Глава 7

Откашлявшись, куратор отчаянно замотал головой.

— Нет! — и уже не так уверенно добавил: — По крайней мере, я о таком не слышал.

— В этом году? Или в этом десятилетии? — изогнула я бровь.

— Я здесь всего шесть лет. — Мистер Брун развел руками в извиняющемся жесте. — За это время ни одного трупа не обнаружили.

— А пропавшие были? Вроде мистера Берзина.

— Какой же он пропавший? Он уехал, — удивился куратор.

— А вот это еще нужно уточнить. — Я побарабанила пальцами по столешнице. — Запрос я отправила, ответа пока не получила.

— О чем? — нахмурился мистер Брун. — И куда?

— По месту жительства мистера Берзина. Есть у меня подозрения, что он вовсе не уехал, а покоится где-то на территории академии. Или не покоится.

— Что-то мне не по себе, — поежился собеседник.

— Это еще что! — хмыкнула я. — Хотите со мной в подземелье прогуляться?

— Не очень. Но придется, — тоскливо вздохнул куратор.

— Не заставляю. Дело сугубо добровольное.

— Кто-то же должен позвать на помощь, если вы там застрянете!

— Скорее вы там застрянете. Менталисты — лакомые кусочки для древних духов. В вас столько жизненных сил и магии разума! Для пробуждения — самое оно!

Тут я замолчала, потому что в голову пришла очень интересная мысль.

А что, если тот червь не просто выкачивал силу из мистера Бруна, а перенаправлял ее куда-то? Точнее, в кого-то.

Сейчас уже не отследить, да и раньше, при развеивании, связывающая с донором нить исчезает первой. В тот момент, когда я сняла паразита с ауры, все следы были стерты.

Но это не отменяет вероятности, что моя догадка верна.

Получается, злоумышленник не пытался тупо нагадить ненавистному преподавателю. Нет, он хладнокровно выбрал источник для подпитки возрожденного духа.

А это разом объясняло причины, по которым с кладбища начали пропадать фрагменты тел.

Прикорм душами.

В академии какой-то идиот задумал вырастить Пожирателя. Возможно, морна, но это слишком оптимистично. Морн не так страшен — он выпивает эмоции, а не душу. Пожиратель же не оставляет после себя ничего. Лишь пустую оболочку, неспособную выполнять основные бытовые функции. Ни есть, ни пить, ни ходить. Овощ.

Не зря мистер Берзин испугался. Только похоже, что спастись, к сожалению, не успел.

— Может, пора закрыть академию на карантин? — осторожно предположил мистер Брун.

— А смысл? Закроем — уедет и виновник, все стихнет. Стоит студентам вернуться, все начнется сначала. Если же здание запечатают надолго, дух отправится в ближайший населенный пункт. Не сразу — ему нужно окрепнуть, но рано или поздно Китвис пострадает. А следом и весь Тилзем. Пожиратель, набравший силу, практически неуловим. Его нужно остановить, пока он не пробудился полностью и не отвязался от места.

— То есть вы готовы рисковать детьми?

— Они будущие боевики и некроманты, — отрезала я. — И потом, пока что дух для них не опасен. Он питается, если можно так выразиться, своими. Умершими.

— Получается, мистера Берзина сначала умертвили, потом скормили Пожирателю?

— А вот в этом я не уверена. Зачем его вообще понадобилось умертвлять? Он слишком свежий. Не усвоится.

— Я тоже свежий, — мистер Брун постепенно проникался моим своеобразным юмором.

— Вы менталист. Ваша магия — как приправа к блюду, не основное питание. Скорее, желудочный сок, если продолжать сравнение с едой. Помогает лучшему усвоению, но не насыщает.

— Как интересно! — восхищался куратор без энтузиазма.

Фолиант мы упрямо долистали до конца. За узким окном-бойницей сгустились сумерки.

Самое время отправиться в подземелье!

Список подозреваемых покойников вышел не слишком длинным. Хотя на территории академии постоянно велись бои, а воины народ мстительный и коварный, но и стать Пожирателем способен далеко не любой призрак.

И тут мало жажды возмездия или силы воли. Самое главное — наличие дара некроманта. Как и личи, пожиратели получались только из темных магов. Так что удалось сократить почти семьдесят позиций из ста. Но и оставшихся тридцати двух было более чем достаточно, чтобы запутаться.

Перед походом я забежала в комнату и запаслась накопителями и боевыми артефактами. Если столкнемся с самим Пожирателем, нужно быть готовой к обороне. Но это вряд ли, если честно. Дозрей монстр до автономности, помимо мистера Берзина были бы и новые жертвы. Да и некромант не пропал бы, а стал сушеным трупом. Просто и очевидно.

Подозреваю, бедолага услышал или увидел что-то, не предназначавшееся для его ушей и глаз. Например, поймал злоумышленника на горячем, с чужими пальцами в кармане.

Только вот вопрос — где его держат?

Свежих эманаций смерти я на территории академии не ощутила. Это, конечно, не обязательно означает их отсутствие. Существует множество способов замаскировать последствия убийства. Начиная с ритуала очищения и заканчивая блокировкой участка защитным куполом.

Возможно, он еще жив, и тогда помощь мистера Бруна придется как нельзя кстати. Кому, как не менталисту, ощутить издалека активность разумного существа.

Куратор тоже подготовился: нашел немагический фонарь. Молодец, придумал, как не сбивать тонкие настройки поисковых щупов.

— Может, все-таки вызовем подкрепление? — негромко предложил мистер Брун, когда мы подошли к лестнице, ведущей в подвал.

— Еще рано, — поморщилась я. — Ни доказательств, ни трупов, ни подозреваемых. Что предъявлять будем? Отсутствующие части тела? Мало ли какой маньяк баловался. Нет, сначала нужно найти что-то повесомее.

Вход на нижние уровни располагался за кухней, там, где когда-то держали вино и прочие долгоиграющие продукты. Теперь все складывали в подсобку с холодильным артефактом, и древние способы хранения стали не нужны.

С тех пор спуском почти не пользовались. И судя по паутине под потолком, что встретила нас этажом ниже, не слишком часто убирали.

Однако пол, на удивление, сиял чистотой.

— Какой педантичный преступник! — хмыкнул мистер Брун, оглядывая пустующий зал с двумя выходами. Один мы только что миновали, второй маячил в противоположном конце. Учитывая, что замок древний, тайники могли находиться в любой нише и стене. Сунул туда неугодного преподавателя — и поминай как звали. Никто не найдет. Древний, впитавший кровь и ярость сражений камень отлично глушит и крики, и магию.

— Да, заботливый, — кивнула я. — Прогуляемся сначала по переходам, вдруг что заметим. Если нет, поищем схроны.

Где-то же преступник должен хранить добычу! Мест, куда может просочиться незаметно студент — или преподаватель — не так много. Общежития — относительно новые пристройки, там ни секретных панелей, ни подвалов нет. Сад я прочесала вдоль и поперек, с особым тщанием изучив старую беседку. Под ее фундаментом когда-то скрывался лаз, но его давно засыпало, а механизм открывания заклинило.

Оставался только замок.

Чистота, царившая в лабиринте подземелий, поражала. Разве что низко нависавшему потолку неведомый злоумышленник не уделил внимания, и пауки множились и плодились по своему усмотрению. А на полу ни пылинки, хоть направо сворачивай, хоть налево.

— Похоже, магией убирали, — поделилась я наблюдением со спутником. — Или артефактом, но точно не руками. Тут работы на несколько дней не разгибаясь.

Следующее неприятное открытие ждало нас у мемориальной таблички.

Надписи, когда-то выбитые усердными руками выживших победителей, оказались затерты до неузнаваемости. И не понять, кого именно убили поблизости и как давно.

— Задача усложняется, — поцокала я, глядя на это безобразие. — Но какой у нас сообразительный преступник! Одно удовольствие его ловить. И чисто, и продуманно.

— Восторг, — мрачно подтвердил мистер Брун.

Весь лабиринт мы не осмотрели. Это не одна ночь уйдет. Но то, что уже успели осмотреть, не вдохновляло.

Словно кто-то поработал губкой, стирая свидетельства прошлого.

— Вообще-то за такое можно штраф получить. Уничтожение исторических памятников, как-никак, — ворчал послушно следующий за мной мистер Брун.

— И улик, — поддакивала я, оглядывая очередной отполированный камень.

Даже дату не определить, ну что за невезение?

Несколько раз я пыталась «ощупать» пространство на предмет привязавшихся душ, но быстро оставила это бесполезное занятие. Чем глубже под землю, тем гуще становился некро-фон. Не эманации свежей смерти, а то самое ощущение от старого заброшенного кладбища или поля боя. Невозможно выделить отдельных погибших. Хор потусторонних голосов сливается в заунывный гул. Не разобрать, о чем они просят и как долго пребывают за гранью. Сто лет? Тысячу?

За что сражались, за кого умерли?

— Хватит на сегодня, — решительно постановил мистер Брун, когда я покачнулась от усталости.

Резерва оставалось еще достаточно, но камень поглощал магию быстрее, чем я генерировала заклинания, потому в каждое приходилось вкладывать вдвое больше силы. От напряжения начало темнеть в глазах.

Еще шаг — и пол накренился окончательно. Но я не упала, а оказалась в сильных, уверенных руках куратора.

Неожиданно, но весьма кстати. Обратно своими ногами я бы вряд ли дошла. Можно было бы полежать, отдышаться, но зачем, если предлагают комфортные условия передвижения?

— Пожалуй, соглашусь с вами, — пробормотала я, не сопротивляясь.

Напротив, обнимая неожиданного спасителя за шею, чтобы ему было удобнее меня нести.

Светлые, чуть ли не сияющие в свете магического огонька волосы пощекотали мою щеку. Мистер Брун категорически не желал подчиняться регламенту и носил их распущенными, собирая лишь за едой.

Пока добрались до выхода, я почти задремала. Терпкий запах мужской кожи успокаивал, мерное покачивание убаюкивало. Даже щиты я убрала, чтобы не тратить энергию впустую.

Верила, что не уронит.

— Стереть столько надписей, прочесать весь лабиринт — на это не один месяц нужен, — негромко произнесла в задумчивости. — Не говоря уже о том, чтобы возродить и прикормить Пожирателя. Наш преступник в академии минимум второй год, возможно, и третий. Выращивание нежити — дело для терпеливых.

— Значит, искать стоит среди старших групп? — понимающе кивнул мистер Брун.

Он нес меня легко и непринужденно, будто я конверт с бумагами, а не приличная девушка с формами. Не зря тренируется!

— И преподавателей. Не будем забывать про них, — поправила я. — Вы вне подозрений, как обладатель ментального дара. Он с некромантией не стыкуется. А вот мистер Звейн мог бы при желании. И мистер Гравин тоже.

На улице было ветрено и морозно. Щеки моментально озябли, зато головокружение отступило. Я вяло брыкнулась, намекая, что меня можно и поставить на землю, но мистер Брун не обратил на мои телодвижения ни малейшего внимания.

— Прошу вас не оставаться одной. Особенно во время таких вылазок, — напомнил он снова, отпуская меня перед дверью в комнату. — У врага явно есть не только умения и знания, но и соответствующие артефакты.

— Обыск бы провести… — мечтательно прищурилась я.

— Вызовем подмогу? — оживился мистер Брун. — Да хоть бы следователей из Китвиса. Они немного в курсе дел, разберутся быстро.

— Интересная идея. Только реализовать ее нужно будет в учебное время, чтобы все комнаты стояли пустыми, — протянула я.

Обыск — не арест. По подозрению в незаконной деятельности его могут провести запросто, тем более на территории государственного учреждения. А любое нарушение при желании засчитают за диверсию против его величества.

Чтобы не спугнуть преступника, можно объяснить внезапную проверку посторонней причиной. Например, кражей в городе или пропажей ценного предмета из академического хранилища.

Объяснить бы еще стражам порядка, что искать!

Пальцы и прочие детали организма вряд ли будут валяться на виду. Нет, скорее всего, где-то у злоумышленника тайник. Так что к делу нужно будет подойти продуманно.

Пожелав спокойной ночи мистеру Бруну, вернее, спокойного утра, потому что время давно перевалило за полночь, я закрылась в спальне и принялась готовиться ко сну.

Шорх-шорх. Шорх-шорх. Как ногтями по стеклу — мерзко и протяжно.

Подойдя к двери, приложила ухо к деревянной поверхности и прислушалась.

В коридоре царила тишина, но спине внезапно стало зябко.

Похоже, призрак все-таки решил меня навестить.