Глава 2

Служанка бросилась обратно в кухню, я осталась одна у подножия лестницы. Я понимала, что меня не просто увидели, но и хорошенько разглядели. Испепеляющий взгляд мужа пригвоздил меня к месту.

Дрожащими руками я стиснула края полотенца на груди. Роберт шагнул ко мне медленно, неторопливо, как хищник, прекрасно осознающий, что жертве некуда бежать.

— Шлюха! — Он с размаху ударил меня по щеке.

Голова дернулась, меня отбросило на перила. Деревянное основание воткнулось мне между лопатками. Я охнула от боли, взмахнула руками, чтобы сохранить равновесие. Узел на полотенце, больше ничем не удерживаемый, развязался, позволяя пушистой ткани соскользнуть вниз.

Осознание произошедшего словно окатило меня ледяной водой. Никогда прежде я и близко не сталкивалась с таким унижением.

Я нагнулась, чтобы подхватить полотенце, но Роберт оказался быстрее. Ему понравилось, что я стою обнаженной на глазах у его друзей? Роберт и прежде поднимал на меня руку, но он бы никогда не позволил ни одному мужчине увидеть меня обнаженной!

— Господа! — провозгласил он. — Взгляните на мою дражайшую супругу. Раньше я только подозревал, что она мечтает о других мужчинах. Однако это представление не оставило у меня сомнений.

Муж указал на меня, скрючившуюся, пытавшуюся прикрыть наготу ладонями. Мою попытку сбежать под одобрительные крики и улюлюканье Роберт пресек, выставив ногу и прижав меня бедром к перилам.

— Я не могу больше препятствовать ее желаниям и готов их исполнить. Сегодня ночью один из вас получит возможность порадовать мою милую Алику. Но мне как супругу, страдающему от неверности жены, должно полагаться поощрение. Вы согласны?

— Согласны!

— Конечно!

— Чего ты хочешь, Роб?!

Я ощущала их жадные, липкие взгляды, скользящие по моему телу. Ужас теснился в груди, перекрывал горло, затруднял дыхание. Однако я знала, что умолять Роберта бесполезно. Если он решил отдать меня на потеху своим друзьям, он это сделает. Мои слезы и мольбы лишь доставят ему дополнительное удовольствие.

— Денежную компенсацию, разумеется. Должно же что-то покрыть мой моральный ущерб, ведь не каждый день жена мне изменяет.

Его слова вызвали новый взрыв хохота.

— Пятьдесят золотых хватит за поруганную честь? — спросил кто-то, и остальные загоготали.

— Ну что ты, Грон! — Муж скорчил обиженную гримасу.

Однако я хорошо его знала. Сейчас он чувствовал триумф и наслаждался вниманием к своей персоне.

— Мы устроим аукцион, и пятьдесят золотых будут стартовой ценой, раз уж предложил.

— Можно тогда посмотреть товар со всех сторон? А то мало ли — вдруг сзади плоско?

В гостиной собрались не люди. Это дикие звери, готовые меня растерзать. Роберт позволит им это сделать, еще и получит деньги за мой позор.

Я перестала сдерживать слезы. Горячие капли проложили дорожки по щекам и текли вниз по коже, но благодаря им я не замечала хищных взглядов.

Роберт больно схватил меня за локоть, заставил повернуться боком и задом.

— Итак, аукцион на обладание моей супругой сегодняшней ночью объявляю открытым! Стартовая цена — пятьдесят золотых. Кто даст больше?!