Глава 6 · Кольцо

Сирил же, даже не оглянувшись, понёсся дальше по коридору, прижимая руки к заду. А точнее — к обгоревшим, дымящимся штанам. Видимо, сгустки чистого пламени угодили ему как раз в то самое место, на которое он вечно искал себе приключений. Поэтическая справедливость — лучшая справедливость. Даже если она чуток запоздала.

Я замерла, заворожённо глядя, как из кабинета, медленно и величаво, словно подбирая цель, выплыл новый, размером с добрый арбуз, пламенный шар. Он повисел в воздухе, будто принюхиваясь, а затем со свистом рванулся вдогонку за улепётывающим, подпрыгивающим от каждого шага Сирилом.

Следом, поправив идеальную причёску, из кабинета вышла Элодия. На её лице не было ни злобы, ни торжества. Лишь глубокая, почти философская удовлетворённость мастера, качественно выполнившего неприятную, но необходимую работу. Она отряхнула невидимую пылинку с рукава. Поправила ожерелье и элегантную сумочку, что висела на сгибе локтя.

Её взгляд упал на меня. Я съёжилась, ожидая, что сейчас и мои волосы задымятся по той же схеме «солнечный свет — дикобраз — пепел». Не то чтобы так уж дорожила темно-рыжей немодной шевелюрой, но как-то не хотелось становиться свечкой или факелом.

— Не бойся, — сказала магисса. Голос был тёплым. Да, именно тёплым, как чашка хорошего чая в холодный вечер. — Ты сказала правду, Майя. Я уважаю это.

Она подошла ближе. От неё пахло не гарью, а чем-то чистым и острым, как воздух после грозы. Пальцы, длинные и ухоженные, коснулись моего запястья.

— Возьми.

Женщина сняла со своего безымянного пальца кольцо. Оно было простым и оттого явно безумно дорогим. Не тоненькое колечко, а широкий, массивный ободок из тёмного, почти чёрного металла, в который был вправлен один-единственный камень. Не бриллиант. Даже не рубин. Это был кусочек чего-то тёмно-янтарного, почти непрозрачного, внутри которого будто дремали крошечные язычки пламени. Они шевелились, когда кольцо двигалось.

— Глядишь, пригодится, — сказала Элодия и надела его мне на палец. Оно оказалось на удивление лёгким и сразу же, приняв температуру кожи, будто всегда там находилось, подстроилось под нужный размер.

Она подмигнула мне. Да, магисса огня третьего круга, гроза канцелярии и живое воплощение карающей десницы, подмигнула мне, рыжей мыши-архивариусу. Делааааа!

Затем её взгляд скользнул по коридору, где далеко впереди мелькала трясущаяся от бега фигура неверного мужа. На лице Элодии мелькнула тень задумчивости.

— Недожала, — констатировала она с лёгкой досадой и, не глядя, щёлкнула пальцами левой руки.

Из ниоткуда возник ещё один, совсем маленький, ярко-синий огненный шарик, похожий на игривую, но злобную бусинку. Магисса небрежно ткнула пальцем в сторону беглеца — оставалось только обронить слово «фас!». Шарик послушно помчался вдогонку.

Он был быстрее и куда как метче первого. Я даже успела увидеть, как Сирил, услышав новый свист, отчаянно дёрнулся в сторону. Бесполезно. Сгусток угодил ему прямо в центр трясущихся ягодиц с таким точным, снайперским расчётом, что я невольно восхитилась.

Раздался не крик. Это был Вой. Долгий, высокий, прочувствованный вой подпаленного дракона, в котором смешалась физическая боль, ужас и, мне кажется, осознание полного краха всей его нелепой жизни.

Канцелярия вздрогнула до основания. Со стен посыпалась побелка. Где-то вдалеке зазвенело разбитое стекло. Моя бумажная башня снова упала на пол, будто хлопнулась в обморок. Рулончики, так и не поднятые, задрожали, словно ждали, что теперь Элодия примется за них.

Она удовлетворённо кивнула.

— Ох, долго же ему придётся лечить магические ожоги, — заметила я, не в силах оторвать взгляд от пустой уже двери в конец коридора.

— Эта проблема у него возникнет лишь в том случае, если он сумеет выжить, — поправила меня магисса с той же лёгкой, деловой интонацией, с какой я обычно говорила «эта проблема возникнет, если мы не найдём недостающий манускрипт». — А в этом, признаться, у меня имеются большие сомнения.

С этими словами она ещё раз кивнула мне, теперь уже прощаясь, развернулась и пошла прочь тем же безупречным, неспешным шагом, каким пришла. Будто только что завершила рядовую проверку, а не устроила кадровую и супружескую мясорубку.

Я осталась стоять посреди хаоса. Пахло гарью, страхом и… свободой.

Медленно, очень медленно повернула голову и посмотрела на уползающую прочь, всхлипывающую Лирель. Её путь лежал к выходу. И мой, видимо, тоже.

И тут меня осенило. Я посмотрела на своё увольнение, на дымящиеся руины карьеры Сирила, на кольцо с дремлющим огнём на своём пальце… и улыбнулась.

У меня-таки будет отпуск!