Глава 9

Вокруг царил хаос; раз за разом накатывал на меня огромными волнами.

В нем кричали от ужаса, куда-то бежали, роняя флаги. Маги то и дело закрывали упавшего на землю короля защитными заклинаниями, которые тут же тускнели и исчезали. А потом они стали прикрывать его еще и своими телами – загородили, наверное, чтобы вторая стрела не закончила начатое.

Потому что, судя по крикам охраны, Ильдар Иллариан был еще жив!

Жив!..

Но смертельно ранен.

- Защиту не поставить! – кричали первые, а я была совсем рядом и все слышала.

- Его надо поскорее отсюда увезти, – отвечали им вторые. – Пока еще не поздно!

- Это все Темные! Темные во всем виноваты! – вопили из толпы те, кто не стал разбегаться, потому что многие, поддавшись панике, улепетывали со всех ног.

- Пропустите меня, я лекарка! Лучшая целительница из Академии Флоренс, – едва не плача, твердила золотоволосая девушка.

Она билась о сомкнувшуюся вокруг короля стену из гвардейцев, но ее никуда не пропускали, а потом я услышала, как один из магов, склонившийся над Ильдаром Илларианом, произнес, что он погрузил короля в стазис.

Невероятно сложное заклинание – даже я, стоя в нескольких метрах, почувствовала его отголоски, и по моему телу пробежала ледяная поземка.

С помощью Высшей магии время для короля остановилось – на столько, на сколько хватит энергии заклинания. Он застыл, погруженный в безвременье со стрелой в груди, – я слышала, что до момента, пока его не перевезут во дворец, а там уже жутким ранением займутся лучшие королевские лекари.

Вот и я тоже застыла – не в состоянии пошевелиться, до боли сжимая в руках дурацкое древко. Изо всех сил старалась прийти в себя, потому что покушение на короля ввергло меня в полнейший ступор.

Куда более сильный, чем даже два прорыва из Лабиринта и один в самом Лабиринте.

- Ну же, очнись! Александра, да что с тобой?! – раздался голос Роуз, а потом подруга принялась меня трясти. – Король жив, слышишь! Стрела его не убила!

- Он будет жить?! – повернув к ней голову и с трудом ворочая языком, спросила я.

- Не знаю, – качнула наша прорицательница головой. – Будущее слишком сложно и разрозненно, и я все еще не понимаю… Зато знаю, что нам надо идти, иначе нас здесь затопчут!

И правда, хаос набирал силу. Неподалеку гвардейцы теснили Темных, вместе с ними на участников из Шаддара и Ноктарии наступали маги со свирепыми лицами, хотя я понимала, что наши гости из Нижнего мира ни в коем случае не виноваты в покушении.

Стрела прилетела… Она прилетела совсем с другой стороны!

А еще я увидела, как через толпу в мою сторону пробивался Северин. Что-то отрывисто сказал гвардейцам, попытавшимся его остановить, затем вступил в спор с магами, после чего повернулся и залепил кому-то из охраны короля кулаком в челюсть.

Наверное, за то, что тот слишком настойчиво его теснил.

Тогда-то я закрыла глаза, потому что мне стало страшно! Да, страшно за Северина, ведь его сейчас сметут, собьют с ног, а потом еще и обвинят…

Но когда я их открыла, Темный уверенно двигался в мою сторону, и никто его не смёл, и гвардейцы даже убрались с его пути! Заодно по толпе прошла новая волна – кто-то из магов, сейчас хлопотавших над королем, уверенным голосом произнес, что стреляли из архива.

Он знает это наверняка! Скорее всего, третий или четвертый этаж, нужно послать людей и задержать злодея!

- Нет, стреляли не оттуда, – выдавила я из себя.

Затем поняла, что в окружающем хаосе, в котором неподалеку от меня выл и рвал на голове остатки волос наш декан, стеная, что его карьера окончена…Ректор же?

В общем, в этом безумном, полном страха и отчаяния водовороте мой голос сможет услышать если только древко флага. И еще Роуз, вцепившаяся в мою руку, тогда как Гретты и Лианны нигде не было. И куда они только успели подеваться?!

Но сейчас мне нужно было вернуть себе голос.

- Стрела прилетела вот с того холма, это же ясно как божий день! – воскликнула я. – Если бы убийца засел в архиве, то он попал бы королю в спину, а удар пришелся сбоку в грудь. К тому же то окно на третьем этаже было закрыто. Вернее, все окна закрыты!

Сейчас я вспомнила эту картинку с полной отчетливостью: здание архива, и ни одна из ставней не колышется на ветру.

- Возможно, стрелок был на крыше, – произнес один из магов. – Обыщите весь архив!

- Если бы стреляли с крыши, то стрела все равно вошла бы королю в спину! Но это не так! – вновь крикнула я. Увидела, что Северин уже рядом, и его спокойный, хотя и угрюмый вид придал мне уверенности. – Говорю же, надо послать людей на холм! Хотя убийца, наверное, давно уже убрался и сейчас прохлаждается где-то на морях…

И свидетели тоже разошлись кто куда, я в этом уверена!

Один из магов повернул голову в мою сторону, и я про себя отметила: на редкость неприятный тип! Желчный, обрюзгший, похожий на жабу. И стихия у него – Земля, как раз то, что я так сильно «любила».

- Уведите всех студентов! – приказал он. – Что они тут еще делают? Кто здесь за главного? Ну же, немедленно заберите своих…

- Эй, а почему вы меня не слушаете?! Вы что, не собираетесь искать настоящего убийцу?! – крикнула ему, но тут короля переложили на самодельные носилки, а затем один из магов распахнул портал.

- Дельвейн, хватит уже! – раздался рядом со мной недовольный голос ректора. – Немедленно уймись!

Тут прибежали еще и Лианна с Греттой.

- У нас кристалл! – громко прошептала Лианна. – Мы смогли его достать, пока вокруг бегали и орали. На нем все-все запечатлено! – она понизила голос: – Даже покушение!

На это я кивнула, я затем снова крикнула магам:

- У нас есть записывающий кристалл! На нем видно, что стреляли не из архива! – хотя я понятия не имела, что там запечатлено.

Но на меня снова никто не обращал внимания, хотя голос у каждой ведьмочки такой, что, если она захочет, проснутся даже демоны в аду.

Так вот, я захотела, но эти «демоны» остались к моим словам равнодушными. Да еще и ректор встал передо мной, загородив происходящее – то, как короля заносили в портал.

- Немедленно в академию! – рявкнул он. – И прекрати уже нести ерунду, иначе вылетишь с учебы!

- Как бы не так, – огрызнулась я. – Вы меня не отчислите, у вас столичный чемпион в лазарете с переломом. Кто тогда будет представлять академию на играх, если не моя четверка?

Конечно, если Все-Магические состязания состоятся, в чем я серьезно сомневалась.

- Придержи язык! – взвился ректор, но тут до нас добрался Северин.

Темный обнял меня за плечи, прижав к себе. После чего посмотрел на нашего ректора так, что язык придержал уже он. Затем и вовсе испарился. Отправился командовать дальше, хотя в этом не было никакой нужды, да и его все равно никто не слушал.

Но нам все же пришлось внять его словам, потому что уже скоро студентов принялись теснить конные гвардейцы, получившие приказ разогнать толпу.

Можно, конечно же, было и повредничать – любая уважающая себя ведьмочка в состоянии внушить каждой порядочной лошади, что вот-вот настанет ее последний час. Поэтому ей нужно нестись прочь без оглядки, на всей скорости своих ног, не обращая внимания на приказы своего седока.

Но я не стала этого делать.

- Твой кристалл, – вывернувшись из объятий Северина, сказала я Лианне, – он очень важен! Поэтому мы сейчас же вернемся в нашу комнату и посмотрим, что на нем такое. Если там будет хоть что-то стоящее, то мы вместе придумаем, как донести это до разума королевских магов.

И следствия заодно – уверена, оно непременно будет.

Но сейчас перед моими глазами разворачивалось то, что мне не понравилось с самого начала: под командованием жабьего мага, как я его окрестила, несколько человек из охраны короля вошли в здание архива. Еще несколько отправилось в обход, а остальные, как и самая главная жаба, остались караулить снаружи.

- Не знаю, что они хотят там найти, – негромко сказала я Северину, когда мы подходили к арке. – Потому что стрела в короля прилетела не из архива. Я была… – тут мой голос дрогнул. – Я стояла как раз рядом, когда это произошло, и я отлично все видела.

- Знаю, – отозвался он. – Я тоже видел.

В голосе Северина мне почудилось столько всего несказанного; словно в его простых словах «я тоже видел» скрывался весь тот ужас, который он испытал, когда решил, что целили в меня. Но, слава Темным Богам, те, кто стрелял, попали в короля Элеона, а не в Александру Дельвейн, а о нашем правителе Северин особо тревожиться не собирался.

Кажется, его волновало лишь то, чтобы не досталось мне.

- Да, стрелу выпустили, похоже, с холма, – согласился он. – Но это вполне объяснимо – то, что люди короля обыскивают близлежащие здания. Возможно, пытаются найти подельников или наводчиков, а заодно опрашивают свидетелей.

- Ты прав, – кивнула я. – Но меня удивляет, что они сразу же не кинулись ловить убийцу на холме. Потому что эта жаба…

- Какая еще жаба? – спросил Северин.

- Та, которая всеми здесь командует, – вздохнула я. – Кто-то из высшего звена в королевской охране. Так вот, мне показалась, что эта жаба никуда не спешила. Словно специально делала все, чтобы не поймали истинного виновника! Я сама слышала, как он отказался послать людей на холм. Вместо этого принялся твердить, что стреляли из архива.

- Ты в этом уверена? – изумленно спросила Гретта.

Оказалось, все слушали меня крайне внимательно.

Но вместо ответа мне захотелось схватиться за голову. Как я могла быть хоть в чем-то уверена, будучи в центре разверзшегося в момент покушения хаоса?!

Но я видела то, что видела, а заодно была научена доверять своим глазам и ушам и делать из этого выводы.

- Сейчас мы вернемся на факультет и посмотрим, что есть на кристалле. Если там будет что-то стоящее, тогда я… Я пойду куда нужно и расскажу о том, что видела, кому нужно. А заодно подкреплю свои слова проекцией из кристалла!

И все согласились, что это разумное решение.

К этому времени мы как раз шагали по подъездной аллее по направлению к главному корпусу. Тут-то и раздался усиленный магией голос Брира, разнесшийся во все уголки академии.

Похоже, декан факультета Некромантии взял на себя обязанности ректора, который после покушения едва не вырвал из своей головы последние волосы и, кажется, заодно впал в депрессию. Брир во всеуслышание заявил, что сейчас все под контролем, хотя произошедшее ужасно само по себе. Но наш король жив, и есть надежда на полное его выздоровление.

За здоровье Ильдара Иллариана сегодняшним вечером будут молиться во всех столичных храмах. Вот и в часовне академии тоже пройдет служба, на которую могут прийти все желающие.

Также Брир заявил, что жизнь продолжается, и сейчас от всех нас требуется соблюдать строжайшую дисциплину и не нарушать правила академии.

- Конечно же, это первое, что нельзя делать после покушения на короля, – проносить в свою комнату запрещенные на факультете Некромантии вещи, – скептическим голосом прокомментировала Гретта.

Но вместо этого мы взяли и пронесли. Вернее, выпросили на кухне пару больших блюд с печеньем, а потом пригласили в нашу комнату всех, кому собирались показать эту запись.

Правда, некоторые прибежали и сами – например, яйцекусы, все семнадцать ящерок, для которых я предусмотрительно захватила две корзинки с лакомством. За ними явились и церберы, перед приездом короля оставленные на территории академии и изнывавшие от того, что наружу им не вырваться, а там происходило нечто опасное, и они никак не могли меня защитить.

Пригласила я и Северина, а еще… позвала Рурха и Ангха.

Да, нахождение упырей вне кладбища было строго запрещено правилами академии, но в нашей комнате и так оказалось слишком много тех, кто попадал под запреты. Двумя упырями больше, двумя меньше, уже никакой разницы!

Но, боюсь, явись к нам декан Брир с проверкой, даже его закаленное в боях сердце вряд ли выдержало бы подобное зрелище!

То, как мы дружно, закусывая печеньем и запивая это вкуснейшим чаем, а еще чавкая угощением из корзин (яйцекусы) и грызя кости в ванной (церберы), с мухарашей на моих коленях и Колючем, пристроившимся под боком у Гретты, стали смотреть проекцию с кристалла.

Да, Лианна королевским взмахом руки активировала запись, но… Ничего не произошло.

- Сперва я ошиблась в заклинании, – смущенно пробормотала подруга. – Поэтому кристалл заработал, но чуть позже. Где-то через пару-тройку минут, когда я активировала заклинание повторно.

И мы стали ждать.

Я чувствовала, как сжимала мою руку мягкими пушистыми лапками мухараша, раз за разом выпуская в мою сторону волны любви и обожания. И еще я чувствовала рядом с собой крепкий бок Северина.

Пусть никакие волны Темный не запускал, да и лапки… В смысле, руки у него были вовсе не пушистыми…

Покосилась – ну да, нормальные такие мужские руки. Большие, уверенные, с загрубевшей кожей, явно привыкшие держать оружие. Немного пострадавшие в недавнем прорыве – на тыльной стороне правой руки виднелся длинный подзаживший порез, на который, уверена, Темный не обратил внимания.

Так вот, я сидела рядом с Северином и мухарашей и чувствовала себя окруженной их любовью. Приятное ощущение, надо признать!

Но тут очнулся кристалл, и все приятное испарилось.

Запись началась с того момента, когда король уже вышел из своего экипажа и стоял рядом с нашей четверкой, поэтому я хорошо видела его лицо. А еще свой затылок и розовую ленту, которую перед этим старательно завязывала, а потом подправляла возле зеркала, стараясь достичь идеального угла.

Лента в моих темных волосах была чудо как хороша.

Как, впрочем, и наши спины. И даже развевавшийся на ветру флаг академии над моей головой не подкачал. А вот лицо правителя Элеона в тот момент, когда он услышал мое имя…

Если честно, стоя перед ним, сжимая в руке глупое знамя и переживая, что оно мне мешает, я не слишком-то обратила на это внимание. Зато сейчас увидела, как сильно побледнело лицо Ильдара Иллариана, словно король увидел перед собой ожившего призрака.

Будто бы имя Александры Дельвейн нанесло ему удар даже раньше, чем стрела убийцы.

Но состояние нашего правителя заметила не только я. Лианна остановила запись, затем с умным видом посмотрела на нас и произнесла:

- А вот и первая странность! У нашего короля такое лицо, словно его посетило видение.

- Да, он будто почувствовал, что с ним случится нечто ужасное, – подхватила Гретта. – Я слышала, что такое иногда бывает и Боги посылают знак в момент смертельной опасности.

Обе тотчас же повернули головы и уставились на Роуз, дожидаясь от нее подтверждения, но наша прорицательница лишь пожала плечами.

- Не могу ничего сказать насчет знака Богов, – заявила им. – Меня не оставляет ощущение, что наш король услышал нечто для себя крайне важное.

Но что именно, мы понятия не имели, на записи этого не было.

Пожав плечами, Лианна снова активировала кристалл, и перед нашими глазами предстал момент покушения.

Стрела, пронзающая короля.

Кровь из его рта. Моя напрягшаяся спина, а потом, кажется, я закричала от ужаса.

И хаос. Хаос, в котором…

Я специально смотрела на лицо того мага. Отыскала его в толпе и теперь не сводила глаз.

Так вот, стоило стреле попасть в короля, как на лице жабы появилось удовлетворенное выражение. Словно тот знал, что подобное произойдет, и оно случилось – все прошло по его плану.

- Останови проекцию, – попросила я Лианну, но кристалл иссяк и померк даже раньше, чем она успела это сделать. Запись на этом была завершена.

Тогда-то я рассказала всем про вторую странность – реакцию на покушение со стороны жабьего мага.

Но, опять же, выражение обрюзгшего лица не было никаким доказательством его причастности, все прекрасно это понимали.

К тому же нашей главной задачей было вычислить, откуда могла прилететь стрела, и меня порадовало то, что на проекции виднелась часть холма. Но он оказался слишком уж далеко, и ничего не было видно!

- Я могу приблизить, – неожиданно произнес Северин, но уже после того, как мы три раза просмотрели жуткую запись и ничего нового из нее не вынесли.

Лишь то, что стрела могла прилететь только с холма, а из архива – никак нет. На проекции было видно, что все окна в этом здании оказались закрыты, а с крыши никто с арбалетом не высовывался – мы специально следили за этим в множество глаз.

- Если Лианна остановит проекцию в том месте, откуда открывается самый лучший вид на холм и никто его не загораживает, думаю, у меня все получится, – произнес Северин.

И Лианна постаралась.

Еще через две активации кристалла мы остановили проекцию в нужном месте, после чего Северин применил не поддающееся моему пониманию заклинание – такое, что не только мы с подругами, но и упыри посмотрели на него с уважением.

Затем мы увидели то, что увидели.

Лианна снова запустила кристалл, но запись теперь текла очень ме-е-едленно, заодно увеличенная буквально на всю комнату.

И перед нашими глазами предстал он.

Убийца.

Темный плащ, глупая длиннополая шляпа, надвинутая на лицо так, что не оставляла ни единого шанса его разглядеть.

Мужчина стоял на холме, а рядом с ним на одеялах расположилось несколько семей. Затем он спокойно достал из-под плаща заряженный арбалет, выстрелил, сунул оружие под одежду, развернулся и ушел.

И никто, никто его не задержал! Даже не попытался!

- Они не поняли, что случилось, – попробовал успокоить меня Северин. – Никто не догадался, что он – виновник покушения, а потом было слишком поздно.

Но внимание убийца к себе все же привлек. Их было двое, кто смотрел ему вслед.

Молодая женщина с младенцем на руках – она сидела на пледе с крайне озадаченным видом.

И среднего возраста мужчина в темной одежде дорогого покроя. Он не спускал глаз с убийцы еще до момента, когда тот выстрелил.

Кивнул, когда это произошло. Немного постоял с довольным видом, словно наслаждался царившим хаосом. Наконец развернулся и тоже ушел.

Я его узнала – даже раньше, чем когда Северин еще больше увеличил проекцию, приближая к нам его лицо.

Это был новый герцог Саверлок.

Тот, кто заранее следил за убийцей. Тот, кто знал, что будет выстрел. Тот, кто удовлетворенно кивнул, когда стрела попала в цель.

Ну что же, подумала я. Теперь у меня появился способ доказать его причастность к покушению, и следствие такое может заинтересовать!

Но было и еще кое-что, с чем неожиданно вызвались нам помочь местные упыри. Та молодая женщина с ребенком на руках, которая смотрела вслед убийце…

Мне пришлось напрячься, чтобы разобраться в выражении ее лица, при этом старательно отсекая все попытки собственного разума выдать желаемое за действительное.

Пока я не сдалась и не констатировала: судя по всему, желаемое и было тем самым действительным. Молодая мать смотрела на убийцу так, словно она его знала. Или же узнала, когда он занял удобное место для стрельбы рядом с ее пледом, сейчас не суть важно.

Главное было то, что нам следовало как можно скорее ее найти, после чего обо всем расспросить.

В этом вызвалась помочь Высшая нежить. Упыри заявили, что у них есть связи по всей столице.

- Нисколько в этом не сомневаюсь, – пробормотала я.

В общем, раз уж такое дело, то нежить даст клич по всем городским кладбищам, после чего они сообща попытаются отыскать нашу незнакомку, которая, судя по всему, живет неподалеку от академии. Вряд ли та с ребенком и корзинкой для пикника явилась откуда-то из другого района или же приехала из пригорода Альтариса.

Но даже в этом случае они обязательно ее найдут, правда, потребуется немного больше времени.

- Главное, не напугайте ее до полусмерти, – попросила я, а потом… согласилась прогуляться с Северином по саду академии.

Дело было не только в том, что мне нравилась его компания. На сегодня мы закончили с разбором записывающего кристалла, и мне надо было проветрить разболевшуюся голову. Северин же собирался вернуться к своим – хотел узнать, не обвинили ли команду Шаддара во всех смертных грехах и не упекли ли в тюрьму за покушение на короля, хотя они ни к чему не были причастны.

- Темным постоянно приписывают то, что на самом деле мы не совершаем, – произнес он, когда мы шли в сторону преподавательских коттеджей, где поселилась его команда, и по пустынным дорожкам сада нас сопровождали много кто.

Позади тихо ступали огромными лапами церберы. Рядом щелкали пастями друг на дружку и проверяли окрестную траву на предмет заблудившихся жуков яйцекусы, а в кустах шуршала моя мертвая стража.

Почти вся моя свита была в сборе. Разве что маленькая мухараша, пригревшаяся до этого на моих коленях, заснула, и я осторожно переложила ее на свою кровать, наказав Колючу сторожить.

Я же шла рядом с Северином, думая о том, как сильно изменилась моя жизнь всего за несколько часов.

Наш король лежал при смерти. Герцог Саверлок оказался не только свихнувшимся на мести мне идиотом – он зашел значительно дальше и был замешан в покушении. А еще по столице сейчас носились сыщики, переворачивали все вверх дном в поисках убийцы, хотя один из приближенных к королю, с жабьей физиономией, прекрасно обо всем знал.

Возможно, раньше я бы занялась тем, что принялась продумывать дальнейшие наши шаги, но сейчас я устала настолько, что мне хотелось просто шагать рядом с Северином, вдыхать запах листвы и смотреть на опускавшийся на Альтарис вечер.

- Все свои неудачи Светлый мир привычно валит на Темный, что довольно удобно для вас, – закончил свою речь Северин, хотя, если честно, погрузившись в свои мысли, я пропустила половину его длинной тирады мимо ушей.

Зато сейчас принялась смотреть, как он остановился, сорвал цветок с розового куста, не обратив внимания, что на них шипы.

Убрав их, он протянул розу мне.

- Но и вы, Темные, тоже хороши, – отозвалась я, взяв цветок. – Не такие уж вы и невинные овечки.

- Да, мы тоже хороши, – согласился Северин. – И овцами никогда не были, у нас этого не отнять. Как, впрочем, и у вас, из Светлого мира.

Внезапно я поняла, что мы уже больше никуда не идем, а стоим друг напротив друга рядом с пышным и сладко пахнущим кустом. Северин смотрит на меня пронзительным взглядом, а я кручу в руке алую розу, похожую на ту, из черного золота, которую он подарил мне перед балом.

Балом, которому не суждено было состояться.

Зато сейчас произойдет нечто другое. То, что давно уже назревало, и к чему все неминуемо шло с того самого момента, когда я упала Северину на руки, убегая от людей герцога во дворце.

И это произошло, потому что я не стала ничему противиться. Замерла, дожидаясь второго в своей жизни поцелуя (то, что Сайрус поцеловал меня перед входом в Лабиринт, я решила не считать, он не заслуживал), помня о том, что во время первого – когда меня поцеловал Дарий уже в Лабиринте – я ничего не почувствовала.

Вообще ничего, хотя ожидала многого.

Зато сейчас я расслабилась и позволила всему произойти, и ощущения оказались выше всяческих похвал. Сильные, яркие, пронзившие меня до глубины души, всколыхнувшие мой внутренний мир, хотя мы, ведьмочки, стараемся держать его под замком.

Но у меня не вышло.

Может, потому что я больше не хотела ничего запирать на засовы? Или же потому что внутри все перевернулось настолько резко, что я на мгновение забыла и про покушение, и про Саверлока, и про весь окружающий мир.

Какое-то время для меня существовал лишь этот Темный, и я позволила себе сдаться во власть его умелых рук и губ.

Заодно поцеловала его в ответ – потому что мне было приятно и ему тоже. А еще сладко и волнительно, из-за чего мое сердце ухало, отдаваясь в уши, а по груди, затопляя мой разум, растекался приятный дурман.

Тут Северин отстранился, и я… вынуждена была констатировать, что целовался этот Темный великолепно, пусть у меня особо и не было с кем сравнивать.

- Хотел, чтобы ты знала, – произнес он, когда мы снова зашагали по дорожке, но уже в сторону факультета Некромантии.

Кажется, Северин решил проводить на этот раз меня.

- Я знаю, – сказала ему.

Тут в кустах зашуршали, и я добавила:

- Остальные тоже знают, иначе этого бы не произошло. Но они понимают, что я не против, вот и позволили.

- Я рад, – отозвался Северин, – тому, что ты не была против. Ну и заодно тому, что меня не растерзало твое воинство.

Уже скоро он снова меня поцеловал – но быстро, на прощание коснувшись губами моих, на что я едва удержалась от вздоха разочарования. Затем Северин ушел по своим делам, а я отправилась к входу на факультет.

И по дороге подумала вот о чем: надо же, из-за всего произошедшего я забыла проверить, осталась ли на его руке брачная метка или нет.

Ничего страшного, сказала себе. Жизнь продолжается, и уже скоро я все непременно выясню.

- Давайте-ка мы сходим поужинать, – повернулась я церберам и яйцекусам. – Потом вернемся к себе и ляжем спать. Ну и заодно постараемся, чтобы нас по дороге не спалил декан. А завтра будет уже новый день.