Глава 30

Ведьма начинает мне диктовать последовательность действий. Я в точности выполняю каждую ее команду, не задумываясь о возможном обмане.

Я решительно поднимаю лунный камень над головой и четко говорю незнакомые слова, повторяя за Ванессой. Артефакт наполняется светом, из него тонкими нитями струится свечение, и я зажимаю его в ладони, опуская руку вниз. Закрываю глаза и настраиваюсь морально, проговаривая пока только про себя слова заклинания.

— Начинай, — с удовольствием произносит ведьма, уже предвкушая долгожданную свободу.

И я вслух повторяю те же слова, что и прогоняла в мыслях. Камень начинает нагреваться, чуть покалывая руку. Второе прочтения заклинания раскаляет камень, и покалывание начинает подниматься вверх, заполняя собой всю правую половину тела. Начинаю в третий раз повторять заклинание. Камень резко остывает.

— Еще раз! — Кричит Ванесса, опьяненная происходящим.

И я вновь следую ее словам.

Камень заново нагревается, но только я дохожу до финального прочтения заклинания, он остывает.

— Еще, еще!

Все повторяется опять.

— Теперь быстро беги! — Разводит ведьма панику, то ли поняв что-то, то ли просто переволновавшись. — Выбегай за пределы ворот!

— Далеко, — чуть потерявшись в происходящем, констатирую я факт.

— Да не теряй времени, сопля размазанная!

— Ай, — мгновенная реакция на оскорбление не заставляет Ванессу долго ждать.

— Беги!!! — Еще громче кричит она в голове, разрывая мои ушные перепонки, и начинает причитать, — вот что за глупое тело досталось, от воскрешенного мертвеца больше пользы.

Ну а что я? В итоге бегу, перепрыгивая вздернутые корни и сухие пни. Я вижу цель — высокий забор, и пространство, разделяющее нас, все быстрее сокращается.

— Теперь черти круг вокруг. И замкни его защитным куполом.

— Ванесса, зачем? — Искренне не понимаю я, когда ведьма успела чего-то испугаться, чтобы надиктовать мне еще кучу бесполезных действий.

— Делай. Быстро. — Низким, но устрашающим голосом произносит она. И у меня не остается никаких других вариантов, кроме как подчиниться. Изначально я сама приняла эти правила игры, в которых Ванесса будет руководить, так смысл теперь идти на попятную.

Заканчиваю с творчеством, вытирая измазанный в земле палец о ноги, и вновь приступаю к ритуалу. Заряжаю еще раз лунный камень силой ночного света и произношу заклинание.

Что-то тяжелое наваливается на меня, сбивая с ног. Тут же я проваливаюсь вниз.

— Ты не укрепила круг защиты?! — Доносится до меня шипение разозленной ведьмы, но быстро за ним следует пустота.

— Я четко следовала инструкции! — Мысленно отвечаю я, но никто уже меня не слышит.

Под громкие и обидные высказывания ведьмы, все еще звенящие в памяти, осматриваюсь вокруг. Пещера. Та же самая, куда меня среди ночи дернул Кристиан. А вот и он сам, лежит поверх меня, прижимая к самому низу.

— Долго лежать будем? — Спрашиваю я него, пока мужчина, придавливая меня сверху, разъедает взглядом.

Он смотрит глаза в глаза. Ярость и злость бушуют в них, чуть ли не выливаясь из краев. Сами глаза краснеют, выбеляя кожу вокруг, из них начинают вылетать настоящие искры. Но Кристиан продолжает молчать.

— Да не смотри ты на меня так. Если не помогаешь, то хотя бы не мешай. — Беру я инициативу в свои руки, и первая начинаю разговор, не дожидаясь момента, когда Кристиан начнет ругаться, орать и обвинять меня в самодеятельности.

Внезапно из его руки вылетает молния. Она проносится буквально в сантиметре от моей головы, а затем следует громкий хлопок. Где-то падают камни.

— Какого, — в остервенении рычит мужчина. Его голос трясется от переизбытка эмоций, срываясь перед каждым вдохом, — черта.

— Это ты у меня спрашиваешь? — Широко раскрываю я глаза и с недоумением смотрю на Кристиана.

Его глаза наливаются еще большей злобой. От них по всему лицу начинают расходиться красно-черные линии. Они надуваются, увеличиваются, и кажется, кожа сейчас начнет лопаться.

— Кристиан, — мягко произношу я, чтобы его успокоить, — давай ты придешь в себя, и мы поговорим, а?

— А что мной не так? — Рычит он как будто не своим голосом, и эхо разносится по всей пещере.

Кристиан сильно, от чего и громко ударяет кулаком по дну пещеры, опять же рядом с моей головой. Инстинктивно я поворачиваю ее в ту же сторону. Камень, из которого выполнена пещера, расплавился, покраснел. Когда Кристиан поднял свой кулак вверх, то на месте удара я заметила большую вмятину.

Это ж как надо было разозлиться, чтобы такое вытворить с камнем?

— Крис, прошу…

— Хочешь говорить? — Все с тем настроением, но уже с нотками любопытства говорит охотник.

— Да.

— Слишком многого хочешь, — рычит он, наклоняясь ниже и выдыхая мне в лицо. — У всего есть последствия. Ты на них наплевала. Знаешь, что произойдет, когда ты отделишься от Ванессы?

— Нет.

— Так какого черта это делаешь?!

— Честно? Я больше не могу ее терпеть. И тебя. Я хочу сама распоряжаться своей судьбой.

— Ванесса была моей тенью две сотни лет, — неожиданно раскрывает Кристиан подробности своей жизни, — но я вытерпел это. А ты и месяца не продержалась.

— И посмотри, в кого ты превратился! — Наезжаю я на Кристиана, наплевав на свое неудобное во всех смыслах положение. — Ты черствый, безэмоциональный, циничный, ненавидящий всех, отстраненный от мира, не живущий, а терпящий дни жизни. Я не хочу быть такой, как ты.

— А если я всегда был таким? — Менее эмоционально, но все еще рыча, спрашивает охотник, продолжая придавливать меня своим телом.

— Не поверю. Изредка ты показываешь себя настоящего, а потом понимаешь, что… О нет! … Допустил ошибку! … И опять скрываешься под маской.

Кристиан усмехается, выслушивая меня. Его лицо медленно начинает приходить в человеческий вид, краснота отступает, а темные набухшие линии сглаживаются, обесцвечиваясь. Он встает с меня и подает руку.

— Я догадывался, — говорит он практически нормальным голосом, — что сегодня ты попробуешь провести ритуал. Весь день занимался защитой замка, настраивал магическое поле, изолировал его. И пытался решить эту проблему, которую ты захотела явить миру.

— Ванесса догадалась, что что-то не так. Кстати, она знает, что ты догадался. Ты сам себя сдал.

— Понятно.

Кристиан замирает на месте, словно думая о чем-то. Затем он вздыхает и идет в сторону выхода из пещеры.

Я следую за ним.

Он идет слишком быстро, поэтому мне приходится бежать. Впереди уже дребезжит свет, а я все еще далеко. Не могу даже коснуться рукой плеча Кристиана, чтобы затормозить его.

В пещере скользко, и это существенно меня замедляет.