Глава 17.4

Церна уложила ведунью в свою постель, накрыла одеялом. А меня усадили за стол.

— Похлебка горячая еще.

Марси налила полную миску и поставила передо мной. Миста принесла ложку и ломоть хлеба.

Девочки уселись напротив и наблюдали, как я ем — медленно, с трудом поднимая руку. Деревянная ложка словно бы набрала вес, раньше я не замечала, что она такая тяжелая.

— Бабу Нави разбудите, накормите, и пусть дальше спит, до утра точно нельзя ее отпускать. Справитесь? — спросила я у девчонок.

— Мамка на ночь засов задвигает, а на него замок вешает, чтоб мы чего не удумали, — поделилась Миста.

— Это она правильно делает, — сказала я.

После похлебки мне стало получше.

— Пойду домой, — сообщила я Церне, — Тайлер беспокоиться будет, если обе пропадем. Пойдет искать нас.

— Девочек с вами отправлю, проводят до дома, не дело вам одной после такого ходить.

Спорить я не стала. Уверенности в собственных силах у меня не было. Если упаду, хоть будет кому на помощь позвать. Не упала. Сестры убедились, что я вошла в дом, попрощались и побежали обратно.

Тайлера еще не было. Я видела мужчин, что-то утрамбовывающих в снегу. Мастерят ловушки.

Надеюсь, наши общие усилия сработают. Мы должны остановить тварей.

Я стянула поддевку, бросила на лавку — потом уберу. Добралась до постели и рухнула, едва укрывшись одеялом.

Когда я проснулась, уже стемнело. Рядом слышалось спокойное дыхание человека. Я напряглась лишь на мгновение, потом поняла — Тайлер.

Он сидел рядом и смотрел, как я сплю.

— Все получилось? — спросила я хрипловатым со сна голосом.

— Проверим, когда придут. Где баба Нави?

— У Церны осталась до утра, сил много потеряла.

Говорить о нашем общем деле было проще, чем о поцелуе. А темнота позволяла скрывать выражение лица.

Я не знала, как себя вести. Тайлер, судя по всему, тоже.

— Запалю лампу, — сказал он, поднимаясь.

Я почувствовала холод, когда он ушел, и тоже встала. Все равно спала в платье.

— Есть хочу, — призналась я, кутаясь в шерстяную шаль. Меня слегка знобило, хотя в избе было тепло.

— Сейчас разогрею, — донеслось из темноты, а мгновение спустя комнату озарил свет масляной лампы.

Я зажмурилась, привыкая к свету.

— Садись за стол, — велел Тайлер.

Я послушалась, наблюдая, как он хозяйничает у плиты. Вскоре передо мной появилась большая тарелка, наполненная кашей с куском желтого тающего масла. Рядом на блюде лежал ломоть жареного мяса. То, что нужно, чтобы восполнить силы.

От мысли, что Тайлер готовил для меня, внутри разливалось тепло. Я принялась за кашу, а Тайлер начал резать мясо. Накромсав его на маленькие кусочки, подвинул мне.

Тепла внутри стало больше.

Я съела все. Силы понемногу возвращались, но потребуется еще несколько дней, чтобы полностью восстановиться. А бабе Нави — не меньше недели.

В лесу послышался вой. Твари пришли.

— Давай выйдем наружу, хочу посмотреть, как держится обновленная защита, — попросила я и призналась: — Одной страшно.

— Идем, — не раздумывая, согласился Тайлер.

Но вместо того, чтобы одеться самому, подал мне поддевку. Придержал, пока я вставляла руки в рукава. А потом еще застегнул пуговицы, потому что пальцы у меня дрожали.

— Спасибо, — пробормотала я, желая, чтобы Тайлер меня поцеловал, но теперь он принялся за свою одежду.

Зато прежде, чем выйти на улицу, взял меня за руку. В его большой ладони моей было так уютно, так тепло, что я даже почти не расстроилась, что он меня не поцеловал. Мы же идем смотреть на защиту, поцелуи подождут.

Оно было прекрасно, мое творение. То есть наше с бабой Нави. Вокруг деревни словно бы выросла стена, толстая и упругая. Я видела, как твари бросаются на нее и отскакивают, рыча от злобы и ненависти.

Наша кровь придавала стене красноватое сияние, в отблесках которого сверкали глаза Изнанников.

Внезапно рядом с границей раздался взрыв. Яркая вспышка ослепила меня на пару секунд. Когда я открыла глаза, увидела, что не только меня — ослепшие твари яростно кидались на своих же.

Второй взрыв вспыхнул чуть левее, за ним третий и четвертый.

— У Ипентора был порох, мы смастерили четыре бомбы. Но это все, только один раз их потрепать. — Довольная улыбка Тайлера померкла.

Зато твари отступали в лес. Они были дезориентированы, натыкались на деревья и друг на друга. Рвали друг друга когтями и клыками.

А затем одна тварь взвыла от боли, ей тут же завторила другая.

— Медвежьи капканы. — Тайлер снова улыбнулся. — Неплохой ущерб.

Я начала мерзнуть. Он почувствовал это, обнял меня, прижал к себе.

— Идем в дом, ты совсем замерзла.

Тайлер усадил меня в постели, соорудив кокон из одеял. Заварил травы и сунул горячую кружку мне в руки.

Я прислонилась спиной к стене и наблюдала за ним. Какой он красивый. И сильный. А еще заботливый. И ужасно мне нравится.

— Ложись, — велел Тайлер, забирая у меня опустевшую кружку.

Он подоткнул мне одеяло, но медлил, не уходил. Я смотрела на него, ожидая.

— Можно тебя поцеловать? — спросил он, когда наши взгляды встретились.

Я сумела лишь кивнуть. Во рту пересохло, несмотря на выпитый отвар. От предвкушения по коже побежали теплые щекотные мурашки.

Тайлер наклонился ко мне. Я закрыла глаза, наслаждаясь нежным прикосновением его губ. Руки сами забрались к нему под одежду, а затем начали ее стягивать.

— Согрей меня, — попросила я.

— Согрею, — пообещал он и выполнил обещание.