Глава 6

А потом внезапно настал вечер, и пришло время отправляться на общую встречу своего факультета, назначенную на местном кладбище. Правда, все это время без дела я не сидела – успела отлично пообедать под внимательным взглядом Лорда Хранителя, а еще недовольным шушуканьем девиц со старших курсов.

Кажется, им не пришлось по душе, что Северин Кассар что-то от меня хотел. Настолько, что хватал меня за руку, а потом засветил – уже своей рукой – в челюсть парня с первого курса.

Тот, конечно же, довольно быстро пришел в себя и всю дорогу – по крайней мере до тех пор, пока я оставалась в столовой, – вслух жаловался на вселенскую несправедливость. И сосредоточением этой самой несправедливости ему виделась я, первокурсница Сильвеста Норрис с факультета некромантии.

Подумав, что мне удалось нажить себе врага (сперва теоретического, а после применения Северином физической силы еще и практического), я пожала плечами и отправилась в деканат, где сразу же уточнила насчет стипендии.

А правда ли, что мне полагается повышенная? Уж и не знаю, за какие заслуги…

Единственное, последнее вслух я не произнесла.

Оказалось, что все так, но получу я ее только недели через полторы, а то и две, как только все документы будут собраны, а деньги распределены.

Но уходить из деканата я не стала, вместо этого принялась долго и настойчиво упрашивать выделить место в академии для моего букха, заявив, что тот даже может стать учебным пособием. Конечно же, без причинения ему вреда…

Думала даже изобразить голодный обморок – ну, чтобы в деканате растрогались нашим с Чернышом бедственным положением, но на сытый желудок мои артистические умения сошли на нет.

Неожиданно после очередной моей просительной тирады нас снова качнуло, и я возвестила:

- Вот, даже Темные Боги посылают знак, что я права!

Не могу сказать, что именно мне помогло и не приложили ли Боги свою длань, но я все же выбила разрешение держать своего букха в стойлах академии с завтрашнего дня. С включенным для него пропитанием, но с одним условием – его можно будет показывать на занятиях по изучению магических существ Шаддара.

Окрыленная отличными новостями, я вышла из деканата. Собиралась уже направиться к кладбищу, но в одном из коридоров – как раз том самом, который вел к большой лестнице, а она уже к выходу, – наткнулась на лорда Валларха.

Я нисколько не сомневалась, что тот меня поджидал, хотя все это было довольно-таки неожиданно. Потому что он вышел навстречу, преградив мне путь.

Мрачный, с застывшим лицом, буквально вибрирующий Темной магией.

Как я это почувствовала? Все просто – по мне пробежала волна той самой магии; заклинание, которое активировал лорд Валларх.

Но какое именно – я понятия не имела.

Растерялась, пытаясь понять, убивают меня или еще нет, заодно сожалея, что Черныш далеко, а Берушу я разрешила прилетать ко мне только на кладбище или же по вечерам в общежитие.

Тут лорд Валларх, ничего не говоря, протянул руку и, прежде чем я успела сообразить, что происходит, схватил меня за подбородок. Вцепился сильно, больно.

Повернул мой подбородок так, как было удобнее ему, после чего уставился мне в лицо.

Но просто смотреть ему оказалось мало. По мне во второй раз пробежала Темная рыскающая волна и, опять же, без каких-либо объяснений со стороны Дарка Валларха.

Стоило ли говорить, что такое обращение мне совершенно не понравилось?

- Похожа, – произнес он через какое-то время. – Но только внешне. И то не точная ее копия. Слишком костлява, волосы другие и вид как у голодного зверька.

Все именно так, хотела сказать ему, но не смогла. Не получалось произнести ни слова: Дарк Валларх приподнял мой подбородок так, что у меня попросту не открывался рот. Хорошо, хоть голову не оторвал!

Но что тогда?

Вцепиться в его руку ногтями, потому что магия ко мне так и не вернулась? Или же изловчиться и ударить Лорда Хранителя Равновесия коленом туда, где он сразу же поймет, что нельзя хватать посторонних некроманток, но я, определенно, уже скоро об этом пожалею?

- Ты – не Александра Дельвейн, – наконец констатировал он. – В тебе ничего нет от ее магического дара, – а затем разжал руку и тем самым спас свою возможность производить потомство.

- Какое облегчение! – отстранившись, сквозь зубы пробормотала я, радуясь, что он не свернул мне шею.

Но Дарк Валларх уже потерял ко мне какой-либо интерес. Развернулся и ушел в темную сторону коридора.

Немного посмотрев ему вслед, я повернулась и направилась к лестнице, потирая при этом растянутую шею. По дороге думала о том, что неплохо бы узнать побольше, кем была Александра Дельвейн, на которую я оказалась внешне похожа.

Ну только худая до ужаса и глаза у меня как у голодного зверька. Хотя недавно я вполне плотно пообедала.

Дело в том, что никакого шрама от выжженной брачной метки на руке у меня не имелось.

Еще до того, как на ней появились синяки от вожжей и плуга, а Беруш многократно и с радостью меня поцарапал, я осмотрела себя всю, пытаясь найти зацепки.

Лежа в кровати в доме Норрисов и стараясь набраться сил, чтобы подняться на ноги, я разглядывала свое тело. Думала – если увижу у себя шрамы или характерные родинки, то это мне поможет.

Подтолкнет воспоминания, и те вернутся.

Ну что же, шрамов не было, да и родинок особых тоже не обнаружила. Магия у меня, по словам лорда Валларха, оказалась какой-то другой, да и в целом – бывают же в жизни совпадения. Вернее, встречаются люди, похожие внешне как две капли воды.

Из чего напрашивался вывод…

Если не брать в расчет невероятное совпадение, то, может, я потерянная в детстве сестра этой самой Александры Дельвейн? Не обязательно родная – пусть седьмая вода на киселе. Но даже отдаленное родство лучше бы объяснило наше сходство, чем то самое невероятное совпадение.

Тут раздался раскат грома, а заодно академию закачало – я как раз находилась в просторном вестибюле и отстраненно подумала: сейчас с потолка сорвется величественная люстра с сотней бронзовых рожков, и от меня останется только мокрое место.

И на этом все мои метания и незнание прекратятся.

Мысль, конечно, была интересной, но придала мне ускорения, и я рванула прочь из-под люстры, которая, к моему облегчению, не сорвалась. Зато я с разбегу врезалась в группу парней с третьего курса боевого факультета (я уже научилась различать оттенки формы по годам обучения), и те приняли меня вполне благожелательно.

Обняли со словами «О, первокурсница! И сама пришла!», прижали к себе, пообещав защитить, согреть и приласкать.

За такое один получил локтем в солнечное сплетение, второму я наступила на ногу, а еще одному заявила, что я – некромантка, и если они сейчас же меня не отпустят, то к ним уже скоро явится целое кладбище.

- Такая маленькая, а уже такая злая, – посмеиваясь, заявили мне парни.

Отпустили, и я с гордым видом отправилась к входной двери. Взялась за ручку, стала открывать, но тут нас настиг очередной подземный толчок, и я, взвыв, повисла на ручке, после чего прокатилась на этой самой двери.

Но не слишком далеко, хотя такая «карусель» все равно не входила в программу моих развлечений.

Наконец очередное землетрясение закончилось, и я вышла наружу, подумав, что погода совершенно не располагает для вечерних прогулок. Шел дождь – вернее, он лился из тучи с такой силой, словно Боги перевернули на небесах огромное ведро и теперь вода текла из всех небесных щелей.

А у нашего факультета – встреча некромантов на кладбище. И даже если я захвачу из общежития плащ, то…

- Эй, первокурсница, – крикнули мне в спину. – Держи! – и в меня полетело заклинание.

Ну все, меня снова убивают, обреченно подумала я. Кажется, внутри очнулся магический источник, тепло прихлынуло к рукам, но я понимала, что все равно не успею…

Оказалось, что мне не нужно спешить, потому что это заклинание растянуло над моей головой… магический зонтик.

- Встретимся на лекциях, – заявил напоследок кто-то из парней, но его лица я не разглядела.

Зато заметила, как еще один последовал за мной от крыльца главного корпуса и шел до кладбища, и, пусть я тоже не увидела его лица, одного взгляда на молчаливую темную фигуру хватило, чтобы понять, кто это был.

Северина Кассара не испугал проливной дождь. Вступать в разговор со мной он тоже не стал – похоже, проследил, куда я направлялась, проводил до кованых ворот кладбища, после чего оставил меня в покое.

Исчез в сумерках – странное дело, было всего-то шесть часов вечера, а темнота стояла такая, хоть глаз выколи!

Но после встречи с третьекурсниками ко мне прилила магия, которая никуда не испарилась, поэтому я соорудила пару магических светлячков. Заодно в очередной раз убедилась, что когда-то умела сносно обходиться с разными заклинаниями.

Вошла в распахнутые ворота и направилась к группе людей, стоявших чуть поодаль. Кажется, на всех были плащи, тогда как на мне – заклинание от дождя, а еще Беруш, с приглушенным воплем спикировавший мне на протянутую руку.

Конечно, можно было ее не протягивать, тогда бы он попытался приземлиться мне на плечо или даже на голову, так что из этих зол я выбрала меньшее.

- Ты молодец, – сказала ему, – что больше не орешь как резаный.

А затем подумала…

Ну что же, за пару недель мне удалось воспитать мертвого голубя, привив тому минимальные понятия о поведении. А вот чего добились остальные некроманты в Академии Шаддара, уже скоро мне предстояло узнать.

Я подошла к группе из дюжины человек, мокнущих под проливным дождем. Мое появление они встретили настороженным молчанием, но меня такое не смутило.

Огляделась – из знакомых был только декан Торве Вирсон, который приветственно кивнул и попросил назвать свое имя.

- Сильвеста Норрис, – представилась я всем.

Беруш уже засобирался каркнуть во все свое голубиное горло, но я бросила на него предупредительный взгляд, и тот понятливо промолчал.

Вот и я тоже… молчала. Стояла, втягивая в легкие запах мокрой кладбищенской земли, чувствовала приятные сердцу тяжелые вибрации мертвого мира, а заодно гадала, почему на собрание факультета явилось так мало народу.

Неужели с некромантами в Шаддаре настолько плохо?! Или же они не захотели мокнуть под проливным дождем?

- Два последних курса сейчас на практических заданиях, – пояснил декан Вирсон, хотя я ни о чем не спрашивала. – Собирают материалы для дипломных работ по сельским погостам, поэтому сегодня мы собрались в небольшой компании. Здесь только первый, второй и третий курсы. И то еще не все прибыли.

Затем декан заговорил о том, как будет проходить наше обучение, сказав, что расписание первого курса факультета некромантии почти полностью совпадает с боевиками, так что ходить нам с их первым курсом практически на все лекции.

Естественно, кроме специфических дисциплин. Например, мы не будем посещать физическую подготовку повышенной интенсивности или же практикумы по защите от Темных сил…

- Потому что мы сами – Темные силы, – подал голос кто-то из студентов, после чего раздалось несколько смешков.

Декан тоже улыбнулся, а затем добавил, что у некромантов будут свои собственные практикумы. Практические – на этом самом кладбище, ну и теоретические – на факультете.

- Но прежде чем мы перейдем к важному объявлению и вы узнаете, какую честь возложили на наш факультет…

По его голосу мне показалось, что эта честь довольно сомнительна, но декан изо всех сил делал хорошую мину при плохой игре.

- …мы обратимся к четырем новоприбывшим, – добавил он. – Итак… – и почему-то посмотрел на меня. Не ошиблась, меня он выбрал первой. – Сильвеста Норрис. Расскажите нам о себе побольше. В чем ваша особенность, мисс Норрис? Поведайте всем, почему ваше место должно быть на факультете некромантии в Академии Шаддара?

Где-то далеко – очень далеко – ударила алая развесистая молния, высветив черные контуры гор. Заодно мне показалось, что одна из вершин, причем самая высокая, словно налилась кровью.

Пусть с трудом, но я отвела от нее глаза и уставилась в молчаливые лица моих сокурсников. Почти все парни, констатировала я, мокнувшие под усилившимся дождем в темных плащах, и, кажется, три девицы.

Одна из них стояла чуть в стороне – рядом со мной и еще двумя парнями – мы были выставленные напоказ первокурсники.

- Я приручила мертвого голубя, – кашлянув, произнесла я. – Его зовут Беруш, и он меня слушается. Ну, иногда.

Замолчала, прикидывая, хватит ли этого, чтобы ответить на вопрос декана. Заодно увидела, как шевельнулась чуть поодаль, в третьем могильном ряду, тьма.

Местные упыри все же решили выйти и послушать, о чем говорят люди. Но показываться на глаза живым не собирались, притаились за надгробиями.

- Неплохо, – подбодрил меня декан. – Что-то еще, мисс Норрис?

- Ну… – протянула я, косясь на еще одну тень.

Возможно, это был Урурух, который придвинулся к нам поближе на правах главного по кладбищу.

Но, кажется, упырей заметила не только я. Пара человек среди старших курсов качнулись – возможно, тоже почувствовали движение мертвого мира, тогда как декан, уверена, давно уже знал, кто обитает на подконтрольном его факультету кладбище.

- Да, мисс Норрис? – подбодрил он меня. – Вы можете говорить совершенно свободно, здесь все свои.

Ну что же, я сказала.

- Еще я неплохо управляюсь с букхом – это такое магическое существо. По виду – лошадь, скрещенная с шестиногим монстром из Источника. В нашей долине их немало. Они довольно агрессивны и неуживчивы, но Черныш меня слушает.

Декан какое-то время молчал, затем кивнул, заявив, что это отличные вводные данные для его факультета. После чего повернулся к парню, стоявшему рядом со мной и то и дело косившемуся на Беруша с недовольным выражением на лице.

- Витаз Орби, не так ли? – спросил у того. – Итак, мистер Орби, поведайте нам о себе побольше.

Оказалось, тот был из семьи потомственных некромантов, и ему хорошо поддавалось упокаивать нежить. Вот и сейчас он может навсегда упокоить дохлого голубя, потому что мертвые должны лежать в земле.

И засобирался уже было всем продемонстрировать свои навыки.

- Я сейчас сама тебя упокою, – вежливо сообщила ему, позволяя Берушу забраться под мой жакет и издать оттуда свой возмущенный голос. – Потому что тупые должны содержаться в специально отведенных для этого местах, а не расхаживать по улицам. А мой голубь вовсе не дохлый, он… Он…

Он мой друг. Вот что я хотела сказать, но не успела произнести этого вслух.

Декан вскинул руку, после чего попросил нас не бузить.

- Успокойтесь, детки! – заявил нам, словно мы и в самом деле были его расшалившейся детворой, хотя ему самому вряд ли было больше тридцати пяти. – Никто никого здесь не будет упокаивать без согласия хозяина. Давайте дальше, – и посмотрел на светловолосую и промокшую насквозь девушку, стоявшую рядом с Орби.

Так вот, если Лорд-Хранитель посчитал меня худой, то она… Она была совсем уж тоненькая, словно соломинка, раскачиваемая на каждом порыве ветра.

Я давно уже к ней присматривалась, прикидывая, как предложить перейти под мой магический зонтик. А затем шагнула к ней сама, загораживая от дождя.

Девушка взглянула на меня благодарно, после чего хрипловатым голосом заявила, что ее зовут Кассандра Вик. Но настолько длинное имя ей не нравится, так что мы можем называть ее Кэсси.

И еще – она слышит.

– Что именно, Кэсси? – мягким голосом спросил у нее декан. – Что вы слышите?

- Голоса, – произнесла она, и никто этому не удивился.

Я, кстати, тоже слышала голоса. Парни с третьего курса негромко обсуждали, что из первокурсниц в плане внешности Сильвеста сильно выигрывает у Кассандры и что со мной кто-то там бы замутил. Заодно я слышала, как Урурух что-то пробулькал другому упырю, но не разобрала его слов.

Не только это – было слышно, как вздыхали умертвия. Уверена, им хотелось еще одну песню и чтобы их не упокаивали без надобности.

Но все это оказалось мелочами жизни по сравнению с тем, что произнесла Кассандра.

Кэсси – так будет лучше.

- Я слышу голоса предков, – сказала она, и ее голос был наполнен уверенностью. – Тех, кто покоится в этой земле уже не первое тысячелетие. Великих магов прошлого, чья сила стала частью Шаддара. Они вплели себя в наше мироздание и спокойно спали, уверенные, что их потомкам ничего не грозит, но теперь…

Кто-то со второго курса хмыкнул. Кажется, из третьего тоже усмехнулись, но декан вскинул руку, требуя тишины.

- Продолжайте, Кэсси, – попросил он, и его голос прозвучал мягко. – И что же они говорят?

- Они встревожены.

- И что же так сильно обеспокоило наших великих предков?

- То, что наш мир застыл на грани гибели, – все так же спокойно произнесла Кэсси. – Времени у нас осталось совсем немного, так что мы доживаем последние спокойные дни. И еще предки говорят, что спасти нас может только чудо, потому что сами они не в состоянии этого сделать.

После ее слов надолго установилась тишина, и даже упыри перестали шелестеть за надгробиями в двух рядах от нас. Одни лишь умертвия вздыхали неподалеку, а кто-то из них неуверенно прохрипел:

- Пе-е-есню-ю!

Но его голос заглушили другие, живые, принявшиеся дружно веселиться над страшным предсказанием Кэсси, и наш декан не стал никого останавливать. С застывшим лицом он смотрел на некромантку с первого курса, после чего сказал, что хотел бы побеседовать с ней наедине.

Но позже, сейчас ему нужно закончить с делами факультета.

Затем перевел взгляд на еще одного из нашего курса, четвертого из принятых. Уточнил его имя и попросил рассказать побольше о своих умениях.

Но тот ничего особенного не мог: голоса он не слышал, нежить не приручал и упокаивать ее не умел. Обладал лишь начальными навыками магии, которые отрабатывал на кладбище. Сказал, что именно там он чувствует себя спокойно, потому что там всегда безлюдно.

Но он ошибался.

На кладбище никогда не бывало безлюдно.

Декан промолчал на эту тему, а затем познакомил нас с той самой невероятной новостью, которую он приберег для своего факультета напоследок.

В столице как раз начались поминальные мероприятия, после чего будут игры в память о скоропостижно скончавшейся принцессе Александре Дельвейн.

Планируется, что Норвей посетит королева Ноктарии Эвинира, и, вполне возможно, впервые в истории на правах хорошего друга и союзника прибудет король Элеона Ильдар Иллариан.

Так что честь и ответственность нас ждут невероятные.

Почему нас?

Потому что на эти игры наш факультет должен будет предоставить нежить, а заодно выступить с показательной программой.

- Учитывая то, что старшие курсы не успевают вернуться с практики, вся ответственность по подготовке к поминальным играм ляжет на третий курс, – заявил декан Вирсон. – Но я еще погляжу, как остальные проявят себя в ближайшие дни.

Затем почему-то повернул голову и посмотрел на меня.

А потом он нас всех отпустил. Сказал, что мы можем быть свободны, тогда как Кэсси он попросил задержаться на несколько минут, хотел переговорить с ней наедине.

Все двинулись к выходу, и по дороге к воротам я отказалась от нескольких предложений прогуляться под дождем, последовавших от парней с третьего курса, а еще от очередного предложения упокоить моего голубя, высказанного Витазом Орби.

Вернее, с Орби все было не так.

Он заявил, что моей дохлой твари недолго уже осталось летать по живому миру и что задача каждого уважающего себя некроманта следить, чтобы такие, как мой голубь, покоились в земле, где им самое место.

И что он может взять это на себя – вот какое исходило от него предложение!

На это я посоветовала ему ходить и оглядываться, потому что произносить подобные слова в вотчине мертвых – не самый умный поступок с его стороны. Впрочем, в том, что Орби не блещет сообразительностью, я убедилась еще во время нашего представления факультету.

Урурух думал примерно то же самое – за нами между надгробиями бесшумно двигались тени. Раскачивались угрожающе за спиной у Витаза, который не обращал на них внимания, вещая о своем роде потомственных некромантов и о славных подвигах его предков.

По упокоению нежити, конечно же.

Пусть нападать упыри не стали, но я понимала, что Витаз на этом кладбище стал нежеланным гостем, а то, что думал о нем Беруш, я могла почувствовать по его недовольному копошению у меня за пазухой.

Наконец мы вышли за ворота кладбища, и мои сокурсники растворились в темноте. Даже Орби ушел, оставив нас с Берушем в покое. Я принялась выглядывать правильную дорожку, которая приведет меня к женскому общежитию, но вместо этого высмотрела… Северина Кассара.

Тот материализовался из дождливого мрака. Подошел, остановился рядом со мной и уставился сверху вниз.

- Больше у меня рук нет, – сказала ему. – Прости, что не захватила для тебя лишнюю.

- А мне больше не нужно, – отозвался тот, на что я подумала: какое облегчение!

- Ну что, пойдем? – через какое-то время спросил Северин.

Затем усилил заклинание зонтика над моей головой, потому что прежнее успело ослабеть и холодные капли падали мне на лицо.

- И куда это мы пойдем? – поинтересовалась я у него.

- Провожу тебя до твоего общежития.

- Что, вот так и проводишь? – спросила у него подозрительно, хотя уже поняла…

Чувствовала, что вред он мне не причинит. Его он может причинить только тем, кто попытается нанести этот вред мне.

Прислушалась к себе – надо же, какое приятное чувство!

Тут Беруш завозился под жакетом, на что Северин спросил, что это там у меня копошится.

- Женская грудь, что же еще, – вежливо сообщила ему.

Пятикурсник, немного подумав, согласился, что и такое может быть, после чего мы пошли в темноту и дождь, которые не могли победить даже горевшие вдоль дорожек фонари.

По дороге до общежития я собиралась обдумать сказанное на кладбище – и то, что произнесла Кэсси, и еще слова о поминальных играх в честь Александры Дельвейн, на которую я оказалась похожа и чей возлюбленный теперь шагал рядом.

Молчал, но даже такое его спокойное присутствие меня порядком отвлекало, и думать на сложные темы не получалось. Поэтому я обрадовалась, когда перед нами из темноты выросло здание женского общежития, чьи окошки едва светились в густой дождевой тьме.

Пришло время расставаться, и между нами повисла неловкая тишина. Она и до этого висела, но теперь стала довольно неуклюжей, и мне это совершенно не понравилось.

«Ну, я пойду», – хотела было сказать ему напоследок, но не успела, потому что в этот самый момент Северина заметили.

Оказалось, по другой дорожке к женскому общежитию приближались несколько девушек. Скорее всего, они были с боевого факультета, потому что сразу же перешли к боевым действиям.

Меня моментально оттеснили – хорошо, что не затерли, – а Северина окружили, попытавшись взять его в плен. На что я пожала плечами – да забирайте, не имею ничего против! – и двинулась к крыльцу.

Заодно прикидывала, как мне избавиться от заклинания зонтика. Не буду же я расхаживать с ним в помещении или, того хуже, ложиться спать?

Как оказалось, заклинание исчезло само по себе, стоило мне войти в общежитие и закрыть за собой дверь. Остановилась ненадолго – прикрыла глаза, наслаждаясь теплом, а еще светом магических светлячков под потолком, после чего уже засобиралась отправиться в нашу с Линнес комнату, но тут…

Открылась дверь, а за ней последовал недовольный и визгливый возглас.

- Эй, ты! – заявили мне в спину.

- Тут таких нет, – отозвалась я негромко, не собираясь ни останавливаться, ни оборачиваться.

Уже догадалась, какие могут быть ко мне претензии, заодно подумав, что они совершенно беспочвенны.

- Эй, некромантка, сейчас же остановись! – раздался еще один девичий голос, куда более раздраженный. – И повернись, когда с тобой разговаривают боевики!

Ну что же, не зря наш декан упомянул, что существует некоторое недопонимание между факультетами и что наш, некромантский, боевики ни во что не ставят. Я только что убедилась в этом на собственном примере. Хорошо, хоть не на шкуре, но и такое развитие событий тоже было не исключено.

Беруш завозился под жакетом, готовый защищать хозяйку, но его еще рано было выпускать. Я до сих пор надеялась, что все получится решить мирно.

- Забирайте, – все же остановившись и повернувшись, сказала я трем вошедшим за мной следом девицам. – Вы ведь пришли за Северином Кассаром? Так вот, мне он совершенно не нужен. Он ваш, от начала до конца.

После чего снова повернулась и отправилась по своим делам.

- Мне кажется, эта некромантка с первого курса не до конца понимает, как все устроено в Академии Шаддара, – раздался мне вслед еще один голос.

Дальше я уже не слушала, хотя мне показалось, что они стали решать, как бы меня научить уму-разуму. Вместо этого я уже скоро явилась в нашу с Линнес комнату. Закрыла за собой дверь, почувствовав, как ту моментально оплели магические заклинания, пропускавшие внутрь только хозяек – то есть нас с подругой.

Затем стала слушать рассказы Линнес о том, какой сильный дождь был в столице и как долго она искала контору Королевской почты, чтобы отправить письмо домой.

За это время я успела скинуть промокшую одежду, а Беруш тотчас же ловко перебрался на кровать и залез под одеяло, хотя замерзнуть он не мог.

Мертвым не бывает ни холодно, ни жарко. А вот удобства они любят, этого у них не отнять.

Линнес, подозрительно косясь на копошащийся в моей постели скелет голубя, просушила нашу одежду магией. Я же сходила в душ – истинное наслаждение, – причем все еще слушая болтовню подруги. Затем мы отведали купленное ею в бакалейной лавке печенье и стали укладываться спать.

Я надеялась, что Линнес вскоре заснет, и тогда я смогу спокойно обо всем подумать – и о поминальных играх, и о словах Кэсси, и даже о Северине Кассаре, на которого нашлось так много охотниц.

От слова «охота», если что.

Но не тут-то было!

- Кстати, кто-то пытается взломать нашу дверь, – между делом сообщила мне Линнес. – Снимает магические заклинания, так что…

Я кивнула.

- Приготовься, – сказала я Берушу, после чего провела рукой по стене, активируя магический светлячок, встроенный у изголовья моей кровати.

- Я готова, – спокойным, даже довольным тоном сообщила мне Линнес, и я почувствовала, как она стягивает к себе магию.

Какую именно, я пока не понимала, но… Пожалела, что не могу сделать того же самого, потому что внутри меня царила полнейшая магическая пустыня с шарами перекати-поле, раздуваемыми во все концы.

Но тут открылась дверь, и в нашу комнату вошли ангелы-мстители – те самые три девицы с недовольными лицами, кажется, решившие указать первокурснице-некромантке ее место.

- Ты! – ткнув пальцем в мою сторону, начала темноволосая, с бледным лицом и визгливым голосом. – Ты должна уяснить, что парни-боевики в этой академии не для тебя! Вы, некромантки, самое низшее звено, и вы недостойны…

- Она что, тебя достает? – перебив ее, спросила у меня Линнес, и я кивнула.

- Привязалась не по делу, – сообщила я подруге, и тут же…

Я правда не знаю, что это было за заклинание, потому что девица внезапно перестала вещать визгливым голосом, вместо этого развернулась и…

Нам с Линнес досталась не слишком большая комната, но боевичке хватило места, чтобы разбежаться, а потом со всей дури – лицом! – врезаться в стену. После чего она ахнула, упала на пол и потеряла сознание.

- Кто-то из вас еще хочет убиться об стену? – вежливым, но при этом дрожащим от магического напряжения голосом спросила у двух других Линнес. – Сейчас я вам это организую.

Тут и с моей стороны тоже было применено секретное оружие – не могла же я сидеть в кровати без дела! Послушный негромкому приказу, Беруш истошно завопил, а потом накинулся на двух растерявшихся девиц.

Боевички попытались отбиться от мертвого голубя заклинаниями, но комната была небольшой, так что им оставалось лишь отмахиваться от рассерженного Беруша руками. Заодно я почувствовала, как Линнес снова собирает магию – наверное, чтобы отправить в стену еще одну нежданную гостью.

Но она не успела, потому что случилось нечто из ряда вон выходящее.

Такое, что даже Беруш, как мне показалось, завис в полете с раскрытым клювом.

Нас тряхнуло, да так сильно, что мы все дружно взвыли. Кровати дернулись, шкафы закачались, стекла задребезжали, а с тумбочки с грохотом полетело на пол и разбилось блюдо с остатками печенья из бакалейной.

Но все это заглушил ужасающий раскат грома, а потом тьма за шторами перестала быть ночной, окрасившись в кроваво-красный цвет.

И вот тогда мы кинулись к окну – даже Беруш, взгромоздившийся мне на голову.

За стеклом нам открылось невероятное, ужасающее зрелище. Где-то далеко-далеко, над черными силуэтами гор, полыхало огромное багровое зарево, а из него прямо в небо вздымался огромный темный столб, снизу подсвеченный кроваво-красным.

Я не сразу поняла, что это такое, но…

- Извержение вулкана в Черных горах, – сдавленно пробормотала одна из девиц. – Наверное, Токаридис исторг свои недра, как… Как в том пророчестве!.. – и ее голос был полон страха.