Глава 4

Браслав летел из дворца на выход, не замечая, что почти тащит Бояну за собой. Но она, видя раздражение и злость мужа, не возмущалась и не дёргалась. Просто ускорила шаг, насколько это было возможно в узком платье, и почти бежала рядом с ним, приподняв для удобства подол. И это охладило Браслава лучше любых слов.

В один из моментов уже за стенами дворца он обернулся на жену и, увидев её раскрасневшееся лицо и растрёпанную причёску, резко остановился.

– Янка! Ну, что же ты?! Просто остановила бы меня, – виновато произнёс он. – Иди сюда, – князь притянул жену к себе и, не смущаясь посторонних, поцеловал в висок.

– Ага! Остановишь тебя, – переводя дыхание улыбнулась Бояна. – Прёшь, как дикий вепрь, и куда?!

– Домой! В смысле в Печ. Сейчас портал открою на площади, – недостатка в порталах у княжеской четы точно не было. – Тиана, ты с нами пойдёшь, нечего тебе в Дахе делать, – начал раздавать указания Браслав. – А ты, Ния, оставайся на службе. Да и Гелар у тебя есть на всякий случай. К тому же свадьба у вас скоро. Где там наши молодые? – оглянулся он, выискивая взглядом Илию и Олгера.

– Я им сообщила, сейчас выйдут, – ответила Бояна. – Вон, идут уже.

– Илия, вы надолго здесь задержитесь? – спросил князь старшую дочь.

– До свадьбы Нии, отец, – ответила Илия. – А потом сразу уедем, у нас занятия начинаются.

Илия, хотя и не была родной дочерью князя, но считала его отцом и так и называла.

– А ваша свадьба? – негромко спросила Бояна, хотя уже предполагала ответ.

– О, мы не торопимся, – отшутилась Илия. – Вначале постараемся узнать друг друга, да, Олгер?

– Как скажешь, любимая, – флегматично ответил боевик, бережно и уверенно прижимая к себе свою ведьму.

«Похоже, это у него основная фраза при разговоре с Илией», – улыбнулась про себя Антония. Северянин ей понравился: для её взрывной и суматошной тётушки – лучший вариант. Да и Бояна ничего не говорит, а она в людях разбирается.

– Теперь о короле, Ния, – обратился Браслав к внучке. – Не бойся, он тебе ничего не сделает. Никто о вашем родстве не знает и, надеюсь, не узнает до решения вопроса. Сама понимаешь, теперь от этого факта никуда не денешься. Но всё же будь осторожна и во дворце появляйся только с Геларом. А лучше вовсе не бывай. На вашу свадьбу мы придём только в храм и после него все вместе переместимся в Печ. И уж там мы устроим пышный праздник, достойный княжеского рода. Бояна или Тиана напишут тебе потом подробнее. Ну, всё, дети, мы уходим!

Браслав, Бояна и Ана по очереди поцеловали остающихся в королевстве, и князь, обняв жену и дочь, активировал портал. На гвардейцев, которые спешили к ним и просили подождать, Браслав даже не обратил внимания. Ещё чего!

Он понял, что гвардейцев послал Радомиром с приказом или с просьбой задержаться. Но… Это королю надо извиняться и оправдываться. Вот и пришёл бы сам, а не посылал посторонних. В общем Браслав обиделся и разговаривать с королём не собирался.

После того, как рамка портала растаяла, Ния повернулась к Илии и предложила:

– Домой? В смысле на Цветочную? Или вы будете жить в пансионате?

– Домой, на Цветочную! – твёрдо ответила Илия. – Я соскучилась. Гелар, ты с нами?

– Я провожу вас, но не останусь. Мне необходимо навестить отца, да и по службе накопилось много дел.

Все погрузились в мобиль Гелара и через мгновение на площади их уже не было. Высадив Нию и будущих родственников у домика Караджичей, Гелар направился в канцелярию. Дел действительно накопилось много и даже всемогущий Савва не справлялся.

Ния не расстроилась и не обиделась. Она понимала Гелара. Всё же её жених занимал очень серьёзный пост, а долг в таком деле часто бывает выше личного. Она открыла калитку и пригласила гостей. Хотя, какая из Илии гостья: она сама двадцать лет прожила в этом домике и покинула его совсем недавно.

Вечером, когда все необходимые дела были переделаны, Олгер отпущен на вечернюю тренировку на заднем дворе, Илия и Ния устроились в гостиной.

– Будешь признавать отца? – спросила Илия, намеренно не упоминая титула.

– Это от меня уже не зависит, Лия. Дед прав: всё уже случилось. Мы оба знаем о нашем родстве. Признаю я этот факт или не признаю – ничего не изменится. Другое дело, признает ли он меня. И, знаешь, мне это безразлично. Признает – никуда не денусь: буду исполнять роль дочери. Не признает – ещё лучше: никто не будет тыкать в глаза происхождением. Спокойнее жить будет. У меня ведь ещё семнадцать лет службы.

– Это так, – согласилась Илия. – Заменить тебя пока некем. Тиана пока не сможет полноценно работать. У неё и силёнок маловато и с зельями она не особо дружит. Вот с артефактами и оберегами у неё всё хорошо.

– А мне кажется достаточно у неё сил, – не согласилась Ния. – Просто не пробовала ещё работать в полную меру. Но ты права, я всё равно никуда не уеду, пока не отслужу.

Обе ведьмы замолчали, думая каждая о своём, но Ния вскоре прервала паузу.

– Илия, мне неудобно спрашивать тебя, но бабули то нет, то ей некогда. Скажи, это нормально, что я не чувствую свою беременность? Ни тебе хотений, ни тебе изменений, ни тебе перепада настроения.

– Нормально, – тихо рассмеялась Илия. – И ты сама это прекрасно знаешь. Иначе, какая ты ведьма?! Все по-разному беременность переносят, но у нас в роду обычно носят дитя легко. Ну, может, на недельку-другую появятся вкусовые предпочтения и всё.

– Ты-то откуда знаешь, – фыркнула Ния. – Сама не рожала ещё.

– А Бояну надо было внимательно слушать, когда она учила зелья для беременных делать, – назидательно ответила Илия и щёлкнула племянницу по носу. – Она всегда наш род в пример приводила.

Где-то внизу хлопнула дверь, послышались голоса Олгера и Сенны. Ведьмы переглянулись и поднялись с места. Короткий, но нужный Ние разговор был закончен. Завтра она начнёт работать: варить зелья, делать мази, смешивать сухие составы. За время её отсутствия запасы поистощились. А Илия сядет на приём, сама призналась, что соскучилась по старым клиентам. Так что до свадьбы в доме снова будут две ведьмы.

***

Браслав не мог успокоиться. Известие о том, что отец Антонии – король Радомир, буквально выбило из него дух. Ни раньше, ни теперь он не позволил бы этому мужчине подходить к своему ребёнку! Браслав прекрасно знал характер и образ жизни короля.

А теперь, когда их с Радомиром отношения испорчены обязательным браком с Лайзой, Браслав тем более не может простить ему совращение дочери! Мозг Браслава кипел, выдавая то одну картину мести, то другую. Он ждал Бояну, чтобы поделиться этим с ней.

Бояна в этот момент устраивала дочь в покоях рядом со своими. Она уже давно перестроила всё крыло, которое прежде занимал Браслав, в их семейные покои. Здесь теперь были комнаты для всех членов семьи, в том числе и для сыновей Браслава от княгини. Не то чтобы Бояна их враз полюбила, но парни ей нравились, и она осторожно старалась сблизиться с ними.

А в том крыле, где раньше были покои Лайзы, теперь были гостевые комнаты. Бояна старалась искоренить любое напоминание о прежней хозяйке дворца. Она никогда не сможет простить ей долгую разлуку с мужем. Однако, внешне Бояна своего недовольства не демонстрировала и уж тем более ничего не выговаривала мужу. И без того всем плохо. Жизнь их семьи никак не успокоится. Устроив дочь, Бояна заторопилась к мужу, зная, что он будет ждать её для разговора.

– Слав, дорогой, как ты? – первым делом спросила она о самочувствии мужа.

– Плохо! – честно признался тот. – Не понимаю, как помочь нашим девочкам! Как наказать этого подлеца?! Договор магический не разорвёшь – откат по нам же и ударит, послов из королевства не отзовёшь – это, считай, объявление войны. А оно надо?! Голова пухнет! И совет не соберёшь – не хочу, чтобы жизнь моей дочери обсуждали чужие люди.

– Успокойся, Слав. Думаю, и Радомир ни с кем советоваться не будет, пока не решит КАК признать Нию.

– Надеешься, что признает? – засомневался Браслав.

– Обязательно признает. Только не знаю под каким соусом подавать будет, – уверенно ответила Бояна. – Вот об этом с ним и надо как-то договориться: дочь признать, а Тиану оставить в покое. Не пара он ей. Чужой человек. Как только она его выбрала, такая тихоня?! Тианка у нас почему-то несмелой мышкой выросла. Не представляю, чтобы Илия или Нийка пятнадцать лет в заточении просидели. Да они бы там всё перевернули вверх дном!

– Это правда, – невольно улыбнулся князь. – Особенно, Ния. Кстати, маги доложили, что магия источника теперь проникает через границу почти свободно. И скоро в королевстве почувствуют изменение магического фона. Вот даже не хочется этому наглецу такой подарок делать!

– Успокойся, Слав! Считай, что ты не ему магию даришь, а магам, народу. Сам же знаешь, источник «слышит» наши эмоции. Магия она сама решит кому, за что и как воздать по заслугам. А с королевством нам нужен мир: мы тесно связаны экономикой и политикой.

– Ты у меня уже как княгиня рассуждаешь, – улыбнулся Браслав, притягивая к себе супругу.

Он бережно, обнял жену и мягко поцеловал, выражая всю свою любовь, признательность и нежность. Как долго они были в разлуке?! Какое счастье, что они снова вместе!

В сущности, для мага и ведьмы они далеко не старики. Браславу, как и королю немного за сто, Бояна и того моложе. Просто так сложилось, что они рано стали родителями и рано заимели внучку. Они даже выглядели сейчас молодо, почти не отличаясь от старших детей.

У обоих после нового брачного обряда выправились ауры, сформировались новые связи, а когда они находились рядом, их ауры переплетались, создавая общий золотой ореол. Редкая безусловная любовь. Когда обоим в паре важен именно партнёр сам по себе, а не его статус и богатство.

Бояна в ответ тоже ласкала мужа. Сейчас им не нужна была страсть. Нужно было понимание, забота, поддержка. И они получали их друг от друга.

– Ана всё же зря не сказала сразу о ребёнке, – вздохнула Бояна, уткнувшись носом в грудь Браслава. – Хотя, и сказала бы – ничего не изменилось: он король, она ведьма. Он женат, Ния – бастард.

– Да, ошиблась Анка с мужчиной, – тоже вздохнул Браслав. – Как так она не узнала в лицо короля?! Ладно, подождём его решения, а потом подумаем, что делать дальше. Может быть, придётся всем девочкам перебраться к нам в княжество.

– Да, пусть признает, а я его потом воспитаю, – угрожающе произнесла Бояна.

– Ведьма ты моя грозная, – рассмеялся Браслав.

Вновь поцеловал жену, но уже не мягко, а властно, требовательно. Бояна ответила и через пару мгновений Браслав поднял жену на руки и перенёс в спальню. Самое время снять напряжение и успокоиться.

***

Радомир досадовал. Поговорить с Браславом и Бояной не удалось. Он даже первую часть разговора не успел толком озвучить, как их прервали. А ведь он искренне хотел извиниться и в искупление своей вины подарить им небольшой участок земли вдоль границы.

Но влетел Гелар со своей невестой и оказалось, что Ния его дочь! Как теперь её признать?! Нет, он не собирается отказываться от отцовства. И девочка ему нравится. Но как теперь, спустя двадцать пять лет, объявить, что у него есть внебрачная дочь?! Как?!

Ладно народ: для него всегда можно сочинить сладкую сказку. Но Олия сразу потребует компенсацию. Ведь тогда они были ещё в браке. А чего потребует Олия – гартийская принцесса, одна богиня знает.

И никто не виноват, кроме него самого. Ведь видел, что девчонка не узнала в нём короля. И ему показалось это забавным. Захотелось продолжить шутку. Продолжил. Идиот!

Радомир нервно вскочил и начал мерять шагами кабинет. Даже посоветоваться ни с кем нельзя. Такую тайну не выпустишь на свободу. А, может… Может, Гелар прав?

Надо представить дело так, что Ния давно признана, но этот факт скрывался по известным причинам: король был женат. Но теперь, когда Ния стала взрослой, совершила освобождение источника и выходит замуж за герцога, можно открыть их родство. Король надеется на понимание подданных. Свадьбу играем три дня на всё королевство. Покажем отцовскую и королевскую любовь со всем размахом. Как-то так.

А Олии… Олии и Гартии вместе с ней придётся предложить в совместное владение порт в устье Роны. Жаль, конечно, терять такие доходы, но на меньшее соседи не согласятся.

Тиана… Вот, что делать с Тианой непонятно.

Радомир вернулся за стол и быстро набросал примерный план ближайших дейсвий:

1) 

написать Олии и признаться в наличии бастарда, предложить в качестве компромисса половину доходов порта;

2) 

написать Браславу и Бояне, извиниться за прошлое и за Тиану, предложить в дар горный массив на границе;

3) 

написать Антонии, предупредить об указе с признанием.

4) 

написать Гелару, предупредить, что его свадьба будет иметь королевское значение и на ней произойдёт публичное признание Антонии.

Конечно, все эти адресаты могут и не принять его даров. Но это уже будет их дело. Главное, он, Радомир, эти дары сделал. Кстати, не забыть! Тиане и Антонии выслать украшения из королевской сокровищницы.

Радомир откинулся на спинку кресла и с наслаждением потянулся. Кажется, решение всё же нашлось. Да, будет трудно и разговоров будет много. Но зато трон не пошатнётся, а люди поговорят, да и перестанут. Лишь бы сын – Светозар не начал творить глупости. Тоже надо обязательно его предупредить. Он сейчас как раз в Гартии у матери.

Но что же делать с Тианой…

Красивая молодая женщина, мать его взрослой дочери, наследница княжества. Казалось бы, исправить прошлую ошибку легко, стоит лишь заключить брак. Теперь это вполне возможно, и Тиана получит мужа, а внезапная дочь законного отца. Но!

Радомир не хотел терять свободу! Не хотел вновь оказаться в кабале магического договора. А простым брачным договором королевские браки не бывают. Кроме того, тихая и незаметна Тиана не вызывала у короля никакого мужского желания. Ему всегда нравились яркие женщины, и сейчас Радомир искренне удивлялся, как двадцать пять лет назад он обратил внимание на скромные прелести ведьмы?! Но память тут же побросила ему образ той Тианы: широкая улыбка, сияющие глаза, смех колокольчиком… Молодость и счастье!

– Так, хватит! – прервал себя король. – Славен, – вызвал он секретаря. – Немедленно оформить надлежащим образом эти письма! Заверить гебовой печатью и моей личной подписью. Отправить адресатам на личные почтовые артефакты. Скрытно! До получения ответов и моих распоряжений ничего не предпринимать. Ответы представить мне немедленно по получении.

– Слушаюсь! – вытянулся в струнку секретарь и принял черновик от короля. – Смею уточнить, ваше величество?

– Что ещё?

– Как обратиться к тессе Антонии? Дочь, тесса, баронесса?

– Дочь! – рявкнул король. – И без всяких титулов! Это личное послание. И, кстати, украшения обеим женщинам вышли вместе с письмами. Не скупись! Мои подарки должны выглядеть достойно. Всё же не каждый год король признаёт дочь-бастарда.

– Слушаюсь, ваше величество!

Радомир посмотрел на закрывшуюся за секретарём дверь и опять призадумался. Наверное, наряду с официальными письмами стоит черкнуть пару строк своей рукой. Обычно такие записки имеют большее действие. Начать решил с дочери и отправить эти записки собственной шкатулкой.

«Антония! Какие бы события сейчас не начались вокруг тебя, они не смогут изменить того факта, что ты моя дочь. Я не могу признать тебя законной дочерью с правами наследования ни трона, ни имущества. Но я могу признать тебя внебрачной дочерью – бастардом. Тебе и твоей матери я дарю виконтство на границе с княжеством и королевскую пенсию. Это поможет вам войти в круг Беренгийских аристократов. На вашем с Геларом обряде в храме я сделаю официальное признание. На этом всё! Я не стану протежировать ни тебя, ни твою мать. Живите самостоятельно. Твой отец, король Радомир.»

Затем Радомир набросал личное послание сыну, но не был уверен в ответе. Со Светозаром у короля были сложные отношения.

«Светозар, Олия наверняка уже сообщила, что у тебя есть сестра – моя внебрачная дочь. Это ведьма – Антония Караджич-Недич. Скоро она станет женой герцога Джоковича. Ты должен прибыть на их обряд в храме Пресветлой. Понимаю, твоё возможное недовольство, но ссориться с Джоковичами, а тем более Недичами – себе дороже. Я не могу не признать внучку князя и невесту герцога. Корю себя за давнюю ошибку. Делай выводы, сын! Твой отец».

И Тиане. Это послание у него никак не получалось. Изорвав не мене трёх вариантов, он всё же отослал сухое, сдержанное письмо бывшей случайной любовнице.

«Тиана, не знаю почему ты не сообщила о ребёнке сразу. Возможно, я нашёл бы выход и сейчас не возникло бы такая напряжённая ситуация. Как минимум, девочку можно было отдать в приличную бездетную семью, например. И она была бы законным ребёнком. Но, что сделано, то сделано. Сейчас я дарю тебе поместье, документы на твоё имя уже оформляются. Извини, но жить во бворце я тебе предложить не могу. Король Радомир».

Поставив точку, король с подозрением уставился на это послание. Что-то в нём было не то. Но заставить себя написать мягче, теплее король не мог. Тиана по-прежнему оставалась для него чужой посторонней женщиной, которая случайно ворвалась в его жизнь и через двадцать пять лет принесла с собой огромные проблемы. «Лучше бы и дальше молчала!», – бесился король, но понимал. Что не Тиана, так любая другая ведьма или сильный маг увидели бы его родство с Антонией. В таком случае дело обстояло бы ещё хуже: скандады и дрязги на много лет! И, не дай богиня, потеря трона!

В глубине души Радомир понимал, что виноват во всё он сам. Если бы тогда, двадцать пять лет назад, он открыл Тиане правду о своём статусе, то никакого внебрачного ребёнка скорее всего не было бы. Или они с Тианой сразу бы решили оставить происхождение ребёнка вечной тайной. Но…

Радомир вспомнил, как очаровала его тогда юная ведьма. Как несколько дней стойко выдерживала его натиск и не уступала. А на пятый день он применил родовой артефакт подчинения: надоело ждать, когда ведьмочка уступит ему добровольно.

Но даже не это считал Радомир своей ошибкой. А то, что не узнал девственна ли ведьма. Думал, что в двадцать лет девственных ведьм не бывает. А вышло вот как: и ведьма была девственна, и ребёнок получился с первого раза. Зато ведьма после той ночи пропала из дворца. Но что же делать с ней сейчас?!

Во-первых, у него есть постоянная любовница на ближайшие пару лет.

Во-вторых, жениться Радомир не собирается. Снова впрягаться в узы магического брака он не хотел.

В-третьих, Тиану во дворце никогда не примут. Слухи, сплетни и мелкие пакости не дадут ей спокойно жить. Вот дальнее поместье – это для неё.

Богиня милосерная, сколько проблем из-за одной ошибки в молодости! Хотя, он ещё совсем не стар. Но придётся нести груз теперь всю жизнь! «Помоги Пресветлая разобраться!» – невольно взмолился про себя Радомир.

***

– Браслав, ты видел это?! – Бояна ворвалась в кабинет мужа, размахивая посланием, которое получила Тиана.

– Видел, – хмуро ответил князь. – Мы с тобой тоже получили «привет» от Радомира. Думает, землёй откупился и княжескую дочь облагодетельствовал! Мерзавец! – князь заскрипел зубами и на его щеках заходили желваки.

– Не горячись, Слав! Он того не стоит: убогий человек – убогий ум. Не понимает, что далеко не всё в жизни измеряется деньгами и богатством. И даже не их количеством. Есть вещи, которые нельзя купить. Честь и благородство – из них. Если человек продаёт честь, например, за какую-нибудь выгоду, то с этого момента её у него нет навсегда. И её уже не вернёшь. Это чёрное выдранное пятно так и останется в ауре навсегда. Но это его выбор. Мне Радомир никогда не нравился. А ты знаешь о моём даре… Так что ты решил с этим делать? – через небольшую паузу спросила княгиня.

– Сожгу к бесам! – экспрессивно воскликнул князь. – Ответ накатаю такой, что быстро одумается. А то корона, видать, сильно на мозги давит!

– Правильно! – поддержала Бояна. – А ещё?

– Свадьбу Гелара и Нийки организуем здесь с размахом и не скупясь! Пригласим как можно больше зарубежных гостей. Пусть не сами короли и князья все приедут к нам, но представители их семей обязательно будут. Мы не может провести обряд в нашем храме, потому что по традиции сочетания судеб, обряд проводится там, где живёт жених. Но мы можем прямо из Дахи перевести всех гостей порталом в Печ. Справишься, Боянка?

– Справлюсь, Слав! Мы с Михалом и Андрусом всё организуем. Душан тоже поможет. Но я не хочу приглашать Радомира!

– Не собирался звать! – возмутился князь. – Нечего мерзавцу делать на моей земле! – Браслав выдохнул и прижал жену к себе: – Прости, Яна, не сдержался.

– Сама так же думаю. – поддержала мужа княгиня. – Я вот что хочу ещё сказать. ваше сиятельство, – перешла она на полуофициальный тон. – Есть у меня мысль открыть в Веренции высшую школу ведьм. Сама там ректором стану, а Тиану возьму преподавать артефакторику и обереги. Есть у неё к этому дар. А там, глядишь, новая служба, новые люди сделают своё дело, и дочка наша отойдёт от своих печалей. А насчёт короля… есть у меня подозрение, что скоро его сменят.

– ?! – поднял бровь Браслав.

– Магия, – пояснила Бояна. – Договор пяти не выполняется. Сходи в обитель к старцам, они имеют, что сказать. Мне говорить не стали, но намекнули на сбор совета пяти.

– Ты была в обители?

– Да, сразу, как вернулись из королевства. Говорила с ними о школе ведьм. Всё-таки магия ведьм отличается. Но они совсем не против школы. Здесь ведь не было заведения для ведьм, только в королевстве. И экзамены там же в ковене сдавали. А теперь сможем здесь обучать ведьм. Их в княжестве мало, поэтому и ценятся, ну а я могу помочь. Так почему нет?

Князь молчал, и Бояна тоже. Она высказала сейчас две интересные идеи: осесть прочно в Веренции и уже не возвращаться в королевство (если только в гости и по делам). И созвать совет пяти для обсуждения королевских ошибок. А действительно, как говорит Яна, почему бы и нет?

Освобождённая магия сейчас будет на стороне истины. И если договор с родом Благоевичей не подтвердится, то выбор всё равно есть. А если магию не устроит лишь Радомир, то у него есть взрослый сын. Придя к такому выводу, Браслав заговорил:

– Хорошо, Бояна. Согласен с тобой. Открывай высшую школу ведьм, я издам указ о назначении тебя ректором. Но всю организацию ты берёшь на себя.

– Не спорю! Мне Михал поможет, у него огромный опыт с академией уже есть.

– Отлично! Что касается совета… Я разошлю письма всем старейшинам пяти родов и назначу встречу в Сторице у источника. Там невозможно солгать или исказить истину. Там и решится судьба Радомира и королевства.

– Только, Браслав, – встрепенулась Бояна. – Нельзя допустить встречу Радомира и Тианы наедине. Он недобрый челове и к нашей девочке относится пренебрежительно. Ты знаешь, я не ошибаюсь в людях. Но Тиана до сих пор страдает. Обида и унижение владеют ею. Сама из этого мрака она не выберется. Не тот характер, – прищёлкнула Бояна с сожалением. Поэтому, лучше им не видеться и не усугублять положение.

– Не беспокойся, ему будет не до Тианы. Значит, договорились: собираем совет пяти до свадьбы Нии?

– Да, глядишь и признание отца ей не понадобится, – заметила Бояна.