрежно проронил Бадди. — Настоящие аристократы это не носят.

— Как же, как же! Помню я чей-то красный галстук, носки и… — Марго вовремя прикусила язык, проглотив слово «Трусы».

Бадди тоже не стал уточнять. Он поднял хрустальный бокал, повертел его в пальцах и важно произнес:

— Нашла, о чем вспоминать. Тогда я был простым работягой, вчерашним студентом.

— А теперь? — бросила с вызовом Марго. — Что изменилось теперь?

— А теперь я маркиз Стенфорд и должен соответствовать…

Ведьмочка не выдержала и расхохоталась. Бадди это показалось обидным, и он совершенно по-детски надулся.

— Да уж, — подытожил Казик, — быстро тебя Анабель забрала под каблук.

Генри хмыкнул, отпил из своего бокала и неожиданно произнес:

— Не переживай, Марго. Раз обещал, надену.

А Казику вдруг подумалось, что про себя граф непременно добавил: «Настоящие аристократы всегда должны держать слово».

* * *

Утро встретило Марго ярким солнышком, стуком в дверь и сонным кактусом под боком.

— Бэрримор! — Воскликнула Марго возмущенно и попыталась отцепить от колючек драгоценные кружева ночной сорочки. — Где ты пропадал все это время?

Кактус сладко зевнул, показав три ряда акульих зубов.

— Где-где, — проворчал из кулона Казик, — все там же — в подземельях и оранжерее. Он там еще не все доел. Его вообще, в отличие от меня, никто не лишает свободы.

Ведьмочке от этих слов стало немного стыдно, но извлекать фамильяра из янтаря она не спешила. Лишь попросила:

— Казик, потерпи, пожалуйста, немного. Как только облачусь в платье, сразу выпущу. Я не хочу, чтобы ты все увидел раньше времени.

Стук в дверь повторился. На этот раз куда громче. Вслед за ним раздалось настойчивое:

— Леди Маргарет, вы уже проснулись? Пора собираться. Вы нас слышите, Леди Маргарет!

— Слышу! Слышу.

Марго согнала с кровати кактус, наглухо запечатала Казика и проворно слезла с постели.

Ей предстояло очень важное занятие, и она решила ни на что не отвлекаться.

За дверью обнаружились две солидные ведьмы, прикрепленные к юной невесте столичной модисткой. Одна держала запакованный в непроницаемый чехол портновский шедевр. Вторая — корзинку с чудными орхидеями. Из цветов торчал краешек записки, перевитой алой лентой.

У ног портних стоял внушительный саквояж, на котором сверху притулилась шляпная картонка.

— Доброе утро, леди Маргарет, — повторила старшая из дам и протянула девушке цветы. — Это вам.

— От кого?

— Ваш жених передал.

Марго вытянула из орхидей записку, развязала ленточку и прочитала глазами: «С чудесным утром самую прекрасную леди на свете».

Настроение ее сразу поднялось до отметки лучше некуда. Что ни говори, а жених ей достался замечательный.

Девушка взяла корзинку и посторонилась, пропуская женщин внутрь. Но они замерли, едва переступив порог.

Вдруг раздалось ворчливое:

— Ходют и ходют… Никакого покоя.

Любопытный Бэрримор вылез на середину комнаты, растопырил паучьи лапы и потянулся, выгнув колючую спину, как настоящий котик. Чем вызвал натуральный ступор у вновь прибывших.

— Кто это? — прошептала младшая из ведьм.

Марго краем глаза уловила охранный знак, с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться, отставила в сторону цветы и так же шепотом ответила:

— Это мой фамильяр. Не бойтесь, он совершенно безопасный.

Начисто опровергая последнее утверждение, безопасный Берримор вдруг раздулся, стал размером с хорошего пса, оскалился, шумно принюхался и… плотоядно облизнулся.

Ведьма с чехлом громко взвизгнула и шустро спряталась за спину напарницы, начисто забыв про свой почтенный возраст и дородную фигуру.

— Он безо… — начала вновь Марго и не успела.

Вторая ведьма уже соорудила в ладонях магический шар, деловито размахнулась и запулила его в фамильяра.

Бэрримор подпрыгнул, старательно разинул пасть и ринулся навстречу нежданному лакомству. Шар влетел прямехонько в зеленую глотку и без следа канул внутри безразмерного кактуса.

— Ой!

Ведьма отпрянула назад, забыв, что там стоит ее подруга. Споткнулась, взмахнула руками и начала заваливаться на спину. С собой за компанию она прихватила и напарницу.

— Он безопасный, — совсем уже беспомощно прошептала Марго. — Он ест только магию.

Тетки дружно вздрогнули и пригасили новые огоньки.

Бэрримор шумно вздохнул и припечатал:

— Жадины!

После уселся на пол и попытался почесать паучьей лапой за несуществующим ухом. Получилось у него это так забавно, что Марго неожиданно хихикнула. Впрочем, быстро успокоилась, прошептала заклятие и поставила дам на ноги.

— Проходите, — сказа она уже без особого энтузиазма.

— Вы уверены, что он нас не тронет?

Мысленно Марго проворчала: «Нужны вы ему!» Вслух же сказала:

— Абсолютно. Можете не беспокоиться.

Подтверждая ее слова, Берримор вернулся к прежним размерам, бодро пробежал вверх по стене и просочился сквозь потолок.

Только, когда он исчез, ведьмы слегка оживились. Старшая покачала головой и не удержалась от нотации:

— Должна вам сказать, леди Маргарет, что вы слишком легкомысленно относитесь к магии.

Будь на месте Марго кто-то другой, возможно эти слова на него бы и подействовали. Но ведьмочка лишь хмыкнула и отрезала:

— Должна вам напомнить, уважаемые, что вы здесь совершенно по другому поводу! С магией я как-нибудь разберусь сама.

* * *

Когда процесс облачения завершился, Марго без сожаления отпустила ведьм восвояси. Мысленно позвала Бэрримора, надела на шею янтарный кулон и сделала его невидимым.

— Можешь выходить! — разрешила она, опуская магический камень за вырез платья.

Казик нетерпеливо выбрался наружу, обозрел наследницу и… не нашелся, чего сказать.

Вопреки все традициям, ведьмочка не стала собирать волосы в высокую прическу. Лишь сколола на затылке парой шпилек и спустила по обнаженным плечам туго завитые локоны. Поверху чуть добавила магии, отчего кудри при каждом движении начали сверкать, словно припорошенные бриллиантовой крошкой.

На голове юной леди красовалась маленькая шляпка затейливой формы совсем не свадебного ярко-лазурного цвета. Спереди кокетливо белела крохотная вуаль.

Казик пораженно крякнул и на всякий случай спросил:

— Фаты, я так понимаю, не будет.

— Нет! — Марго энергично помотала головой, осыпая все вокруг радужными бликами и очаровательно улыбнулась.

Фамильяр благоразумно замолк и продолжил осмотр.

Белое платье из перламутрового шелка облегало точеную фигурку, как вторая кожа, обрисовывая высокую грудь, тонюсенькую талию и аппетитные бедра. Дальше оно расширялось, переходя в летящую юбку и превращаясь в широкий шлейф.

Лиф полностью обнажал плечи и затейливо перетекал в коротенькие рукава-фонарики. К счастью, тоже белоснежные. Потому как, дальше начиналось натуральное безобразие. Руки Марго обтягивали шелковые перчатки, доходящие почти до манжет, ярко-голубые, как и шляпка.

Талию украшал золотой пояс со вставками из редкой голубой шпинели. А в ушах сверкали массивные серьги — точная копия запонок, подаренных Генри Орчей.

Казик вздохнул и решил для себя, что все это вполне можно было бы пережить, если бы не юбка.

Здесь выдумка Марго достигала масштабов натуральной катастрофы. Спереди платье было куда короче, чем допускали правила приличия. Юбка едва прикрывала колени, выставляя напоказ высокие белые сапоги на тонюсеньком каблуке. С изнанки платье тоже было пошито из лазурного шелка.

На этом фоне сапоги смотрелись особенно вызывающе.

— Ну, как тебе?

Марго поставила руки на талию и сделала пару шагов.

Юбка тут же пришла в движение и стала похожа на южное море в белых барашках пены.

Казик потеребил галстук и осторожно спросил:

— А другого у тебя нет?

Ведьмочка фыркнула:

— Вот еще!

Давая понять, что переодеваться совершенно точно не намерена.

— А ты не подумала, как к этому отнесется отец? Что скажет Теодор Орчей? Что подумают гости?

Марго лишь задрала вверх точеный носик. Чуть постояла и вдруг выдала:

— Должен же кто-то разворошить этот спящий улей.

— Зачем, — искренне изумился фамильяр.

— Затем! Слишком уж в этом Аратине все тихо и благостно. Аж тошно!

— Ты вроде хотела всем доказать, что умеешь вести себя, как благовоспитанная девица?

Марго кивнула и легко согласилась:

— Хотела. Забыл, чем это закончилось?

Тут крыть было нечем. Казик бережно подхватил шлейф подвенечного платья и скомандовал:

— Раз так, пошли. Только потом не жалуйся.

С потолка на плечо Марго шумно шмякнулся кактус. Ведьмочка взвизгнула и зашипела от боли.

— Бэрримор, демон тебя раздери! Осторожнее!

Кактус при слове «раздери» вытаращил голубые глазищи и предусмотрительно перебрался на плечо Казика.

На нежной коже Марго проявились крохотные алые капельки.

— Ну вот, — расстроилась она, — все испортил! Что теперь делать.

— Ты же ведьма, Марго! — Напомнил Казик. — К чему глупые вопросы?

И правда, к чему? Девушка стянула перчатку и приложила ладонь к исколотому месту. Очень скоро от крохотных ранок не осталось и следа.