Глава 29: Святая Анабель

Корнелия Стоило выйти к воротам замка, как я увидела вчерашний экипаж и Клайна, стоявшего неподалёку. – Доброе утро, Корнелия, – Майкл приветливо улыбнулся. – Доброе, – я расплылась в ответной улыбке и поймала себя на мысли, что чувствую удивительное спокойствие рядом с этим отстранённым и расчетливым мужчиной. – Куда мы сегодня отправимся? – В больницу, – герцог открыл передо мной дверцу экипажа. – Управляющий прислал приглашение в надежде на пожертвование. А я давно хотел увидеть, что собой представляет лечебница Святой Анабель. До больницы мы ехали более трёх часов. Когда экипаж наконец остановился у лестницы с балюстрадой, ведущей к главному входу в небесно-голубое здание, я заметила мраморную статую молящейся девы. Мне хотелось детально разглядеть скульптуру, но к нам уже спешили люди. – Корнелия, – сказал герцог, протянув мне плащ. – Наденьте, пожалуйста, и скройте лицо под капюшоном. – Хорошо, но не вызовет ли это ещё больше вопросов? Майкл в задумчивости потер висок. – Конечно, вызовет, но вслух их никто не задаст. Ради сохранения вашего инкогнито с этим можно смириться. Идёмте. Выйдя из экипажа, я обратила внимание на холёного рыжеволосого мужчину лет сорока. – Добрый день, герцог. Меня зовут Яков Эпали, сын барона Эдгара Эпали, управляющий больницы, – представился он. В памяти всплыло лицо неприятного мужчины, с которым я познакомилась на балу. Насколько сын может походить на отца и является ли он таким же “поборником нравственности”? Из размышлений в реальность меня вернул голос Майкла. – Приятно познакомиться, Яков. Наслышан о вашей больнице. Говорят, здесь самые высокие стандарты содержания пациентов. Поэтому я не смог устоять, получив ваше приглашение. Войдя внутрь, мы сразу увидели огромную хрустальную люстру, освещающую просторный холл, где отдыхали разодетые пациенты. Если бы я не знала, где нахожусь, то подумала, что это частный клуб, но никак не лечебница. – Мы стараемся создать максимально комфортные условия для больных, – разливался соловьем сын барона. Нам показали роскошные палаты, не сильно отличающиеся от моих покоев в замке, и процедурные кабинеты. При виде последних, даже я, несведущая в медицине, поняла, что на оборудование здесь не скупятся. Майкл, казалось, ничего не замечал и думал о чём-то своем. Наконец он спросил: – А много у вас пациентов? – На данный момент сорок два. Мы горды тем, что к нам на лечение приезжают даже из соседних герцогств. – Это похвально, – произнес Клайн. – А какова численность медицинского персонала? – Тридцать пять человек. Майкл кивнул, погруженный в свои мысли, и больше не задавал вопросов. Но я видела, как его раздражение нарастает, хотя он и не показывал виду. – Вот вы всё и увидели, – гордо сказал Яков, завершив экскурсию. – Вам понравилось? Майкл нахмурился. – Вы ещё не показали мне второе крыло, – тон герцога стал приказным. Управляющий весь сжался в комок. – Ваша светлость, не стоит. Там и смотреть-то не на что. Одна грязь, – испуганно пропищал он. Меня зацепили слова мужчины. Какая грязь? Если судить по всему тому, что нам показывали до этого момента, здесь всё стерильно, при желании хоть с пола ешь. – Показывайте, – властно и требовательно проговорил Клайн. – Как прикажете, – Эпали склонил голову и как-то даже осунулся за эти несколько секунд. Мы брели по коридорам минут пять, и чем дальше шли, тем меньше блеска видели вокруг. На смену ему пришла серость, затхлость и запах чего-то невыносимого, что я не могла определить, пока не открыли очередную дверь. За ней творился настоящий хаос. Я бы предпочла никогда этого не видеть. Обычная лампа под потолком, стены когда-то белые, но теперь обшарпанные и затертые, а люди… Люди заполнили все пространство: женщины, дети, мужчины и старики. Кто-то устроился на скамейках, некоторые расположились на каталках, но большинство сидели или лежали на полу. Одни кричали, не в силах терпеть боль, другие слабо поскуливали, третьи лежали без сознания и ни на что не реагировали. Неожиданно среди этого гомона я услышала улюлюканье. Какая-то женщина стояла в углу и укачивала младенца. Мне стало жутко. Как такое могли допустить? Как?! Я оцепенела от страха и ужаса. – Что здесь происходит? – спросил Майкл. Что-то в его интонации задело меня, и, посмотрев на него, я поняла. Он не удивлен… – Доктор Эклб! – вместо ответа закричал управляющий. На крик обернулся пожилой мужчина в белом халате, щуплый, с мешками под глазами и морщинами на лбу. До этого он разговаривал с двумя медсестрами, а сейчас уверенной походкой направлялся к нам. – Знакомьтесь. Это Джозеф Эклб – врач второго отделения, – при этих словах Яков отступил на пару шагов, словно стремясь выйти из-под удара. – Он ответит на все ваши вопросы. – Что здесь происходит? – повторил вопрос Майкл. – То же, что и каждый день, – небрежно ответил доктор. – Не хватает врачей и финансирования, – Джозеф обернулся и посмотрел туда, где находились палаты пациентов. – Если позволите, мне нужно работать. В палате ждет больной. – Что случилось? – спросила я, не в силах больше оставаться безмолвной. – Мужчине ногу придавило прессом на заводе – перелом. Майкл среагировал мгновенно. – Тогда не смеем вас задерживать, но, как закончите, уделите нам несколько минут. Мы подождём вас здесь. Врач вернулся примерно через полчаса. – Почему вы говорите, что вам не хватает персонала? Вопрос Клайна вызвал у доктора ироничную улыбку. – А как по-вашему мы должны справляться, если у нас каждый день такое? И если весь штат – это десять человек, включая меня, еще двух врачей, сестер и санитаров. Я нервно сглотнула. А Майкл достал чековую книжку и, написав на бланке круглую сумму, протянул его врачу. – Это вам, Джозеф, потратьте их на благо пациентов. Когда врач взял чек и увидел число, руки его затряслись, и на миг образ непреклонного доктора померк. Перед нами предстал уставший, благодарный старик с влажными глазами. – Яков, – обратился к управляющему Майкл, – вы окажете содействие и предоставите мне отчеты за каждый ламен, который доктор Эклб потратит на своё отделение. Управляющий, явно недовольный, бросал злые взгляды на доктора, но всё же ответил: – Безусловно. *** В замок мы вернулись поздно. Ужин давно закончился, чему я, впрочем, обрадовалась. Перед глазами до сих пор стояли люди с ужасными ранами. От этих воспоминаний меня подташнивало, и, казалось, я вот-вот упаду в обморок. Когда до моих покоев оставалось два поворота, навстречу мне вышла София. – Корнелия, что с тобой? – она подскочила ко мне и придержала за плечи. – На тебе лица нет. – Все в порядке, – я постаралась улыбнуться. – Просто устала. – Может, тебе поесть? Силы появятся, – волновалась принцесса. Ком тошноты снова подкатил к горлу. – Нет, спасибо, – я поморщилась. – Тогда, может, чаю? – предприняла София вторую попытку. Я решила не отказываться, к тому же нам давно стоило поговорить. Мы сидели в комнате принцессы и пили чай с бергамотом. Постепенно я приходила в себя и была благодарна Софии, что она не задавала вопросов, лишь бросала тревожные взгляды. Мне стало совестно, что я игнорировала ее эти дни. – Сегодня мы с Майклом посещали больницу. И то, что там происходило, ужасно. – В лечебнице Святой Анабель? – заинтересовалась принцесса. – Да. Ты о ней слышала? – Да, но лично её не посещала, – с виноватым лицом ответила Софи. – Пару лет назад больница стала причиной крупного скандала. – Почему? – Я понимала, что ответ меня не обрадует, и всё же хотела его знать. Принцесса тяжело вздохнула и вновь разлила чай по чашкам. – Начну сначала. Эту больницу основала наша прапрапрабабушка. В народе её прозвали святой. Она хотела стереть границы между знатью и простым народом, но не у всех эта идея снискала одобрение. После её смерти положение дел ухудшилось, и финансирование крыла для простолюдинов почти прекратилось. А три года назад аристократы потребовали закрыть его со словами: “Лечиться там же, где и бедняки, ниже нашего достоинства”. Дело приняло серьезный оборот, потому что за сохранение крыла выступили владельцы производств. И пусть они действовали не из соображений гуманности, их голоса сыграли свою роль. – И что потом? – Наступило затишье. Думаю, от второго крыла по-прежнему пытаются избавиться. Мне стало смешно и грустно одновременно. – Какая же я идиотка! – О чём ты? – не поняла София. – Майкл, он с самого начала всё знал. Принцесса задумалась и отчего-то напряженно сжала ладони в кулаки. – Думаешь, он поощряет подобное? – Нет, – ответила я слишком резко и смутилась. – Он был в бешенстве. – Что? – слишком эмоционально отреагировала София. – Не думала, что северный монстр способен на такие чувства. – Но это так. А ещё он выписал чек врачу второго крыла на миллион ламенов! – Что ж, в таком случае есть чему радоваться, – подбодрила меня принцесса и, взяв с подноса марципановое пирожное, продолжила: – Клайна многие боятся. Но с личностями, подобными Эпали, только так и можно вести дела. Я не стала спорить с подругой, но про себя задалась вопросом: что между ними произошло? Отрицать неприязнь Софии к Майклу было бессмысленно, однако лично у меня ни разу не возникло причин думать о нём плохо.