Глава 10

Сквозь сон я чувствовала, что кто-то трясет меня за плечо. Нехотя разлепила глаза, не сразу осознавая: я не дома.

— Вставай-ка. — Салина склонилась надо мной с лучиной, за ее спиной куксилась Зизи. — Домой тебе пора.

— Простите, — прошептала я хриплым со сна голосом. Растерянно взглянула в окно — темень! По спине пробежал холодок. — Я сама не заметила, как заснула.

— Муж должен скоро прийти, нехорошо, если он тебя тут увидит. Ночь на дворе, мы гостей в такое время не привечаем. Да и на лавке этой Зизи спит, а ей уже нужно ложиться.

Я подтянула к себе сумку со снадобьями, Салина протянула мне поддевку. Я оделась, быстро попрощалась с хозяйкой дома и вышла на улицу. Только через порог переступила, как за спиной послышался звук задвигаемого засова. Я с легким приступом страха смотрела вдаль, на лес. Лунного света было достаточно, чтобы видеть тропинку, но он не избавлял меня от необходимости быть осторожной.

До дома всего ничего — несколько минут. Я успею проскочить опушку леса и не попасться тварям, но даже если и попадусь, возможно, смогу убежать…

Ох, как же не хотелось думать о них! Но какой у меня выбор? Требовать у Салины оставить меня на ночь я не могла, не хватило бы наглости, к тому же они всем семейством и так ютятся где придется. Зизи спит на лавке, а я бы куда легла — на пол?

Да хоть бы и на пол. Все лучше, чем входить ночью в Сумрачный лес.

Мысленно я запела первую пришедшую на ум песню, чтобы отвлечься, и двинулась по тропинке к окраине деревни. Там свернула к лесу. Над кронами виднелся столб дыма из печной трубы в доме бабы Нави, из-за чего казалось, что до него рукой подать. Я отметила про себя, что раз дым устремляется в небо столбом, то, значит, завтра нас ждет трескучий мороз. Да он уже кусал щеки и нос, по ощущениям — сильнее, чем утром.

Снег хрустел под ногами. Я старалась шагать как можно тише, прислушиваясь к окружающим меня звукам. От мороза трещали ветки, где-то вдалеке ухнул филин, но больше ничего страшного пока не происходило. Я изо всех сил думала о чем угодно, только не о ледяных глазах чудовищ и не о том, как с их клыков капает кровь… Ну вот, снова о них думаю!

Я ускорила шаг, почти перешла на бег. В просвете между деревьями уже виднелась изба.

Что-то хрустнуло справа от меня. Мелькнула тень, с еловой лапы осыпался снег. Из горла вырвался отчаянный крик, я припустила бежать и едва не выронила сумку, когда меня схватили за плечи.

— Да стой ты, ненормальная!

Тайлер развернул меня к себе. Я едва не лишилась чувств за те несколько секунд, которые он в моей голове был не иначе как голодным чудовищем.

— Ты!.. — Я задыхалась от ужаса, сердце колотилось втрое быстрее. —Нельзя же так подкрадываться!

— Нельзя по лесу ночами шастать, — рыкнул он в ответ.

Я отмахнулась, не став объяснять причину задержки. Пошагала к дому. Баба Нави выглядывала в окошко — заметила нас, поспешила открыть дверь.

В сенях я стряхнула снег с валенок, Тайлер поступил так же. Бабушка Нави встретила меня с поджатыми губами и встревоженным взглядом.

— Простите, пожалуйста. — Я виновато потупилась, стягивая верхнюю одежду. — Нога разболелась, я заснула. Думала, чуть-чуть подремлю, а Салина разбудила меня уже по темноте и выставила.

— Выставила, — проворчала старушка. — Ты ей зуб вылечила?

— Ну, надеюсь. Кажется, больше у нее ничего не болит.

— Садись, поешь.

Больше баба Нави ничего не сказала, но я чувствовала, что она злится. На меня или на Салину — не знаю.

Тайлер сел за стол, перед ним уже стояла миска с похлебкой. Я расположилась у окна, взяла в руки ложку. А почему, собственно, Тайлер снова здесь? Я покосилась на него с подозрением. Охотник отломил ломоть хлеба, сунул в рот ложку похлебки. Он ел с таким аппетитом, что и у меня аппетит разыгрался. Может, он сюда поесть приходит, потому что сам не готовит? Не умеет или не хочет?

— Отвар смородиновый, — сказала старушка, ставя на стол горячий котелок. — Пейте. Холода идут, здоровье укреплять нужно. Не хватало еще, чтобы вы с жаром свалились. Что там в лесу, Тайлер? Не видать наших «соседей»?

Я поежилась. Не хотелось бы, чтобы эти непонятные существа стали нашими соседями насовсем.

Тайлер отложил ложку, его миска была пуста. Он налил себе в кружку отвару, выпил половину и тогда заговорил.