Глава 8

- И снова ты! – в сердцах произнесла я, когда уснула после полного забот дня, прижимая к себе мухарашу, а заодно заявив как церберам, так и яйцекусам, ну и Колючу заодно, что тот, кто меня разбудит, увидит Александру Дельвейн в гневе.

Такое зрелище переживут далеко не все.

Как следует всех запугав, я натянула одеяло на голову и провалилась в сон, где меня уже поджидало Око.

Скажу честно, я надеялась его встретить, но сделала вид, что это существо без ножек и даром мне не нужно, а еще оно утомило меня так, что в печенках сидит!

И вообще, сейчас мне не до него – даже во сне я собиралась прикидывать что и как, мысленно расчерчивая отведенную под зверинец территорию на вольеры для всевозможных магических существ.

К этому времени у меня уже имелось несколько эскизов, но куда больше мне нравился тот вариант, который выходил, если прихватить часть земли, принадлежащей факультету Воды.

Эти маги все равно бесполезны в бою, тогда зачем их факультету так много территории? Мне она нужнее!

И все это время рядом со мной был Северин. Давал дельные советы, после чего исписал несколько листов уверенным почерком, сделав примерный расчет под несколько моих эскизов. Хотя это были только прикидки – сперва не мешало бы узнать, удастся ли «оттяпать» кусок территории у Водников.

Наконец на академию опустился вечер, мы с Северином попрощались до утра и разошлись каждый в свою сторону. Я вернулась в общежитие, где уже скоро легла спать, понимая, что завтра меня ждет серьезный разговор с ректором, которого я снова примусь шантажировать королем.

Тем, что если я не получу желаемое, то обязательно наябедничаю его величеству Ильдару Иллариану.

Если что, они сами приняли меня в эту академию, хотя я всячески сопротивлялась и мечтала вернуться в Гржиню. Так что теперь прошу любить, отдать землю под мой зверинец и не жаловаться!..

Но это было еще не все – даже во сне меня ждало еще одно крайне важное дело. Правда, сперва Око должно уяснить, что у меня накопилось к нему много претензий. И только потом, словно между делом, я собиралась признаться, что мне кое-что от них былонужно.

К сожалению, на этот раз не двадцать три пары чулок с разноцветными ленточками.

- Да, это снова я, – согласилось Око. – В прошлый раз наш разговор прервали, поэтому мы не смогли высказать всю глубину нашей печали. Насколько сильно мы расстроены случившимся прорывом.

- Кстати, я могла в нем погибнуть, – намекнула ему. – Кому бы ты в этом случае надоедал во снах?

Око вздохнуло – я до сих пор не могла понять, как оно физически это делает.

- Чулочки? – заискивающе спросило у меня. – Пятьдесят пар и почти все с разными лентами. А еще семь норковых шуб и деньги на депозитном счету в вашем Королевском Банке. Если захочешь, это может быть золото. Вся сумма, которую ты просила. Мы будем готовы передать это тебе в течение недели.

Какое-то время я боролась с собственной жадностью, но затем возмущенно заявила Оку, что мне от них ничего не нужно!

Как они смеют предлагать мне такое после того, что я пережила прошлой ночью?! Когда мне на голову то и дело грозились обрушиться «кузнечики», а упыри едва успевали закапывать их монструозных броненосцев?

- Мы все прекрасно понимаем и скорбим о случившемся – произнесло Око. – Но если не шубы и чулки, то, может, что-то другое? Скажи нам, Александра! Чем мы можем вернуть твое расположение, а затем заинтересовать?.. Заинтересовать так, чтобы ты выполнила одну нашу просьбу в Лабиринте?

И пусть мне все это не нравилось, но у меня имелось то, о чем я могла попросить только их.

- Да, у меня будет к вам просьба, – наконец смилостивилась я. – Если вы ее исполните, то, глядишь, я сменю гнев на милость. И тогда… Думаю, я в свою очередь постараюсь выполнить ваше желание. Кстати, в чем оно заключается?

- Всего-то попасть в Лабиринт, приблизиться к Источнику Тьмы и больше ничего! – залебезило Око. – Но тебе не о чем волноваться, Александра! Это совершенно безопасно, и мы ни в коем случае не причиним тебе вреда. Наоборот, будем несказанно благодарны.

«Так я тебе и поверила», – промелькнуло в голове, но вслух, конечно же, я ничего подобного не произнесла. Решила, что буду решать проблемы по мере их появления. Потому что сейчас у меня имелась довольно сложная, с которой я надеялась разобраться с помощью Ока.

- Посмотрим, – сказала ему. – Сначала справьтесь с моей задачей, а потом уже поговорим об ответной благодарности.

- Я весь во внимании, – произнес глаз без ножек и замер.

Ждал, о чем именно я у них попрошу.

- Вы должны понимать, что проценты за вашу несговорчивость серьезно выросли, – намекнула я. – Можно сказать, в два раза.

- Значит, пятьдесят пар чулок? – обрадовалось Око, но совершенно зря.

- Пожалуй, чулки я куплю себе сама, раз уж король собирается вручить мне награду за храбрость. Нет, мне нужно будет от вас кое-что другое.

- Что именно?

- Брачная метка, – вздохнула я. – Вернее, брачные метки. От них нужно избавиться, от всех трех. Это и будет ваша часть сделки. Если вы ее выполните – сделаете так, чтобы на руках у Дария Валларха и Северина Кассара, которого, кстати, вы подсунули мне сами, исчезли бы брачные метки, а на моей она бы больше никогда не появилась, – то…

Так и быть, я приду к ним на встречу в Лабиринте. Впереди у нас Все-Магические состязания, одно из заданий наверняка будет проходить рядом с Источником, так что у меня появится шанс выполнить уговор, не привлекая к себе ненужного внимания.

- Как вы понимаете, речь идет о моей брачной метке, – заявила я. – Тем самым вы исправите то, что сами заварили, когда подсунули мне «подарок» в лице Северина Кассара, о котором я не просила.

Вот, королевская нежить передарила мне мухарашу, и я теперь счастливая ее обладательница. Но с двумя избранниками я чувствую себя нарасхват, и такое меня порядком нервирует. А еще я уверена, что как только Дарий появится в академии, они с Северином поубивают друг друга, и меня это крайне расстроит.

Если, конечно, заодно они не прикончат и меня.

- Думайте, – сказала я Оку. – Если у вас, конечно, есть чем именно.

- У нас есть чем думать, – отозвалось оно. – Но задача не из простых.

- Нисколько в этом не сомневаюсь. Но советую решить ее в самое ближайшее время, пока не набежали еще большие проценты.

Вот что я ему сказала, после чего развернулась и ушла прочь в розовую даль. Туда, где меня ждали чертежи небесного зверинца, полного диковинных существ, и все они признали меня своей хозяйкой.

Утро для нас с Греттой началось ближе к обеду. Возможно, магический будильник, установленный на восемь утра, и прозвучал, но мы обе спали без задних ног и его не услышали.

Усталость взяла свое – мы возвращали себе силы за прошлую почти бессонную ночь, а занятия на сегодня, как и на ближайшую неделю Все-Магических состязаний, были отменены.

Сквозь полудрему в один из утренних часов я слышала, как Гретта все же поднялась, после чего, ругаясь, выпустила всю ночевавшую в нашей комнате толпу. Те с громким топотом, лязгая когтями по деревянному полу, унеслись по коридору, после чего подруга вернулась в кровать.

Я хотела проснуться и поблагодарить ее, но так и не смогла.

Зато, когда уже дневное солнце защекотало мне кожу на лице, я все-таки открыла глаза. Опять же, не по доброй воле, а исключительно от стука в дверь. Оказалось, я спала в обнимку с мухарашей – та в буквальном смысле обнимала меня своими пушистыми белыми лапками, – а в комнате, кроме Гретты, больше никого не было.

- Все ушли, даже твой кактус, – зевнула подруга, тоже разбуженная громким стуком. Кто бы ни был за дверью, уходить он не собирался, еще и звал нас на два девичьих голоса. Хотя спросонья я могла и ошибиться. – Если у нас снова проверка, – о прошлой Гретта была наслышана от меня, – то они найдут здесь разве что бардак.

В отличие от меня, приученной в Гржине аккуратно складывать свои вещи, чтобы утром надеть немятое, Гретта перед сном раскидала свою одежду по комнате, заявив, что у нее нет сил поддерживать порядок.

Сейчас подниматься с кровати она тоже отказалась. Сказала, что с утра выпустила мой зверинец, так что теперь моя очередь впускать того, кто так настойчиво ломится в дверь.

Вздохнув, я это сделала, не забыв перед этим накинуть на себя домашнее платье.

Оказалось, к нам явился вовсе не Брир со своей свитой, чтобы в очередной раз попытать удачу и найти в нашей комнате запрещенные на факультете вещи. Вместо декана пришла Лианна и Роуз с собой привела, и новости у первой были отличные.

Зато вторая хмурилась, а когда я шепотом спросила, что случилось или же случится, Роуз ответила, что…

- Не знаю, – растерянным голосом произнесла она. – Но мне кажется, что вот-вот произойдет нечто страшное. Такое, что вызовет изменения во всей истории нашего мира. Но что именно, я не могу понять, потому что… мне ума не хватает!

- Вот и не стоит никого пугать, – нахмурилась Лианна, – раз уж у тебя все равно не хватает на это ума!

Вместо того чтобы возмутиться, прорицательница посмотрела на нас виновато, тогда как Лианна довольным голосом заявила:

- Лучше посмотрите, что у меня есть!

Затем раскрыла ладонь, и я увидела два темных переливающихся на солнце кристалла, от которых шли незнакомые мне излучения.

- Догадайтесь, что это такое, – забавляясь нашим недоумением, спросила Лианна.

- И что же это такое? – не мудрствуя, спросила Гретта.

- Угу, присоединяюсь к ее вопросу, – нахмурилась я, потому что ответов у меня не имелось.

Как и в случае с Роуз, мне не хватало ума. Правда, по другому поводу.

- Записывающие артефакты-кристаллы – вот что! – торжественным голосом возвестила Лианна. – Отец прислал вчера вечером. Он был вне себя от гордости, когда узнал, что наша четверка будет встречать короля, а еще нам вручат награды за храбрость. Даже сказал, что больше не жалеет о том, что у него нет сына. Потому что я за него.

- Сомнительная похвала, – негромко отозвалась я, но все равно выдавила из себя улыбку. – Но расскажи мне, как действуют эти артефакты?

В нашей провинциальной Гржине ничего такого не было и в помине, и я подозревала, что они стоят бешеных денег.

Оказалось, Лианна уже получила разрешение от ректора на установку, как только ей пришла посылка из дома.

- Один я помещу в арке рядом с въездом в академию, а потом активирую, когда король окажется рядом. И все, что произойдет после этого…

Лианна пояснила, что на кристалле магическим образом отпечатывается все, что произойдет в пределах его видимости. Сам кристалл способен сохранять происходящее в течение пяти минут, но этого хватит, чтобы запечатлеть, как вся наша четверка встречает короля.

Хотя, конечно, отца Лианны интересовала исключительно его дочь.

- Второй я поставлю рядом с трибуной, – продолжала подруга. – Запущу его, как только нам начнут вручать награды. Затем мы поместим эти кристаллы в семейное хранилище, чтобы пересматривать на большие праздники. Ну и папа сможет хвастаться мною в своем министерстве.

- А как посмотреть на то, что отпечаталось на артефакте? – шепотом спросила у нее Роуз.

Оказалось, кристалл, активированный другим заклинанием, выдает вполне четкие иллюзорные проекции сохраненных событий.

- Роуз права, надо сперва поглядеть на проекции, – заявила я, – чтобы выбрать правильное место, куда поместить записывающий кристалл. Ну, чтобы всех и все было видно.

Я бы тоже не отказалась посмотреть на себя со стороны.

Подруги согласились, что это дельная мысль – заранее проверить, как все работает. Этим мы и занялись – стали записывать происходящее в нашей комнате, а затем активировать иллюзорные проекции. Но действовали осторожно, чтобы случайно не разрядить магический артефакт.

…До приезда короля Ильдара Иллариана оставалось два с небольшим часа.

Эрик Молден, новый, хотя и не молодой помощник архивариуса, в этот день заступил на смену раньше обычного.

- Засиделся дома, – заявил он охраннику, когда вошел в здание королевского архива.

Затем, в ответ на его вопрос, что это за тубус у него за спиной, Молден спокойно пояснил, что вчера ему поручили сделать несколько копий с одного документа, но он не успел закончить работу, поэтому взял бумаги домой.

И старый ворчливый Гектор Хосс, словно цепной пес охранявший архив вот уже пятый десяток лет (за весь срок его службы случались разве что мелкие неурядицы), понимающе кивнул.

- Ну раз так, то проходи, Молден! – заявил он. – Кстати, если найдешь время, то спустись ко мне, выпьем чайку. Сын привез откуда-то из южной провинции, а сноха передала пирог.

Но тут же прикусил язык.

Все в архиве знали, что их новый работник Эрик Молден – ветеран Северной войны, прошедший множество кампаний. Отличный арбалетчик, за долгое время службы не получивший ни единой царапины.

Зато его единственный сын был убит в первом же бою, когда войска Элеона сцепились с Темными из Шаддара. От этой потери Молден так и не оправился, хотя с той поры минуло уже больше шести лет.

Молден был угрюм, неразговорчив, но при этом старателен и исполнителен.

Гектор вместе с парой сменщиков даже придумал целый план, как отвлечь Молдена от тяжелых мыслей и постепенно втянуть в свою компанию. Ведь они все здесь потрепаны жизнью, уже не первой молодости и даже не второй свежести и пережили немало потерь.

Но они держались друг за друга – вместе было веселей, и душа так не болит.

План казался отличным, и они собирались провернуть его после обеда. Но пока что Гектор проследил, как Молден уверенным шагом поднимается по лестнице, направляясь в свою каморку на третьем этаже.

Комнату ему выделили так себе – маленькую и пыльную, – зато окно выходило прямиком на подъезд и главную арку Академии Магов. А еще с рабочего места Молдена можно было хоть весь день глазеть на хорошеньких студенток.

- Мне не до этого, – спокойно отозвался тот, когда Гектор однажды намекнул на подобное развлечение. – Я работаю.

…Потому что Эрику Молдену было не до этого.

Поднявшись к себе, он закрыл дверь, жалея, что на ней нет засова, но ставить свой и тем самым привлекать к себе ненужное внимание Молден не рискнул. Сегодня он специально явился пораньше, чтобы успеть все подготовить до того, как в здании начнется привычная дневная суета.

Открыв тубус, Эрик достал вовсе не копии документа, с которыми закончил еще вчера днем. Вместо этого он вытащил несколько тщательно завернутых в промасленную тряпку деталей, из которых принялся собирать арбалет.

- Предатель королевских кровей должен умереть, – пробормотал он, уверенно складывая смертоносное орудие.

Ильдар Иллариан, который не дрогнувшей рукой отправил войска на войну с Шаддаром. Но не прошло и семи лет, как он уже успел обо всем забыть.

Теперь король принимал Темных словно самых дорогих гостей в центре столицы. А еще, поговаривали, он собирался развестись с молодой женой, потому что выбрал себе новую – королеву Эвиниру из Темного мира.

Пусть она была родом не из Шаддара, а из Ноктарии, но для Эрика Молдена это были одни и те же черти.

- Поэтому он заслуживает смерти, – произнес он, глядя на потускневший портрет сына, стоявший на его столе. – Клянусь тебе, сегодня ты будешь отомщен.

…До приезда короля Ильдара Иллариана оставалось два с небольшим часа.

Встречать короля нас отправили сильно заранее, но перед этим очень долго забивали голову тонкостями этикета – то не делай, сюда не ходи, ничего не говори, вместо этого стой как пень и улыбайся. А если король проявит интерес именно к твоей персоне, то приблизься к его величеству, вежливо поклонись и отвечай строго на его вопросы.

- Ничего лишнего и никакой самодеятельности, – добавил ректор, который проводил у нас последний инструктаж, после чего поморщился, словно его настигла резкая и безжалостная зубная боль.

Потому что его взгляд остановился на мне, и я улыбнулась ему изо всех сил.

- Нам все понятно, господин ректор! – за всех отозвалась я, радуясь тому, что до этого уже успела согласовать с ним примерную смету на реконструкцию зверинца.

Правда, пока еще без того участка земли, который я собиралась отторгнуть от факультета Воды и присоединить к своему проекту.

В нашем разговоре перед этим ректор заявил, что ему нужно время, чтобы все обдумать, на что я, конечно же, согласилась. Но не забыла намекнуть, что думать стоит побыстрее – состязания продлятся еще неделю, и король собирается посещать каждый тур, так что… мне хотелось бы получить ответ в самое ближайшее время.

Иначе меня может потянуть на задушевные беседы с Ильдаром Илларианом.

- Я дам его уже скоро, мисс Дельвейн, – вот что он мне сказал, затем искренне понадеялся, что я ничего не испорчу хотя бы сегодня.

Все должно пройти идеально, потому что из-за постоянных прорывов, исчезновения декана Велвуда и магистра Гора и травмы нашего чемпиона Сайруса Нейла он и так уже на пороге нервного срыва.

- Я сделаю вам отвар из валерианы и мелиссы, – сообщила ему. – Это поможет вам успокоиться, а заодно трезво поразмыслить над моим отличным планом нового зверинца!

Ректор закатил глаза, затем провел общий инструктаж, после чего уже скоро нас всех погнали строиться перед парадной аркой у входа в академию, хотя до приезда короля оставалось более сорока минут. А зная страсть облеченных властью персон опаздывать, мы могли простоять там и час, и два, и даже три – и все это на потеху начавшей собираться толпе.

- Мне кажется, что я раздетая. Эти ужасные штаны – они обтягивают меня всю-всю! – ныла Роуз.

Зеваки тем временем заполонили ведущую к академии улицу, по которой должна была прибыть королевская процессия. Если бы только это – на нас смотрели из окон и с крыш ближайших домов, а также пялились с ближайшего холма, откуда тоже открывался отличный вид.

Те, кто там собрался, могли ожидать прибытия короля с комфортом – некоторые даже устраивали пикники, собираясь отлично провести время. Заодно созерцая четверки участников Все-Магических состязаний, выстроившихся по струночке в разноцветных формах и с флагами академий в руках.

Флаг, кстати, прикрепленный на массивное древко, оказался на редкость тяжелым, зараза!

Когда у меня начали отваливаться руки, я передала подобную «честь» Гретте, после чего мы договорились, что будем держать его по очереди, пока не появится королевская процессия, а потом уже возьму я на правах капитана.

Вот, королевские маги и гвардейцы из охраны уже прибыли и принялись оттеснять зевак. Затем заявили Северину и Интару Соресби, капитанам команд из Темного мира, что ни им, ни кому-либо другому из их четверок приближаться к королю запрещено.

Только стоять и смотреть. Издалека.

Заодно и выставили перед ними цепочку из гвардейцев, загородив тем обзор.

…Время тянулось нескончаемо медленно, а нам даже запретили ковыряться в носу!

Все, что мне оставалось, – это слушать нытье Роуз, заявлявшей, что ей не по себе в облегающем наряде, и радостные восклицания Лианны, твердившей, как удачно у нее получилось поместить записывающий кристалл в арку – ей в этом помогли охранники, которым она показала письменное разрешение ректора.

Ну и сопение Гретты, чья очередь была держать флаг.

Рядом с нами развевались на ветру стяги других четверок-участников. Время от времени я ловила на себе заинтересованные взгляды парней, но никакого дискомфорта от обтягивающей формы не испытывала. Как раз наоборот – любой уважающей себя ведьмочке подобное внимание было только в радость.

Но думала я совсем о другом – в голове крутился ночной разговор с Оком, которого я попросила избавить нас троих от брачных меток – так, словно их никогда и не было.

Ну что же, на моей руке метка давно уже не появлялась, зато имелся едва различимый след от ожога после моих попыток выжечь ее самой. Так вот, когда я надевала форму перед построением, мне показалось, что след с моей руки исчез. Вот и сейчас я время от времени отодвигала рукав, чтобы убедиться, что зрение меня не подвело.

Но моя кожа была чистой! Ничего, что указывало бы на то, что на ней когда-то зажглась брачная метка!

Конечно, мне очень хотелось узнать, как обстоят дела у Северина, но сейчас это не представлялось возможным. Я не могла взять и подойти к Темным, из соображений безопасности загнанным в «резервацию», окруженную магами и гвардейцами!

Ну да, поэтому я стояла и слушала нытье Роуз, которая начала жаловаться заодно и на то, что вот-вот произойдет нечто такое, что не укладывается у нее в голове! А еще и эти штаны – вся улица на нее пялится!

- Вообще-то вся улица пялится на Александру, – заявила рассерженная ее стенаниями Гретта, после чего вручила Роуз флаг. – Вот, держи, теперь твоя очередь. Займи свои руки, ну и голову заодно.

И уже скоро Роуз стала ныть, но теперь по другому поводу.

Внезапно вдалеке раздались звуки фанфар. Маги из охраны напряглись, гвардейцы тоже, да и мы заодно. Я кинула взгляд на часы на здании архива, мельком отметив, что на третьем этаже распахнулось до этого момента закрытое окно.

Но меня оно нисколько не заинтересовало. Королевская процессия приближалась, и Ильдар Иллариан, к удивлению, собирался прибыть ровно в назначенное время.

Стоило до его слуха донестись звукам фанфар, ознаменовавшим приближение королевской процессии, как Эрик Молден распахнул окно. До этого он много раз прикидывал, как все произойдет: как он уверенно вскинет арбалет, стоит наступить нужному моменту, и его стрела, выпущенная с огромной скоростью, уже через несколько мгновений оборвет жизнь Ильдара Иллариана.

Посланную его уверенной рукой железную убийцу не остановит ни легкий южный ветер, поднявшийся с самого утра, ни ослабленное магическое поле возле академии, о чем Молден узнал из анонимного письма, подкинутого в его почтовый ящик.

Как и сообщение о вакантном месте в королевском архиве.

Конечно, эти два послания заставили его надолго задуматься, что он и сделал, после чего решил, что его ведет Божественное провидение, которое хочет избавиться от Ильдара Иллариана, выбрав Молдена своим орудием.

Его стрела поразит якшающегося с Темными короля в самое черное сердце, и рука у Молдена не дрогнет. Или же, если такая возможность не представится и король к нему не повернется, он выстрелит тому в спину. Предатель королевских кровей – тоже предатель, и он заслуживает подобной смерти.

- Король дорого заплатит за все, что он натворил, – вновь обратился Эрик к стоявшему на столе портрету, но при этом Молден не мог отделаться от мысли, что сыну бы такое не понравилось.

Ни ему, ни покойной жене – они бы ни в коем случае не одобрили то, что собирался сделать Эрик. Всячески бы пытались его отговорить, утверждая, что не стоит брать грех на душу и что король непременно получит свое сполна на Божественном суде.

Но Молден собирался устроить тому людской, выступив на нем и обвинителем, и судьей, и палачом.

После этого, прекрасно осознавая последствия, он был готов расплатиться и сам. Скрыться ему уже не удастся – люди короля поймут, откуда стреляли, затем явятся за ним в архив, а если он попытается бежать, то пустят по его следу лучших ищеек королевства.

Наказание неминуемо его настигнет, но уже после того, как первым расплатится Ильдар Иллариан.

- Уже скоро ты будешь отомщен, – заявил он портрету сына, увидев в окне, как вдали, но пока еще на приличном отдалении, показалась королевская процессия.

Пришла пора приступать к задуманному, но Молден внезапно засомневался. Рука, которую он было потянул к арбалету, все же дрогнула и застыла.

Тут раздался стук в дверь, и Эрик встрепенулся, неверяще переведя взгляд от распахнутого окна на открывающуюся дверь. Неужели за ним уже пришли?! Но почему, если он еще даже не совершил выстрела?!

Возможно, и не совершил бы, потому что в последнюю секунду перед его глазами вновь возникли лица сына и жены; они смотрели на него осуждающе, словно просили не брать столь ужасный грех на душу.

Не становиться убийцей короля.

Очнувшись, Молден моментально сунул оружие с колен под стол. Оказалось, это пока еще были не люди короля – в его клетушку вошли Гектор и трое охранников, причем двоим из них давно было пора отправляться домой, передав свою смену.

Вместо этого они как ни в чем не бывало заявились к нему. Один держал тарелку с бутербродами, второй – пирог, судя по всему, испеченный снохой Гектора. Сам же старик-охранник нес в руках заварник, а его молодой сменщик, у которого недавно родилась дочь, принялся расставлять кружки на стол.

- От меня тоже будет кое-что к чаю, – намекнул он. – Заветная фляжка. Выпьем-ка за здоровье малышки Амели!

- Мы тут решили, что раз ты не идешь к нам, то мы сами явимся к тебе, – кашлянув, произнес Гектор. – Со своим чаем. Что ты на это скажешь, Молден?

- То, что в моей комнате мало места, – произнес он, внезапно выдохнув с огромным облегчением. – А в остальном я не против.

Наоборот, он был даже рад, что ему помешали сделать роковой выстрел.

Перед глазами вновь промелькнули лица жены и сына, но на этот раз они выглядели довольными. Словно одобряли то, что Эрик поднялся и закрыл окно, при этом незаметно задвинув арбалет подальше – сунул ногу под стол и пинком отправил оружие под шкаф.

- Слишком много шуму с улицы, – произнес он. – Простите, у меня нечем вас угостить.

- Так мы сами с угощением, – пробасил Уго, принесший бутерброды. – Эй, Торренс, давай уже разливай! Чтобы твоя Амели росла здоровой и горластой!

Уже скоро в крепкий чай было добавлено не менее крепкое содержимое заветной фляжки, после чего они сдвинули кружки за здоровье малышки, а потом принялись налегать на бутерброды и пирог, нахваливая и то и другое.

Тогда-то за окном и раздался крик ужаса, а потом еще один, после чего завопили уже на множество голосов.

Наконец наше долгое ожидание было вознаграждено – вдалеке показалась королевская процессия. Впереди ехали трубачи в ало-золотых мундирах, следом за ними двигался отряд гвардейцев, все верхом на белых лошадях и в алой парадной форме – загляденье, какие красавцы!

Они окружали две кареты, в которых следовали королевские маги. За ними двигался открытый экипаж короля, после чего замыкала процессию еще пара дюжин гвардейцев.

Правда, видно было правителя Элеона с трудом – настолько густое и интенсивное магическое поле накрывало его повозку. Но все равно надо отдать ему должное – Ильдар Иллариан не чурался своего народа, который короля, насколько было слышно из толпы, любил.

Единственное, был расстроен отсутствием у него законного наследника и желал поделиться с его величеством советами о том, как получаются дети.

Из толпы раздалось несколько сальных выкриков, на что гвардейцы, вставшие живым щитом вокруг остановившегося возле академии экипажа, и ухом не повели. Зато маги из сопровождения нахмурились, но насмешники уже успели раствориться среди зевак.

Тут-то Роуз вручила мне флаг академии, а ректор еще раз полузадушенным голосом повторил, что он ждет от всех нас исключительного поведения, и чтобы без каких-либо сюрпризов!

- Да как скажете, – пробормотала я, вцепившись в древко. – Откуда вообще могут взяться сюрпризы? Сейчас король спустится на землю, затем проследует в академию. Мы же помашем ему вслед флагами, и на этом все закончится.

Защитное поле, стоило королевскому экипажу остановиться неподалеку от нас, внезапно пошло рябью.

- Сейчас активирую кристалл записи, – сдавленно произнесла Лианна, хотя никто ее не спрашивал. Все уставились на правителя Элеона. – Заклинания на академии и те, что охраняют нашего короля, входят в магический резонанс, что бы это ни значило, и какое-то время – пока король будет возле ворот – он окажется практически беззащитен. Поэтому запись получится четкой.

- Так уж он и беззащитен, – скептически отозвалась я. – Посмотри, какая толпа народу его охраняет!

- Ну, они вряд ли смогут уберечь его от стрелы убийцы, – приглушенным шепотом произнесла Лианна, на что Гретта на нас шикнула, заявив, чтобы мы прекратили нести чушь.

Какой еще убийца, о чем вообще идет речь?!

Мы-то прекратили, зато Роуз тяжело и горестно вздохнула, а я подумала, что она совсем уж выбилась из сил. Не стоило заставлять ее держать этот проклятый флаг, ведь королю все равно нет дела до участников…

- Похоже, у нас новые столичные чемпионы, – неожиданно раздался уверенный голос Ильдара Иллариана, который резво, что указывало на отличную физическую форму короля, выпрыгнул из экипажа.

Он направлялся как раз к нашей четверке, тогда как его маги держались на некотором отдалении.

- Вперед! Ну же, Дельвейн, выйди из строя! – пробормотал подоспевший к нам ректор. А затем добавил фальшивым, лебезящим голосом, но уже громче: – Да, ваше величество! К величайшему сожалению, у нас произошла замена. Капитан нашей четверки получил случайную, но серьезную травму, поэтому…

- Врет же и не краснеет, – пробормотала Гретта.

- Поэтому Академию Магов Альтариса будет представлять девичья четверка с факультета Некромантии, – продолжал лебезить ректор. – Они тоже довольно сильны в магическом плане и отлично показали себя на отборочных состязаниях, так что мы возлагаем на них большие надежды.

Тут король мне улыбнулся, и я с удивлением поняла, что у него приятное, открытое лицо. Немного усталое, не без этого, а еще обремененное множеством государственных забот, но если бы…

Пожалуй, встреться мы с ним в другое время и в другом месте – без всего этого официоза, – то этот человек непременно мне бы понравился. Он внушал доверие одним лишь своим видом и мог расположить к себе лишь парой слов.

Правда, сейчас король уставился на меня, и на его лице появилось удивление.

- Вы, юная мисс, напоминаете мне одну прекрасную женщину, – произнес он озадаченно. – Ваше лицо с ней один в один… Но позвольте мне узнать ваше имя, чтобы я знал, за кого болеть.

Его губ коснулась легкая улыбка, но раньше, чем я придумала, куда деть флаг, чтобы выйти вперед, поклониться и представиться, снова заговорил наш ректор.

- Это Александра Дельвейн, – произнес тот. – Она прибыла к нам из западной провинции после ритуала обнаружения у нее магического дара и…

Не договорил, потому что король покачнулся, словно мое имя нанесло ему серьезный, почти сокрушительный удар. Я видела, как он побледнел – сделался белым буквально за секунду, – а потом…

- Имя! – выдохнул он. – Как тебя зовут, дитя?! Повтори сама, я не расслышал!

- Александра Дель… – начала я, но так и не договорила, потому что услышала знакомый свист.

Свист стрелы убийцы, который ни с чем не перепутать, потому что он означал скорую смерть.

Свист, от которого меня однажды спас Дарий Велвуд, но сейчас его не было рядом, а я…

Нет, к такому невозможно приготовиться, поэтому я замерла, понимая, что вот-вот мою грудь пронзит боль и сейчас идут последние мгновения моей жизни.

Но этого не произошло, и моя жизнь не оборвалась.

Потому что убийца с черным оперением угодила в короля, пронзив Ильдара Иллариана почти насквозь. Вошла откуда-то сбоку; он покачнулся, а на его губах появилась кровь.

И вот тогда-то я закричала от ужаса.