Глава 18

Себастьян

Я не слышал их и не видел, но какое-то особое чувство, которое есть только у вампиров, вопило во мне, что Михаил рядом. Тонким колокольчиком на границе восприятия оно появилось сразу, как только мы оказались около этого города, но я не придавал этому значения, потому что других проблем было выше крыши. А вот когда Сабрина заговорила про своего брата, картинка в голове сложилась.

Сейчас, находясь так близко к ним, я чувствовал не только создателя, но и других членов его круга. Даже без сведений, которые предоставил нам Горт, я понял бы, что их около двух десятков. И несколько из них были не младше меня, а то и старше. Самые преданные, самые первые вампиры, которых создал Михаил. И самые опасные в этой шайке. Нет, у меня язык не поворачивался назвать приближенных Михаила армией. Да и какая это армия? У нас есть все шансы победить их, потому что новообращенные, хотя и сильные, но пока еще думают, как люди, а потому не настолько опасны для нас.

И вот он — мой кошмар! То лицо, которое первое время, пока я не потерял способность видеть сны, являлся мне каждый день. Тот, кого я ненавидел всей душой. Михаил неспешно шел по дороге, как будто направлялся на встречу со старыми друзьями.

Когда я услышал его свое имя из его уст, внутренне передернулся. Но старался и виду не подавать, что его присутствие меня до сих пор задевает за живое.

Мы обменялись несколькими ничего не значащими фразами. Во время разговора я прекрасно видел, как там, среди деревьев, к нам приближаются его люди, вернее, его нелюди. Они мелькали среди деревьев, не показываясь раньше времени. Интересно, кого они хотят обмануть? Они же прекрасно понимают, что я их чувствую.

Но как бы я ни старался держаться, как бы ни пытался сохранять спокойствие, когда Михаил бросил угрозу в адрес Лилит, ярость затмила мне разум. Возможно, нужно было действовать по-другому, возможно, требовалось как-то заговорить ему зубы, отвлечь внимание и только потом, в тот момент, когда он не был бы готов, напасть. Но я не сдержался и бросился на него именно тогда, когда и планировал Михаил. Каюсь, сглупил. Но меня извиняет то, что только несколько дней назад ко мне вернулись чувства и эмоции, которые я не испытывал многие и многие десятилетия. Это побочное действие моей человечности. Но я и не хотел бы по-другому! Главное — выжить!

Я бросился на Михаила, на ходу выкрикивая напутствия своим союзникам.

Передо мной, как в кошмаре, снова возникли эти ледяные голубые глаза. Я впервые с того момента, как он меня обратил, оказался к нему настолько близко. Михаил с достоинством выдержал напор. Я намеревался опрокинуть его на землю и, добравшись до горла, разорвать его. Это, конечно, его не убило бы, но точно замедлило бы. Однако и это мне не удалось. Михаил стоял каменной глыбой. Он схватил меня за плечи и держал на расстоянии вытянутых рук, не переставая ухмыляться. Как же меня бесила эта ухмылка!

Я пытался достать его руками, ногами и клыкам, совершенно не обращая внимания на какие бы то ни было правила боя. Цель — убить его! Убить любыми способами! Но мне это никак не удавалось.

— Не родился еще тот вампир, который горазд меня убить, Себастьян, — сказал он так спокойно, как будто мы с ним сидели в таверне за кружкой пенного. — Когда ты это наконец поймешь? Я думал, ты оставил эти нелепые попытки до меня добраться.

Я хотел ему ответить, но «милую» беседу прервала Дарина. Хотя я и не сразу это увидел. Вампир дернулся и, не переставая крепко сжимать меня, медленно обернулся. Ведьма, кинув в него одну огненную сферу, занесла руку, чтобы запустить вторую, уже держа наготове сок солнечного дерева.

Михаил вынужденно выпустил меня, чтобы отразить второй удар, потому что первый, видимо, оказался очень чувствительный.

Все это время боковым зрением я не выпускал из виду Лилит, она успешно боролась с какими-то новообращенными. К ней на помощь пришел Горт и придержал тех, пока Лилит добила их заклинанием.

Я уже увидел, как во время драки отлетело несколько голов. Человек даже не подумает попытаться оторвать кому-то голову, просто потому что для этого нужна огромная сила, которой обычные люди не обладают, чего нельзя сказать о вампирах.

Но в тот самый момент, когда Михаил выпустил меня из захвата, я увидел, как на Лилит сзади накинулась вампирица. Не успел я и звука издать, как она вцепилась в шею Лилит.

Я боялся, что не успею остановить ее, что она лишит Лилит не только сил, но и жизни. Как же хорошо, что она заставила меня выпить зелье ускорения! В мгновение ока я оказался около них и, резко вонзив руку в спину вампирицы, пробил ей ребра и вырвал холодное, как у змеи, сердце. Значит, сегодня она не питалась. Я видел ужас в глазах Лилит, но было не до сантиментов. Главное — защитить ее. Да, это еще один трудноосуществимый способ избавиться от упыря. Нет сердца — нет вампира. Впрочем, это же можно сказать и о ведьме, и об обычном человеке.

Но расслабляться было рано, вокруг нас по-прежнему творился хаос, хорошо, что второго вампира, который находился рядом с нами, взяла на себя Марла.

Повсюду валялись тела. В перерывах между короткими сражениями я оглядывал поле боя. Горт тоже лишился головы. Жаль парня, но он сам сделал свой выбор. Сначала сам стал вампиром, а потом сам же пошел против создателя. Я многое отдал бы, чтобы те, кто был сегодня с нами, не пострадали. Но, к сожалению, не бывает битв без жертв.

И прямо сейчас я наблюдал, как Михаил напирал на Памиру. Я хотел ей помочь, уже несся в их сторону, но меня сбил с ног один из старых прихвостней Михаила. Я ощущал, что он старше меня и сильнее, однако у меня было кое-что, чего не могло быть у него: я хотел жить и защищать любимую. А потому не мог проиграть. Мы катились по влажной от росы траве, нанося не смертельные удары, как бы примеряясь друг к другу. Мой противник выпустил клыки и зашипел, а я сделал то, до чего никогда не додумался бы еще пару недель назад. Но теперь я поменялся, и ход моих мыслей стал другим. Наши руки сплелись, мы крепко держали друг друга, никто не мог больше ничего сделать. И в этот момент, когда враг разинул рот, я со всей силы саданул по нему лбом, тут же почувствовав резкую боль и то, что по коже потекла кровь. Зато мой противник был обескуражен таким поступком. Он огромными глазами таращился на меня, а потом сплюнул несколько зубов. Этого замешательства мне вполне хватило, чтобы вырваться из его захвата и свернуть ему шею. Но это надолго бы его не остановило, поэтому для верности я вырвал ему сердце. Это быстрее и отнимает меньше сил, чем оторвать голову. Честно. Я проверял. Только руку о сломанные ребра можно сильно поцарапать, но это ерунда.

В возбуждении и запале я вытер кисть об одежду мертвого и устремился к Памире. Но я не успевал. Слышал, что она выкрикивала заклинания, которые должны останавливать вампира, но Михаил почти на них не реагировал. Он прижал ее к дереву, резко сжал ей горло и кинул на землю, где та корчилась в попытках вдохнуть. Я знал этот прием. Он раздавил ей трахею. Ей уже ничем не помочь, если только… Хотел позвать Сабрину или другую ведьму, но все сражались, все спасали свои жизни. Памира очень быстро затихла.

Я был зол! Я был настолько зол, что это чувство фонтанировало из меня, выливалось лавой, как из вулкана.

— Михаил!!! — заорал я не своим голосом. — Я убью тебя, сволочь!

В три невероятно длинных прыжка я оказался рядом с извергом. Он ждал меня, но даже боевую стойку не принял. Он выглядел расслабленным и спокойным. Кажется, он для себя все решил: пожертвовать зачатками новой армии, чтобы уничтожить меня. Того, кто не давал ему спокойно жить.

И все как будто понеслось по кругу. Я снова, вложив всю мощь в бросок, кинулся грудью на создателя, намереваясь сбить его с ног, и опять ничего не вышло. Я наносил ему удары руками и ногами с невероятной скоростью, не ожидал, что на такое способен, наверное, это благодаря снадобью. И все же Михаил не пропустил ни одну атаку. Он с ловкостью отражал их, как будто мы просто играли или проводили тренировку. Он не пытался напасть на меня, хотя мог бы.

— На что ты надеешься, мальчишка? — хохотнул он. — Я в два раза старше тебя. Я выдержу любой напор! Оставь свои попытки.

Но я продолжал молотить его со всех сторон, не слушая ни слова.

— Хватит, Себастьян! — воскликнул он. — Если ты прекратишь, я прощу тебя. Вернись ко мне, мой блудный сын!

— Не дождешься!

Он мог создать себе сколько угодно «детей», но с невероятным упрямством хотел заполучить именно меня. Не понимаю я этого.

И тут мне улыбнулась удача! Я припер его к дереву! Рука молниеносно сломала острый сук и уже мчалась к его сердцу, когда я услышал голос, который не слышал триста лет. Думал, что давно забыл его, но нет!

— Себастьян?! — закричал мой младший брат, которого все эти столетия я считал погибшим.

Непроизвольно дернул голову в сторону звавшего. Он оседлал тело Марлы и готов был разорвать ей горло клыками. Неужели он жив? О небо! Почему я ни разу не видел его, когда следил за Михаилом? Как ему удалось так долго прятать брата от меня? Без магии здесь явно не обошлось. Неужели все эти годы я горевал по погибшему человеку, который оказался жив? Знал ли он о том, что я тоже вампир? Или Михаил держал его в полном неведении? Звал он меня сейчас, потому что испытал изумление, увидев здесь, или чтобы отвлечь от своего создателя? Но в ту же секунду, как я к ним повернулся, ведьма, пользуясь ситуацией и, очевидно, силой некоторых зелий, смогла переиграть ситуацию в свою сторону. Они поменялись местами. Мой брат оказался снизу.

— Сталком! — крикнул я в ответ, и тут же острая боль пронзила шею. Я изумленно посмотрел на своего создателя, который с садистской улыбкой провернул лезвие в ране. Обычный человек умер бы. Но я не обычный человек. И все же в глазах стало резко темнеть, руки и ноги онемели, хотя я еще пытался что-то сделать. Михаил нежно подхватил меня и, пользуясь беспомощностью, впился в шею клыками чуть выше раны.

— Твоя кровь слаще крови ведьмы, — на миг оторвавшись от раны, прорычал он.

Именно это — причина того, что он не убил меня сразу. Он наслаждался вкусом моей крови. Триумфом победы над непослушным сыном. Он не стал рвать меня на куски или отрывать голову, Михаил смаковал добычу.

Я допустил оплошность, отвлекшись на родной голос, а Михаил применил силу и магию ведьмака, чтобы зафиксировать меня на одном месте. Я проиграл. Собирал всю волю, чтобы победить ради Лилит, ради брата, который оказался жив… Но не мог. Михаил был сильнее меня. Вот так просто.

— Я тебя создал, от моих рук ты и умрешь, — прошептал он мне на ухо нежно и очень интимно.

Я пытался не закрывать глаза, но его образ угасал. Все повторялось. Триста лет назад он точно так же склонился надо мной, глядя, как уходит моя человеческая жизнь.

Все случилось как во сне. Лилит с отчаянным воем молнией подлетела к Михаилу. Слишком быстро даже для вампира. В ее руках был наш кинжал. Я думал, что она оставила его в доме, но нет, Лилит захватила его с собой. А потом все пошло фрагментами, я уже больше не мог ясно соображать. Удивленный взгляд Михаила. Кинжал в его груди. Заклинание уничтожения вампира из уст моей жены. Падение Михаила.

Его невидящие холодные голубые глаза уставились на меня. И это было последнее, что я видел перед тем, как погрузиться во тьму.

Впрочем, долго мне там быть не пришлось. Чудовищная боль снова пронзила шею, и я дернулся, распахнув веки. Лилит подставила мне запястье к губам.

— Пей! Ты не должен умереть! Я не позволю.

Я качнул головой. Я лишу ее магии. В голове как будто помутилось. В тот момент я не мог связно мыслить. Не соображал, что мы умрем вместе, поэтому упрямился.

— Нет. Я не могу. Ты моя жена, — прошептал из последних сил.

— Именно поэтому ты должен выпить!

Она была невероятно бледна в предрассветных сумерках. Но как же прекрасна! И я хотел, чтобы она жила! Внезапная мысль, что я потяну ее за собой, как будто отрезвила меня. Я все вспомнил.

— Если любишь меня, пей! — Лилит резанула себя кинжалом по запястью и приложила к губам.

Но меня уже не нужно было уговаривать. Даже если она лишится всех своих магических сил, она останется жива! А это самое главное. Я сделал несколько жадных глотков, сразу ощущая, как затягиваются мои раны. И внезапно понял, что кровь, которую я так вожделел всю свою вампирскую жизнь, ужасно противная. И если бы от этого не зависели наши с Лилит жизни, выплюнул бы все, что не успел проглотить.

— Фу, какая же это гадость! — Я скривился.

Моя любимая ведьма рассмеялась, но по щекам ее катились крупные слезы. Я поднялся и огляделся. Увидел, как ведьмы расправились с последним вампиром. Дарина и Марла стояли на ногах. Сабрина лежала без сознания на руках Винсента, однако я видел, что ее грудь вздымается. Значит, жива.

Мой взгляд пошел дальше. Я искал брата. И очень скоро нашел его, прикованного к дереву магической цепью. Я сталкивался с такой, поэтому сразу определил, что это именно она, по неестественной позе Сталкома. Его не убили! От этого сердце наполнилось ликованием.

На радостях я подхватил Лилит на руки и закружил. Она сперва засмеялась, а потом строго сказала:

— Ты только что чуть не умер и заодно меня на тот свет чуть не утащил. Немедленно поставь меня на место и прекрати расходовать свои силы!

— Но у меня их полно!

Я ощущал себя превосходно. Потрогал кожу на шее. Если бы не корка запекшейся крови, даже не смог бы вспомнить, с какой стороны меня ранили.

Дарина пошла к Сабрине и ее брату, чтобы помочь тем. К нам приблизилась Марла.

— Мы победили. — Я глупо улыбнулся. — Спасибо вашему ковену.

— Памира… — Марла опустила глаза.

— Мне так жаль, — сказала Лилит. — Она была хорошей ведьмой.

— И хорошим человеком, — добавила Марла. — Как ты себя чувствуешь? — с искренним беспокойством в голосе спросила наставница мою жену. — Я видела, что ты дала ему свою кровь.

— Я… — на миг задумалась Лилит. — Лучше, чем до битвы, — призналась она с видом искреннего удивления.

На ее ладонях появился пылающий огненный шар. Я еще не видел, чтобы у Лилит получались настолько яркие сферы!

— Но как? — изумилась Марла. — Ты должна была лишиться магии!

— Он мой муж, — улыбнулась Лилит, и на душе стало тепло. Я не смог сдержать ответную улыбку.

— Ладно, — как-то недовольно проворчала Марла. Уж не лучше ли было бы, по ее мнению, чтобы ее ученица лишилась свои чар? — Но что будем делать с тем упырем? — она указала в сторону моего брата. — Он кричал, что Михаил обманул его и что он твой брат. Поэтому я не стала его убивать, а надела на него браслет с магической цепью. Как знала, что мне понадобится этот артефакт. Он говорит правду или просто пытался меня отвлечь?

Я не ответил ей, потому что в тот же миг оказался около брата. Хотел удостовериться, что Михаил обманул его точно так же, как и меня.

— Сталк.

— Себастьян, — совершенно беззлобно улыбнулся он. — Брат.

И то, каким тоном он это произнес, сказало мне обо всем лучше, чем тысяча слов. Михаил, очевидно, поняв, что я сбежал, побоялся сообщать моему брату, что я жив, чтобы тот не отправился за мной.

— Освободи его, прошу! — обернулся я к Марле. — Он не врет. Он точно такая же жертва Михаила, как и я.

Марла недоверчиво посмотрела сперва на меня, а потом на вампира, но все же подошла к нему.

— Дернешься своими клыками ко мне, тут же умрешь, понятно, упырь? — предупредила она его.

Он же смотрел на нее с нескрываемым восхищением. С каких это пор вампиры так на ведьм поглядывают? Я не в счет!

— Опасная, — шепнул он, когда она снимала с него браслет.

Марла же вместо того, чтобы грубо ответить ему, неожиданно промолчала и опустила взгляд, пробормотав:

— Только подойди ко мне! И узнаешь насколько.

Но эти слова прозвучали как-то неубедительно. Трудно угрожать кому-то, не глядя ему в глаза.

Я сжал Сталкома в объятиях. Мой брат! Живой! Я ведь похоронил останки близких, уверенный, что где-то среди них есть и его тело. Он так же сильно обнимал меня.

— Я так рад, что ты жив! — Я не сдерживал эмоций.

— Жив — это сильно сказано, — усмехнулся брат. — Так, существую.

Мой младший брат, такой, каким я его запомнил!

— Мы что-нибудь придумаем, — пообещал я. — Рад, что ты не пошел против нас.

— Даже за отголоски тех эмоций, которые я ощутил, увидев тебя, брат, я готов отдать жизнь. — Он снова улыбнулся. — Я думал, что никогда уже не смогу почувствовать ничего подобного.

Все ведьмы с недоверием смотрели на нас.

— Сталк, я вижу, что тебе не доверяют, но если ты дашь клятву на крови, что никому из присутствующих не принесешь вреда, то, думаю, тебе поверят. Как поверили и мне.

— Я принесу какую угодно клятву, только давайте скорее уберемся отсюда! — нервно сказал вампир, поглядывая на посветлевший горизонт.