Глава 27

Теперь я прекрасно понимаю, что это значит. И в конкретном случае — бежать. Иначе он опять затащит меня на диван или, что еще хуже, на кровать. Вырваться я не смогу.

— Хорошо, — взрывается он в одном слове.

Звучит всего лишь «хорошо», но какой спектр эмоций звучит на самом деле! Здесь и раздражение, и злость, и отчаяние, и похоть, перемешанная с желанием, и даже романтические нотки. Хоть целый кроссворд составляй! А там и до азбуки такими темпами не далеко будет.

— А давай, — раскрываю я широко глаза и поднимаю брови, — ты мне покажешь какое-то о-о-очень сложное заклинание! Давай, давай? — Говорю я, словно дразню его, но при этом медленно перемещаюсь назад.

— Я хотел предложить тебе изучить весь набор сил.

— Чего? — Лицо кривится само собой, рот уезжает в сторону, а брови тут же падают на прищуренные глаза.

— Если у тебя получаются и боевые, и охранные чары, то почему бы не испытать тебя в различных стихиях? — Нарушает Кристиан все мои планы, продиктованные Ванессой.

— Не надо меня испытывать. Вообще все родственные слова от «пыток» оставь при себе!

— Хочешь сказать, что и удовольствия ты не испытала? — Улыбается глазами Кристиан, не забывая ухмыльнуться при этом. И вот опять он съезжает с серьезной темы!

— Получила. Почувствовала. Ощутила. — Поправляю я его. Так много существует приятных слов, но ему почему-то интереснее все те, что хоть немного касаются пыток.

— А-а-а… — Протягивает он и расплывается в улыбке. — Так тебе понравилось.

— Кристиан! Ну, епрст! Почему у тебя хорошее настроение только тогда, когда нужно заниматься делом!

— Так я тебе это же и предлагаю, — хищно смотрит он на меня и начинает приближаться.

— Нет, Кристиан! Фу! Плохой мальчик! — Отпугиваю я его, продолжая пятиться назад и выставив руки перед собой. Конечно, меня это не спасет, но оборонительную стойку занять лишним тоже не будет.

— О, я очень плохой, — стреляет он в меня глазами, специально поддразнивая.

Дистанция между нами сокращается. Коридор, каким бы длинным он не был, тоже подходит к концу. Аргументы заканчиваются, ведь на каждое мое слово у Кристиана на все один ответ.

— Крис… — Тихо говорю я, нервно вдыхая воздух.

— Иди оденься у себя. — Резко переключается он на вполне адекватную волну. И нотки флирта тут же исчезают из его голоса, и глаза становятся карими, даже усмешка с лица куда-то пропадает. — Позавтракаем и пойдем твои сло-ожные, — передразнивает он меня, выставляя руки перед собой и шевеля пальцами, — заклинания учить.

Охотник разворачивается и уходит к себе. Немного подождав, чтобы убедиться в том, что сказанное перед уходом не было очередной дилетантской шуткой, я отправляюсь к себе. В подаренной Кристианом коробке я нахожу много всего интересного. Там аккуратно сложено и то, что я у него просила за оказанную услугу. Сразу же принимаю душ, чтобы не надевать новые вещи на грязное тело, замечаю себя в зеркале и не узнаю. Настолько сияющих счастливых глаз никогда не видела, и вот они смотрят на меня из отражения в зеркале. Потом взгляд перескакивает на прядь волос. Она темная, даже иссиня-черная, и смотрится очень не гармонично среди пшеничного натурального цвета. И где я успела так извазюкаться?

Если не брать в расчет ночного казуса, то день начинается отлично. Крайне уверенно я чувствую себя в новых вещах. А ведь Кристиан даже умудрился и раздобыл джинсовые шорты, которых в этом мире еще не придумали.

Завтрак тоже оказывается вполне приличным. Если, конечно, не брать в расчет постоянно направленного на меня взгляда. Кристиан то и дело глазами скачет по мне, видимо, вспоминая события прошлой ночи.

Солнце ярко встречает нас, только мы выходим на улицу, ласкает теплыми лучами и радостно слепит глаза. Но это не мешает, а скорее символизирует начало новой жизни.

Кристиан, как и обещал, показывает различные сложные заклинания, в число которых «случайным» образом входит то самое, что нужно для проведения ритуала. Это чары, которые накладываются на любое живое существо с целью ментально очистить его — как высокопарно объясняет Кристиан. На деле это оказывается чем-то вроде сыворотки правды. И только мы знаем, какое еще у него имеется скрытое назначение. На своем учителе я его не испытываю, но Кристиан (что удивительно) хвалит меня и говорит, что все делаю правильно.

Затем я под чутким руководством охотника осваиваю еще несколько заклинаний, касающихся управления стихиями. Кристиан с каждым новым получившимся у меня элементом становится печальнее, и в какой-то момент просит закончить эксперименты с магией.

Он, ничего не объясняя, уходит в дом. Но я так просто не отпускаю его. Заклинание, что призвано избавить меня от невидимого призрака давно умершей женщины, обязательно нужно проверить! И, как самый настоящий грызун из рода мышиных, замахиваюсь и в спину Кристиану стреляю сывороткой правды. Он застывает и медленно поворачивается ко мне. Гнев тут же вспыхивает в его глазах.

А мне не дает покоя утренний многопоточный разговор, в котором и Кристиан, и Ванесса что-то поняли, но не поделились своими догадками со мной.

— Какая связь между тобой и Ванессой? — Спрашиваю я, игнорируя недовольство Кристиана, но быстро исправляюсь, выбирая более узкую направленность вопроса. — У вас были интимные отношения?

— Да, — с ненавистью отвечает Кристиан, еще пытаясь дышать. Кажется, мой вопрос его настолько выбивает из себя, что главной задачей оказывается не покрошить на мелкие кусочки своего внезапного интервьюера.

— Ты любил ее? — Тут же закидываю я второй вопрос, пока заклинание не утратило силы.

— Да, — скрепя зубами, шипит охотник. Каждый миллиметр его лица натягивается, чуть ли не обнажая кости. Взгляд источает столько злобы, что ее можно собрать в баночку и разглядеть в мельчайших подробностях, а то и потрогать.

Вокруг него появляется легкое сияние, которое тут же растворяется и уносится с ветром. Кристиан смотрит на меня, как на предателя, еле заметно покачивая головой. Он мгновенно скрывается за дверьми, с грохотом ударяя в них кулаками. Одна створка оказывается пробитой и теперь пропускает солнечный свет через внеплановое свеженькое окно, а другая срывается с петель и уныло повисает наискось.

Стыд легкой дымкой проносится внутри меня, но я сразу же развеиваю его. Оно того стоило. Я получила ответы, которых в здравом уме мне никто и никогда не дал бы. Иллюзия влюбленности, крепко закрепившаяся в моем сознании, громко объявила о себе, стирая все сомнения. Теперь и мне все стало понятно.