Глава 11

– Все настолько серьезно? – встревоженно уточнила я. – Ведь нельзя так сразу обвинить в исчезновении человека меня или нечисть, проживающую в таверне!

– Не-воз-мож-но! – отчеканил Сёма.

– Дело осложняют приближающиеся Дебаты, – мрачно добавил Шандор. – Это весьма значимое событие, и слухи о разгулявшейся нечисти нам точно ни к чему. Я готов помочь.

Этьен искоса взглянул на вампира:

– А как же твой клан? Насколько помню, клан Октавиан придерживается нейтралитета и не вмешивается ни в дела людей, ни в дела нечисти.

– Клан – да, – не стал спорить Шандор. – Но не я.

– А если тебя вышвырнут?

– Это моя проблема, не так ли? – в голосе вампира послышались леденящие нотки.

Я переводила взгляд с одного мужчины на другого. Они как будто продолжали давно начатый разговор.

– И что вы предлагаете? – поинтересовался Сёма.

–Прежде всего – не оставлять Алексу одну, – сказал Шандор. – Возможно, кто-то пытается подставить нечисть. Если у него не выйдет, он может добраться и до ведьмы.

– Я лично буду следить за ходом расследования, а заодно присмотрю за постояльцами, – добавил Этьен.

– Полагаешь, в этом деле действительно замешан один из нас? – нехорошо прищурился Шандор.

– Мы должны проверить все варианты.

Мужчины гневно уставились друг на друга, и я, вклинившись между ними, громко сказала:

– Хватит! Не знаю, что у вас произошло, но вы едва терпите друг друга. Если вы действительно хотите помочь, то для начала перестаньте собачиться!

– Прости, – виновато отозвался Шандор.

Этьен просто кивнул.

Я горестно вздохнула.

– Насчет той пропавшей женщины… Есть шанс, что она вернется домой сама?

– Она из Тросума? – послышалось у меня за спиной.

На пороге стояла Инира, незаметно вышедшая в зал. Ее лицо затопила бледность.

– Да, – кивнул Этьен. – Из той самой деревни, в которой в прошлом уже происходили исчезновения. А вы…

– Познакомьтесь, это Инира – моя кухарка, – перебила я. – Она как раз родом из этой деревни.

Этьен вдруг подобрался, как хищник, учуявший добычу.

– Пропавшую зовут Эллиара Корп. Двадцать семь лет, замужем. Что скажете о ней? Могла она уйти сама?

Руки Иниры опустились, и она рухнула на ближайший стул. Сёма запрыгнул на ее колени, проявив себя с неожиданной стороны. Я и не думала, что этот пушистый лентяй способен на эмпатию.

– Я знаю Элли… – тихо начала Инира. – В деревне все друг друга знают, а семья Элли еще и жила на нашей улице. Она казалась вполне счастливой: у нее хороший муж и двое детей. Я не верю, что она бросила бы их и ушла по своей воле.

Мое сердце оборвалось. Надежда на благоприятный исход дела растаяла. Если прежде претензии селян казались мне надуманными, то сейчас я всерьез переживала. Исчезновение произошло именно тогда, когда таверна снова заработала! Даже мне это кажется подозрительным.

Во рту пересохло, а по телу прокатился жар, будто у меня резко поднялась температура. Я сделала глубокий вдох, но стало только хуже: в животе будто разгорелось пламя.

– Саш? – с опаской поинтересовался Сёма, все еще сидящий на коленях у Иниры. – Ты в курсе, что в твоих волосах сверкают искры? И они шевелятся, будто у нас тут ураган.

– Что? – я поднесла ладонь к голове, и между моих пальцев проскочили крохотные молнии.

– Ведьмовская натура берет над тобой верх, – тихо и ласково, словно ребенку, сказал Этьен. – Постарайся дышать глубже.

Шандор не вмешивался, но не сводил с меня пристального взгляда, в котором отчетливо плескалось беспокойство.

– Я пытаюсь! – выдавила я из себя.

Пожар в животе набирал силу, и теперь меня слегка потряхивало. Что это за магия такая? Разве ведьмы не живут в согласии с природой, тихо и мирно собирая травы и варя зелья? Да меня сейчас разорвет!

Встревоженные лица мужчин и Иниры только пугали, и я зажмурилась, пытаясь воззвать к голосу рассудка. Если я не удержу молнию – от зала ничего не останется! И еще не известно, как на это отреагирует сама таверна, она ведь обладает собственным сознанием. А уж о людях, которые могут пострадать, я и вовсе боялась думать.

– Семён, попробуй успокоить ее, – словно сквозь вату, услышала я голос Этьена.

– Я?! – возмутился кот, – я тоже ее боюсь!

– Но ты ее фамильяр, – настаивал Этьен. – Ее магия не причинит тебе вреда. Ну, давай же!

Послышался горестный вздох и осторожные шаги. Я открыла глаза, ожидая увидеть кота, но передо мной оказался Шандор.

– Стой! – выдохнула я и выставила ладонь перед собой. Крохотная молния сорвалась с пальцев и угодила прямо в грудь вампира. – Что ты делаешь?!

– Вампиры менее чувствительны к молниям, – Шандор безбашенно улыбнулся и сгреб меня в охапку. – И ты ведь не станешь убивать меня, правда, Саша?

– Идиот! – прошипела я. Если я его покалечу, то даже не буду чувствовать себя виноватой. – Отпусти!

Я дернулась раз-другой, но безуспешно: Шандор намертво спеленал меня, вынудив уткнуться носом в его грудь. Я возмущенно запыхтела, и три молнии вырвались и впечатались в содрогнувшегося вампира. Он с шумом выдохнул и еще крепче сжал меня в объятиях. Кажется, ему было куда больнее, чем он заявлял.

Я замерла и почувствовала, как пожар внутри стихает, будто испугавшись того, что натворил. Приподняв голову, я встретилась взглядом с Шандором.

– Зачем?.. – выдохнула я.

– Я крепкий, – по обыкновению усмехнулся он. – А вот если бы ты угробила фамильяра или таверну, было бы намного хуже.

Он отодвинулся, и я с ужасом увидела на его рубашке дыры, прожжённые молнией, а под ними – красную, местами обуглившуюся кожу. Я тихо застонала:

– Не стоило…

Шепот позади привлек внимание, я обернулась. Этьен стоял у окна, мрачно взирая на меня и Шандора, Инира отбежала к дверям, в которых столпилась нечисть, вероятно, привлеченная нашими криками.

А Сёма обнаружился совсем рядом, и, кажется, я впервые видела на его пушистой мордахе нечто, похожее на стыд.

Как давно нечисть наблюдает за нами? Лица многих постояльцев были не на шутку встревожены, и меня кольнула совесть.

– Простите, произошло небольшое недоразумение, – кашлянула я. – Я едва не потеряла контроль над силой – все-таки ведьма я еще не очень опытная…

– Как будто кого-то удивит ведьма, вышедшая из себя! – фыркнула госпожа Аэйрдойл, держащая под мышкой свою форлу. – Лучше расскажи, зачем сюда явился инспектор из Управления?

Я взглянула на невозмутимого мага. Похоже, многие здесь его знали и до меня. Этьен вышел вперед и коротко кивнул постояльцам.

– К сожалению, в деревне неподалеку пропала женщина, и законники подозревают, что к этому причастна нечисть.

– Снова?! – Фибила замерцала раздраженно-красным и закатила глаза. – В прошлом году нас уже проверяли, но не нашли, к чему придраться. А сейчас все заново?!

– Почему всегда во всем всегда виновата нечисть? – возмутился обычно молчаливый оборотень.

Он с такой силой вцепился в перила, что я всерьез заволновалась о лестнице.

Постояльцы возмущенно загалдели, перекрикивая друг друга. Их можно было понять: мало приятного в том, что тебя вечно хотят сделать крайним. Я обвела их растерянным взглядом:

– Уверена, что это недоразумение, которое обязательно разрешится. А чтобы это произошло как можно скорее, нам с вами стоит оказать помощь и следствию, и Управлению. Мастер Дэрон хочет остановиться в таверне, чтобы помочь нам. Но он человек, а таверна принадлежит нечисти. За вами последнее слово.

Этьен бросил на меня удивленный взгляд, но я сделала вид, что не заметила этого. Только сейчас до меня дошло, что я не вправе решать подобные вопросы самостоятельно. Пусть в Кафаре ведьм и не причисляли к людям, но я-то считала себя человеком. Соседство с Этьеном не доставит мне беспокойства, а моим постояльцам?

Один из рогачей по-лошадиному фыркнул, тролль выругался, и в зале снова поднялся гвалт. Я беспомощно посмотрела на них, с опаской прикидывая, стоит ли мне вмешаться. Вот где пригодилась бы магия! Только нормальная, а не дурацкие молнии.

– Давайте сохранять спокойствие! – внезапно рявкнул вампир, и в таверне воцарилась тишина. – Я думаю, что все мы в состоянии потерпеть некоторые неудобства. Главное, чтобы нас не связали с похищением в деревне.

– Особенно накануне Дебатов, – тихо добавила госпожа Аэрдойл.

– Верно, – пробулькал торфейник.

– Пусть остается, – вздохнул Ураг, и остальные тролли тоже закивали.

– Я сделаю все возможное, – пообещала я, испытав приступ благодарности вампиру.

Постояльцы, тихонько ворча, постепенно разошлись, и я немного расслабилась. Пригладила растрепавшиеся волосы и, остановила взгляд на груди Шандора:

– Нужно обработать твои ожоги.

– Пустяки, – отмахнулся вампир. – К утру всё заживет само собой.

– И все-таки я должна, – настаивала я, упрямо вскинув подбородок.

Когда же обернулась к Этьену, увидела только его напряженную спину – маг поспешил наверх вслед за нечистью. Сёма тоже куда-то исчез. Инира, стоявшая неподалеку, кивнула мне:

– Я закончу уборку на кухне.

– Идем, – велела я Шандору, и тот, закатив глаза, смирился. Однако чем дольше мы шли, тем сильнее он оживлялся. В конце концов он не выдержал и спросил:

– Ты ведешь меня в свою спальню?

Я кивнула и толкнула дверь.

– Тебя что-то смущает?

Шандор не ответил, а я тут же пожалела о своем решении – в комнате царил жуткий кавардак. Скелеты исправно протирали пыль и мыли полы, но не трогали вещи, которых было слишком много для этой спальни.

– Будешь лечить меня ведьмовскими примочками? – уточнил Шандор.

– Вот уж точно нет, – фыркнула я. – Сам видишь, к чему привела моя ведьмовская сила! Есть более надежный способ.

Я подошла к комоду и выдвинула верхний ящик. Где-то здесь должны быть лекарства, которые Этьен переправил в Кафару вместе с моими вещами… Или я унесла их в ванную комнату?

– Присядь куда-нибудь и расстегни рубашку, – попросила я, не глядя на вампира.

Наконец я нащупала коробочку с лекарствами и достала нужный тюбик. Обернувшись, я с шумом выдохнула: Шандор избавился от рубашки и с комфортом устроился на моей неприбранной постели. Сердце заколотилось где-то в горле, и я мысленно велела себе захлопнуть рот.

Я и прежде считала Шандора красавчиком, но сейчас убедилась в этом окончательно. Его торс с весьма развитой мускулатурой был вылеплен идеально.

Шандор, прищурившись, посмотрел на меня, и я наконец очнулась. Кашлянув, подошла к кровати, но садиться на нее не стала – пододвинула стул. Как будто это обезопасит меня от обаяния вампира!

Я выдавила из тюбика немного геля, и, помедлив мгновение, нанесла на обожженную кожу. Повезло еще, что разряды молний были слабыми…

– Больше никогда так не делай, – насупившись, попросила я. – Не бросайся под мою магию!

– Саша, ты волнуешься? – дразняще улыбнулся Шандор, обнажив клыки. Я отметила их взглядом, но внутри не екнуло, как прежде. Похоже, я начинаю привыкать к ним. Скоро они станут такой же частью облика Шандора, как сережка в ухе.

Я чувствовала биение сердца вампира под своими ладонями, и оно звучало точно так же, как и мое.

– Не хотелось бы стать причиной твоей преждевременной кончины, – пожала плечами я. – У тебя впереди тысячи лет, будет глупо лишиться их из-за неумехи-ведьмы.

– Тысячи? Ты преувеличиваешь нашу живучесть. Вампиры живут всего три-четыре сотни лет. Впрочем, как и ведьмы.

Мои пальцы замерли, и я подняла взгляд.

– Я и не знала… А если я вернусь в свой мир?

Шандор пожал плечами.

– Не знаю. А ты хочешь вернуться?

Он пристально посмотрел на меня, и его зеленые глаза заставили меня смутиться. Встрепенувшись, я закончила обрабатывать раны и нарочито бодро ответила:

– Конечно! Кафара не для меня, а дома меня ждут родители.

Шандор хотел что-то сказать, но в этот момент в дверь постучали. Вздохнув, я поднялась, уже зная, кого увижу на пороге. Этьен решительно вошел внутрь. Завидев полураздетого Шандора, сидящего на моей постели, он изменился в лице.

– Простите, что помешал, – его голубые глаза будто подернулись коркой льда. – Я закончил осмотр таверны.

Он что действительно ревнует меня или попросту не выносит вампира?

– Я всего лишь обработала раны Шандора, которые оставила моя магия, – излишне поспешно отрапортовала я. – И каковы результаты?

– Я заглянул в каждую комнату таверны – везде фон в пределах нормы.

– О чем это ты? – непонимающе нахмурилась я. – Какой фон?

– Любой маг ощущает присутствие нечисти на уровне инстинктов – нечисть влияет на наше восприятие и мешает магическому зрению…

– Как будто создает помехи? – предположила я.

– Можно и так сказать, – кивнул Этьен. – Но нечисть, которая не просто удовлетворяет свои потребности в человеческой крови, магии или энергии, а убивает людей, ощущается иначе.

– То есть…

– Ее аура изменяется, и от нее исходит запах смерти. Я могу не чувствовать его как человек, но наверняка различу, как маг.

– То есть «фон в пределах нормы» – это хороший знак, верно? – приободрилась я. – Выходит, убийцы в моей таверне нет.

Этьен слегка развел руками:

– Настолько, насколько я могу судить – да. По крайней мере, серийного убийцы, аура которого пропиталась бы смертью. Но я не всесилен, тут нужен специальный артефакт. Нечисть может спрятать свою ауру, но самостоятельно ей это не под силу… А если у нее есть сообщник, то мы его найдем – подобные магические манипуляции всегда оставляют след.

– Спасибо, – поблагодарила я. – Скелеты, должно быть, уже подготовили твою комнату, и ты можешь отдохнуть.

– Сегодня я заночую здесь, а завтра заеду в особняк за вещами. Но сперва придется наведаться в Управление… Конец месяца и так напряженный, а уж теперь…

– Погоди, – похолодела я. – Какое сегодня число?

– Тридцать первое.

– Вот черт! – выдохнула я. – Я совсем забыла, что сегодня ночью шабаш ведьм!

Мужчины с искренним недоумением уставились на меня.

– Ты забыла про шабаш?! – изумился Шандор.

– Шутишь?! – вторил ему Этьен.

– Ну, извините, – развела я руками. – Ведьма из меня, сами видите, не очень…

– Я бы на твоем месте поторопился, – кашлянул Этьен. – Ведьмы могут и обидеться, если ты не явишься.

Я вздохнула, с вожделением посмотрев на манящую кровать. Отчаянно хотелось спать, но Этьен прав: я не могла пропустить шабаш. И не потому, что опасалась гнева ведьм, просто мне было нужно задать им сто-о-лько вопросов!

– Тогда мне пора собираться, – вздохнула я, и мужчины понятливо направились к двери.

– Удачи! – подмигнул мне Шандор и наконец-то надел рубашку.