ЭПИЛОГ

Два месяца спустя…

– Я за тобой, любовь моя!

Фраза эта, затасканная по подмосткам даже в понимании меня, весьма нерадивой театралки, в дешёвом тесном экипаже прозвучала лицедейно. Но, не до смеха стало сразу, как только он в этот тесный экипаж своей огромной массою полез:

– Гантер?! Откуда ты?!

– Я, милая! – и громкий «и-ик» под слёзный скрип рессор. – Пр-рости.

– Ах, ты… ты пьян!

И как же мне всё это надоело! В последние пару месяцев данный господин доставил столько… неприятнос… пробл… раздражающих моментов. И он даже в трезвом варианте уже не в силах осознать: конфликт с представителем тегомийского императорского рода Ладмении не нужен. Никогда! Куда ж летит, подскакивая на ухабах, этот, напичканный прописными истинами, мир? Ведь истинам подобным Кох сам меня учил еще недавно. Ну, а сегодня и сейчас:

– Я за тобой.

– У меня через неделю свадьба. С единственно любимым.

– За любимых замуж не выходят, – и столько грусть-тоски в осоловелых и бессовестных глазах.

Но, мне эта теория о вреде рутины для любви обрыдла. И я сама виновата. Надо было еще с букетов утренних с записками карательные меры начинать. Но, Нэо… И как там их праматерь Нориоки смотрит на убийства дуболобов? Я спросила. Просто так для расширения познаний. Нэо мне ответил. А потом так пристально и долго с прищуром вслед смотрел… Ну, вот зачем нам эти взгляды из-за недомолвок? Незачем. И хватит!

– Кох, замри! Я сейчас… сей-час. О, получилось!

Набалдашник трости провернулся, наконец. И, направленный в застывшего мужчину ободряющий разряд, немедля вынес его вон. Вперед спиной… на мостовую… А он там жив?

– Эр-рментруда?!

Жив, кобель. Я выскочила из экипажа следом. Вокруг седые городские сумерки в тумане – всю неделю шли дожди. И от портнихи мы отъехали совсем недалеко. На отсыревшем красном кирпиче ближайшего строения табличка «Улица картографов, 4». А под табличкой в позе «посижу немного» он. И крайне недоволен.

– Гантер! Ты перешел все грани! Нарушил все пределы!

– И в мыслях не было, – меняя позу, прокряхтел бесстыдник мне в ответ.

Ах, так?!

– С какого хоба ты решил залезть в мой экипаж? И где вообще.., – подскочила, в прыжке пытаясь разглядеть собственного возчика на козлах.

– Я здесь, госпожа! – воодушевленно помахали мне рукой. – Прошу прощения, но господин нам дорогу перекрыл.

– И чем?

– Так, собой!

– Отлично. Гантер?

– Эрментруда, что я хотел сказать?..

– Прости и прощай? – подбоченясь, подсказала я.

Но, бывший старший рыцарь просветленно хмыкнул:

– Нет. Я не отдам тебя ему. Мы вместе махнем подвалом до границы с Джингаром. Мне обещали там такие перспективы.

– Значит, подвалом?

Видно, во взгляде у меня все ж промелькнуло что-то предостерегающе зловещее, ведь Гантер Кох, немедля с мостовой поднялся. Но, было поздно. Хобья сила! Поздно! Я вновь наставила на господина Коха свою боевую трость.

– Эрми, милая, что ты задумала? – он отступил по тротуару в сторону.

– Открыть тебе сакральный смысл любви. Когда в последний раз ты мне прокладывал подвал, то так спешил, что распахнул его на мостовую. Я могла попасть под экипаж. Но, ты так спешил дать Нэо по скуле, что даже не подумал обо мне. Это – любовь? И не смей мне говорить о ней. Себя ты любишь, да. Ну, а теперь…

– Эрментруда?!

Оп-пс! Сюрприз. Подвал за Кохом распахнулся и разряд взлетел. Мужчину снова с криком отнесло. Я разглядеть успела лишь кусты, сплочённые на заднем сумеречном плане. Да и пахнуло изрядно тиною болотной. Вот и всё. А в чем сюрприз? Подвал прокладывала я. И можете меня поздравить – магия ко мне вернулась. Не в том объеме, как до лихоманки, но, показатель 5,9 после 1,3. Однако, это – тайна, но чуть позже я ее вам расскажу. Не успеваю из-за открытия нового подвала.

– Где он?!.. Где этот ёкай [1] шелудивый, хеб [2] ползучий?!

Видимо онсая очень сильно допекло. И внешний вид его (сюртук распахнут, за ухом ложка чайная, а не обычный карандаш) и состояние души (глаза пылают, брови сдвинуты) вещали о взрывоопасном срыве. О, как же я всё это запустила!

– Нэо?

– Что? – качнувшись, обхватил он меня руками. – Давно пора было. Где это…

– Далеко.

– Не понял, – замер мой любимый. – И прошу прощение за выраженья. Артефакт сработал.

– Какой? – протянула я.

Мой муж заёрзал, но объятий не ослабил:

– Драгоценная моя, неужто ты думаешь, я без внимания оставлю этого субъекта? На него сработал.

– Хобья сила.

– И что значит «далеко»?

– На болотах Склочных [3].

– Где? – осторожно уточнил мой муж.

– Конкретней не скажу, – наморщила я нос.

– И отчего?

– Ну-у, подвал ведь мой, а полетел в него прокуратский рыцарь. Допуск у нас разный. И если ориентироваться на меня, то отправляемый на шлагбауме повис. А если на него, то… хоть где. Болота ведь бо-большие. А что ты так смотришь на меня?

– Прекрасная моя, когда он вернется, мы с ним встретимся.

– О, это – не скоро!

– Почему?

– Ну-у, я ведь говорила уже – допуск у нас разный. И господина Коха или загребут сейчас до выяснения или он сам будет блудить по кочкам. Подвалы ведь оттуда все закрыты. И, значит, тоже долго. А я тебя прямо сейчас, ты знаешь что?

– Что? – уже остыв, склонились явно заинтересованно ко мне.

Да я и сама приподнялась на цыпочках:

– Очень хочу поцеловать. Ведь мы весь день не виделись, любимый.

– Согласен полностью...

– Ой – ёй, господин! А как же я?! А заплатить?!.. Поймал монетку то! И благодарю! И скорейшей дороги вам по вашим чумовым подвалам!..

Так вот, о тайнах. С предысторией…

Возвращение в магию мое началось с того момента, как в дом наш вошла молодая пара из Тегома. К всеобщему восторгу, эти интереснейшие люди тут же за порогом скинули свои личины. Ну, или «маски путника». Сваты! Хотя про данную благородную стезю упомянули лишь часа через три-четыре. И так всем было интересно. Высокий и довольно жилистый брат Нэо (Его императорское величество Джэай) все время что-то увлеченно изрекал. Причем, в мужской компании, к которой вскоре присоединился и мой гном. А в нашем женском обществе император просто молча улыбался. И всем по-разному: мамуле моей галантно безупречно, мне благодушно радостно, а вот жене своей вполне знакомо так. Именно так, как улыбается мне мой собственный жених и уже благословенный муж. Видно, улыбка эта – семейная у них… И, кстати! Шим (Ее императорское величество. Ну да, при всем отношении к женщине в Тегоме, высокий мужний титул и к ней приклеен). Маленькая скромница Шимин. Мы с ней одинакового роста. Это – такая радость! А еще она красива, как нежная и трепетная лань. Она красива так, что глаз не отвести. И я в первое время всё ловила себя на единственной настырной мысли: как он мог от красоты подобной отказаться? Пока однажды, уже в Бабикоф на берегу пруда мне не поведали о сокровенном:

– Мы с Джэаем с детства влюблены. Это когда друг в друга. Но, встречались редко. Лишь на больших императорских хориде. Мероприятиях по-вашему, – и улыбнулись мне, потупив очи, сидя на пеньке.

А я и рот открыла:

– В этом вся причина?

– Нет, – замотала головой Шимин. – Влюбленным быть, не значит обязательно получить жэлми.

– А ты его жэлми? Жэлми Джэая? – пересохло в горле.

Безмятежно улыбающаяся девушка кивнула:

– О, да, уважаемая Эрментруда.

– Значит, ты – жэлми.

– О чем задумалась, прекрасная моя? – через мгновенье приземлился Нэо, бухнувшись коленями в песок.

Ох, о чем же я задумалась! И со своего пенька его руками обхватила:

– Расскажи мне, – прямо в ухо сокровенно прошептала.

– Всё, что захочешь.

– Правду.

– Да. Разговор у нас серьезный.

– Не ёрничай… Скажи, ты бы женился на Шимин? Нэо, погоди, не хмурься и ответь. Ты старшим был в своем роду. Она – единственный путь к трону. И если бы Шимин жэлми Джэая не была, женился бы?

– Ты правду хочешь, драгоценная моя.

– Да!

– По долгу бы пришлось, женился.

Я глубоко вдохнула, вмиг закрыв глаза, чтобы почувствовать на веках и щеках едва заметные касанья – поцелуи. Хобья сила! Ну, вот зачем мне это знать? Я – его жэлми! И это – навсегда. И надо было так богам и людям. Я – его жэлми… А как же он целует хо-рошо… О-о.

– А-а!

– Джиса… ох, что ж ты кричишь так?

– Гаврюша, ты опять?! Твоя спина! И брось дрова на землю эти.

– Всё нормально! О-ох!

– Джэай, а мастер Фудо с вами прибыл?

– Вызову его сейчас из столичной гостиницы.

Вот так, благодаря обострению радикулита у господина некроманта я и вернула свою магию. Хотя, первоначально этот уникальный тегомийский мастер мне поправил третью чакру. И кто же знал, что между ней и восстановлением резерва есть такая прочная прямая связь?.. Но, я учусь пока и, значит «публичных выступлений» с магией не предвидится (а Кох – мое заслуженное исключенье. Заслуженное!).

Свадьба...

Зачем же мы придумали всё это? Кто первым рот свой с несдержанными обещаниями на языке открыл?.. Ведь, вроде, взрослые все люди. Умные. Расчетливые. Так причем здесь эта свадьба?

– Я убежать хочу. Уползти. Блохой упрыгать. Улететь.

– При скорости в пятнадцать миль… Точно, ползанье.

– Собрать свой саквояж и дёру. Отсидеться есть где.

– Только два. А надо три, как минимум сиденья… Эрментруда?

– О! Ты меня заметил.

И это ли не повод радостно подпрыгнуть? Что я и сделала. Нэо прищурился скептически из-за стола:

– Сарказм?

– Нет, что ты?

– А ты давно вошла, прекрасная моя?

– Вот, только.

И когда так говорят, кривляться и кривиться всё желание пропадает – я ж прекрасна. А муж мой, вижу, что устал. Откинулся на спинку стула. Ожесточенно потёр ладонями лицо и запустив во взлохмаченные пряди свои пальцы, расправил плечи:

– Так. Погоди… Свадьбу ты не хочешь?

– Ну, не то, чтобы…

– Ты не хочешь то, что получилось из всей этой затеи?

– Да!

– Иди сюда, – и мне раскинули гостеприимно руки.

А к чему мне ждать? Да и рассказывать, ну, то есть, жаловаться на судьбу логичней непременно в этом положении – на коленях.

И если начинать с самого главного, то, после рассекречивания приезда тегомийской императорской четы грядущее наше семейное событие приобрело, вдруг, государственный масштаб. Нам даже загородный королевский дворец для его проведения предложили. Естественно, с довеском из сплоченной группы высоко государственных гостей. Кстати, в случае согласия, значительную часть расходов брала на себя казна. Сей факт нас всех воодушевил?.. Нисколько. Даже моего прижимистого гнома. Хобья сила! Из этого всего актуальным был лишь брачный договор… Давно подписанный. И я не помню, что сначала подписали: мы с мужем данный договор или король назначение моего отца главным послом в Тегоме. Вот этот документ мы в Бабикоф на берегу пруда семьей и отмечали… Или создание воздушно-транспортного синдиката «Анелуки – Ортпман»?..

– Эрми? Что с тобой?

– А? – встрепенулась. – Вспомнить не могу. А раньше не было такого. Нэо, это – ненормально.

– Драгоценная моя, «ненормально» помнить столько, сколько помнишь ты.

Я посмотрела так внимательно-внимательно на мужа:

– Что ты такое говоришь? Под данным словом я подразумеваю нашу свадьбу. Шестьсот девяноста пять гостей… Кто эти люди?

– Ну, – ткнулся Нэо носом в мою шею. – Там не только люди.

– Любимый, кто все эти люди? Гномы? Эльфы тоже будут?

– Угу. Пара моих знакомых.

– Этих знаешь. А еще родственников своих и моих. Еще наших друзей. И если разобраться: от нас с тобой там будет максимум… – наморщила я нос. Мой муж тут же утробно в мою шею зарычал. – гостей так тридцать – сорок. А остальные кто?

– Они наше отсутствие едва заметят.

– Точно!.. Нэо?

– Ммм?

– Оставь в покое мою шею. Мне пора. Гостиный гарнитур заказать и шторы в гостевую спальню. Мы вчера с Самайрой уже… при-приглядели… Нэо?

– Не слышу.

– Мое платье… Я так долго бант на нем завязывала… Ой. У-уф… У тебя чернильница упала. И чертеж спикировал на пол… Ох, этот… пол. Этот ковер. Его еще менять… Во всём нашем с тобой просторном доме есть пока лишь твой рабочий стол и одна огромная кровать. Хотя для Мезиты в кухню всё уже купили… Любимый… О-о… Мне пора… Ой, мамочка. Не надо так… А, впрочем…

– Надо.

– На-а-до…

В день этот, невыносимо солнечный, в день нашей с-свадьбы, я проснулась рано. Лежала тихо и слушала с закрытыми глазами голоса какие-то… Нет. Странный тихий шум. П-пых. Ш-ш-шм. П-пых. Ш-ш-шм. П-пых. Ш-ш-шм. И будто сила дерзкая подбросила – нет, не может быть… Вокруг обычная, но небольшая спальня. Со светлой мебелью, ковром пушистым, низким потолком. И только небо, солнце, облака громоздкие в окне без шторы, где подглядывать возможно только птицам.

– Матерь Божья, хобья сила.

– Мы сбежали. На высолете.

Муж подошел неслышно и обнял, прижав спиной к своей груди.

– Я поняла.

– И не расстроена?

– Нет. Мы здесь вдвоем с тобой?

– Угу. Но, если хочешь…

– Обними меня покрепче. И замри. Вот так и полетим вдвоем.

– Прекрасная моя, всегда согласен...

* * *

[1] Одноглазый пакостливый призрак из тегомийских географических широт.

[2] Змей – совратитель девственниц оттуда же.

[3] Охраняемый заповедник нечисти в Ладмении со строгим режимом допуска на его территорию.