Глава 18.2

Проснулась я от шороха. Открыла глаза, поняла, что Тайлер пытается встать с постели. Бледный, дрожащий, в испарине. Бабы Нави в кухне не было — я понадеялась, что она спит.

Тайлер хотел что-то сказать, но закашлялся. Я вскочила с топчана, подала ему кружку с водой, он тут же ее опустошил.

— Тебе спать нужно.

— Алика…

— Ложись, Тайлер! Потом все расскажешь, ладно? Не сейчас.

Он вздохнул, подчинился. Я посидела рядом еще немного, мы держали друг друга за руки и молча улыбались, пока сон не сморил его.

Старушка вышла из спальни чуть позднее, умылась в тазу, села за стол.

— Баб Нави, — позвала я негромко. — Надо снова послать в столицу. Рассказать про тварей кому-то, кто поверит. А если никто не поверит, то… Бунт устроить! Привезти им в город труп чудовища, пусть своими глазами посмотрят!

— Был бы он, этот труп, — проворчала старушка. — Вчера вон за завесой три лежали, да к утру их и след простыл.

— Как это — простыл?

— А так. Утащили свои же, но точно не наши.

— Все равно надо ехать, — сказала я твердо. — Не могут же они вечно нас игнорировать.

— Могут, — вздохнула баба Нави. — Еще как могут. Им проще сделать вид, что никакой угрозы нет, пока она где-то вдали от них.

— Но люди гибнут!

— Люди всегда гибнут, дочка. А власть имущие всегда находят оправдания.

Тайлер пошевелился, сел на топчане, закусил губу от боли. Я подхватила его под плечи, помогла опереться о подушку.

— В столицу надо, — сказал он. — Я поеду.

— С ума сошел? — возмутилась я. — Ты на ногах не стоишь!

— Мне уже лучше. — Он посмотрел на меня тяжелым, непроницаемым взглядом. — У меня там… знакомые есть, которые поверят.

— Какие знакомые? — насторожилась баба Нави.

Тайлер помолчал, потом ответил нехотя:

— Старые. Из прошлой жизни. Я не хочу вдаваться в подробности, но они мне поверят. И они могут организовать отряд, послать солдат.

— Тайлер… — начала я.

— Алика, не надо. — Он поднял руку, останавливая меня. — Я сам решу, как мне поступить. Не могу сидеть сложа руки, и если есть хоть малейший шанс получить помощь — мы должны им воспользоваться.

Я сжала челюсти, чтобы не разреветься. Он был прав, но отпускать его — раненого, ослабевшего — в долгую дорогу, да еще и в столицу, полную опасностей… Это казалось безумием.

— Подождем хотя бы пару дней, — попросила я. — Чтобы раны затянулись.

— Пара дней — это слишком долго. Каждый день промедления может стоить кому-то жизни.

— А твоя жизнь? — не выдержала я. — Она ничего не стоит?

— Дураки вы оба, — проворчала баба Нави из-за стола. — Влюбленные дураки. Тайлер, подождем маленько. За это время Алика тебя подлечит, силы наберешься. А там уж поедешь. Алика, спустись в погреб, достань мяса. Надо больного кормить, силы восстанавливать.

Как минимум несколько дней у меня есть на то, чтобы его подлечить… и уговорить взять с собой.

Потому что отпускать его одного я не собиралась.

В погребе было холодно и темно. Я зажгла фонарь, спустилась по скрипучим ступенькам, положила в корзинку кусок зайчатины.

Сверху доносились голоса. Баба Нави что-то говорила Тайлеру — тихо, наставительно. Я не разбирала слов, но тон был серьезным.

Интересно, что она ему сказала?

Я выбралась из погреба, закрыла крышку. Расспрашивать, о чем они говорили, я не стала.

За окном светало. Ночь наконец уступила место серому, хмурому дню. Солнца не было — небо затянули тяжелые тучи.

— К вечеру снег пойдет, — сказала баба Нави, выглядывая в окно. — Хорошо, коли не метель.

— Тайлер успеет до метели добраться до столицы? — спросила я, плохо понимая, далеко ли до туда от Охотничьего. — Вдруг она сегодня начнется? Придется отложить поездку, ведь неясно, когда она закончится. Может, день, а может, и неделю снег валить будет.

— Успеет, — ответил он сам. — Верхом быстрее.

Спорить с ним было бесполезно — я уже поняла. Тайлер упрямый, как… как баба Нави. Наверное, поэтому они и ладили.

После завтрака баба Нави велела мне сменить Тайлеру повязки. Раны выглядели лучше, чем я ожидала. Края стянулись, покраснение спало. Конечно, до полного заживления было далеко, но опасность заражения миновала.

— Хорошо, — одобрительно сказала баба Нави, заглядывая мне через плечо. — Твоя ворожба помогла, Алика. Сильно помогла.

Я смазала раны мазью. Тайлер молчал, только иногда вздрагивал, когда я касалась особенно глубоких порезов.

— Прости, — шептала я. — Прости, сейчас потерпи.

— Ничего, — отвечал он сквозь зубы.

День тянулся медленно. Тайлер спал, просыпался, пил отвар, снова засыпал. Я постирала его разорванный свитер и принялась штопать, хотя понимала, что тот все равно негоден для носки. Просто нужно было чем-то занять руки.

Баба Нави иногда поглядывала на меня, хитро прищурившись, но ничего не говорила. Только раз подсела ко мне и прошептала:

— Хороший он мужик. Ты уж его не бросай.

— Я и не собиралась, — ответила я тихо.

— И правильно. Мужики, они такие… Кто девок бросает, кто кобелюет, кто вовсе из ума выжил. А ты держись за своего.

— Баб Нави, да о чем вы?

— Вы друг другу подходите. — Она вздохнула, погладила меня по руке. — Я это сразу поняла, как ты в моем доме появилась. Не зря вас судьба свела.

Я промолчала. Что тут скажешь? Баба Нави права — нас свела судьба, используя тварей, что напали на обоз и заставили меня бежать в лес.

Неважно. Важно то, что мы теперь вместе.

К вечеру Тайлер проснулся сам, сел на топчане без посторонней помощи. Я ахнула, бросилась к нему, но он только отмахнулся.

— Нормально, — сказал он. — Кости целы, мясо нарастет.

— Дурак, — выдохнула я. — Совсем дурак.

— Тоже мне новость, — усмехнулась баба Нави из-за стола.

Тайлер проигнорировал ее, посмотрел на меня.

— Алика, подойди.

Я подошла. Он взял меня за руку, притянул к себе. Я не сопротивлялась — села рядом, положила голову ему на плечо. Незачем уже скрываться от старушки.

Мы сидели молча, слушая, как за окном завывает ветер. Баба Нави ничем не занималась, я не позволила ей, заставила отдыхать, но она все равно отказалась «бессовестно дрыхнуть» и просто сидела за столом у окна.

— Тайлер, — позвала я.

— М-м?

— Я с тобой хочу… ну, в столицу. Мне страшно отпускать тебя одного.

Он напрягся, отстранился, заглянул мне в глаза.

— Нет, Алика. Это опасно.

— А здесь не опасно? — возразила я. — Не хочу оставаться здесь и думать, что твари поймали тебя по дороге. Я еду с тобой, Тайлер. Это не обсуждается.

— Ни за что, — твердо произнес он.

Я застонала от разочарования, уткнулась носом в его шею. Он обнял меня здоровой рукой, прижал к себе.