Глава 8

Коленки у Даны дрожали, пока они с домовым спускались по лестнице спустя целый час обстоятельного разговора.

– Ничего не бойся, – ровным тоном наставлял её Витан. – Веселина, скорее всего, будет холодна поначалу, ей такое свойственно. Она часто в разъездах по делам Общества и вообще женщина весьма ответственная. С Людмилой вы наверняка поладите сразу. Она крайне коммуникабельна, но порой даже меня пугает своей гиперактивностью. Люда у нас отвечает за общение с другими ведьмами и с охотниками тоже. А вот Ярослава наверняка продемонстрирует враждебность, но её можно понять. Ты в её глазах особенно подозрительна: объявилась из ниоткуда, заняла её место и внезапно очутилась возле Предславы в день её смерти. Ярослава усердна и умна, будь к ней снисходительна. К тому же твоя тётя опекала её со всей теплотой.

– А Теодор? – шепнула Дана, когда они уже стояли перед дверью в общий зал.

– Его я беру на себя, не беспокойся. Твои задачи мы обозначили. Готова?

– Нет.

– Отлично. Тогда вперёд.

Дверь открылась сама, повинуясь безмолвному приказу домового. Скрипнули петли. Дана увидела зал кафе, только на этот раз со стороны барной стойки.

Затрещал патефон, сменив романтическую мелодию на нечто радостное, будто приветствуя триумфальное возвращение Витана, за которым следовала смущённая Дана, и все собравшиеся повернулись к ним как по команде.

Веселина, Людмила и Теодор подняли головы от разложенных перед ними бумаг. Они сидели за столиком в центре помещения и, судя по всему, решали какие-то внутренние вопросы кофейни. Теодор вскинул брови, Веселина слегка нахмурилась, а Людмила, напротив, просияла, едва увидев Дану.

Похоже, обрадовалась столь внезапному её возвращению лишь одна Люда. Протиравшая соседний столик Ярослава так и застыла с тряпкой в руке с таким угрюмым видом, что Дана невольно задумалась, может ли ведьма навести порчу одним лишь взглядом.

Несмотря на самый разгар дня и толпы туристов снаружи, посетителей в кафе не было, потому что на двери по-прежнему висела табличка «Закрыто».

– Дана! – Людмила вскочила с места. – Неужели ты передумала?

Витан запрыгнул на барную стойку, грациозно взмахнув пушистым хвостом, и снисходительным тоном объявил:

– Вольно, рота. Командир всё уладил.

Дана обошла его. Она старалась держаться уверенно.

– Я решила остаться, как того желала моя тётя. И ещё я хочу понять, почему она вдруг решила передать дар мне. Но раз такое случилось, уверена, что всему есть логичное объяснение, даже в… в настолько невероятной и нелогичной ситуации. – Именно эту краткую речь они с Витаном репетировали вместе с небольшим заключением: – Правда, мне понадобится помощь, чтобы во всём разобраться. Я ведь, – Дана заправила розовую прядь за ухо, – совсем ничего не знаю.

– Разумеется, – буркнула Ярослава, уронив тряпку на стол перед собой, за что немедленно была удостоена осуждающего взгляда Веселины.

Людмила откинула за спину косу и взяла Дану за руку с искренней улыбкой, от которой на её щеках возникли милые полумесяцы ямочек.

– А мы с Теодором не сомневались, что ты вернёшься. Правда, Тео? Конечно, мы тебе поможем и всему научим. – Люда потянула Дану к столу. – Ты ведь теперь одна из нас, а шабаш своих не бросает.

– Здорово. – Дана неловко присела на предложенный стул.

Её взгляд упал на разложенные бумаги: сплошь документация кофейни, вроде смет, заявок на продукты и бухгалтерских счетов. Ничего необычного. И никаких заклинаний.

А потом она заметила, как пристально наблюдает за ней Теодор с противоположной стороны стола. На его сомкнутых губах мелькнуло нечто очень похожее на сдержанную улыбку.

– Итак… – Дана поёрзала, усаживаясь поудобнее. – С чего мне стоит начать?

– С основ, полагаю, – ответила Веселина.

– Мне полагается купить волшебную палочку, котелок и сову? – попыталась пошутить Дана.

За её спиной сердито фыркнула Ярослава.

– Простите, но это цирк. – Она прошагала в сторону кухни. – Позовите меня в антракте. А ещё лучше, когда представление закончится.

Она не хлопнула дверью лишь потому, что пружины в маятниковых петлях не позволили этого сделать.

– Яра! – менторским тоном окликнула её Веселина. – Будь вежлива!

Теодор слегка тронул плечо старшей ведьмы.

– Не ругайте её, – попросил он, поднимаясь со стула. – Я сам с ней поговорю. А вы пока пообщайтесь на все темы шабаша, которые не предназначены для моих ушей.

– Для этого не хватит всей твоей жизни. – Людмила махнула рукой ему вслед, а потом обратилась к Дане: – Не обращай внимания на Ярославу. Она тяжело переживает потерю Предславы. Твоя тётя её растила последние десять лет.

Что-то вызвало неуютный укол ревности: то ли столь решительный уход красавчика-кондитера вслед за Ярославой, то ли понимание того, что она занимала место самой Даны почти с момента её отъезда из Москвы. Конечно, тёте потребовалась преемница, и Дана это понимала, но всё равно неприятное ощущение никуда не делось. Яра наверняка любила свою наставницу, а теперь вдруг лишилась и её самой, и всего того, к чему её готовили. Так вышло, что они с Даной несколько раз поменялись ролями. Но вместо обсуждения этой щекотливой темы она лишь коротко кивнула:

– Ясно.

– Обязанностей для начала у тебя будет всего две, – продолжила Веселина. – Первая: изучение азов ведьмовства и всей нашей культуры. – Она вдруг поджала губы и повернулась к Витану: – Что ты успел рассказать про Общество?

– Только самую суть. – Домовой развалился на барной стойке совершенно по-кошачьи. – Но не переживай, я помогу с обучением. Правда, информации окажется много.

– Никаких проблем. – Дана пожала плечами. – Я привыкла читать большие объёмы самых разных учебных материалов в универе. Дайте мне пару ваших книг…

– Колдовских гримуаров как таковых у наших сестёр не бывает, – перебила её Людмила, замотав головой так энергично, что длинные серьги в её ушах зазвенели. – Они свойственны западным ведьмам. Но некоторые полезные записи всё же найдутся. Я всё тебе предоставлю. И ещё ты можешь делать конспекты, но после того, как всё запомнишь, уничтожишь их.

Девушка вскинула брови и в недоумении перевела взгляд с одной ведьмы на другую. В её голове по-прежнему с трудом укладывалось существование магии вообще, не говоря уже о сомнениях в адекватности людей вокруг. Если бы не Витан, она бы по-прежнему считала их сумасшедшими.

– Есть какая-то особая секретность?

– Любые колдовские знания – это таинство, – всё таким же сухим тоном пояснила Веселина, поправляя часы на цепочке у себя на шее. – Они ни в коем случае не должны попасть не в те руки, даже между шабашами передаваться не могут без веской причины.

– И не должны раскрыть никого из нас, – кивнула Людмила. – Именно благодаря нашей осторожности во времена инквизиции восточные ведьмы пострадали наименее всего. Их просто было очень сложно уличить в колдовстве и уж тем более отправить на костёр. Там чаще всего оказывались как раз хозяйки всяческих гримуаров или просто склочные бабы, которые не умели держать себя в руках. Милых тихих травниц никто не трогал, особенно если они не переходили дорогу служителям церкви.

Она сказала это просто и весело, но Дана всё равно поёжилась, представив себе поколения женщин, живших в страхе из-за своих умений. В особой скрытности был толк даже в настоящее время, когда за склонность к эзотерике просто могли обозвать шарлатанкой. Либо счесть безумной, как говорил про Предславу отец Даны.

– Так что приготовь ручку и тетрадку на пружинке, из которой не жаль будет выдёргивать листы в процессе. – Людмила подмигнула. – У тебя ведь каникулы, верно? Тогда завтра и начнём. Часов в девять.

– Хорошо. – Дана сложила руки у себя на коленях, стараясь скрыть волнение. – А что насчёт второй обязанности? Это Общество защиты чудовищ?

Веселина удивлённо изогнула брови, будто услышала невероятную чепуху.

– О нет! – Люда весело рассмеялась. – Об этом пока не думай. Тебе ещё рано брать на себя подобные дела. Тут мы управимся сами, не переживай.

Первое чувство облегчения сменилось лёгкой обидой. С одной стороны, Дану обрадовало, что не нужно будет взваливать на себя лишнюю ответственность, к которой она оказалась совершенно не готова. Но с другой, ей стало досадно, что её посчитали полностью бесполезной, даже не проверив способности и не спросив её мнения.

– Если в «Мур-мур» обратится кто-то со сверхъестественной проблемой, просто позовёшь кого-нибудь из нас, – сказала Веселина.

– А…

– А если нас не окажется на месте, то предупредишь Теодора или Витана, – успокоила её Люда и затем таинственно прошептала, подавшись к ней: – И вот тут пойдёт речь о твоей второй обязанности, вернее о просьбе за неё взяться. – Они с Веселиной обменялась взглядами, прежде чем продолжить: – В «Мур-мур» всегда на посту есть ведьма. Так заведено. Под видом ли собственницы, официантки или клиентки – неважно. Но рук в кафе и правда не хватает, как ты можешь судить. А нанять просто человека со стороны мы не можем. Это слишком опасно. Поэтому хотели тебе предложить…

– …Поработать в кафе? – в унисон с ней закончила Дана. Глаза её засияли, когда она осознала, что это единственная понятная для неё задача, не сулящая дорогостоящий визит к психиатру. – Официанткой? Я буду рада принести пользу. Тётя оставила мне третью часть «Мур-мур», так что моя помощь здесь будет вполне естественна.

Витан предупредил Дану ещё в квартире наверху: ведьмы трудятся в кофейне так, будто это самое обычное заведение. Что к лучшему. Ведь даже отцу будет проще объяснить подработку официанткой под видом изучения работы малого бизнеса, нежели искать другой предлог, чтобы остаться в Москве на все каникулы.

Людмила с облегчением вздохнула. Её плечи заметно расслабились.

– Здорово. Ты когда-нибудь работала в кафе?

– Нет. Но я научусь. – Дана опустила глаза. – Если Ярослава не будет против моего присутствия, конечно.

– Вы непременно найдёте общий язык, просто дай Яре к тебе привыкнуть, – пообещала Людмила.

Дана через силу улыбнулась, пытаясь усмирить скачущие мысли.

– А что, если я не справлюсь? – Она сглотнула и бросила быстрый взгляд на затихшего Витана. Тот развалился на барной стойке и будто бы даже задремал. – Или передумаю становиться ведьмой?

Веселина сердито сжала губы и будто бы даже побледнела, оскорбившись. Людмила же, напротив, развеселилась так, что засмеялась от всей души.

Витан дёрнул ушами. Патефон фыркнул и заиграл «Калинку-малинку» на какой-то особенно озорной мотив.

Дана вздрогнула и уставилась на заколдованный предмет.

– Милая, ты теперь наша Дева. – Людмила одарила девушку ласковой улыбкой. – Колдовство в твоей крови.

– Мне бы вашу уверенность. – Голос предательски сел. Дана кашлянула в кулак. – Простите.

Она опустила голову. Ей вдруг в очередной раз захотелось, чтобы всё оказалось сном. Начиная с тётиного телефонного звонка в день экзамена.

– Не переживай. Я завтра буду рядом. И Веселина с Витаном тоже. Мы поговорим о ведьмовстве. А сегодня, если хочешь, осмотрим кофейню. Я тебе покажу, где у нас что лежит, какое меню и какие бывают посетители. Ну а после сядем, выпьем душистого чаю с ромашкой и вспомним добрым словом твою тётю. Хорошо?

Дана кивнула, но ни звука проронить не успела.

– Ты уже решила, когда переедешь в квартиру наверху? – раздался за её плечом голос Теодора.

Девушка схватилась за сердце. Она едва не прикусила язык от неожиданности.

Дана была уверена, что кондитера не было там секунду назад. Как он подкрался так быстро и незаметно?

Теодор не обратил внимания на её замешательство. Он невозмутимо возвратился на прежнее место за столом.

Патефон заиграл «Живёт моя отрада в высоком терему», и Витан лениво поднял голову.

– Я уже спрашивал. Она не хочет там жить, – ворчливо ответил кот вместо ошалевшей Даны.

– Почему? – Кондитер одарил Дану таким удивлённым взглядом, будто она только что отказалась от личных апартаментов в Дубае. В его вишнёво-карих глазах блеснуло осуждение.

– Говорит, у неё съёмное жильё оплачено на два месяца вперёд. – Витан спрыгнул со стойки и пошёл к ним.

– И там все мои вещи, – добавила Дана таким гордым тоном, будто этот аргумент многое значил, а среди её имущества имелась как минимум коллекция роялей.

– Их никак нельзя перевезти? – снова спросил Теодор. Он не улыбался, но в лукавом прищуре читалась насмешка. – Если нужна грубая мужская сила…

– …Она наймёт пару грубых мужиков. – Домовой запрыгнул на диванчик наискосок от них. – Оставь девочку в покое, Тео. Ей и так досталось. Не дави.

Кондитер поднял раскрытые ладони, выражая полную капитуляцию.

– Я просто спросил.

– Что там с Ярославой? – обратилась к нему Веселина, и Дана с облегчением выдохнула, когда всё внимание переключилось с неё на Теодора.

– Нервничает, но ей уже лучше. Сейчас допьёт кофе и выйдет к нам.

Людмила пожала плечами и предложила:

– Тогда можем открыть кофейню и показать тут всё Дане, чтобы не терять времени, если никто не против.

Они приступили к небольшой экскурсии. Объяснили, как работают кофемашина (вполне современная для волшебной кафешки), касса и прочее оборудование, которое могло понадобиться. Рассказали о меню. Затем отвели Дану в кухню, идеально чистую, как с картинки, где всецело властвовал педантичный Теодор Крамер.

Кондитер производил впечатление в меру вежливого, но немногословного человека. Дана то и дело ловила на себе его пристальный взгляд, от которого волоски на затылке шевелились. Теодор мягко намекнул, что ей не следует соваться дальше стола для раздачи и холодильника с готовыми десертами. Она только кивнула. Ей подумалось, что ни одному повару не понравилось бы непрошеное вмешательство в его рабочее пространство.

На первый взгляд, всё в «Мур-мур» выглядело самым обычным, но при более внимательном рассмотрении Дана начала замечать любопытные мелочи. Например, незнакомые названия в меню, вроде торта «Красная луна», чизкейка «Тыквенные грёзы» или черничного печенья с предсказаниями, в котором предсказания наверняка были самыми настоящими.

На вопрос о том, можно ли обычным людям предлагать любую еду кофейни, Людмила ответила:

– Разумеется. Угощения у нас съедобные для всех, но вот клиенты бывают весьма непростые.

– Сюда заходят другие ведьмы? – осторожно спросила Дана, которой пока не хотелось встречаться ни с кем, кроме хозяек кондитерской.

– Ведьмы, – Люда принялась загибать пальцы, – колдуны, домовые, русалки, кикиморы, водяные, оборотни. Даже один древний леший заглядывает раз или два в месяц, чтобы отметиться. От его леса давно ничего не осталось, поэтому он сейчас обитает в Московском зоопарке.

Дана икнула.

Теодор слегка толкнул локтем Людмилу, и та спешно добавила, заметив смятение на лице новенькой:

– Но все они, разумеется, расхаживают по городу в человеческом обличии. Это главные условия Ордена: не выделяться среди людей, жить скрытно, не вредить и не пугать. – Она опечаленно вздохнула. – Некоторым это даётся просто. Другим приходится несладко. Кто-то даже уезжает из городов подальше в глушь.

– А кто-то попадается охотникам и оканчивает жизнь с их лёгкой руки, – хмуро заметила Ярослава, которая, кажется, успела перемыть все стаканы и чашки за барной стойкой раза три, пока две другие ведьмы показывали Дане кафе.

Это было самое длинное и дружелюбное предложение, которое озвучила ведьма-бариста. Дана сочла его хорошим знаком и призналась:

– Сегодня, когда я ушла от вас в первый раз, то встретила одного из них и… кхм… забрала у него Витана.

Ведьмы и Теодор синхронно повернулись к коту. Очень сердитых флюгера.

– Именно об этом ты решил умолчать? – Веселина скрестила руки на груди.

Витан лениво зевнул и потёрся о ноги Даны, щекоча голую кожу пушистым хвостом.

– Это был Гончаров. Он изъявил желание поговорить насчёт Предславы. А я общаться с ним не захотел. Всё нормально. Дана всё уладила.

– Интересно, как? – обратилась старшая ведьма к девушке.

Та смущённо заправила за ухо розовую прядь, не зная, что ответить.

– Назвала маньяком и пригрозила вызвать полицию. – Витан переливчато мурлыкнул, будто веселился.

Теодор издал короткий довольный смешок и слегка похлопал Дану по плечу:

– Умница.

А потом он ушёл в кухню, оставив ведьм и домового обсуждать разговор с охотником.

Ярослава, кажется, немного успокоилась. Она заварила душистый чай с малиной, смородиной и боярышником, пока Людмила и Дана ходили в подсобку за чистыми форменными фартуками цвета охры.

– Можешь одеваться как угодно, только про фартук не забывай. И хорошо бы сделать тебе бейджик с именем «Богдана».

– Лучше Дана, – мягко напомнила девушка. – Мне так больше нравится, если вы не против.

– Как скажешь. – Люда только пожала плечами. – И можешь говорить мне «ты», а не то я чувствую себя старушкой.

Когда они вернулись в зал, за столиками уже сидели несколько посетителей. Все они были обычными людьми, как сказала Людмила, но Дана всё равно не могла не относиться к ним с подозрением, пока помогала подавать пироги и чай.

Её небольшое обучение прошло довольно легко, а беседа с Людой давалась и того легче. Дана даже поймала себя на мысли, что Витан не соврал на её счёт. Домовой постоянно находился в поле зрения, здесь же в общем зале, но после открытия кофейни ни слова не проронил, делая вид, что спит, растянувшись на подоконнике длинной рыжей подушкой.

Когда стемнело, Теодор позвал Дану в кухню, где налил ей кофе с бутербродами и эклером с таким вкусным карамельным кремом, что девушка с трудом удержалась от соблазна выпросить ещё один.

Пока она допивала кофе у столика для раздачи, кондитер возился с заготовками для круассанов. Дана старалась не пялиться на него слишком откровенно, но ничего с собой поделать не могла. Она вообще никогда не видела, как работают настоящие повара, не говоря уже о таких привлекательных и ловких.

Впрочем, ей не давала покоя не столько кулинарная сноровка кондитера в белом кителе без единого пятнышка, сколько размышления о том, кем он был на самом деле. Ведь ни Витан, ни ведьмы ничего о нём так и не рассказали, а сам Теодор молчал. Вероятно, наблюдал за ней столь же пристально, как и она за ним.

– Задумалась о том, зачем тебе подобные хлопоты? – вдруг спросил он, бросив на неё короткий взгляд.

Круассаны у него выходили аккуратные и одинаковые, как с конвейера.

Конечно, он был прав. Дана испытывала мучительные сомнения примерно каждые пять минут, а каждые десять её ладони потели от страха или волнения. Вот только признаваться в этом не хотелось даже самой себе, поэтому она сказала:

– В меню чай, кофе и какао. Ещё морс. Почему нет чего-нибудь модного, вроде бабл-чая?

– Что? – Теодор медленно повернулся к ней, отложив новую заготовку.

– Ну, знаешь… – Дана замялась под его тяжёлым взглядом, мгновенно почувствовав себя инфантильной дурочкой. – Бабл-чай… Такой современный азиатский чайный напиток с желейными шариками из тапиоки, внутри которых сок. Наверняка всякие популярные штучки смогли бы привлечь в кафе побольше посетителей и помочь поднять прибыль…

– Предслава упоминала, что ты учишься на экономиста. – Теодор возвратился к работе. – Только не говори Витану, что хочешь настроить вайфай.

– Почему?

– Из-за охранных чар обычная связь тут не ловит, а батарея телефона разряжается быстрее. Если сделать ему замечание, он обижается.

– Буду знать. – Дана вздохнула, допивая последний глоток восхитительного кофе с ноткой ванили, которая оставляла на языке сладкое послевкусие. – Никаких новшеств. Нельзя соваться в чужой монастырь со своим уставом.

Кондитер не ответил, отчего она почувствовала себя ещё более неловко и решила поскорее возвратиться к Людмиле, чтобы узнать, не нужна ли помощь.

– Спасибо за ужин.

– На здоровье, сударыня, – не отвлекаясь от работы, ответил Теодор.

Дана убрала за собой посуду, вымыла руки и направилась в зал. Дверь при этом она открыла, толкнув плечом. Не только чтобы не испачкать руки, но чтобы лишний раз взглянуть на кондитера. Тот (к необъяснимой досаде) на неё не смотрел, полностью поглощённый фигурным сворачиванием сладкого теста.

Увы. Настоящий профессионал, привыкший к вниманию людей вокруг, по мелочам не отвлекался.

Ей отчего-то ужасно не хотелось, чтобы Теодор оказался плохим человеком, как-то замешанным в смерти тёти. Но память настойчиво подкинула тот обрывок разговора между ним и Ярославой, когда бариста вполне определённо велела избавиться от Даны. Какие бы их ни связывали отношения и что бы они там ни обсуждали на самом деле, стоило оставаться начеку.

Возвратившись в общий зал, Дана обнаружила, что с наступлением сумерек народу заметно прибавилось. Все столики были заняты. Патефон играл ретро, потрескивая, как мурлыкающий кот. Мелодия оказалась под стать гостям.

Теперь в «Мур-мур» преобладали не туристы, а весьма необычно одетые гости, которых можно было принять за художников, артистов, эзотериков или иную эксцентричную богему. В большом и пёстром городе каждый из них с лёгкостью бы затерялся в толпе, но сейчас Дане вдруг показалось, что она видит куда больше, чем просто толпу клиентов кофейни. Она невольно заметила пару человек с двойными тенями, одного мужчину с чересчур мохнатыми рыжими предплечьями и женщину без тени вовсе. На многих были надеты не только интересные наряды, но и украшения вроде амулетов или браслетов. И все эти посетители явно чувствовали себя в «Мур-мур» как дома.

Ярослава шустро разливала напитки за стойкой. Людмила сновала с подносом между столиками. Веселина разговаривала возле входа с пожилым мужчиной в клетчатом костюме и шляпе. Там же обнаружился и Витан. Кот сидел на свободном стуле, прикрыв глаза, и с интересом слушал их беседу.

– Не стой тут, пожалуйста, – с натянутой улыбкой попросила Ярослава.

Она протиснулась мимо, оттеснив Дану в угол, и поставила перед клиенткой большую кружку, над которой курился ароматный пар.

– Ваш зелёный чай с мятой.

– Спасибо, душенька, – разулыбалась Ярославе кудрявая черноволосая женщина в больших очках и лимонно-жёлтой шёлковой шали.

Она забрала заказ и отошла.

– Прости, – запоздало извинилась Дана. – Не хотела тебе мешать. Тут просто столько людей. Я немного растерялась. Каких-то пятнадцать минут назад почти никого не было.

Ведьма-бариста, которая продолжала суетиться за стойкой, усмехнулась.

– Людей… – Она послала Дане снисходительный взгляд и как бы невзначай шепнула: – Не все тут люди.

– Я так и подумала. Давай я тебе чем-нибудь помогу?

– Это ни к чему. Я сама.

Ответ прозвучал резко, и Ярослава это поняла, поэтому вздохнула и мягче добавила, повернувшись к Дане:

– Прости. Тяжёлый день. И не один. Но мы привыкли. А с тебя, пожалуй, на сегодня достаточно сенсаций. Пощади свои нервы и езжай домой отдыхать, пока Люда или Веселина не решили познакомить тебя с каким-нибудь необычным существом, чтобы начать твоё обучение прямо сейчас. Это вполне можно отложить до завтра, я считаю. Приходи к девяти, и тетрадку не забудь.

Дана окинула зал неуверенным взором. Внутрь только что вошли ещё двое посетителей: милые седые старушки с тросточками. У одной из них на плече сидела ворона.

– Точно помощь не нужна? – Девушка в нерешительности закусила губу.

Ей и вправду захотелось убежать и отложить новые проблемы до завтра. Вместо любопытства Дана вдруг ощутила смятение. Невольно подумала, что она вновь пытается занять чужое место, как какая-нибудь аферистка. Страх, что она опять не справится, если взвалит на себя слишком многое сразу.

– Точно. – Пока она размышляла, Ярослава заварила свежий чай, разлила его по чашкам и ополоснула чайничек. – Иди. Не переживай. Завтра увидимся. Я скажу Люде, что сама тебя отпустила. Она ведь записала твой номер? Если что-то понадобится, позвонит.

Быть может, Ярослава и не была столь уж плохой, как показалось поначалу, а Витан снова оказался прав: она глубоко и по-своему переживала смерть Предславы.

Но как же тогда тот их разговор с Теодором? Что она имела в виду под «избавься»? Вряд ли просто предлагала выгнать Дану из кафе.

– Спасибо. – Она заставила себя улыбнуться Ярославе. – До завтра.

Дана ушла через служебный вход, чтобы повесить фартук в подсобке, забрать свою сумку, а заодно не пробираться через полный зал. Уйти по-английски, не прощаясь, показалось ей невежливым, но сил на новые разговоры уже не осталось. Дана дала себе слово, что завтра обо всём поговорит и объяснит свой внезапный уход. А пока ей правда стоило отдохнуть.

Она вышла в слабоосвещённый внутренний двор и с наслаждением вдохнула полной грудью. От приятной прохлады по разгорячённой коже забегали мурашки.

Зачарованная дверь с протяжным скрипом закрылась за Даной, оставив её одну наедине с роем сумбурных мыслей посреди густеющей летней ночи. И всё же, несмотря на все потрясения, день показался ей вполне удачным.

Или же она ошиблась?