Глава 13

Себастьян

Услышав эти слова, Лилит бросила на меня задумчивый взгляд. Я лишь махнул рукой. Мне не очень хотелось рассказывать эту историю.

На улице послышался лай. Хозяйка дома взволнованно посмотрела окно.

— Я сейчас приду, не выходите наружу.

Лилит осторожно выглянула в окно.

— Там охотники, — шепотом сообщила она.

— Не думаю, что нам есть чего бояться, — уверенно сказал я. — После ночного представления вряд ли кто-то нас подозревает.

Она тихо вздохнула, подальше отсев от окна, чтобы ее не было видно. Но все же следила за происходящим во дворе.

— Так откуда ты знаешь этого Михаила? — прямо спросила она.

— Он мой создатель. — Я поморщился.

Вампиры называют своих создателей родителями. У меня же никогда язык не поворачивался так сказать об этом гнусном упыре. Не по своей воле я стал одним из них.

Как, наверное, и сотни моих собратьев по несчастью, я имел грустную историю преображения. И теперь размышлял, стоит ли ее рассказывать Лилит. Поймет ли она, не стану я в ее глазах монстром?

— Я знаю, что это несладко. — Она легонько дотронулась до моей руки.

Мне этого было больше чем достаточно, чтобы я все же решил поделиться с ней прошлым. Но она добавила:

— Жаль, что ты стал чьим-то творением. Жестоко обращать людей в вампиров. Особенно если это против их воли.

Я слабо улыбнулся и начал рассказ.

— Мне было двадцать восемь лет. Я приехал из города в фамильный замок к отцу. Жил далеко, но я часто навещал двух братьев и младшую сестру, которых безумно любил. В самый страшный день, вернее, ночь моей жизни, я потерял их. И стал монстром. Сестренке только исполнилось пятнадцать, обоим братьям — до двадцати лет. Я велел им спрятаться в чулан, а сам как старший решил защищать родных, защищать наше имение без отца, который уехал в соседний город погостить к другу.

Эти воспоминания терзали меня бессонными днями. Я так долго пытался забыть или, наоборот, вспомнить некоторые фрагменты, но тщетно. Память во время трансформации тела нестабильна. Инстинкты хищника, жаждущего крови, преобладают над разумом.

— Я ничего не мог поделать с Михаилом, — продолжил я, и сердце стало болеть. Оно плакало и страдало. Вновь. — Это был неравный бой, в котором я проиграл человеческую жизнь. После того как человек становится вампиром, некоторое время он плохо понимает происходящее. Все кажется нереальным, окружающее перестает существовать. Ты слушаешь и выполняешь то, что говорит тебе твой создатель, — рассказывал я. — И голод! Он преследует тебя повсюду в первые дни, а потом утихает, но не уходит совсем никогда. Именно он делает вампира монстром, жаждущим убивать.

— Ты не мог бы его победить. Без магии и охотничьего снаряжения, в одиночку. — Лилит покачала головой. — Нет, не мог бы.

Сколько сожаления в ее голосе! Как давно я не видел такого взгляда от людей! А ведь я снова человек… Или почти человек. Главное, уже не вампир. От этой мысли стало тепло на душе. Теперь моя прошлая жизнь кажется страшной сказкой.

— Я пришел в себя на поле боя, далеко от замка моего отца. Кого только не было в этом страшном месте! Ведьмы, вампиры, охотники и простые люди. Кровавая бойня, цель которой была мне непонятна. Дальше я выживал. Не бежал, но и драться желания не имел.

Лилит снова сжала мою руку.

— Уже светало, и я оказался в склепе вместе со своим создателем. Когда я спросил его, что с моей семьей, Михаил засмеялся и ответил, что моя семья теперь он. Под вечер я сбежал. Вернулся в свой замок, точнее, в то место, что когда-то им было. Кровь и разруха… Я пытался собрать останки, который принадлежали моим родным, но от их тел почти ничего не осталось. Я желал лишь похоронить их и умереть. И когда братья и сестра лежали в общей могиле, на которую я водрузил огромный валун, сел на него и ждал солнца.

Я повернулся к Лилит, она беззвучно плакала и с болью смотрела на меня.

— Самое страшное, что я не знал, участвовал ли сам в смерти любимых и дорогих мне людей. — Я тяжело вздохнул, вспоминая ту ужасную ночь. — Мне не дал умереть отец. Он вернулся за несколько минут до рассвета и сразу понял, что я теперь вампир. Он спрятал меня в погребе. «У меня остался лишь один сын, и мне все равно, кто ты теперь, я не хочу тебя терять», — вспомнил я его слова. — Я помог отцу отстроить поместье и часто наведывался к нему, пока он был жив. Даже предложил стать таким же, как я, когда пришло его время уйти из этого мира. Но он отказался.

— Мне так жаль… — Лилит склонилась и обняла меня, крепко прижимаясь лбом к моему плечу.

Когда ее тело так близко, мысли, и плохие, и хорошие, вытесняло желание. Пользуясь моментом, обнял ее в ответ и вдохнул аромат волос. Она должна быть моей. Не знаю как, но должна!

Так нас и застала Сабрина.

— А говорят, ведьмы не умеют любить, — засмеялась она.

Мы поспешно отстранились друг от друга.

— Нет ничего сильнее, чем быть связанным с сестрой солнца. Она дарует счастье, тепло и силу, — загадочно проговорила Сабрина.

— Что хотели охотники? — осведомился я, заметив, как Лилит стушевалась после слов хозяйки дома.

— То, чего хотят обычно: сок солнечного дерева. И, конечно, поделиться сплетнями.

— Что нового рассказали? — полюбопытствовала Лилит.

Она поправляла сбившуюся прическу и делала вид, что ничего не произошло. Я улыбнулся. Как же она прекрасна в этой наивности и неопытности!

— В основном то, что я уже и так знала, — улыбнулась Сабрина. — Вкратце пересказали события минувшей ночи. Поспрашивали, не видела или я кого-то подозрительного. И сообщили, что готовятся к большой битве. — Сабрина вздохнула. — Информация о том, что Михаил где-то здесь, подтвердилась. В ближайших деревнях пропадает много людей. Он готовится к побоищу.

Я нахмурился. Да, это похоже на Михаила. Он не пропускал ни одного боя. В них он чувствовал себя сильнее. За триста лет моей жизни было четыре кровавых бойни, которые вошли в историю. И во всех он присутствовал. Бывший слабый ведьмак, не оставляющий желания создать собственную империю. Империю хищников, которые будут подчиняться ему беспрекословно. Только он очень долго шел к пониманию того, что силой это не построить. Очевидно, теперь он сменил тактику, старался пополнить круг добровольно обратившимися.

Ему, как никому другому, удавалось убеждать, что жизнь вампира слаще меда. При последней нашей встречи в его окружении я видел двух бывших ведьм. Каюсь, их я убил.

— Видимо, ему мало принимать участие, он решил сам устроить войну. Ваш город — это самое подходящее место.

— Почему? — удивилась Сабрина. — Только не говори, что этот вампир выбирает равных соперников.

— Нет. Честность — это не про Михаила. Здесь рядом много деревень, соответственно, есть наивные люди, которых можно обратить. И у вас идеальная местность для того, чтобы вампир имел возможность скрыться. В лесу можно пережидать яркий день в сумерках непроходимой чащи, — объяснил я.

— То есть ты хочешь сказать, что все вампиры живут в наших лесах? — не поверила Сабрина.

— Почему же все? Многие живут и среди вас. Такие, как твой брат, им и помогают.

Я встречал людей целью, которых было стать вампиром.

— Но зачем им это? — удивилась Лилит.

— У каждого своя причина. Кто-то борется с тяжелой болезнью и таким образом продлевает себе жизнь. Кто-то устал жить в бедности, а новые способности дают возможность воровать. Но хуже всех те, кто желает власти. Такие не знают пощады.

Лилит передернула плечами.

— И что же нам делать? — растерянно спросила Сабрина.

— Искать твоего брата. Не хочу тебя обнадеживать, — я грустно улыбнулся. — Скорее всего, твой брат уже вампир.

— Я надеюсь, что нет. Он, хотя и молод, прежде чем принять какое-то решение, долго взвешивает.

— Порой такие решения принимают за нас.

— Откуда ты так хорошо знаешь повадки Михаила? — спросила ведьма. — Ты когда-то принадлежал его кругу?

Она настороженно посмотрела на меня.

— Нет. — Я отрицательно покачал головой. — Но я десятки раз пытался убить его, а потому изучил его.

Сабрина удивленно посмотрела в мою сторону.

— Неожиданно. Тогда тебе представится уникальная возможность выполнить то, к чему ты так долго стремился.

— Если в этом участвует Михаил, я не хотел бы, чтобы в побоище оказалась Лилит. — Глянул в ее сторону.

Она тут же подскочила с лавки.

— Даже не мечтай! Я тоже буду искать брата Сабрины. Если ты забыл, я охотница! — Она обиженно вздернула подбородок.

Какая же она еще юная! Трусиха, которая пытается быть смелой. Она даже Сырка и того долго боялась. Куда ей драться с детьми ночи?

А я не мог позволить, чтобы она пострадала. Лилит — самое ценное, что у меня есть. Ну вот, я в этом признался! Я влюбился в маленькую ведьму.

— У меня в запасе имеется очень много сильных трав, которые помогут Лилит защитить себя, если будет бой. — Сабрина кивнула на шкафчик.

Он сверху донизу был заставлен бутылочками, сушеными растениями и книгами.

Я скептически посмотрел на весь арсенал. Может быть, против молодого вампира этот запас и пригодится, но от Михаила, которому не меньше пяти сотен лет, он не спасет. На моей памяти было много примеров смерти сестер солнца из-за отсутствия навыков. Насколько мне известно, юных охотниц старшие подруги брали с собой в первый раз на облавы на одного вампира после длительного учения. В боях ведьма-новичок приносила мало пользы. Это Лилит прекрасно знала, вот только рядом не было наставницы.

— Нам, предстоит идти в разведку, — вздохнулрешил я.

— Когда идем? — с готовностью спросили ведьмы в один голос.

— Когда солнце поднимется выше. Сейчас неплохо немного отдохнуть и подготовиться. Силы нам понадобятся. Ошибкой будет считать, что вампиры опасны только в ночное время.

— Я постелю вам в дальней комнате.

Мы переглянулись с Лилит. Ни я, ни она не стали разубеждать хозяйку, что мы не пара.

— Я пойду с вами, — упрямо сказала Лилит, когда Сабрина скрылась в соседней комнате. — Или ты сомневаешься в моих умениях? — Голос ее обиженно дрожал.

— Не сомневаюсь, но не вижу причин тобой рисковать.

Я поднялся с лавки и скрестил руки на груди. Мой решительный вид злил Лилит.

— Если ты забыл, я стала намного быстрее двигаться и гораздо лучше видеть ночью. И для этого мне не нужны зелья, которые имеют свойство заканчиваться! — напомнила она.

— Этого недостаточно. У тебя нет того, что есть у вампиров.

— И чего же? — Она уперла руки в бока.

— Опыта столетий. — Я не удержался и щелкнул ей указательным пальцем по носу.

По сравнению с ними, да и со мной тоже, Лилит совсем дитя. Наивное, глупое и упрямое. Я защищу ее, чего бы мне это ни стоило.

— Послушай, но ведь если погибнешь ты, наверняка погибну и я, — привела самый весомый аргумент Лилит. — Так что неважно, буду я в стороне или в самой гуще событий.

— Как это — неважно? — Я серьезно на нее посмотрел. — Если ты будешь в безопасности, я смогу сосредоточить все внимание на Михаиле, если же ты останешься рядом, я все время буду думать только лишь о том, как бы тебя кто-то не задел.

— У меня есть преимущество: я сильнее, чем они могут подумать, — возразила она.

Вот же упрямица! А я думал, мои доводы охладят ее пыл. В комнату вошла Сабрина, и мы прекратили пререкания.

— Я постелила вам. Как отдохнете, предлагаю выбрать другую одежду. Тебе могу предложить что-то из вещей отчима. Он выше брата.

Я благодарно кивнул.

— А у тебя в распоряжении весь мой гардероб, — обратилась Сабрина к моей ведьмочке. — Жаль будет портить такое платье. Оно очень дорогое.

— Благодарю.

— Поспите, а я схожу к местным ведьмам, узнаю от них, что еще известно. Будет не лишним поговорить с сестрами солнца. Во двор выпущу собаку, вы услышите, если придет кто-то чужой, — поделилась она дальнейшим планом действий.

— Трех часов на сон нам будет достаточно.

Не очень хотелось выходить на палящее солнце, но лишь когда оно выше всего на горизонте, вампиры наиболее уязвимы.

Лес дает тень, а местами — и темноту. В первую очередь кровопийцы подробно изучают местность. Создают темные укрытия не только под землей, но и на деревьях, среди кустов. Если намазать кожу специальной смесью, она спасет от света. Не от прямых солнечных лучей, но для быстрого передвижения среди тенистых ветвей будет достаточно.

Мы вошли в уютную спаленку с одним маленьким окном. Кровать была достаточно большая, а я мысленно пожалел, что она не одноместная.

Сабрина заботливо положила на стул ночную сорочку для Лилит.

— Можешь не переодеваться. Я не хочу тебя смущать. — Я быстро лег в постель, на ходу стягивая обувь.

— Мне жаль мять такое платье, поэтому тебе придется отвернуться.

Неохотно повернулся к стене. Слышал, как кряхтит Лилит, снимая платье, и боролся с желанием посмотреть на нее. Хотя бы мимолетно. Только потом будет сложно отвернуться. Каждый шорох ткани рисовал в моем воображении яркие картинки обнаженной Лилит.

Матрас рядом прогнулся. Я тяжело вздохнул. Лилит спряталась под легким покрывалом.

— Можешь поворачиваться.

Я не отказался от предложения. Все же любоваться стенкой не то, чем мне хотелось бы заняться.

Я прекрасно понимал, что должен сдерживаться. Сейчас не время и не место. Она заслуживает того, чтобы ее первый раз был в романтической обстановке, а не в чужом ведьмовском доме, куда в любой момент может вернуться хозяйка.

— Предстоит трудный день. — Я потер уставшие глаза.

— Мы справимся. Нам нипочем охотники, вампиры и ведьмы, — твердо произнесла Лилит.

Мне бы ее уверенность.

— И все таки… — начал я.

Лилит повернулась на бок, чтобы внимательно меня слушать. И теперь я мог видеть ее колдовские зеленые глаза.

— Хочу, чтобы ты знала: я счастлив, что ты решила залезть в мой дом. Вместе с кинжалом ты украла и мое сердце.

Она улыбнулась как-то застенчиво, мило, но от этой улыбки внутри все перевернулось. Я продолжил:

— Ты — лучшее, что могло случиться со мной за триста лет бескровного существования.

— Ты что, со мной прощаться надумал? — Лилит нахмурилась. — Забудь! Мы справимся с кучкой этих упырей. А потом повторишь все эти слова. Только не таким похоронным тоном.

Я только улыбнулся, пряча за улыбкой все страхи и переживания. Думал, что она ничего не замечает. По крайней мере, надеялся на это. Она должна видеть во мне защитника. Не нужно показывать Лилит сомнения. Но все же тревожные мысли все больше и больше захватывали в плен.

Она смотрела на меня не отводя глаз. Я скользил взглядом по ее лицу, запоминал каждую черточку, продолжая думать.

Мы дали обещание помочь Сабрине, но, даже если бы не клятва на крови, я не смог бы уйти, зная, что Михаил здесь. Это слишком личное. Раньше я был не в силах его убить, все попытки заканчивались неудачами. Но в те разы я был гораздо слабее. А теперь у меня есть одно огромное преимущество: я не боюсь солнца. Мне может больше не выдаться возможность достать этого подонка, из-за которого я стал вампиром, из-за которого погибла почти вся моя семья! И все равно он невероятно опасен для нас. Даже днем, даже под палящими лучами. Он слишком хитер и изворотлив, чтобы недооценивать его коварство.

— Мы можем не выжить сегодня, — мимо воли вырвалось у меня.

— Даже не говори такого! Мы обязательно выживем и победим! Освободим брата Сабрины и избавимся от этого Михаила.

Я снова грустно улыбнулся. Какая же она наивная! Моя маленькая девочка...

И, кажется, Лилит прочитала в моем взгляде, потому что весь запал ее исчез. Она сглотнула.

— Как я хотел бы в это верить, милая.

Сейчас я, как никогда, чувствовал весь свой возраст. Годы опыта давили, не позволяя надеяться на лучшее. Неужели моя жизнь оборвется именно тогда, когда я только-только начал по-настоящему жить, а не просто существовать?

И все равно, даже зная, что это могут быть наши последние часы, проведенные вместе, я не мог коснуться ее. Она была как фарфоровая статуэтка: идеальная, хрупкая. Не чета такому, как я. У нее вся жизнь впереди, а я, по сути, старик, заключенный в вечно молодое тело. Осознание того, что если умру я, то потяну за собой ее, больно кольнуло в сердце.

Что-то отразилось на моем лице, потому что Лилит приподнялась на локтях и приблизилась к моему лицу.

— Что, Себястьян?.. — Она растерянно и вместе с этим так нежно смотрела на меня, что я даже не понял, как это произошло.

Горячая влага поползла по моей щеке. Кровь? Но у меня нет ран. Не отрывая взгляда от Лилит, я провел кончиками пальцев по своей коже, там осталась прозрачная капля.

Неужели это... Слезы? Но вампиры не плачут! Я не плакал больше трехсот лет!

Лилит склонилась надо мной и нежно собрала губами каплю со второй щеки. А потом медленно проследовала к губам и остановилась над ними в четверти дюйма, как бы ожидая моих действий.

А я не мог! Не мог первый сделать этот шаг, потому что знал: если поцелую ее, то не остановлюсь.

— Пожалуйста! — прошептала моя ведьма прямо в приоткрытый рот.

И я больше не смог сдержаться: сократил последнее расстояние между нами. Вдохнул аромат ее кожи, снова почувствовал, каковы на вкус ее губы. Руки поползли по ее спине все ниже и ниже, ощущая ее тепло через тонкую сорочку. Но когда пальцы почувствовали упругие полушария, я сделал судорожный вдох и, как мог, отстранился.

— Лилит... Я...

Не нашелся что ответить. Сколькими женщинами я обладал за свою жизнь, уже и не вспомню. Но сейчас меня обуяла дикая робость. И тому было множество причин. Я старик, я вампир, который не боится солнца, но все же остается тем, кем был и ранее, а она чиста и невинна. Могу ли я сделать это с ней?..

— Себастьян, ты муж мне. Перед солнцем и луной.

Она еле слышно прошептала, глядя на свою метку на ладони, и поднялась на колени. Откинувшись на мягкую подушку, я наблюдал, как она чуть приподнимает подол сорочки, чтобы в следующий миг мягко опуститься на мое тело. Я видел, как ее руки начинают подниматься, уводя за собой легкую ткань. Вот она оголяет молочные округлые бедра, мягкий живот... Я резко втянул в себя воздух, когда она обнажила два небольших холмика. И улыбнулась, глядя на мое выражение лица, когда стянула сорочку через голову. Затем медленно, не отпуская меня из плена зеленых омутов, принялась расплетать косу. Длинные огненные локоны змеями заскользили по ее коже.

А я лежал под ней и забыл, как дышать. Не мог даже поднять руки, боясь дотронуться до нее. Она была словно бесконечно прекрасное видение. Я страшился того, что, стоит только коснуться ее кончиком пальца, как она исчезнет. Пропадет из моей жизни, оставив после себя лишь горькое послевкусие, потому что больше никогда я не смогу полюбить никого так, как ее.

Лилит задрала и мою рубаху, прямо в которой я повалился на отдых. Она аккуратно потянула ее вверх, я не противился, чуть приподнял корпус, чтобы ведьма сняла ее.

Я знал, что Лилит прекрасно ощущает мое желание через немного узковатые брюки, но больше ничем не выдавал себя. Руки все так же безвольно лежали по разные стороны от тела.

Она взяла их в ладони и положила себе на бедра. Терпение походило к концу, я судорожно сжал пальцы, ощутив под ними, насколько Лилит мягкая.

— Здесь и сейчас, любимый. Здесь и сейчас.

О боги! Она произнесла это! Ее слова раскаленным металлом прошлись по моим венам. Это был тот сигнал, который я не мог игнорировать. В ту же секунду притянул ее к себе и перевернул нас обоих. Ведьма тихо вскрикнула от неожиданности и оказалась придавлена к кровати. Я прижался к ней, целовал молочную кожу с веснушками. Если бы у нас было больше времени, я пересчитал бы каждую, каждую не обделил бы вниманием!

— Твое тело, как небо, а веснушки, как созвездия, — прошептал ей в самое ухо, а потом нам обоим стало не до слов.

И только в момент, когда она сжалась подо мной, когда закусила губу и впилась мне ногтями в спину, в момент ее краткой боли я почувствовал, как во мне поднял голову вампир. Во рту выступили клыки, впервые с тех пор, как мы заключили союз.

Но нет! Теперь он не властвует надо мной! Усилием воли я спрятал иглы и впился губами в губы моей теперь настоящей жены, утоляя совершенно иной голод.