Глава 13: Старое кладбище

– Хотите, я покажу вам кое-что интересное? – спросил ведьмак, заинтриговав меня по самую макушку.

Никакого подвоха я не ожидала. Конечно, и доверять мужчине не торопилась: все же я до сих пор не знала, кто он, но и подозревать его в чем-то плохом никаких причин не имелось.

– Хочу, – кивнула я и снова неловко дернулась, когда мимо нас пролетел очередной воющий призрак.

Чуть отстранившись от меня, ведьмак под моим обескураженным взглядом с таинственной улыбкой расстегнул сначала одну пуговицу своей рубашки. Затем вторую…

Когда он начал доставать цепочку с такими же, как у меня, серебряными карманными часами, я не сдержалась и гулко выдохнула. Одни ведьмы первого круга знали, как сильно я напряглась.

– У меня такие же, – приложила я ладонь между ключиц, мгновенно нащупав их вместо несуществующего украшения. – От бабушки достались. Только ваши почему-то показывают, что вы в опасности.

– Странно, – нахмурился ведьмак и тоже взглянул на свои часы. Обычно стрелка колеблется совсем немного, и затем случается что-то не очень приятное, но сегодня метелка впервые опустилась наполовину.

Плюнув на маскарад, я спешно достала из выреза платья свои часы. Стрелка на них тоже дергалась у самого низа, в то время как обычное ее расположение было у верхней отметки.

– Кажется, мы оба в опасности, – проговорила я недоуменно.

И именно в этот момент голова моя пошла кругом. Меня резко затошнило, отчего я схватилась за блондина.

Земля ушла у нас из-под ног.

Ощущения были очень схожими с теми, что я испытала вчера, испробовав «Малиновую пыль». Однако одно весомое отличие все же имелось: мне не было так больно.

Ударившись о землю плечом и бедром, я глухо застонала и открыла глаза. Подо мной и правда была земля – черная, без единой травинки, а вокруг не проглядывалось ни одного куста. Только серые могильные плиты да деревянные кресты.

– Тиана, ты в порядке? – услышала я знакомый обеспокоенный голос.

С земли я поднялась мгновенно. Еще быстрее обернулась, чтобы увидеть Каля собственной персоной. Только, в отличие от своего прежнего образа, старшекурсник теперь был облачен во все черное.

– Ты! – воскликнула я, разозлившись. – Ах ты зараза кучерявая! Ты что наделал?!

– Эй, эй! Перестань драться! Это не я! – уворачивался он от моих ударов.

И от злости, и от разочарования, и от осознания того, что провела этот вечер именно с ним, я бросилась на парня с кулаками.

– Зачем же ты тогда ко мне подошел, а? – била я, куда доставала, но ведьмаку мои удары были что мертвому припарка. – Как ты вообще узнал, что это именно я? Скажешь: случайно?

– Не случайно, – сознался этот мерзавец и вдруг схватил меня за руки, быстро завел их мне за спину да так и застыл, бесхитростно поглядывая на мои губы.

Но у меня еще ноги в арсенале имелись! Ему на сапог каблуком я наступила от души!

– Ай! Да перестань! Мы не первый год в празднике участвуем и всегда носим с собой особые стеклышки. Через них всю правду видно. – Достав из кармана штанов, он продемонстрировал мне обычный кусок стекла, но цвет осколок имел ярко-синий. – Я вообще извиниться хотел за вчерашнее. Я выпил лишнего и вел себя недостойно, но в свою защиту могу сказать, что ты мне понравилась, Тиана. Очень понравилась.

– И когда это успела? Когда ты меня рубашку свою стирать заставлял? Или когда всякой дрянью поил? – ерничала я, ничуть не веря его словам.

– В столовой академии в самый первый день. Ты на меня стакан с компотом перевернула и клятвенно обещала постирать мои вещи.

Открыв было рот, под насмешливым взглядом ведьмака я его так же молча захлопнула. Действительно, в самый первый день на обеде такой инцидент имел место быть, но я просто не запомнила того несчастного, на которого не только вылила компот, но и кому измазала рубашку в соусе, пытаясь впитать влагу испачканной салфеткой.

Я вообще в тот день пребывала не в себе: все вокруг было новым, неизведанным. От впечатлений кружилась голова, а восторг наполнял меня до самых краев души.

Нет, я не помнила Каля. Для меня тогда каждый ведьмак был, как говорится, на одно лицо. Все они излучали такое бешеное обаяние, что ведьмочки со всех курсов штабелями укладываться намеревались, а я боялась.

Просто боялась смотреть на ведьмаков, чтобы глупо не застыть с открытым ртом, как это произошло с некоторыми первокурсницами.

– И вообще, ты должна проявить ко мне мягкость. Я с твоей сыпью половину дня ходил, пока зелье не подействовало. И это было ужасно, Тиана, все тело чесалось, а я тебя даже директору не сдал.

Если до этого момента я была готова на какое-никакое перемирие, то своими словами ведьмак начисто развеял образовавшийся флер.

– Какой благородный поступок! – сыронизировала я. – Загнал в угол, а потом типа хороший, да?

– Тихо, – вдруг скомандовал Каль жестко и так же жестко прижал меня к себе.

Я уже хотела возмутиться повторно. В конце концов, если ему что-то там показалось, это совсем не означало, что мне не требуется воздух и личное пространство. Но буквально через мгновение я тоже услышала ЭТО.

Неясный шелест или хруст листьев. Что-то неявное, негромкое, но при этом волнующее. Холодок пробежал у меня по спине, а сердце застучало в три раза быстрее в предчувствии беды.

Медленно обернувшись, я узрела густой белый туман, что медленно, но неотвратимо подбирался к нам с каждой секундой все ближе.

– Так, надо срочно выбираться отсюда, – оценил ведьмак подкрадывающийся дымок нехорошим взглядом.

В том, что он точно нехороший, я не сомневалась. В свете одинокой луны его лицо хоть и отдавало в синеву, но рассмотреть его я могла отчетливо.

– Это старое кладбище, – пояснил парень. – Мы здесь разок бывали, убирались в качестве наказания. Твою старшую ведьму!

Последнее выражение явно было ругательным и относилось оно совсем не ко мне, а к тому, что происходило у меня за спиной.

Вновь обернувшись, на этот раз беспрепятственно высвободившись из чужих рук, я узрела выплывающих к нам на дорожку мертвецов. С поднятыми перед собой руками, с обглоданными костями, в истлевших лохмотьях – они уверенно шли прямо к нам.

– Быстро беги к склепам и прячься внутри! – скомандовал ведьмак, буравя вновь прибывших немигаемым, на глазах желтеющим взглядом.

– А ты? – прошептала я севшим от ужаса голосом.

– А я буду сражаться. – Будто из воздуха он достал серебряный меч с длинным сверкающим лезвием. – Быстро убегай!

– Да ну тебя! – психанула я и сама схватила его за свободную руку.

Первые несколько шагов я совершенно точно тащила ведьмака на себе и своем голом упрямстве, но потом он очнулся и побежал куда быстрее меня. Теперь уже ему приходилось тащить меня вперед по дорожке.

Правда, бежали мы недолго. Особо не выбирая, Каль толкнул меня в ближайший открытый склеп и сам зашел следом внутрь. Тяжелую каменную дверь с места мы сдвигали вместе. Но стоило створке встать на свое законное место, как раздался щелчок железной перекладины, упавшей ровно в петли.

Естественно, с другой от нас стороны!

– Если это твоя дурацкая шутка… – прошептала я в ярости, хотя всю меня трясло от самого настоящего страха.

Да меня так в лесу не трясло, как сегодня на кладбище!

– Да я-то тут при чем?! Я же не похож на идиота! – воскликнул он зло, взъерошив себе волосы.

Лунный свет падал в склеп через узкие отверстия, выпиленные прямо в камне по верху.

– А я бы поспорила! – тоже не сдержалась я от повышенного тона, но больше ничего говорить не решилась.

Мимо двери, ведущей в склеп, пробежала толпа голодных от природы мертвецов. Кладбище в тишине мы рассматривали еще какое-то время.

– Кажется, ушли, – выдохнул Каль с облегчением и заметно повеселел. – Тиана, ну я же уже извинился, перестань дуться. Нужно думать, как мы будем отсюда выбираться.

– Я своими чарами толком не владею, – призналась я, насилу оторвав себя от створки.

Отыскав силуэт скамейки, грузно опустилась на нее и разулась. Забег в туфлях никак не являлся верхом моих желаний этой ночью. Ступни горели так, будто я до соседней деревни бегала и обратно.

– Зато я своими на отлично, – похвастался ведьмак, но улыбка тут же сошла с его губ. – Но если я разнесу склеп, меня точно вышибут из академии, а мне последний год остался. Я на следователя учусь.

– Ух ты! Как интересно, – в моих словах не было ни капли фальши.

Мне правда было интересно, каково это – работать следователем. К нам в деревню по непредвиденным случаям следователь приезжал прямиком из города, но то обычно было что-то совсем уж страшное, чего староста сам порешать не мог.

После его приезда обычно кого-то обязательно забирали на тюремной карете. Иногда даже на антимагической – это если преступник чарами владел.

– Вы профессию на втором курсе выбирать будете, – рассказывал Каль. – Смотри не промахнись. На четвертом, конечно, поменять предложат, но там профильных предметов досдавать целую гору придется.

– Слушай, нас же наверняка хватятся после бала, – перебила я его. – Не знаю, как твой друг, а мои соседки точно запаникуют. Мы в комнате встретиться договорились, – успокаивала я то ли его, то ли себя. – Нам осталось только дождаться помощи.

Ведьмак на мои слова ничего не ответил. Вместо этого отдал мне свой плащ. В отличие от него, я была только в платье: мой так и остался в доме директора.

Маленький огонек, созданный им, освещал нам мрачный и холодный склеп. Время мы коротали за заклинаниями и наговорами, которым парень пытался меня научить.

И все бы ничего – я даже почти забыла о том, что мы заперты, а за пределами склепа бегают восставшие мертвецы, но в тот самый момент, когда совсем крохотный огонек получилось создать и у меня, мы услышали явный скрежет.

Совсем рядом. Буквально в двух шагах.

В свете огня каменный гроб, единственный в этом склепе, начал открываться.

– А в чей мы склеп-то ворвались? – шепотом спросила я, боясь даже моргать лишний раз.

– К давно умерщвленному вампиру, – ответили мне бесцветным голосом. – Вампиры обычно просыпаются в полночь, и, кажется, до завершения бала никто из нас не доживет.