Глава 13

Проснулась от звонкого постукивания в окно моих покоев, словно, кто-то ломился в комнату. Соскочив с кровати, увидела за окошком Оса, державшего в лапке скрученную записку – герцог прислал. Птица, как и прежде, в комнате остаться не пожелала, взметнулась в небо и исчезла.

Быстро развернула клочок бумаги: «Сегодня всем леди предстоит проявить красноречие и познания в географии. Не беспокойтесь, я всё сделаю за вас. Р.».

Совершенно не поняла, что это означает, но предусмотрительность герцога радовала. Значит, переживать не стоит, и как бы ни было испытание, я легко его пройду.

– Леди, вам нужно собираться, сбор в музыкальной комнате через полчаса! – в покои ураганом ворвалась Соня, тут же усадив меня на пуф перед зеркалом. – Сказали только что, и все леди в срочном порядке собираются.

– Я слышу! – через секунду после её слов, в коридоре раздались визги и громкие крики, не все могут собраться так быстро.

Несмотря на медлительность Сони, мы всё успели вовремя и уже через полчаса практически все девушки находились в музыкальной комнате. Ждали только Цилию, при этом Жамар нервничая переминался с ноги на ногу. Принцесса явила через десять минут с недовольной миной, кляня распорядителя на чём свет стоит. Нехорошо так с кавалером, Цилия!

– Дорогие леди! Я понимаю, что некоторые из вас недовольны столь срочным сбором, – он многозначительно посмотрел на Цилию, но та лишь хмыкнула в ответ, – но приказ Его Величества поступил неожиданно. Сегодня вас ждёт пятое испытание: вам необходимо проявить ораторские качества, способности дипломатии и знания географии своего королевства. Ведь королева – это не просто статус и корона, она представляет своё королевство, и в отсутствие Его Величества должна уметь решать, пусть и не очень важные, но всё-таки вопросы. Во дворе вас ожидают кареты – сегодня вы едете в город!

Все претендентки сломя голову помчались во двор, ну а мы Илией не спеша брели самые последние. Вчера я так с ней и не поговорила, а мне интересно, как прошла их встреча с Гари. В тот момент, когда мы с принцессой вышли к экипажам, девушки распределились кучками и заняли места. Нам придётся ехать вдвоём в отдельной карете, что значит, сможем поделиться новостями.

– Рассказывай, – тут же прошу Илию, как только карета тронулась.

– Кассандра, беседа с Его Величеством вышла великолепной! – принцесса закатила глаза от восхищения. – Я всё же решилась и задала вопрос, так волнующий меня. Король ответил, что четыре года назад был глупцом, так опрометчиво отказавшись от женитьбы. Представляешь, так и сказал: «Я был глупцом!» – Илия всплеснула руками, видимо, до сих пор не могла поверить, что Гари решился на такие откровения.

– Король что-нибудь спрашивал у тебя?

– Нет, спрашивала я: какой у него любимый цвет, как ему нравится проводить время, когда он не занят делами королевства и какие книги предпочитает. Он на все-все вопросы ответил, представляешь! Я тебе признаюсь, – принцесса перешла на шёпот, – мы провели вместе полчаса, хотя, остальным девушкам он выделил ровно пятнадцать минут!

Ну что ж, симпатия Гари очевидна, насколько я могу предположить, но среди невест белокурых леди ещё пять, кроме Илии, так что расслабляться нельзя.

– Илия, – взяла её за руку, – я очень хочу, чтобы ваша симпатия с королём была взаимной, но, если вдруг случится так, что Его Величество тебя не выберет, не хочу, чтобы твоё влюблённое сердечко разбилось.

– Я всё понимаю, Кассандра, и поверь, готова к такому исходу. Конечно, я расстроюсь, но постараюсь стойко это перенести.

– Я рада, что ты всё понимаешь…

– Где ты вчера была? Я искала тебя, чтобы рассказать про встречу с королём и о том, что услышала от девушек.

– Гуляла… по саду, забрела слишком далеко и смогла вернуться лишь когда стемнело. Тебя тревожить не стала, – не стоит Илии знать об ужине с герцогом, она не одобрит. – Что говорили девушки?

– Вчера, после того как все вернулись, участницы собрались в музыкальной комнате. Девушки делились своими впечатлениями после встречи с Его Величеством, и кто-то спросил про тебя. Тут такое дело… Ирма сказала, если король тебя не выберет, её брат сделает тебе предложение.

Совушкины-крылышки… замуж за барона-пирожное я точно не хочу! Да я вообще замуж не хочу! Нужно что-то делать, уехать из столицы до окончания отбора, скрыться в лесу и не высовываться!

Не знаю, какое сейчас у меня было выражение лица, но Илия разволновалась.

– Ты не хочешь замуж за барона? Он тебе не нравится?

– Совершенно не нравится! Абсолютно не нравится!

– Кассандра, всё не так просто – ему ещё нужно получить согласие короля, так как Его Величество твой родственник. Поговори с Гаринавальдином, всё ему объясни.

Я поговорю, обязательно поговорю, именно из-за него я оказалась в таком положении. И пусть только попробует дать согласие этому приторному десерту – гнев ведьмы страшен!

– Конечно погорю, обязательно, не сомневайся.

– Кажется, приехали.

Огромные ворота открылись и кареты въехали на территорию замка, не такого огромного, как королевский, но всё же очень красивого. Обширная территория с садом и озером переливалась зеленью всех оттенков, а количество цветов, казалось, было ещё больше, чем в королевском дворце.

Экипажи остановились у парадного широкого крыльца с золотыми резными перилами. Дворецкий, пожилой мужчина, пригласил всех участниц в дом. Светлый, овальный холл залит светом из высоких окон в пол, приятные, тёплые тона создают уютную атмосферу. Девушки осматриваются, до конца не понимая, куда мы приехали.

– Доброе утро, леди! – навстречу выходит главный инквизитор в сопровождении троих мужчин, и все замирают, кажется, даже не дыша. – Как вам уже объявили сегодня вас ждёт новое испытание – это проверка вас, как возможных будущих королев, а точнее, ваших способностей к дипломатии, диалогу и решениям поставленных задач. Сегодня испытание мне помогут провести: Карл Гемарт – ответственный за политические связи с другими королевствами; Алавей Номари – поверенный Его Величества в королевстве Крафт; Гомер Ортар – поверенный Его Величества в королевстве Хавар. Перед каждой из вас будет поставлена задача – её необходимо решить с помощью логики и знаний. Каждый из нас возьмёт по четыре участницы.

– А куда ещё одну? Нас семнадцать! – Цилия быстро посчитала, чем удивила меня.

– Я возьму пятерых, – тут же говорит герцог, утыкаясь в меня взглядом.

Ну конечно, я даже не сомневалась, кто будет эта пятая – конечно же я, снова я, опять я!

– А теперь прошу вас проследовать в большую гостиную, где уже подали чай и сладкое. Вас пригласят на испытание.

– Как думаешь, о чём нас будут спрашивать? – не унимается Илия. – Я переживаю, это серьёзнее, чем встреча с королём.

Гостиная, и вправду довольно большая, с лёгкостью вместила семнадцать леди в пышных платьях. Небольшие диванчики и столики с угощениями помогут участницам скоротать время за разговорами и вдоволь обсудить предстоящее испытание. Мы, как всегда, втроём, подальше от остальных.

– Леди, можно к вам? – раздаётся вопрос сверху, перед нами Лилия Авле, узнаю её по белой пряди в волосах.

– Конечно можно, – не задумываясь соглашается Илия, вот добрая душа.

Желание Лилии приобщиться к нашей компании немного настораживает, до сегодняшнего дня не замечала её рвения узнать нас ближе. Она присаживается справа от меня, и буквально через пару минут я о ней забываю, потому что принцесса Валона переходит на крик.

– Что за испытание такое: «Проверка ваших способностей к дипломатии, диалогу и решениям поставленных задач!», – она кривляется, стараясь говорить, как герцог. – Я не хочу решать никакие задачи – я хочу быть королевой!

– То есть, по-твоему, – вступает Ирма, – королева просто сидит на малом троне, меняет наряды и глупо улыбается?

Все вокруг затихают, ожидая ответа Цилии, если вступила Ирма, значит принцесса опять будет выглядеть глупой.

– Именно!

– Хм, ты принцесса, а значит твоя мать королева. Она именно этим всю жизнь занималась?

– Да! – на лице Цилии искреннее недоумение.

– А кто помогал твоему отцу?

– Старший брат.

– А до того, как брат вырос и начал участвовать в жизни королевства?

– Советники, на то они и нужны.

– Вопросов больше нет, – чеканит Ирма, давая понять, что разговор окончен и больше Цилия её не интересует.

Двери в гостиную отворяются и первых четырёх девушек просят пройти в специально отведённые комнаты – Цилия в их числе, теперь станет намного тише.

– Как думаешь, они вернуться? Мы сможем узнать о чём их спрашивали? – шепчет Илия мне на ухо.

– Думаю, нет, будет, как и вчера – мы не увидимся, пока все не пройдут испытание.

И точно, примерно через полчаса в окно мы наблюдаем удаляющуюся карету с первыми четырьмя девушками. Через полтора часа нас остаётся в гостиной пятеро в ожидании приглашения на беседу. И вот когда оставшихся леди, включая Илию, уводят, я остаюсь совершенно одна в большой комнате с накрытыми столиками.

Испытание продлится полчаса, и я решаюсь прогуляться по дому, осмотреть первый этаж, чтобы скоротать время. Светлый коридор в тон холла и множество резных деревянных дверей манят, чтобы их открыли. Открывая первую попавшуюся и попадаю в рабочий кабинет: небольшой, но невероятно уютный, отделка из тёмного дерева придаёт комнате помпезности, а камин манит, чтобы протянуть к нему руки в желании согреться. Много полок и стеллажей, на которых кроме книг и свитков уменьшенные копии кораблей, выполненные настолько искусно и тонко, что кажется, даже сейчас чувствуешь, как ветер гуляет в миниатюрных парусах.

Поворачиваюсь и замираю…

Над дверью висит большой портрет герцога в полный рост – это его кабинет, это его дом! Баронесса сказала, что главный инквизитор проводит в своём замке обряды с жертвоприношениями, но его дом светлый, чистый и нет даже намёка на чёрную магию.

Подхожу к фигурке корабля, исследуя пальцами мелкие детали кормы и парусов, медленно проводя по ним и ощущая шершавость дерева.

– Испытание окончено, – голос герцога над ухом, настолько близко, что его дыхание проходит волной по моим волосам. Вот умеет же подкрадываться очень тихо! – Все уехали.

Осознание того, что Ремар стоит за моей спиной волнует. Впервые за четыре года я испытываю трепет внутри от одного лишь присутствия мужчины рядом. Его голос ложится мягким покрывал на слух, прикосновения вызывают смятение, а мои, доселе визжащие об опасности принципы, словно по команде замолкают и еле слышно мурлычут, как прирученные котята.

– Мы что, остались с вами вдвоём? – задаю вопрос, не поворачиваясь к нему и не отрываясь от своего занятия.

– Да, и уверен леди, которые сейчас едут во дворец, невероятно вам сочувствуют – вы остались со мной один на один.

– Особенно Илия и Ирма. Сколько девушек покинет отбор сегодня?

– Десять.

– Десять? Так много?

– Насколько я понял Его Величество, выбор он уже сделал и теперь отбор… его, скорее, раздражает. Именно поэтому, он просил придумать испытание, которое избавит его от большей части претенденток.

– А я бы не хотела, чтобы отбор заканчивался…

– Почему?

– Вчера Ирма сказала, если я не стану королевой, после отбора барон сделает мне предложение.

Герцог резко меня разворачивает к себе лицом и прижимает спиной к стене. Взгляд блуждающий, сверкает чёрными искрами – опасно, с предвкушением.

– Не сделает! – рычит Ремар и накрывает мои губы своими.

Совсем не ожидала такого. Пытаюсь оттолкнуть герцога, творящего откровенный произвол, но силы неравны, да и целуется всегда сдержанный, серьёзный главный инквизитор очень страстно, властно и требовательно, так, что вмиг ноги подкашиваются и перестают меня держать. Сползаю безвольно по стене, но сильные руки подхватывают, крепко удерживая за талию и плотно прижимая к большому телу.

Сумасшествие! Понимая, что не вырваться, с азартом и нескрываемой страстью целуюсь с Ремаром, не испытывая при этом ни стыда, ни смущения, настолько захватывают новые для меня ощущения. По сравнению с Аревиком, от поцелуя с главным инквизитором получаю потрясающие ощущения – большой, властный и уверенный в себе мужчина сносит своим напором. Герцог и не думает останавливаться, завоёвывая всё большую территорию: поцелуй снова углубляется, и я лишь принимаю Ремара и всё, что он сейчас делает.

Руки самовольно взмывают вверх, обнимая мужчину за шею, зарываясь пальцами в чёрные, жёсткие волосы. Безумие, которое мне нравится. Так нравится, что и сама теперь не могу от него оторваться. В крови пылает огонь, а тело требует продолжения, плавясь под прикосновениями его рук.

Губы мужчины перемещаются на шею, проводя по коже языком и опаляя жалящим дыханием.

– Ремар…

Глаза закрывает пелена, которая тонким покрывалом обволакивает тело, делая его словно чужим, не моим вовсе. Дыхание сбивается, а грудь сжимают болезненные тиски – не могу вздохнуть, словно весь кислород вмиг выветрился из лёгких.

– Позови ещё… – просит хриплым голосом.

Хочу позвать, но не могу – ничего не могу, понимаю – проваливаюсь куда-то, лишь на несколько секунд выныривая из вязкого марева. Мысли рассеиваются, перестаю соображать, всё же ощущая до боли знакомый запах, из последних сил произношу:

– Ремар… плохо… пахнет ванилью…

Закрываю глаза, падая в засасывающую меня бездну, без света и возможности дышать.

***

Открываю глаза и сразу же утыкаюсь взглядом в роскошный шёлковый балдахин над кроватью. Понимаю, что лежу на кровати в чьей-то спальне, очень удобно, кстати сказать, лежу, ощущая, что корсет немного ослаблен и дышать значительно легче.

Прокручиваю в воспоминаниях лентой события, предшествующие потери сознания, и сразу же вспоминаю жаркий поцелуй герцога, даже сейчас, кажется, всё ещё чувствуя его прикосновения на губах. В носу до сих пор стоит запах ванили, противно напоминания, что меня отравили ядом Лоци, а я даже не почувствовала.

Кто и когда? Основные вопросы, которые меня сейчас волнуют. Илия и Ирма были всё время рядом, но они не могли, только не они, никогда не поверю. Ещё Лилия, сидела тихонько справа от меня, практически сливаясь с обстановкой и не привлекая к себе внимания.

На столиках было несколько сортов чая: с малиной, клубникой и какими-то необычными ягодами, видимо, запах фруктов перебил запах яда. Я потеряла бдительность. Могла умереть, должна была умереть, потому что сама себе помочь не могу, никто не может.

– Как вы себя чувствуете? – надо мной нависает герцог. В глазах нескрываемая тревога, сменяющаяся облегчением.

– Бывало и лучше, – выдавливаю с трудом из себя. – Кто мне помог? Придворный маг?

– Кассандра, вы сами сказали, что только ведьма может приготовить зелье, чтобы избавить от яда Лоци. А у меня, как вы понимаете, никакой другой ведьмы под рукой нет.

– Тогда как?

– Я… применил свой дар, чтобы спасти вас, – герцог смущается, отводит взгляд, стараясь не смотреть мне в глаза.

– Не думала, что тёмная магия способна лечить!

– Не тёмная – дар воскрешения.

– Стоп. Вы сами говорили, что дар воскрешения применим лишь к родственникам…

Ремар молча берёт меня за правую руку и подносит запястье к моему лицу. Сначала не совсем понимаю, на что я должна смотреть. А потом…

Совушкины-крылышки…

– После скрепления союза, жена признаётся магией как родственник. Шанс вас спасти был только один, и я им воспользовался не раздумывая.

– Вы, что?..

Рассматриваю брачную татуировку на своём запястье: яркую, с витиеватыми тонкими узорами, переплетающимися между собой, создавая законченный браслет. Опускаю взгляд на руку герцога и вижу такую же, будто зеркальное отражение, только немного шире.

Начинаю усиленно тереть запястье, пытаясь избавится от узора, которого не желаю. Внутри разливается паника и запоздалое осознание произошедшего.

– От этого ведь можно избавиться? Можно развестись? – с надеждой смотрю на герцога.

– Нет, Кассандра, вы прекрасно знаете, развод возможен лишь в одном случае – смерть одного из супругов. Придворный маг может попробовать разорвать брачную клятву, но не в нашем случае, так как вы были в бреду и использование вашей силы не было возможным, я применил свою, призвав магию рода Оматор. Брачная клятва неразрывна.

Резко вскакиваю с кровати, не понимаю, что делать, просто хожу по комнате из угла в угол.

– Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, герцог! – замираю посреди комнаты, прикрыв глаза.

– Попрошу вас не выражаться, герцогиня!

– Ге..? Кто?

– Вы теперь моя жена, соответственно – герцогиня Оматор.

– Для брачной клятвы необходимо согласие обеих сторон, я своё уж точно не давала!

– Давали, Кассандра, вы сказали «да» и, кстати, добавили «с огромным удовольствием господин главный инквизитор»!

– Что? Я была в бреду, и даже на предложение пойти добровольно на эшафот ответила бы согласием!

– А вот это уже обидно! – герцог вскакивает и замирает напротив меня. – У меня было совсем немного времени, чтобы сделать выбор между женитьбой на вас и спасением вашей жизни – я выбрал второе, как вы можете видеть, – провёл рукой вдоль моего тело, показывая, что я сейчас стою посреди спальни живая и здоровая.

– Я не хочу замуж!

– Не хотите замуж конкретно за меня, или в общем, интересно? – Ремар прищуривается. – А может вы хотели дождаться предложения барона Камарта?

– Я не хочу замуж в общем: ни за вас, ни за барона, ни за кого-либо другого.

– Поздно. Вы. Теперь. Моя. Жена, – чеканит каждое слово. – Герцогиня.

Внутри закипает злость от осознания, что герцог принял решение за меня, не оставив выбора. Разумом понимаю, что должна быть ему благодарна за спасение своей жизни, пусть даже таким способом, но что дальше? Мне придётся с ним жить? Играть в супругов?

– Вы хоть понимаете, что сделали? Вы, тот кто всю свою жизнь охотился на ведьм, женились на этой самой ведьме! Вы герцог, второй в списке претендентов на трон, главный инквизитор королевства женились на мне – безродной, нищей ведьме! Мы даже чувств друг к другу никаких не испытываем. Такая жена, как я позор – вас будут осуждать за столь опрометчивый шаг, а королевский двор меня не примет. Но мы можем скрыть факт нашего брака, сделав вид, что ничего не было. Отпустите меня…

Герцог замирает, сжав пальцы в кулаки и, кажется, сейчас меня накроет яростная волна мужчины. Я не знаю, чего ждать от него, но понимаю, что он злится, старается сдерживаться, изо всех сил контролируя всё, что сейчас рвётся наружу из него. Даже на миг прикрывает глаза, глубоко выдыхая. Резкое движение и я вновь прижата спиной к стене, а руки Ремара расположились по бокам от моего лица.

– Отпустить? – практически кричит мне в лицо. – Тогда, в доме пекаря, когда я впервые посмотрел в ваши глаза, всё померкло для меня – пропал, утонул, погиб. Я не чувствовал вашу магию, ничего не видел и не слышал, потому что смотрел только на вас, дышал только вами… Четыре года видел только вас в своих снах! Каждый раз, закрывая глаза, ваш образ пробирался в мои сновидения, просачиваясь в душу, заставляя сердце заходиться в бешеном ритме. Вы стали для меня как пытка, как наваждение – мой личный ад, сосредоточенный в зелёных глазах… Я искал вас всё это время, словно обезумевший, проверил всё королевство, город за городом, дом за домом. В этом чёртовом Онате побывал раз десять, и все жители твердили в один голос, что ведьм здесь отродясь не было. А вы там были: рядом, близко, только руку протяни… словно чувствовал. Я искал вас не для того, чтобы убить – чтобы увидеть, почувствовать, надышаться, наконец, вами до безумия! Когда король поделился историей своего спасения, когда описал мне вас, я почти сошёл с ума в желании вас увидеть, с трудом дождавшись вашего приезда во дворец. Увидел и понял – моя! Никому не отдам. Никогда не отпущу.

Как он это говорил – с надрывом, с надломом, переступая через всех и через всё, лишь с одной целью, чтобы я поняла, чтобы услышала его, наконец. Что может быть искреннее, чем видеть за привычной суровостью – мягкость, показанную только тебе.

По щекам стекают слёзы, а в горле стоит противный, вязкий ком, не позволяющий произнести ни звука. Тело заходится мелкой дрожью в осознании и принятии каждого сказанного Ремаром слова, каждой эмоции, каждого вздоха.

Рука герцога медленно переместилась, большим пальцем стирая мокрые дорожки на моём лице.

– Вы не правы – есть чувства, – говорит почти шёпотом, кажется, сорвав голос. – Я чувствую. И вы чувствуете, иначе не смотрели бы сейчас на меня так, не позволили к себе прикоснуться, не сказали бы «да» даже в бреду. И меня совершенно не волнует, что скажет кто-то, не имеющий к нам никакого отношения, самое важное для меня – вы рядом. Вы моя жена… Кассандра, вы согласны?

Не могу и слова произнести, не могу выдавить из себя ни одного чёртова звука, словно я в одну секунду забыла все слова, разом разучившись разговаривать.

Встаю на носочки и целую его в губы нежно, невесомо, едва касаясь – немое согласие в прикосновении. Он всё понимает, Ремару не нужны слова – лишь язык тела. Обнимаю его, вдыхая терпкий мужской запах силы и уверенности, а он лишь ласково гладит меня по волосам. Так и стоим посреди спальни, не решаясь нарушить затянувшееся молчание.

– Я остаюсь здесь? – отрываюсь от него, закинув голову и встречаясь взглядом.

– Желаю, чтобы осталась в моём доме, в нашем доме, но придётся вернуться во дворец. Отбор ещё не завершён, а сегодня вопросов стало ещё больше – кто и зачем тебя отравил.

– Я думаю, это Лилия Авле, Ирма и Илия не могли, а кроме них рядом была лишь она. Не знаю, насколько мои предположения верны, но интуиция подсказывает, что именно эта девушка отравила меня, и причастна к отравлению Гари.

– Какие у неё мотивы?

– Пока непонятно, – качаю головой. – Когда следующее испытание?

– Через пару дней и, скорее всего, оно станет последним. Я ещё думаю над заданием по приказу Его Величества. Кстати, ничего ему про наш брак не говори – я сам, он будет недоволен, но я к этому готов, – лишь согласно киваю. – До испытания постараюсь выяснить больше о роде Авле, знаю немного, никогда не вдавался в подробности, да и они не привлекали к себе внимания.

– Как я вернусь во дворец? – поднимаю руку, указывая на брачную татуировку. Ремар тут же отходит, открывает ящик тумбочки и что-то вынимает. Надевает мне на руку широкий браслет, украшенный россыпью разноцветных мелких камней. Он полностью перекрывает татуировку на запястье.

– Фамильная драгоценность, но её мало кто видел, так что не узнают. Кстати, скажешь подругам, что я забирал тебя в город, в своё министерство, нашлись твои украденные вещи, точнее, одна, – показывает на браслет.

Герцог провожает меня к карете, уже стемнело и вокруг всё сверкает огнями ночной столицы.

– Через несколько дней отбор закончится, и ты уже навсегда приедешь сюда, в наш дом, чтобы стать герцогиней Оматор по-настоящему, – наклоняется и целует глубоко, нетерпеливо, жадно. – Уезжай, иначе мне не хватит самообладания сдержаться…

– До завтра… – провожу пальцами по его губам, не отрываясь от глаз, искрящихся счастьем.

Карета уносит меня в королевский дворец. Откидываюсь на спинку сидения, наконец, даю возможность телу и разуму расслабиться. Медленно прокручиваю события сегодняшнего дня, останавливаясь на самом важном – я теперь жена главного инквизитора. Он не сказал, что любит, но все слова, каждый звук и жест говорят о сильных чувствах Ремара ко мне.

Что чувствую я? Нежность, какую-то безмерную, всеобъемлющую нежность к этому всегда грозному мужчине, который нашёл в себе смелость и силы признаться мне, что его волнует и будоражит.

Я знаю, всё что он говорит – правда, всё что чувствует – глубоко, но я всё ещё боюсь поверить. Внутри всё трепыхается, словно последний листочек, оставшийся в одиночестве на ветке дерева в ожидании, когда промозглый осенний ветер подхватит его и унесёт далеко-далеко.