Глава 14

— Я сделала все, что могла. Должно пропустить.

Мне только что пришлось скакать вокруг двери, мазать скобы, брызгать на само полотно, натирать средством порог. Если уж и это не поможет, то я не знаю, что еще надо сделать.

Он метнулся к выходу так быстро, что меня едва не снесло воздушным потоком.

— Хам неблагодарный!

Мой гневный вопль остался без ответа, потому что дракона больше волновал дверной проем, чем ведьма, путающаяся под ногами и усложняющая жизнь.

Остановившись перед порогом, Крис протянул руку, словно пытаясь нащупать неведомую преграду, и, когда пальцы не встретили сопротивления, громко выдохнул:

— Сработало, — с таким видом, будто произошло самое счастливое событие в его жизни.

А я почему-то оскорбилась и обиделась.

Можно подумать, его в клетке с решетчатым полом держали, не кормили, не поили и места отхожего не было!

Он тут как царь все эти дни себя вел, делал что хотел, запасы наши прикончил, а теперь даже «спасибо» не собирался говорить.

— Конечно, сработало, — буркнула я, глядя в широкую спину, — я же сказала, что разберусь…

Кристиан дернул плечом, словно говоря: «Сиди и не высовывайся», и сделал первый шаг через порог. Медленный, аккуратный. Как будто боялся, что его сейчас силой откинет обратно.

Дом никак не отреагировал на это. Не завибрировал, выражая гулом незримый протест. Не попытался удержать своего пленника. Только шторы лениво покачивались на окнах, танцуя в легких потоках воздуха.

Дракон вышел на крыльцо. Обвел взглядом округу и еще раз вздохнул с таким блаженством, будто год сидел в промозглой темнице и теперь почувствовал сладкий вкус свободы.

— Позер, — фыркнула я, складывая руки на груди. — Не вздумай оборачиваться прямо тут! Весь виноград своими лапищами вытопчешь. Иди на берег.

— Сам разберусь, — надменно обронил он, не удостоив меня даже взглядом.

Вальяжно спустившись по ступеням, посмотрел в одну сторону, в другую и направился сквозь виноградник, а я вдруг решила, что надо проконтролировать, чтобы ничего по пути не натворил.

— Чего тебе? — спросил он, заметив, что я иду следом.

— Гостя дорогого провожаю, чтобы не заплутал.

— Не заплутаю.

— А я все равно пойду! Не могу отказать себе в удовольствии видеть вашу исчезающую не горизонте крылатую тушку.

Он остановился так резко, что я чуть не влетела в него на полном ходу, и окатил бешеным взглядом.

— Сейчас-то что не так? — Мы пошли дальше. — Противоядие ему сделала, за доставленные неудобства извинилась, проблему с домом решила, а он все равно недоволен.

— Я буду доволен, когда уберусь подальше с этого дурацкого острова.

— Так и я тоже! — восторженно воскликнула я, а потом шепотом добавила: — Буду рада, когда ты уберешься подальше с этого дурацкого острова...

Снова остановился.

В этот раз я на него все-таки налетела, ткнувшись носом в грудь. И тут же отскочила.

Дракон протянул ко мне руку, будто собирался задушить, но не притронулся. Вместо этого до хруста сжал кулак и, резко развернувшись, продолжил путь.

Надо же, нервный какой.

Мы вышли на берег, спугнув своим появлением трех чаек. С негодующими воплями они поднялись в небо и принялись кружить над нашими головами.

— Спасибо, что заглянул. Счастья, здоровья, попутного ветра… Не болей. Носи теплые панталоны, чтобы не застудиться. В гости приглашать не буду. Ну все. Пока. — И обеими руками указала направление, в котором он может двигаться.

Кристиан, не скрывая досады, покачал головой, а потом взял и обернулся.

Раздался хруст — это здоровенный шипастый хвост смял прибрежный ивняк. Чайки, до этого вопившие над нами, поспешили прочь.

А я, не отводя взгляда от чудовища, попятилась. Шаг назад. Еще один. Еще.

У него такая пасть, что я туда целиком войду, еще и место останется.

А лапы? Вы видели эти лапы? Да на них когти размером с мою руку!

А крылья? Тяжелые, с кожаными перепонками и хищными крючками на изгибах.

За те дни, что Крис провел в моем доме, я уже как-то привыкла к человеческому обличью и даже умудрилась забыть, почему с самого начала боялась его появления. И вот оно! Напоминание во всей красе.

Зубастое. Сердитое. Наверняка очень голодное.

Он склонил ко мне свою огромную рогатую голову, и я, как последняя трусиха, тихо пискнув, повалилась на влажный песок.

Его нос с узкими прорезями ноздрей был так близко, что можно дотронуться.

Но я ж не дурочка, чтобы трогать посторонних драконов.

— Пожалуйста, не ешь меня.

Верхняя губа приподнялась, обнажая частокол жутких зубов.

Я попыталась уползти, но крылатый фыркнул, и меня придавило к земле. Снова вскрикнув, я прикрыла голову руками и была уверена, что меня сейчас перекусят пополам.

Вот и закончилась моя бесславная и такая короткая жизнь в этом мире.

Внутри дракона что-то зарокотало, и я почувствовала жар, исходящий от него.

Поджарить решил?

Однако, щелкнув надо мной зубами, зверь отступил.

Из-под руки, которой все еще прикрывала голову, я наблюдала за тем, как он поднимает крылья. В расправленном состоянии они были просто огромными.

Один взмах — и дракон взметнулся вертикально вверх, завис высоко над островом и издал рев, от которого все птицы по обе стороны реки взвились в воздух.

Потом плавным полукругом развернулся на восток.

Жуткий до ужаса, пугающий до дрожи, но… такой красивый.

Я поймала себя на том, что любуюсь и не могу отвести взгляд от величественного темного силуэта, ярко выделяющегося на фоне безмятежного неба.

Какая грация…

Какая сила...

Какого черта?!

Он будто с размаху влетел в невидимую стену. Кажется, его оглушило, потому что, нелепо взмахнув крыльями, дракон по спирали ушел вниз и рухнул в реку, подняв самое настоящее цунами.

Дом выпустил его. А остров, кажется, нет.

Когда волна улеглась, я увидела над поверхностью темную макушку.

Крис посмотрел наверх, явно не понимая, что произошло, по сторонам, а потом резко обернулся на меня.

Он был далеко, я и не могла на таком расстоянии увидеть его физиономию, но на ней вряд ли запечатлелось выражение вселенского счастья и восторга.

В сердцах ударив по воде, он что-то прокричал.

Я не расслышала точно, но, кажется, это было: «Я тебя прибью». Потом что-то еще.

Хорошенько прооравшись, он поплыл к берегу.

…А позади него водную гладь разрезали острые треугольные плавники. Штук десять, не меньше. Сожрут ведь дурака!

Я вскочила на ноги и завопила:

— Оборачивайся!

— Чего? — с трудом донеслось до меня.

Я сложила ладони рупором и заорала что было сил:

— Оборачивайся!

Без толку. Как плыл, так и продолжал плыть, не подозревая о приближении милых рыбок.

Вот ведь динозавр глухой!

Не зная, что еще делать, я заскочила по пояс в реку и принялась шлепать по ней ладонями:

— Кис-кис-кис, идите к мамочке!

Пяток плавников сменили направление и ушли под воду, остальные приближались к Крису.

— Я кому сказала: ко мне!

Еще несколько рыб ушли на глубину, но парочка самых упертых продолжала преследование.

— Не смейте его жрать!

Кажется, слово «жрать» дракон все-таки услышал. Потому как резко обернулся и, наконец увидев, что происходит у него за спиной, изо всей мочи припустил к берегу.

Ха! Как будто это могло его спасти!

У меня ж тут не гуппи какие-нибудь, которые еле хвостами трепещут. У меня речные зубастые зверюги, разгоняющиеся как торпеды и готовые сожрать все что угодно. Даже самоуверенного дракона.

От моих криков еще две рыбки отступили. Теперь Криса преследовал один треугольный плавник. Самый большой, с зазубриной по краю. И расстояние между ними неумолимо сокращалось.

Еще миг, и дракона рывком утянуло под воду.

— Ну все. Кончился дракон. — Я горестно всплеснула руками.

Однако через пару мгновений он вынырнул на том же месте, а потом его тараном поволокло вперед, ко мне.

Она собралась сожрать его рядом со мной? Или хочет поделиться?!

— Ешь его там! — взвизгнула я, не желая становиться свидетелем кровавой расправы. Попятилась, поскользнулась и ухнула с головой под воду, а когда вынырнула, они были уже рядом.

Дракон матерился и пытался вырваться из пасти речного монстра, а рыбина игриво кружила вокруг меня, хвостом поднимая кучу брызг.

Крови не было. И, судя по тому, как активно Кристиан барахтался, руки-ноги на месте.

И тут до меня дошло:

— Ты играешь? Принесла игрушку мамочке?

Хвост заметался еще быстрее.

— Моя ж ты хорошая. — Я прижала руку к груди. Сердце билось так, что еще чуть-чуть – и шмякнется в воду. — Девочка моя.

Я прикоснулась к жесткому рыбьему боку, когда она проплыла вокруг меня, словно хвастаясь своим вопящим трофеем.

— Все, отдай, — схватила Криса за шкирку и потянула на себя, — отдай, тебе говорю.

Она тут же бодро потянула в другую сторону, а я испугалась, что если мы сейчас будем играть в перетягивание дракона, то половина останется у нее, а половина достанется мне.

— Фу! Брось каку! Нельзя!

Нехотя челюсти разжались, и дракон вывалился из зубастого плена.

Я тут же подхватила его под руки и поволокла к берегу, а он настолько ошалел от всего происходящего, что даже не стал сопротивляться. Там мы оба рухнули на песок, и, пока Крис пытался отдышаться, я принялась задирать мокрую рубаху, чтобы добраться до драконьего тела.

— Что ты делаешь? — просипел он.

— Надо посмотреть, что у тебя там.

— Прекрати! — Он попытался перехватить мою руку, но не успел.

Я уже справилась с рубашкой и теперь бесцеремонно щупала крепкий мужской пресс, проверяя на предмет повреждений.

От моих прикосновений он сокращался, напрягаясь еще сильнее.

— Да чтоб тебя… — обессиленно повалился на песок.

— Я просто смотрю. Она могла прокусить тебя насквозь, разорвать внутренности, выпустить кишки. И кстати, несмотря на отсутствие видимых повреждений, она запросто могла сломать что-то внутри.

— Не продолжай. — Он все-таки отпихнул от себя мои руки.

— Но ты ничего такой. Стойкий. Синяки, правда, будут огромные. — Я провела пальцем по полукруглому следу от рыбьих челюстей.

Он снова дернулся, потом с шипением перекатился на бок и потянул край рубахи вниз. Помнится, пару дней сам требовал, чтобы я раздевалась. А теперь все? Скромника включил?

— Это твои твари? — Он кивком указал на плавники, резвящиеся недалеко от берега.

— Мои, — не без гордости ответила я.

— Черти тупые.

— Попрошу зверюшек моих не оскорблять. А что касается ума… Тебе надо было просто обернуться, и они бы мигом от тебя отстали. Вместо этого ты продолжил барахтаться. Тоже мне пловец.

Он наградил меня возмущенным взглядом:

— Меня, между прочим, только что чуть не съели. По твоей вине.

— Я тут ни при чем!

— А рыбы чьи?

— Неважно.

— А с острова меня почему не выпустило?

— Да кто ж его знает! Ты приказал решить проблему с домом, я ее решила. А что там дальше – не мои проблемы! — Я сердито пихнула его в бок, угодив прямо в следы от зубов.

Крис охнул, согнулся от боли, а я вскочила на ноги и решительно направилась прочь.

— Ты куда? — прогремело за спиной.

— Домой!

Все, с меня достаточно.

Сначала сними с него проклятие, которое не я накладывала, потом ходи на цыпочках по собственному дому, чтобы не раздражать гостя, потом реши проблему с выходом на улицу, потом спаси его от речных обитателей!

И ни слова благодарности в ответ!

Как будто это моя вина, что Асселина его тогда прокляла вместе с остальными.

Как будто мне самой все это приносит удовольствие!

Продолжая негодовать, я шла к дому. Где-то позади бухтел изрядно потрепанный дракон, но я не собиралась ни останавливаться, ни слушать его. Все равно ничего хорошего не скажет.

И в дом тоже не собиралась приглашать, поэтому, оказавшись на крыльце, громко произнесла:

— Этого внутрь не пускать! Пусть на улице торчит.

— Эй! — возмутился Кристиан, взлетая по ступеням, но переступить через порог не смог. На его пути снова возникла невидимая стена. — Я вообще-то ранен и весь промок по твоей вине.

— Так тебе и надо.

— Я хочу…

— Ты хотел вырваться из дома? Я тебе это устроила.

— Я передумал, — угрюмо сказал он.

— А все! Улетел так улетел! — Я мстительно улыбнулась и захлопнула дверь перед рассерженным драконьим носом.