Глава 93

Солнце заливало аллеи парка золотым светом, сияя бликами на изумрудной листве. Воздух был напоён сладким, дурманящим ароматом жасмина. В кронах деревьев, перебивая друг друга, заливались зяблики и дрозды. Я шла по песчаной дорожке, подставив лицо тёплым лучам, и наслаждалась спокойствием, которого мне так долго не хватало. Ни призраков, ни шёпота мертвецов, ни ледяного дыхания тьмы - Мамочка! Я замерла, а потом резко обернулась. Ко мне бежала маленькая фигурка в тёмном платье. Серафима! Присев, я раскинула руки, и через мгновение малышка упала в мои объятия, обхватив шею тонкими ручками. - Моя девочка... родная моя Я так по тебе соскучилась! – я зарылась лицом в мягкие волосы дочери. А когда подняла голову, увидела, что к нам направляются двое мужчин. В одном я сразу узнала мужа, а второй был мне вроде бы не знаком Или всё же Высокий, широкоплечий, в чёрном сюртуке незнакомец явно обладал военной выправкой. Когда мужчины подошли ближе и наши глаза встретились, я почувствовала, как земля уходит из-под ног. - Ma colombe... - ласково произнёс он, и уголки его губ тронула тёплая улыбка. - Я невероятно рад видеть вас! У меня на секунду перехватило дыхание, а потом я прошептала: - Адам! Но как это возможно?! Я точно не сплю?! Я бросилась к поручику, и он обнял меня тёплыми сильными руками. В них была жизнь. Отстранившись от своего друга, я обернулась к Дмитрию, который наблюдал за нашей встречей с понимающей улыбкой. - Объясни мне, умоляю, что происходит? Как призрак мог обрести плоть? - Подробностей я и сам не знаю, душа моя, - усмехнулся граф. - Но, видимо, у Бога на всех нас свои особые планы. Одно скажу точно: теперь Адам Богданович официально состоит на службе в Тайной канцелярии под моим началом. Этот день по праву мог считаться самым светлым и невероятным с того самого момента, как я чудесным образом вернулась к жизни. Выяснилось, что Дмитрий лично представил поручика Левинского государю. И тот принял решение, которое должно было изменить правила игры между миром людей и миром теней. Император объявил об учреждении ещё одного особого сверхсекретного департамента при Тайной канцелярии. И если сама канцелярия наводила трепет своим невидимым присутствием, то это новое ведомство было окутано ещё более плотной завесой тайны. - Государь наделил меня особыми полномочиями, - рассказал муж, когда мы остановились у небольшого пруда. - В рамках нового ведомства я вправе сам распоряжаться судьбами тех, кто будет замечен в делах тьмы. Мы больше не будем ждать дозволения свыше, когда речь идёт о безопасности империи от сил, не знающих границ. И наше первое дело зовёт нас на юг. Мы отправляемся в Крым. Оттуда приходят тревожные вести. В горах близ Бахчисарая, среди руин древних пещерных городов начали пропадать люди. Существует легенда о Византийском ключе - реликвии, способной открыть Врата для тех, кто ищет способ подчинить себе волю живых через мир мёртвых. В этом году государь планирует визит в Крым и встречу с татарскими мурзами. Если тёмные силы решат заявить о себе во время этого визита, это станет катастрофой для всей России. Наша задача - прибыть туда раньше и найти тех, кто решил пробудить древнее зло. - Когда же мы отправляемся в путь? – подал голос Адам, стоящий неподалёку. - В конце лета, - ответил Северский, наблюдая за тем, как Серафима пытается поймать стрекозу у куста роз. - Слава Богу! – облегчённо выдохнул поручик. – Значит, есть время исправить ошибки моей прошлой жизни! Лёгкие сумерки уже начали окутывать окрестности парка, когда на дорожке, ведущей от главного дворца, появилась знакомая фигура с тростью. Победоносцев! Обер-прокурор не спеша подошёл к нам и склонил голову. - Приветствую столь уважаемую компанию в этот дивный вечер. - Константин Петрович, здравствуйте! - с искренней улыбкой воскликнула я. - Вы здесь какими судьбами? - Я приглашён на ужин к императору, Татьяна Фёдоровна. И, насколько я понимаю, вы тоже будете на нём присутствовать, - ответил Победоносцев и повернулся к Дмитрию. - Позвольте поздравить вас, ваше сиятельство, с назначением на новую высокую должность. Вы заслужили это право как никто другой. Граф поблагодарил его кивком головы, и обер-прокурор перевёл взгляд на Серафиму. Я тоже посмотрела на дочь, которая в этот момент имела вид обычного милого ребёнка: одна лента в белоснежной косичке развязалась и повисла на плече, чулок чуть сполз, открыв сбитую коленку. - Похоже, вам удалось обуздать Тьму в этом дитя? - Этого не знает никто, Константин Петрович, - ответила я. – Но мы сделаем всё, что в наших силах. Победоносцев ничего не ответил, лишь понимающе кивнул. В эту минуту меня вдруг охватило странное щемящее чувство. Внезапно захотелось увидеть остальных Стражниц. Заглянуть в глаза, узнать об их жизни Или устроить настоящий девичник, где за бокалом вина можно было спокойно поговорить о той, прошлой жизни, которая осталась далеко позади Кто знает, может, когда-нибудь это и произойдёт. * * * После ужина с императорской четой мы отправились обратно в Петербург. Впереди нас ждали несколько благословенных месяцев тишины, на протяжении которых хотелось просто побыть обычной семьёй. Однако на сердце было неспокойно. От Полины так и не пришло вестей, и это молчание тревожило меня. Нужно послать ей ещё весточку и пригласить к себе. Пока Дмитрий и Адам за бокалом коньяка обсуждали дела, я написала Тумановой и, запечатав конверт, передала его слуге. После чего вернулась к мужчинам. Дождавшись, когда Прасковья нальёт мне чаю и удалится, поручик спросил: - Татьяна Фёдоровна, вы не составите мне компанию завтра? Признаться, мне будет гораздо спокойнее, если вы будете рядом в этот час. - Вы собираетесь в Коломну? – догадалась я. - К вдове и дочери Назимова? - Да, - тяжело вздохнул он. - Пришло время искупить грехи прошлого. Я не могу смотреть в будущее, пока не встречусь с теми, у кого я отнял самое дорогое. Да этот визит будет стоить Адаму огромных душевных сил, и оставить его одного в такой момент было бы жестоко. - Конечно, я обязательно поеду с вами, - пообещала я. - Всё устроится, вот увидите. Утро выдалось необыкновенно прозрачным. Ночной ливень к рассвету стих, оставив после себя лишь россыпи капель на листве и упоительную хрустальную прохладу. Когда наш экипаж выехал за пределы Петербурга, над бескрайними лугами потянулся молочный туман. Огромная сияющая радуга перекинулась через весь небосклон. Я смотрела на это великолепие через окно кареты, чувствуя, как свежий ветер, врывающийся в приоткрытую створку, прогоняет остатки сна. - Кажется, сама природа благословляет нас на этот путь. Смотрите, как свежо и легко дышится после грозы. Так и в жизни - самое светлое время наступает после тяжёлых испытаний. Адам отвёл взгляд от окна и горько улыбнулся. - Чтобы ни произошло, как бы женщины ни отреагировали на мой приезд, я всё приму безропотно. Мне не страшен их гнев. Я заслужил проклятия, и даже если мне укажут на дверь, не посмею роптать. Страшнее всего для меня - их нужда. Я молю лишь об одном: чтобы они приняли помощь