Глава 28

Пока Кристиан окончательно не свихнулся, я, возможно в последний раз, осматриваю свои цветы. Насколько же красивы они при солнечном свете! Розовые лепестки выглядывают из-под красных, заостренных на концах, рядом красуются широкие фиолетовые. Умиротворяющий вид. Только шезлонга не хватает и бассейна рядом.

Легкая грусть зарождается во мне, несмотря на такое количество красоты перед глазами. Кристиан любил Ванессу, поэтому помогает мне сейчас. Ее частичное нахождение во мне будит в нем эти чувства. Мне же Инир, вроде, говорил, что в магическом мире связь между возлюбленными скрепляется их магией. И на данный момент я, может хоть и частично, но обладаю магией Ванессы, поэтому Кристиана ко мне и влечет. Но это все не настоящее. Только ведьма обретет собственное тело, все чувства между мной и Кристианом рассыпятся, исчезнут, перестанут существовать, и даже отголоска от себя не оставят. Вот только пока Кристиан довольствуется крохами из прошлой жизни, вспоминая свою возлюбленную, я все чувствую, и ненароком могу действительно влюбиться. А потом лить слезы, страдать, выслушивать нотации Дебы о том, что она ведь предупреждала… И в погоне за тоской по Кристиану я упущу Инира.

По другую сторону замка раздаются страшные звуки. Что-то падает, звякает, ломается. Видимо, Кристиан ищет место для отпущения эмоций. А мне везде надо сунуть свой нос, хоть это и редко когда может увенчаться успехом.

С сигаретой во рту, Кристиан материться, поджигая сухую до неприличности траву, взрывает пни, возвращает все в прежний вид и вслед повторяет бесчинства.

— Ничего настолько страшного не произошло, — как ни в чем не бывало говорю я, будто не дорожу собственной жизнью.

Кристиан ничего не отвечает. Он только лишь выбрасывает сигарету и поджигает новую, выпуская обновленный дым.

— Мы можем все обсудить, — предлагаю я более гуманный способ. Но он не устраивает охотника, чей секрет я узнала.

Кристиан бросает на меня взгляд, наполненный злобой и отчаянием, и в тот же момент перед моим лицом пролетает огненный снаряд, пробивающий стену замка. Камни начинают крошиться, разрушая многовековую конструкцию.

Мужчина недовольно осматривает результат своих действий и из ниоткуда достает стакан с водой. Он прямо на моих глазах материализуется у него в руке! Тоже так хочу.

— Кристиан, успокойся, — говорю я самую неправильную фразу, которую только при данных обстоятельствах. — А пойдем лучше в дом? А?

В ответ я получаю лишь сверлящий взгляд, в котором читается все то, что не было озвучено. Но и я не сдаюсь. Если уж и вести себя из глупости бесстрашно, то до конца.

— Я пойду в зал. Приходи, обсудим. Я готова тебя выслушать, да что там выслушать … Я готова поверить тебе, стоит только тебе все объяснить.

В зале я долго нахожусь одна. Успеваю заглянуть за закрытые двери, где не оказывается ничего интересного: обычная кухня и кладовка с тряпками и швабрами. Не найдя никаких продуктов, вынужденно возвращаюсь в основное помещение, ведь сама дала обещание Кристиану, что буду на месте, когда он будет готов к разговору.

А он может и не прийти. Я впервые сегодня видела столько ярости, что можно ожидать каких угодно последствий. Да и объяснять мне Кристиан ничего не должен. Его право любить, кого захочет, и пользоваться тем, кем посчитает нужным. Скорее на его месте должна быть я.

Но отчего-то меня открывшаяся правда не настолько задела. Более того, я даже успела принять тот факт, что однажды мы разойдемся без любовных последствий. А физическую близость только ради удовлетворения потребностей я не против допустить, тем более что с Иниром все слишком неопределенно в этом плане, если рассматривать данный вопрос во временных промежутках.

На пороге появляется Кристиан. Его волосы взъерошены, на лбу крупными каплями застыл пот. Он всего несколькими шагами преодолевает разделяющее нас пространство и резко останавливается, упираясь в стол, словно его и не видит.

— Ты задаешь неправильные вопросы, а потом делаешь неверные выводы! — Гневно кричит мужчина, поднимая глаза на меня и сминая в руке стеклянный стакан, словно тот был сделан из картона. Треск сменяется громким ударом кулака о стол, оставляя на нем пятно крови. Она стекает вниз, капает на безупречный мраморный пол, оставляя красные разводы. Но Кристиан не обращает на это никакого внимания, продолжая прожигать меня взглядом, полным ненависти.

Кажется, я задела самую больную тему. Но и Кристиан сам виноват, мог бы хоть немного рассказать о своей жизни, чтобы я понимала, куда не нужно наводить свой прицел.

— Как по мне, вопросы были вполне конкретными. Или тебе есть, что добавить на этот счет? — Прищуриваю я глаза в ожидании правды, но ни на что не надеюсь. Настолько просто не может повезти.

— Зачем тебе это? — Рычит Кристиан. — Что изменит?! — И еще раз впечатывает кулак в стол, окрашивая еще больше пространства вокруг в красный цвет.

— Значит, объяснений не будет, — делаю я сразу же вывод, облегчая жизнь Кристиану. Я вскидываю брови и прохожусь языком по губам, закрывая рот. Вывод оказывается общим для нас обоих. — А знаешь, ты можешь не переживать. Можем оставить все, как есть. А потом закончим наш временный роман без всяких обязательств.

Кристиан проникается моим заразным любопытством. Его пыл немного угасает, а гнев в глазах сменяется на обычную злость.

— Я могу приходить к тебе по ночам, а утром будем вести себя, как будто ничего и не было.

Мужчина наклоняет голову, практически касаясь плеча. Он слушает. Думает. Анализирует.

— И к этому разговору мы больше возвращаться не будем. — Добавляю я под конец.

Самым верным решением сейчас будет оставить Кристиана наедине с его мыслями. И я, только окончив свою речь, так и поступаю. Встаю из-за стола и выхожу из зала.

— А не хочешь спросить, чего хочу я? — Спрашивает он мне в спину. Но я не оборачиваюсь,

— Не хочу. Мне неинтересно.

Я отвечаю слишком спокойно для девушки, сделавшей такое опрометчивое предложение. И крайне уверенно поднимаюсь в комнату, зная, чем будущие встречи для меня могут обернуться. Колени не дрожат, в голове не проносится бардак из мыслей. И даже что более странно, наступает чувство правильности. Я только так могла поступить, это был единственно верный выход.

Сама же теряюсь порой, если Кристиан окажется чуть ближе привычного. Он сам сходит с ума от притяжения, искусственно отталкивая меня, пока я сгораю изнутри от желания слиться с ним. Но это во мне говорит магия Ванессы. Только я избавлюсь от нее, приняв неизбежные решения, вернусь к предложению Инира.