Глава 43

Пульс грохотал где-то в висках, шальная полоумная улыбка то и дело прорывалась дернуть губы.

Аромат праздника кружил голову и я — или Элсиния — с трепетавшим в груди предвкушением плелась за сёстрами, чтобы остановиться то у одной, то у другой палатки. Выбрать новых зачарованных бус, сыграть в кости на желание, похохотать возле лавки старьевщика на пару с молодыми магами, которые были не прочь наградить юных ведьм чарующими комплиментами.

Но сердце героини волновал только один волшебник. После его дерзкой выходки с картой, она снова потеряла юношу из виду.

Концентрация на всеобщем веселье давалась с огромным трудом, пока он вновь не давал о себе знать. Легким, невидимым для окружающих прикосновением к руке, жгучим взглядом, подобными ожогу, который нестерпимо сильно ощущался на коже. Каждый раз оборачиваясь, она прекрасно знала, кто именно за ней наблюдает.

А он то пропадал, то вновь появлялся где-то невдалеке, окружённый кучкой хохочущих парней.

Я понимала, что это не настоящий Йен Гривен, что это лишь книжный герой и этот его взгляд, вызывающий в теле неистовую бурю вместе с огненными вспышками, обращен вовсе не на меня, а на Элсинию. Пыталась всячески убедить себя, что ко мне вся эта пьянящая игра в гляделки не имеет никакого отношения…

Но соблазн был отчаянно и ужасно велик. Вот честное магическое.

Отказать себе в удовольствии захмелеть от разгорающегося внутри чувства никак не получалось. За все мои почти восемнадцать лет я ещё никогда-никогда не испытывала ничего подобного. У меня будто выросли крылья, и я не просто шагала по земле, а летала. Парила и мигом сгорала, когда среди веселящейся толпы наши пальцы вдруг встречались на крохотный миг. Казалось бы, такое малюсенькое прикосновение — но голову от него уносило мгновенно.

Правда, вскоре меня нашла мама и пришлось дать себе пару внутренних оплеух, чтобы снести дурацкую улыбку с лица. Ведьма радостно заявила, что близится начало, и повела нас с сёстрами к увлечённо болтающему кружку взрослых родственников.

Лично мне очень хотелось спросить, что именно должно начаться, если так называемый бал уже вроде как идёт полным ходом, но Элсиния, в отличие от меня, понимала в чем дело, и такими несущественными вопросами не озадачивалась.

Спустя буквально пару минут на противоположной стороне площади я снова увидела главного героя. Он шел за руку с некой дамой, облаченной в роскошное темно-сливовое платье. Ведьма была примерно того же возраста, что и моя мама. А еще она была изумительно красива и безумно кого-то напоминала.

— Мам, — тихо шепнула Элси своей родительнице, — А кто эта ведьма? Я ее раньше не видела в нашем городе. — и легким, едва заметным кивком вместе с метким взглядом указала на сопровождающую Гривена даму.

Это был хитрый ход, который мог помочь узнать больше о самом волшебнике.

Ни я, ни Элси уже не сомневались в том, что, как и она прикидывалась перед ним служанкой, так и он изображал роль слуги, хотя, судя по его сегодняшней одежде, можно смело утверждать, что юноша из знатного рода.

— Меррит Сеймур, — скривив в недовольстве губы и сморщив нос, будто ей подсунули тухлого зелья, ответила мама. — Она с мужем и сыном решила приехать и погостить у родственников.

— Сеймур… — ошарашенно вымолвила героиня. — А рядом с ней, получается…

— Ее сын. — почти выплюнула ведьма. — Он опасен, Элси. Держись от него подальше.

— Опасен? Но почему? — не сумев должным образом подавить забурлившую в голосе эликсиром отчаяния эмоцию, спросила ведьмочка.

Мама удивленно повернула голову в сторону дочери. Не спеша окинула меня недовольно-придирчивым взглядом. Будто я говорила самые что ни на есть отборные глупости.

— Во-первых, он из рода Сеймуров, а этого уже более чем достаточно. А во-вторых, говорят, что он сильный маг, настоящий Властитель Стихий.