Глава 17. Суббота. Вечер

У меня не было никакой уверенности в том, что он не исчезнет снова. Поэтому я напросилась к нему домой уже в субботу. С любопытством преодолела тот путь, который уже не раз проделывала с закрытыми глазами, и вновь оказалась на набережной, где попрощалась с Талианом две недели назад. Эти две недели казались вечностью. Я опустила веки и снова вдохнула уже знакомые запахи. Вслушалась в шум прибоя совсем рядом. Домик Талиана стоял на берегу – маленький, но аккуратный, один из многих, плотно прижавшихся друг к другу боками. Здесь был даже небольшой палисадник, состоявший из пары клумб, на которых цвели розы в окружении кустов лаванды. Он не был съемным, как мой. По крайней мере, маг явно обосновался на обоих этажах. На первом у него были гостиная, кухня и комната для прислуги, на втором – спальня и что-то ещё. Следуя за ним, я поднялась на второй этаж и, оглядевшись, улыбнулась. Знакомым было всё. И просторная кровать, застеленная бирюзовым покрывалом, и диванчик кремового цвета, и пара таких же кресел. Тут же стоял кофейный столик из полированной белой сосны. – Странно, что тёмный маг так любит светлое, – сказала я, но Талиан только фыркнул, даже не оглянувшись на меня. Я поймала его за руку и потянула, заставляя обернуться. – Тали… Ты не исчезнешь? Он не съязвил. Вопреки обыкновению. – Я надеюсь, что нет, – сказал он тихо. Было так приятно слышать этот голос без ноток издёвки. – Расскажи мне что-нибудь, – попросила я. Талиан усмехнулся без всякой радости. – Погоди, я сделаю чай. Нормальный чай, – добавил он, убивая всю красоту момента. – Тали! – я хотела притянуть его к себе, но он ловко вывернулся и скрылся за дверью. Я села в кресло и стала ждать. Талиан вернулся через несколько минут с подносом в руках. Чашки у него были такие же аккуратные, как и всё здесь, и тоже кремового цвета. А ещё он успел переодеться, и я с улыбкой разглядывала это шёлковое подобие халата, которое до сих пор ощущала только руками. Оно было бирюзовым, с бледно-зелёным узором по краю. И, в отличие от мантии, не скрывало хотя бы шею. – Что? – спросил Талиан. Видимо, я пялилась на него уже довольно долго. – Я тебя хочу. Руки мага дрогнули, и он чуть не уронил поднос. Я едва успела подскочить и помочь поставить его на стол. – А-а может, не надо? – Тали? Он покачал головой. – Ничего. Всё в порядке. – Оно и видно, – я опустила руки ему на плечи, а потом повела их ниже и слегка огладила ему лопатки. – Я просто вдруг представила, как могла бы касаться тебя через эту ткань. Ты в ней так близко – и так далеко. – Спасибо, – сказал он ядовито, – теперь, одевая свой любимый халат, я буду чувствовать себя шлюхой. – Дурак, – я наклонилась к нему и, слегка надавив лбом на его лоб, заставила приподнять лицо. Он подчинился, и я осторожно коснулась его губ своими. – Я по тебе очень соскучилась. – Ты за этим пришла? – он попытался отвернуться. – Мне всё равно, Тали, что мы будем делать. Пока ты рядом. Просто я сказала, что думаю, вот и всё. Или ты спишь только со шлюхами? – Да, – он повернулся ко мне. – Я сплю только со шлюхами. А ты как думала? Я покачала головой. – Ты хотя бы пробовал сделать это по-человечески? Он пожал плечами, снова попытался отвернуться, но я ему не позволила. Положив руку ему на щёку, осторожно погладила бархатистую кожу. – Ты решила из меня душу вынуть? В первый же день? – спросил он мрачно. – Да, если потребуется. Талиан вздохнул. – Чёрт бы тебя побрал, Тэйла. – Признай, тебе это нравится. Давай, говори. Он вздохнул ещё раз. – Да, я пробовал. Это было… не быстро. Я же прекрасно понимаю, что я не тот человек, которого просто так можно полюбить, – он помолчал. – Её звали Ноэль. Она был адвокатом. Помогла мне вернуть дом после войны. Мы были знакомы уже больше года, и она всё время делала вид, что я ей нужен. А я тогда ещё не знал точно, чем это закончится. Хоть и понимал… – он резко замолк. – В общем, всё было так же. Увидев шрамы, она будто сошла с ума. Она исцарапала мне всё тело, а я даже не мог ничего сделать – ведь у меня нет чёртовой магии, на которую я потратил всю свою жизнь. Он попытался выскользнуть из моих рук, но у него не вышло. – Знаешь, – сказал он, – а мне даже нравился потом их страх. Ведь эти шрамы – последнее, чего можно бояться во мне. – Я тебя не боюсь, – сказала я тихо, – даже в первый раз… Дело было не в страхе. Я и правда будто сошла с ума. Всё, что я сдерживала внутри, вырвалось наружу. Всё то, за что ты так ненавидишь ведьм. Мне нужно было время, чтобы понять, что произошло, иначе я бы не ушла уже тогда. Ты был такой… – я не нашла нужного слова, – тёплый. Но ещё и далёкий. Невыносимо хотелось тебя коснуться, а ты не позволял. Как и сейчас. – Разве ты не касаешься меня? Я покачала головой. – Снова через шёлк. Снова лишь там, куда ты допускаешь. – Ты так этого хочешь? – Я не про секс, Тали. – Тогда я тем более тебя не понимаю. Я усмехнулась. – Я и сама не понимаю себя. Просто хочу проникнуть в тебя. Как можно глубже. Не телом. Хотя и им тоже. Талиан нервно рассмеялся. – Телом проще. – Тали… – я снова повернула его лицом к себе и поцеловала. Медленно. Наслаждаясь каждым кусочком его губ – чуть сладких и сухих. – Чай остынет, – сказал он, едва я чуть отстранилась. – Обожаю холодный чай. Я скользнула рукой чуть выше, вплетая пальцы в его волосы, такие же шелковистые, как и он весь. – Можно? – спросила я, коснувшись другой рукой шелкового воротника. Талиан замер. Не заледенел, нет, просто замер. Положил ладонь поверх моей руки и, приоткрыв рот, молчал пару секунд. – А если я тебя попрошу… кое о чём? – сказал он наконец. – О чём угодно, – не желая тратить время, я коснулась губами нежной кожи его виска. – Обещаешь? – Обещаю, – ещё один поцелуй. – Погоди, – он выскользнул из моих рук и, оказавшись у комода, принялся рыться в ящиках. – Вот! – заявил он, наконец поворачиваясь ко мне. – Тали, нет! – Ты обещала! Я открыла рот и закрыла обратно. В руках маленького змееныша была широкая шёлковая лента. А я обещала, да. Я прекрасно понимала, что нельзя идти у него на поводу, только понимать это было уже поздно. – Ладно, – сдалась я, – дай хотя бы раздеться. – Я сам тебя раздену, – он подошёл вплотную и осторожно коснулся губами моих губ. – Ну, давай, – я развела руки в стороны и покорно замерла, отдаваясь на его милость. Талиан аккуратно завязал ленту у меня на затылке. Она была куда мягче и тоньше моей обычной повязки, но такой же непроницаемой. Его руки тут же опустились вниз и скользнули по моей шее, слегка задержавшись у основания плеч. Кажется, Тали тоже наслаждался, и это было очень приятно. Перехватив одну его ладонь, я коснулась губами пальцев и тут же отпустила. Он помешкал, а затем начал неторопливо расстёгивать моё библиотекарское платье. С шелестом тонкая ткань осела на пол, и Талиан приступил к блузке. Он двигался так размеренно, будто торопиться было абсолютно некуда, и только его неровное дыхание выдавало волнение. Когда блузка оказалась расстёгнута, он придвинулся ко мне и приник к моей груди, так что я всем телом ощущала гулкое биение его сердца. – Я тебя люблю, – повторила я в который раз. Почувствовала шеей, куда упирался его подбородок, что он кивнул. – Давай, – шепнул он, чуть отстранившись, и, нащупав ворот его халата, я осторожно потянула в стороны. Пояс расплёлся сам собой. – Это как-то… по-другому… – сказал он, и я отлично его поняла. Хотя я-то опять оказалась в этом идиотском положении – с повязкой на глазах. Я не стала раздевать его до конца. Мне так нравился этот шёлк… Если бы только его тело не было ещё прекраснее на ощупь. Я провела ладонью по его груди, ощущая под пальцами лёгкую дрожь, и медленно попятилась к кровати. Кажется, эти три шага я запомню на всю жизнь. – Постой, – остановил он меня и опустил руки мне на пояс. Его пальцы начали избавлять меня от ремня, пока я придерживала его за плечи. Я скинула сапоги и позволила ему раздеть меня до конца. Я даже не заметила, как он скользнул вниз и приник губами к моему животу. Осторожно притянула его голову ближе, и он покорно приоткрыл рот, позволяя мне управлять. Если бы только я могла видеть его лицо. Он казался таким ласковым, таким послушным. – Хватит, – я приподняла его за плечи и уложила спиной на постель, а сама склонилась над ним, упираясь в матрас одной рукой. Для надёжности стоило припереть его чем-нибудь к стенке, но я решила рискнуть. Свободной рукой быстро стянула повязку и тут же услышала возглас, полный страха, злости и обиды. Теперь я видела его куда лучше, чем ночью. Я только жалела, что не стала снимать с него всю одежду, но я и так видела достаточно. Они действительно были красивы, эти знаки. Той извращённой красотой, которую не каждый сумеет понять. Ромбы не повторялись. Сплетаясь между собой, символы каждый раз образовывали новый рисунок. Рука, вырезавшая их, действовала аккуратно, стараясь соблюсти пропорции и углы. И ещё… я действительно чувствовала это. Символы будили во мне что-то первобытное. Желание уничтожить, смять и сломать. Оно становилось тем сильнее, чем дольше я смотрела на израненное тело, и всё ещё не прошло, когда я подняла глаза и увидела лицо Талиана – зажмуренные веки и закушенную губу. Он весь сжался, будто бы ожидая удара. – Тали… – прошептала я, наклонился ещё ниже и коснулась его губ. – Я тебя люблю, Тали. Я люблю тебя больше всего на свете. Эта жажда прошла моментально. Так же быстро, как появилась. Только жалкий её змеиный хвост шевелился где-то в уголке моей головы. В рунах на теле моего любимого и правда была магия. Теперь я в этом не сомневалась. Вот только та ли это магия, о которой думал он? – Талиан, – я погладила его щёку, стараясь мягкими движениями вернуть его к себе, – прости меня. Я должна была это сделать. Его руки рванулись к моим плечам и вцепились в них, почти разрывая кожу ногтями. – Зачем… – выдохнул он, всё так же не открывая глаз. – Тали, я не могу всегда делать это в повязке. Я опустила руку и погладила его живот, вызывая новую череду дрожи. – Я всё ещё люблю тебя всего, Тали. Посмотри на меня. Он помотал головой. – Ну и ладно, – я наклонилась ниже и принялась изучать хитросплетения шрамов языком. Это было увлекательно само по себе, а в сочетании с постоянно прокатывавшимися возле моих губ волнами дрожи просто сводило с ума. Подобравшись к пупку, я осторожно очертила его края и на секунду скользнула языком внутрь, вырывая из груди любимого шумный выдох. – Раздевайся, – приказала я. – И помни… – шепнула я в приоткрытые губы, – я тебя люблю. Я поймал его губы поцелуем и почувствовала, как он выдыхает мне в рот горячий воздух. Отстранилась и отодвинулась, позволяя ему выполнить приказ. Тали легко скинул одежду, и я замерла, первый раз увидев его целиком. Я знала на ощупь, что у него нет недостатков, но видеть – это совсем другое. Он был очень стройным. Не худым, а именно стройным. Мышцы под кожей виднелись едва-едва, физические занятия явно были не для него. Во всём его теле проглядывала какая-то резкость, порывистость. – Тали, – прошептала я последний раз, прежде чем упасть на перепачканное покрывало рядом с ним и сжать его в объятьях. Кровь стучала в висках, и шевелиться не хотелось. Я бы так и лежала, но один вопрос не давал мне покоя. – Талиан, ты расскажешь мне? – Что ещё тебе рассказать? – пробормотал он устало, поворачиваясь ко мне спиной. – Что это у тебя за… странность. Он напрягся. И я пожалела, что спросила. – Тали, я тебя всё равно люблю. Только… – Не начинай, – оборвал он такую хорошую речь. – Я не расскажу, – его плечи обмякли, – мне слишком хорошо сейчас. – Тогда, – я притянула его, прижимая к себе, – я никуда не уйду до утра. – Ну и не уходи, – буркнул он, устраиваясь поудобнее, – только дай поспать. Твой цельный кусок дерева с покрывалами, на котором ты спишь в библиотеке – орудие пытки, а не постель.