Глава 7

Лес мне явно благоволил. Деревья тихо шелестели, словно шептались о чём-то своём. Гдето вдалеке ухала сова. Прохладный ветерок, осторожно пробирающийся через толстые стволы и листву, приятно холодил кожу. Сквозь широкие кроны пробивался свет звёзд. Тропка петляла, едва заметная, среди мощных вековых стволов. Изредка доносился рык зверей или треск ветвей, но я не обращала на это внимания. Здесь я была в своей стихии, как и любая ведьма. Природа давала силу, разгоняла туман из мыслей и сомнения из души. Все неприятности отступали, оставались во внешнем мире, пока я была в единении с лесом. Я отодвинула низко свисающие лапы ели, углядев мелкие белоснежные шарики, похожие на снежинки. Вихорай — самый полезный цветок для зелий, распускающийся только ночью. Листья и цветы служат отличным усилителем, но если допустить хоть одну ошибку при его сборе и обработке, то он исказит зелье или мазь до неузнаваемости, и совсем не в лучшую сторону. Один раз, когда мы с Кидой учились ещё в школе ведьм, то допустили такую ошибку. Простейшее зелье для усиления памяти попробовали друг на друге. После чего седмицу не могли не то что запомнить что-то, но даже банально сконцентрироваться на действиях и словах. Ох и получили мы тогда от учителей! До сих пор те дни как белый лист в нашей памяти. Даже когда нам кто-то рассказывал, что в те дни происходило, у нас мигом вылетало из головы. После этого мы с особой тщательностью относились и к сбору трав, и к приготовлению зелий. Я срезала небольшим ножиком цветы под самую головку, опустила их во флакон с маслом, крепко запечатала пробку. После среза цветам допускается провести на воздухе не больше нескольких секунд, и вся дальнейшая работа с ними проходит так, чтобы воздух их не коснулся. Есть как специальные растворы, так и метод подешевле: обычное масло, которое мы с Кидой и использовали. Дальше цветы в нём должны провести не меньше седмицы, и только потом можно работать с ними дальше: растирать, вываривать и добавлять в мази. С листьями же всё обстояло по-другому. Их требовалось аккуратно ощипать руками, рядом со стеблем. После чего мелкие оранжевые острые листочки сложить так, чтобы обеспечить им постоянный приток воздуха. Если хоть на миг закрыть их от продувания, то всё — они испорчены. Корень же использовался только в яды, но этого запаса было ещё достаточно. Всё же такое узконаправленное зелье я варила лишь в рамках экспериментов. Собрав ценный ингредиент, я двинулась дальше, высматривая то, что было необходимо. Часть цветов и трав нужно собирать ночью, часть — на рассвете. Какие-то можно срывать в определённое расположение лун, какие-то — только с заговорами. Всё требовало своего подхода, своего времени, своего места. Я продолжала прогулку, углубляясь всё сильнее. Заблудиться не боялась: редкая ведьма может заблудиться в лесу, в источнике нашей силы. Нечисти тоже не опасалась: лес всегда защищал нас с Кидой. Хотя здесь и водились некоторые виды. По одной из легенд, услышанной от горожан перед покупкой дома, лес ими прямо кишел, самыми опасными. Но верилось с трудом, и на это было две причины. Первая: если бы это было так, город бы заполонили боевые маги и некроманты, зачищая территорию от опасности. И поставили бы магические ловушки и врата, чтобы никто не мог пройти вглубь. А вот вторая причина была основной. По легендам местных, этот лес был средоточием при зарождении нашего мира Вайтемор. Именно от него нарастали земли, реки и океаны. И первыми жителями были монстры в этом самом лесу. Затем маги и демоны нашли этот мир и начали его заполнять. Однако я-то знала, что это было не так. Историю создания мира мы проходили часто, и первым местом были наши академии: ведьм, некромантов, целителей, стихийников, материи и эмпатии. Располагались все они кругом и имели каждая большую территорию. В центре круга находились межмировые порталы нашего кольца миров, а вокруг академий и разрасталась столица основного материка Миирдилен, вскорости сокращённая до Миир. И первоначальная цель создания Вайтемора была именно для обучения и простоты сотрудничества между кольцом миров. *** Сотворение мира Парламент семи миров, мир Земля — Приветствую вас, господа, дамы, — звучным баритоном заговорил глава парламента Хокриан Те-Велль, и все голоса тут же стихли. — Я объявляю ежегодное заседание Семи Миров открытым! В этот раз, как всегда, возникли трудности у наших коллег с Земли и Славини Упомянутые, не сговариваясь, опустили глаза. — Поэтому первым на повестку дня хочу вынести вопрос о наших сборах. Ввиду некоторой отдалённости данных миров у его обитателей часто возникают сложности с прыжками по Мировому кольцу. А в свете того, что сегодня запланировано обсудить также и торговлю меж мирами, и обмен студентами, думаю, пришло время для создания отдельного материка в межмировом пространстве. Расположим там посольства, академии и, разумеется, здание центрального парламента для наших собраний. Разобьём небольшой город, построим вокруг него деревни для обеспечения наших подчинённых необходимым сырьём и пропитанием. Что вы на это скажете? — Голосую за, — отозвался первым грузный член парламента от Земли, Виктор Лисовец. — А то у нас уже заголовки газет пестрят то летающими тарелками, то другими выдумками Создание отдельного мира позволит защитить хрупкое сознание тех, кто рождён без магии. — Добро, — басом поддержал коллег Вестгар Лютобор, представитель мира Славини. — Ведьмы да ведуны мои дюже до новых знаний охочие. — Тогда и общие школы можно створить, — прогремел голос ВарУла Киенн Штара. — Как отдельные, так и совместные — пущай учатся меж собой уживаться. А то моих демонов, — он хмыкнул, показав острые клыки, — отчего-то во всех мирах боятся. — И впрямь, с чего бы вдруг? — с едва заметным ехидством ответила ему Бригитта Лоэртас, единственная женщина в парламенте. — Не имею представления, леди. — ВарУл равнодушно пожал плечами. — Господа, а вы что думаете? — обратился глава к Ньорру Пальху и Шиелю-ас-Ваю. — Мы согласные, удобству быть, — синхронно ответили мужчины, самые молчаливые из всей семёрки. Главы соседних смешанных миров за многие годы совместной торговли сдружились столь крепко, что к их единовременным ответам в парламенте уже привыкли. Шли годы, десятилетия, столетия. Искусственно созданный островок в межмирье ширился, обрастая новыми землями и территориями. Создавались семьи, оставались выпускники, переезжали торговцы. Периодически то тут, то там вспыхивали ссоры меж расами, но тут же утихали: закон о взаимном уважении не позволял им вылиться в затяжные войны, поскольку нарушение этого закона каралось высылкой с конфискацией всего имущества и лишением права на возвращение. Так бы и рос дальше новорождённый мир Вайтемор, но однажды случилось несчастье. Умерла любимая жена Ювейта Цирха, сильнейшего артефактора всех времён. Горе овладело им, и, будучи не в силах смириться с утратой, решил он повернуть время вспять. Долгие годы бился Ювейт над созданием артефакта времени, работал тайно, ночами, скрывая идею от внешнего мира. И в итоге добился-таки своей цели, но Поменяв прошлое, изменил Ювейт и будущее — и не в лучшую сторону. Случилось так, что про артефакт прознали и другие маги, каждый из которых возжелал заполучить эдакое сокровище: ведь кому не захочется исправить ошибки прошлого? Разразилась такая война, какой ещё не видывал ни один из семи миров, и даже сильнейшие маги парламента не смогли её остановить. Мир оказался на краю гибели. Взмолился тогда народ во всех семи мирах: гибли в межмирье их выросшие дети, сёстры и братья, родные и друзья. Услышали свой народ Великие Боги, собрались всемером и решили обратиться за советом и помощью к матушке с отцом своим. Богиня жизни, Элиор, и бог смерти, Мор, очень любили своих детей, а потому не могли не помочь в их горе. Вернули они прошлый ход времени, где ещё не был создан злополучный артефакт. Разделили землю на материки и острова, каждому правителя назначили, а Ювейта Мор в свои чертоги забрал, воссоединив того с почившей возлюбленной. Вывели боги Вайтемор из межмирья, поставив его внутри кольца семи миров, чтобы не забывали народы суть его создания. И взошли Элиор с Мором рука об руку на его небосклон двойным дневным светилом, чтобы путь народа освещать и от опасностей предостерегать. Мор — красной звездой, как напоминание о близкой гибели мира. Элиор же — жёлтой, словно начало нового пути. А дети их, Великие Боги, стали семью лунами, ночью проявляясь отблесками из своих миров. Каждый светил по очереди, а раз в несколько веков все они в ровный ряд семилунья выстраивались. И знал народ, что в такую ночь под Лунной Радугой великие дела свершаются: и благие, и опасные. Так и установился в Вайтеморе порядок, который его верный народ хранит и по сей день. *** Я взглянула вверх. Лениво выглядывающие первые лучики солнца окрашивали небо в розовое золото, вырывая власть у уходящей луны. Все поясные флаконы уже были заполнены. Две огромные корзины, завязанные льняными тряпками, ждали меня под деревьями по пути к дому. Маленькая корзина с листьями вихорая, заговорённая Кидой, стояла рядом с ними. Я собрала календулу, ромашку, шалфей и цалию — самые легкодоступные травы и цветы. Уложила их в третью большую корзину, перекладывая кусочками тканями. Можно возвращаться. — За дары благодарю, путь домой найти прошу, — прошептала я, прикоснувшись к толстому стволу ели. Тропинка прыгнула мне под ноги, петляя между деревьями и кустами, уводя к оставленным корзинам и дому.