Глава 33

Идея Лианы мне нравится. Все же законный способ узнать правду. Я приглашаю в кабинет своих соратников – узкий круг людей, которым могу доверять безоговорочно. – Друзья, поездку сегодня пришлось перенести из‑за погоды, а вот государственные дела отменить нельзя. Жирас, отправь гонца к дознавателиzм, спроси, выяснили они, чей на кошельке рисунок? Болтон, пригласи ко мне лекаря, срочно! «Интересно, сколько времени понадобится Лиане, чтобы приготовить еду?» – задаюсь вопросом и тут же понимаю: немного. Нервно хожу по кабинету, обдумывая свой визит к королеве. Не нравится мне поведение супруги, ох, как не нравится. Назревает что‑то серьёзное, вот это и надо предотвратить. – Ваше величество, – первым появляется Жирас с командиром отряда дознавателей. – Говорите, – от нетерпения мой голос хрипит, как несмазанная телега. Прокашливаюсь. – Придворная дама Лима видела, как рисунок вышивала королева. – Т‑а‑а‑а‑к! И на чем она его вышивала? – На ткани. Госпожа Лима не видела сам предмет. – Она здесь? – Да. – Зови! Хрупкая маленькая женщина входит, испуганно смотрит на меня и падает на колени. – Ваше величество, вы звали меня. Я показываю Жирасу на платок, в который накануне он завернул кошель. – Посмотрите сюда, узнаёте вещь? Женщина несмело поднимает глаза, потом качает головой. – Простите, ваше величество. Я видела только рисунок на ткани, натянутой на пяльцы в покоях ее величества, но не знаю, кто занимался этой работой. Допрос заходит в тупик. Доказать, что вышивка – дело рук королевы, невозможно, она сошлётся на своих придворных дам, а преданные служанки подтвердят все, что прикажут. – Уведите ее, – от раздражения хватаюсь за рукоять меча, хочется все крушить и рубить, чтобы выплеснуть злость. Дама встает, неуверенными шагами идет к двери, но вдруг поворачивается. – Ваше величество, я вспомнила! – Что? – дружно вскрикиваем хором. – Я видела этот кошель у его высочества Диллона. Он доставал из него деньги, когда расплачивался в лавке мастера золотых дел за украшение для ее величества. Все разрозненные части мгновенно складываются в одну картину. Дала вышила рисунок на ткани, из которой потом сшила подарок для брата. Ничего опасного в этой ситуации не было, однако не ясно, кто насыпал смертельный яд внутрь кошелька принца, и как эта вещица оказалась у арестанта. Этот вопрос нужно хорошенько обдумать. Гонец от Лианы появляется почти одновременно с доктором. – Я требую, чтобы вы осмотрели королеву, – резким тоном говорю перепуганному старику. – Но она не пускает меня в покои, грозит отрубить голову, если буду настаивать. – Вот и пойдём вместе. – А что делать мне? – спрашивает Брысь. Он то взлетает и садится на карниз окна, то трется возле моих ног. Желтые глаза горят, шерсть поднимается дыбом, крылья топорщатся – так кот реагирует на происходящее. – Наблюдать. – Королева меня на дух не переносит, не пустит в покои. – А ты проследи за Диллоном. Он наверняка где‑то рядом крутится. Я выхожу во двор и быстрым шагом направляюсь в сторону покоев королевы, свита торопится за мной. Понимаю, что недостаточно объяснил людям свою цель, но время поджимает. У крыльца мы встречаемся с поварами. Небольшая перепалка с Питой даже бодрит. Я полон сил и рвусь в бой. – Возьми кофе, – шепчет мне Лиана и суёт в руки чайник. Болтон сразу бросается ко мне, чтобы его забрать, но я прижимаю тёплый сосуд к животу и не отдаю. В покои королевы врываемся, как ураган, сметая все на пути. Служанки и горничные испуганно падают на колени, придворную даму Питу, которая все пытается бежать впереди нас, сдерживает Жирас. Я распахиваю дверь: Дала, сидит у стола и проводит по иду пуховкой с пудрой. – Ваше величество, я не ждала вас с визитом! – резко говорит она и вскакивает с места. – Я же просила мне не мешать! – Ничего, моя королева. Мне передали, что тебе уже лучше. Я принёс угощение, хочу разделить с тобой трапезу. Говорю эти слова и наблюдаю за лицом жены. Она внезапно бледнеет, косится на ширму, на Питу, кожа которой покрывается красными пятнами. Но выхода у неё нет: при слугах и подданных выгонять короля и супруга из спальни – грубое нарушение этикета. Так и головы можно лишиться за неуважение к власти. – Пита, распорядись! Повара быстро накрывают стол. В удивительном ящике, который они принесли с собой, было блюдо с пирогом Лианы. Как только с него сняли крышку, сладкий запах выпечки распространяется по всей спальне. – Что это? – королева небрежно трогает вилкой ароматный пирог. – Попробуйте, это называется «шарлотка». Божественный вкус. Дала отщипывает кусочек и подносит его к губам, но не кладёт в рот, словно прислушивается к себе. Я тем временем снимаю упаковку с чайника. Королева поводит носом и с ужасом наблюдает за моими действиями. Наливаю кофе в чашки не спеша, получаю истинное удовольствие, дразня жену. Она целый год водила меня за нос, а когда наконец провели обряд, повела себя ещё более странно. – Что это? – сипло спрашивает королева и обмахивается вышитым платочком. – Это кофе – напиток богов, так говорят восточные купцы. Попробуйте. Королевский повар добавил молоко и мёд, очень вкусно. Я подношу пиалу к губам королевы, вижу, как увлажняются корни ее волос, как она начинает тяжело дышать и вдруг отталкивает мою руку, срывается с места и бежит за ширму! – Уходите, Ваше величество! – истерично просит Пита и кидается следом за госпожой. – Стоять! – рявкаю я. – Жирас, держи ее! Лекарь, или к королеве! Перепуганный старик тоже ныряет за ширму. Характерные звуки доносятся ещё несколько минут, потом королева, поддерживаемая врачом, выходит. Выглядит она плохо. Глаза лихорадочно блестят и зло сверкают молниями, бледное лицо похоже на прозрачную рисовую бумагу, только искусанные губы пламенеют ярко и вызывающе. – Уберите это… Она слабо машет рукой в сторону стола, я подаю глазами знак слугам: кофе выполнил свою задачу, теперь приходит мое время. – Лекарь, осмотрите королеву! Старик помогает королеве лечь на кровать. – Пропустите меня немедленно! – слышится голос за дверью. Жирас бросается к выходу, но не успевает заблокировать его, как в комнату врывается Диллон. Он вне себя от бешенства и размахивает обнаженным мечом. Заметив меня, останавливается, словно натыкается на стену. – Как понимать Ваше поведение? – тихо спрашиваю я. – Кто позволил вам в таком виде появляться в покоях моей супруги? – Это ты ведешь себя недостойно, – шипит он в ответ. – Неужели нельзя оставить в покое больную женщину? – Вот я и хочу выяснить, в чем причина недомогания моей жены. Ты что‑то имеешь против? – перехожу на «ты» и я, не до соблюдения дворцового политеса. – Королева больше не твоя кузина. Она находится под защитой короля. Стража, выведите его! – Ты еще мне ответишь за это! – не сдается Диллон и смахивает с плеч руки охранников. – Я сам! Он направляется к двери, но я король, последнее слово должно остаться за мной, поэтому в два прыжка догоняю и разворачиваю лицом к себе. – Ты сейчас угрожаешь королю? Правителю этой страны? – Да, какой ты король? – вырывается у Диллона, а мне только это и надо. – Государственная измена! – произношу четко и громко. – Схватите его! – Нет, ваше величество, не надо! – королева резко садится, потом меняется в лице и падает в обморок. Пита со слезами бросается к ней. Лекарь смотрит на меня. – В чем причина болезни королевы? – Ваше величество, нужно еще понаблюдать за ее величеством, но по всем признакам она ждет ребенка. Ответ лекаря не удивляет, я внутренне я готов к такому повороту событий. Конечно, я не знаю всех тонкостей женской природы, потому и надеюсь на медицину. После обряда консумации прошло две недели. Никто не ждет такого быстрого результата, тем более что сам обряд проходил вопреки желаниям богов. Не уверен до конца в беременность супруги не только я. Королевский доктор тоже выглядит растерянным и мрачным. Он качает головой, словно мысленно спорит сам с собой, и прячет от меня глаза. Такое поведение эскулапа порождает в моей душе сомнение. Что‑то не так! Но что? На что мне хочет намекнуть Лиана? Именно она настояла на этой проверке. Делаю улыбку как можно шире и восклицаю: – Чудесная новость! И вы хотели скрыть это событие от короля? – Нет, что вы! – по лицу дамы Питы ползут красные пятна. Она машет платком перед лицом королевы и зло поглядывает на меня. В ее глазах я настоящий тиран, раз выясняю подробности в тот момент, когда королеве плохо. – А со стороны кажется, что хотели. – Ее величество просто готовилась преподнести вам сюрприз. Отодвигаю служанку и сажусь на край кровати. Дала уже пришла в себя. Что‑то на этот раз обморок был коротким. Я пытаюсь поймать взгляд жены, но она смотрит куда угодно, только не на меня. – Ваше величество, как вы? Назвать эту женщину «дорогой» или «любимой» не могу, язык не поворачивается. Знаю, что наш брак больше политический чем, житейский. Верховный жрец спит и видит, как с помощью племянницы завладеть властью. Король ему нужен только марионеточный, а я начинаю огрызаться. – А ты не видишь? – Дала с вызовом смотрит на меня. – Мне плохо, а виноват ты! – Что ж, раз я виноват, исправлюсь. Болтон… – Да, ваше величество! – Я думаю, хорошую новость нужно объявить народу и отметить пиром для чиновников и горожан. Говорю, а сам наблюдаю за мимикой жены. Ее лицо вытягивается, рот приоткрывается, словно она хочет что‑то сказать, потом захлопывается. Сейчас Дала напоминает рыбу, вытащенную из воды. Чувствую ее ненависть ко мне. – К‑какой пир? – жена резко садится. – Не надо пира. Лекарь сказал, что за мной еще нужно наблюдать. – Хорошо. Болтон, тебе неделю хватит на подготовку? – Да, ваше величество. Я слышу, как королева скрипит зубами от ярости, но возразить не может. – Вот и славно, – наклоняюсь к жене, хочу поцеловать ее в лоб. Она отшатывается от меня, как от чудовища, готового проглотить невинную жертву. Червячок сомнения, появившийся в душе, начинает расти. И чего королева так боится? Рождение наследника для нее – настоящее благо. Если это будет принц, жена укрепит свою власть при дворе, а ее дядя полностью приберет к рукам королевство. Сопротивляться клану Крипанов я не смогу. Я выхожу из покоев жены, ко мне на плечо садится Брысь. Он выразительно косится желтым глазом. Без слов понимаю, что есть новости, но пока сосредоточен на разговоре с лекарем. – Ваше величество, – мнется старик. – Что тебя смущает? – Понимаете, по всем признакам ее величество в положении, я чувствую по двойному пульсу, что в ее теле зародилась новая жизнь, но… – Что «но»? – сердце учащенно бьется от тревожного чувства, сосущего под ложечкой. – По срокам еще рано. Во если бы уже месяц прошел…, – он ловит мой мрачный взгляд и торопливо продолжает: – Беременность королевы – чудо, посланное нам небесами. Лекарь низко кланяется. Я его понимаю: старик сейчас между двух огней. Скажет все честно и прямо – попадет под гнев королевы. Попытается скрыть от меня правду – может лишиться головы. Вот он и выкручивается, как может. – Есть ли другой способ выяснить правду? Честно признаться, я не очень верю в чудеса, а вот в измену королевы – запросто. Сразу становится понятно, почему она год морочила мне голову, наверняка вместе с дядей искала благовидный предлог, чтобы сместить меня с трона и занять освободившееся место. Еще и Диллон, принц недоделанный, рядом с Далой вертится. Защитничек! – Можно провести осмотр… э‑э‑э… изнутри… э‑э‑э… рукой, – я вижу, что лекарь мечется, не знает, куда смотреть и как объяснить правителю тонкости медицинской науки. Так обследуют коров и лошадей. – Так сделай. – Э‑э‑э, но королевских особ нельзя… как животных… это нарушение этикета. Придется подождать, ваше величество. Да и при таком маленьком сроке результата не будет. – А чего ждать? Когда ребенок родится? – Ну, – бедный лекарь отводит глаза, – да. Я теряю интерес к разговору. Этот путь тупиковый. От лекаря правды не добиться. Нужно придумать другой план. – Слушай, Анри, – начинает кот, когда мы отходим от покоев королевы на приличное расстояние. – Слежка за Диллоном оказалась очень увлекательной. – Говори. – Я лучше покажу. Я зову с собой Жираса и парочку стражников и иду за котом. Тот петляет по дворцовым переулкам, несколько раз поворачивает, и мы оказываемся возле королевской оранжереи. – И что дальше? – я в недоумении смотрю на Брыся, который ныряет в приоткрытую дверь. – Идите за мной! Работники, завидев короля, который никогда не показывался в этом углу двора, падают на колени и прячут лица. Одна женщина от испуга выронила огурец, надкусанный с одной стороны. По законам страны, все, что находится во дворце и его окрестностях, принадлежит королю, в том числе овощи и фрукты. За воровство женщину могли отправить на казнь, но я молча поднимаю огурец и сую ей в руку. – Да, будет велик наш король! – дружно ревут работники оранжереи и неистово молятся. Мы идем по длинному проходу в душном и влажном помещении, и мое лицо покрывается потом. Брысь подводит нас к потайной двери в углу. Она прикрыта густыми зарослями каких‑то высоких растений. – Нам сюда. – А ключ? – Придется обойтись без него. Жирас бросается к двери и дергает ее за ручку, но замок держится крепко. – Нет, так дело не пойдет, – останавливаю его я. – Если мы сломаем дверь, наши враги затаятся. Нужно поймать Диллона на месте преступления. Куда ведет эта дверь? – В потайной ход мимо библиотеки прямо к покоям королевы. – И ты видел своими глазами, как Диллон сюда входил? – Нет, он отсюда выбежал, когда вы пришли навестить королеву. Я поднялся высоко и сел на дерево, так мне лучше были видны все дворы. Вот и заметил его. Он сначала выскочил из оранжереи, остановился, словно что‑то забыл, вернулся, дверь открыл. Я – за ним, так и узнал все. – Молодец, котик. Ты настоящий друг! Значит, принца нужно поймать. – Ты же его в тюрьму посадил. – Как посадил, так и выпущу. – Ваше величество, – раздается сзади дрожащий голос. Я поворачиваюсь. Сгорбленный человек средних лет стоит в двух шагах и смотрит на меня. Жирас напрягается и заслоняет меня собой. – Что такое? – Вы ищите ключ от этой двери? – Да. Ты знаешь, где он? Человек протягивает мне большой, черный ключ. Я даю работнику монету за услугу, и он вспыхивает от радости. Что ж, покорена еще одна душа подданного. День прожит не зря. По узкому коридору мы вынуждены пробираться друг за другом. Здесь мрачно, темно и пахнет сыростью. Сразу понятно, что этот проход не проветривается. Вскоре оказываемся возле еще одной двери. – Там, – шепчет мне Брысь на ухо. – Врываемся? – Стой на месте! – я хватаю кота. – Испортишь мне весь план по поимке изменников. Жирас, попробуй дверь, закрыта? Командир гвардейцев осторожно трогает ручку. К моему удивлении, створка бесшумно открывается. Я просовываю голову внутрь, вижу оборотную сторону ширмы, которая находится за кроватью королевы, и слышу приглушенные голоса. – Ваше величество, что вы будете делать? – спрашивает Пита, в ее голосе звучат слезы. – Не паникуй раньше времени! И почему мне достаются такие глупые мужчины! Один дурак подбрасывает яд, а второму непременно нужно узнать подробности моего состояния! – Ваше величество, а вдруг король догадывается? – Тише! Молчи! У этих стен есть уши. Мы переглядываемся, и я осторожно закрываю дверь. Ясно, что у королевы полно секретов и тайн, пришло время вывести ее на чистую воду, вот только сделать это надо прилюдно, так, чтобы она снова не выкрутилась.