Глава 51. Разные цели

— Бегай, — приказал Курро.

Я ответила вопросительным взглядом, и он небрежно взмахнул рукой:

— Маг должен быть выносливым. Если ты не можешь быть выносливой, всё остальное бессмысленно.

— Даже изучение способов увеличения выносливости с помощью магии? — уточнила я.

— Покажи, на что ты способна.

Похоже, он не потрудился узнать обо мне побольше информации.

Скептически глядя на него, вздохнула и побежала. Надеюсь, он не придумал слишком много испытаний для допуска меня к настоящим занятиям.

* * *

Глядя на запрыгавшие на бегу тугие девичьи груди, Курро дир-Калво мысленно злорадствовал: сейчас она утомится, запросит о пощаде, и он прогонит её, как не способную на простейшую разминку.

Почти на сто процентов уверенный в том, что ничего больше, кроме этой пробежки, для изгнания нахальной девицы не потребуется, Курро самодовольно улыбался и ждал, когда у неё собьётся дыхание и начнут дрожать стройные ноги.

Но через два часа от улыбки Курро осталась только спазматическая боль в мышцах лица.

Лилиан бежала легко и, казалось, могла продержаться так до заката.

* * *

Меня не слишком утомляла пробежка, скорее было интересно, как скоро Курро поймёт, что его идея абсолютно провальная. По крайней мере, если он так и оставит меня просто бегать в умеренном темпе.

Считая меня почти бездарной, он полагал, что мне не хватит резерва на долгий забег, но он мог бы сберечь своё время, если бы заставил бегать быстрее или менять темп — это повысило бы расход маны. Но нет, Курро предпочитал затягивать, со странной улыбкой наблюдая за мной. Может, ему нравилось смотреть, как девушки бегают? Особенно с такими прыгающими шарами.

В общем, побегав, я уже подумывала, как его спровоцировать на переход к следующему этапу испытаний, когда Курро, наконец, созрел.

— Стой, — он смотрел на меня крайне хмуро. — А теперь отжимайся.

Как же хорошо, что я ману сразу закачивала извне, а не как эти современные маги черпала из медленно пополняющегося резерва. Мой второй уровень позволял выдерживать такую нагрузку.

* * *

Сбившись в счёте где-то на трёх сотнях отжиманий, совершенно неожиданных в исполнении столь хрупкой девушки, Курро дир-Калво вынужден был признать, что простой способ избавиться от навязанной ученицы не работает.

Улыбаться он больше не мог. Происходящее всё больше напоминало настоящий вызов, а проигрывать Курро не любил.

* * *

Правильное дыхание, правильная циркуляция маны по каналам для подпитки мышц — я долго была слабым магом и даже поднявшись на высокие круги по привычке продолжала использовать экономичную подпитку, только позже осознав, что такой филигранный контроль позволял усиливать мышцы намного лучше.

Дело в том, что слишком мощный поток маны мог стать разрушительным, и люди, которые перескакивали на более высокие круги благодаря зельям и подпитке камнями маны, чаще всего не могли так тонко воздействовать на своё тело и потому не выжимали максимум из своей силы.

Здесь и сейчас всё было ещё проще: меня никто не торопил, не было отвлекающих угроз жизни, а окружающие маги поглощали ману медленнее меня, так что почти не составляли в этом деле конкуренции.

В общем, я могла очень долго неспешно бегать и столь же размеренно отжиматься.

— Хватит, — угрюмо велел Курро.

Оттолкнувшись от песка, я выпрямилась и отряхнула ладони друг о друга. Курро смотрел на меня очень странно.

— Мне поприседать? — спросила я. — Или перейдём к следующим испытаниям? Что вы там хотите? Спарринг?

Я указала на меч на его поясе.

Курро фыркнул:

— Боюсь, это станет слишком большим испытанием для тебя, девочка.

Кажется, он начинал меня бесить. Немного.

— Тогда зачем вы принесли меч? — поинтересовалась я, подойдя на пару шагов. — Для солидности?

— В твоём тоне звучит намёк на неуважение, — сильнее нахмурился Курро.

— Прошло три часа нашего индивидуального занятия, а вы ни слова не сказали о магии. Естественно, у меня возникают некоторые сомнения, — я приблизилась ещё на пару шагов. — В вашей компетентности.

Маги молний одинаково хороши на любой дистанции, но объём маны, которую Курро мог быстро использовать, превышал способность моего нынешнего тела к прокачке маны, так что его щиты с расстояния мне не пробить, поэтому в случае потасовки следовало находиться ближе, чтобы сразу добраться до тела.

Курро выше задрал подбородок, что придало его миловидному лицу ещё более надменное, чем прежде, выражение.

Я остановилась в полутора шагах от него и прямо спросила:

— Неужели я права, и ваши успехи в преподавании связаны с правильным выбором перспективных учеников, а сами вы не более чем хороший материал для размножения?

Его глаза в обрамлении густых ресниц распахнулись шире:

— Не забывайся!

— Тогда и вы не забывайте, что вы наставник по магии, а не куратор по физическому развитию.

— Я проверяю твои способности, чтобы составить программу обучения.

— О, — на этот раз я позволила себе насмешливость, хотя понимала, что с текущей внешностью любые эмоциональные проявления слишком похожи на кокетство. — И к каким выводам вы пришли?

Тень задумчивости промелькнула на лице Курро, он осмотрел меня внимательнее, больше концентрируясь на руках и ногах. Неужели, наконец, сообразил, что моя выносливость явно выше уровня «бездарность»?

— Ты неплохо развита физически, хотя внешне этого не скажешь. Но для женщин выносливость не удивительна, — выдал Курро, похоже, решив игнорировать признаки, не соответствующие его изначальным представлениям обо мне.

Я уже утомилась перед ним плясать, и вообще ужин скоро, Синеглазку проведать надо. Понимаю, Курро привык, что девицы перед ним стелятся, но…

— Раз ты принесла свой красивенький меч, сейчас мы проведём спарринг, — заявил Курро. — И если ты не расплачешься и не убежишь, я проверю, что ты там умеешь в магии со своими убогими способностями.

Между нами повисло молчание. Этот самовлюблённый идиот даже руку к мечу не потянул, лишь смотрел на меня с ухмылкой.

Глядя на него исподлобья, я опустила носик сапога в песок, а затем резко вскинула, чётким движением отправляя горсть песка в лицо Курро.

Семь лет в академии для такого молодого мужчины, не проходившего школу войны — это слишком долгий период расслабленности. Курро отшатнулся и схватился за лицо, моргая. Я с разворота влепила ему усиленной и ускоренной ногой в живот, дёрнула за воротник и, поймав его голову в замок, игнорируя боль от покрывших его тело разрядов тока, ударила его лицом об колено.

Отскочила, встряхивая саднящие руки. Курро рухнул на четвереньки и застонал, поливая песок кровью из разбитого носа. Голубые разряды миниатюрных молний бились на его руках и вдоль спины.

Похоже, от боли он не мог сосредоточиться и достать меня разрядом или слишком растерялся для этого. Настороженная, я деликатно ждала, когда он оклемается.

Курро вправил нос, отдышался и поднялся. Делая это, а потом отряхиваясь, на меня он не смотрел. Я следила за каждым его движением и маной вокруг, готовая отскочить или контратаковать в любой момент.

Ещё раз пощупав опухающий нос и осторожно протерев с верхней губы кровь, Курро оглянулся на меня:

— Это было нечестно!

— Гонять меня по полигону вместо занятий тоже нечестно, — отозвалась я. Помедлила и уточнила: — Вы всё ещё хотите спарринг?

— Это было нечестно, — повторил он.

— Нечестно для занятия магией устраивать мне трёхчасовую проверку физических возможностей, когда за это отвечает куратор, и вы вполне могли осведомиться о результатах моих тренировок и выносливости у него. Мне просто нужна консультация. Хотите ещё один спарринг — хорошо, давайте.

— Ты называешь то, что было, спаррингом? — почти воскликнул Курро.

— А что это было? — удивилась я.

— Подлый удар, такие ни к чему не приведут.

На миг мне показалось, что от такого заявления у меня выплеснется мозг: а как ещё тренировать свою готовность к любой атаке? Ждать, когда то же самое сделает враг и надеяться, что сумеешь среагировать? Моргнув, я снова посмотрела на Курро, но он по-прежнему выглядел возмущённо и вполне серьёзно.

Приподняла руку:

— Простите, вы здесь учите стражей, которые порядок в королевстве наводят, границу защищают, преступников ловят и всё такое, или салонных сопровождающих, которые махают разукрашенными ковырялками и пуляют магией на дуэлях на потеху благородным девицам?

— По подворотням со всякими преступниками разбираются рядовые и простолюдины, благородный человек занимается командованием и массовыми заклинаниями. Поэтому вот это всё, — он презрительно махнул на песок арены, — забудь. Где ты этого набралась? Ты герцогиня или бандитка?

У меня задёргался уголок губ. Ну, в общем, таких «правильных» я на своём пути тоже встречала, и перевоспитывать их вне ситуаций угрозы для жизни просто бессмысленно. Учитывая его стратегическую ценность и несопоставимость сил с простыми людьми, его действительно могли во всякие подворотни к плохим дядям и тётям не пускать, а вполне себе холить и лелеять.

Мнение о современных сильных магах в моих глазах упало куда-то на уровень подвала.

— Я бедная сирота, — вздохнула я. — Некому было обучить правильному ведению боя, сделайте одолжение, помогите разобраться, а то так и буду позорить благородное сословие неправильным поведением. И ещё у меня большая проблема с магией: когда я её применяю, разряд пробивает ягодицу. Я очень-очень хочу решить эту проблему.

— Я же сказал: сначала — спарринг.

— Давайте вы не будете таким.

— Каким таким? — прищурился Курро.

Мудаком зазнавшимся.

— Упёртым до глупости, — вслух смягчила мнение о нём. — Я не строю глазки, не кокетничаю, никак вас не домогаюсь. Я просто хочу контролировать свою магию, а вы по умолчанию лишаете меня права хотеть учиться только потому, что у меня есть это.

Я указала на выпирающую грудь. Курро тоже посмотрел на неё. Я подняла руку и щёлкнула пальцами, привлекая его внимание к ним:

— Давайте вы просто будете наставником по магии, а я буду просто учеником, без вот этих всех предвзятостей. Я ведь не отношусь к вам предвзято только потому, что вы смазливый и ценный в размножении, я к вам со всем уважением как к наставнику обратилась.

Его сломанный нос немного не соответствовал «уважению», но… это ведь мелочи, правда?

Курро то щурился, то шире раскрывал глаза, то снова щурился.

Дополнительно пообещала:

— Как только решится проблема с отдачей в филей, я сразу от вас отстану. Клянусь. Так что давайте решим это быстро.

— То есть ты утверждаешь, что явилась ко мне только потому, что у тебя не получается контролировать свою стихию? — Курро покачал головой и вздохнул. — Глупая, ты просто не понимаешь: с твоим уровнем магии ты в принципе не можешь контролировать стихию, естественно у тебя ничего не получится, и тут даже самый лучший наставник не поможет. Получается, ты предлагаешь мне всю жизнь с тобой возиться. И после этого ты надеешься кого-то обмануть уверениями, что явилась сюда не ради меня?

Захотелось ещё разок сломать ему нос.

Я выставила руку в сторону. У меня действительно был отличный контроль маны, основанный на нескольких десятилетиях активного опыта. За исключением полугодового перерыва, магию я с момента её освоения применяла ежедневно.

Конечно, он этого не знал, меня раздражал сам современный подход к магии, эта тупая зашоренность.

Молния была чуждой стихией, но, сформировав над ладонью шар из маны, я смогла наполнить его электрическими разрядами. В силу особенностей разрядов он не мог выглядеть таким идеально гладким, как огненная сфера, но всё равно было заметно, что молнии находятся внутри чёткого контура. В мои времена такую чёткость контроля обретали где-то на третьем круге.

Шарик был прекрасен, и я была бы довольна, если бы меня при этом не шарахало в задницу так, что сжимались зубы. Покатав шарик на пальцах, я подбросила его и подхватила другой рукой — тут же стрелять начало в другую ягодицу. Чем дольше я держала контроль, тем неприятнее становилась пробивающая боль, вон и колено задёргалось в такт отдаче.

Поведя рукой, я заставила шарик облететь меня по ровному кругу и швырнула его под ноги застывшему Курро. Крак! — громыхнул разряд, сплавляя песок в слюду.

Только когда шарик, поддерживаемый моей маной, исчез, боль в ягодице пропала. Я бесстыдно её потёрла.

— Как? — тихо спросил округливший глаза Курро.

— Вот и мне интересно, — буркнула я, после чего с вызовом произнесла. — Как от этого избавиться? Чем дольше я контролирую разряд, тем сильнее отдача.

Он покрутил пальцем, примерно указывая на траекторию полёта шарика молний, и повторил:

— Как ты смогла это сделать?

— С помощью магии, конечно, — отозвалась я. — Это очевидно, разве нет?

Его глаза оставались всё такими же округлёнными, словно я ему площадную технику показала, а не поигралась с шариком, который обычно использовался как подсветка. Ну, точнее, у магов огня такая штука больше на подсветку подходила или подпалить что-нибудь сухое, в крайнем случае — отвлечь нападающего, а вот молнии даже такого размера могут человека вырубить.

Не сводя с меня странного взгляда, Курро потёр висок.

— Так вы поможете мне решить проблему? — я уже начинала сомневаться, что эти современные маги способны хоть на что-то.

Он продолжал странно на меня смотреть.

— Такое… — он снова дёрнул рукой и выдохнул, — такой потрясающий контроль маны.

Курро огляделся по сторонам, будто искал, не прячется ли где-то поблизости настоящий создатель шарика молний, после чего снова недоверчиво уставился на меня.

— Что ещё ты можешь? — поинтересовался он с подозрением, но тут же тряхнул головой. — Нет, вряд ли ты смогла освоить что-то ещё.

Молнией бы ему в лоб, чтобы учился учиться на своих ошибках. Но после столь бурной реакции на простую светилку я поостерегусь показывать свой арсенал. Поэтому вернулась к главному вопросу:

— Почему меня саму пробивает молнией?

— После активации стихийного элемента нужно замыкать его внутри резерва, чтобы не влиял на тело, — небрежно пояснил Курро. — Ты с твоим уровнем магии…

Кажется, я немного не справилась с выражением лица или своей кровожадностью, потому что он отступил на шаг и исправился:

— Возможно, тебе удастся взять это под контроль.

— Замыкать внутри после активации… — задумчиво произнесла я.

И ведь ни в одной книге об этом не упоминалось!

Стихия огня, наоборот, требовала сброса во вне, чтобы не прожарить внутренности. Я не задумывалась о точке выхода, ведь выброс не воспламенялся на какой-то части тела, даже особо не поднимал температуру, это было что-то вроде обмена импульса с миром, и я всегда думала, что выброс происходил через всю кожу… но через ягодицы?

Возможно, присказка о том, что филей чувствует неприятности, была не просто забавным предположением, а имела глубокий смысл из-за связи этой части тела с миром?

Итак, причиной ответных ударов молнии могло быть то, что эту стихию надо замыкать внутри себя?

— А внутренности не спалит? — уточнила я.

Потому что маги огня точно могли словить проблемы со здоровьем из-за такой вещи, и я думала, что у всех так же. Для меня это было такой основой основ, что я об этом вспомнила только после замечания Курро. Он надменно ответил:

— Не надо выводить на них стихию и всё, ведь резерв не во внутренностях находится.

Так-так, похоже, для молнии нужен маленький закуток. Но вот переучиться, привыкнуть иначе взаимодействовать со стихией… Это следовало обмозговать.

Закрыв глаза, я попыталась снова сделать шарик, но уже с поправкой на новые обстоятельства. Отработанные рефлексы по направлению маны и задействованию стихийного элемента норовили сработать ежесекундно, и всякий раз мне приходилось сдерживать порыв, чтобы взаимодействовать со стихией по-новому.

Замкнуть стихийный элемент, изолировать его внутри своей магической структуры… для этого, пожалуй, придётся скорректировать каналы маны, чтобы создать дополнительный контур. Но пока — пока я держала молнию в узде концентрацией воли.

Очень-очень сосредоточенно, больше ни на что не обращая внимания, я позволила стихии проникнуть в шарик на ладони и снова замкнула её внутри.

Ожидание отдачи не оправдалось, ягодицы чувствовали себя прекрасно. Держа элемент молнии внутри себя и молнию на ладони, я подбросила шарик несколько раз, убеждаясь, что отдачи до по-прежнему нет. По лбу заструились капельки пота — привычка всё же вторая натура, и её преодоление требовало немеряно сил.

Швырнув шарик под ноги, я ощущала себя как… да как будто я несколько дней дралась, даже спина стала влажной от пота — настолько трудно было действовать по другому принципу. Но получилось. Это требовало практики.

Я распахнула глаза. Курро всё ещё пялился на меня.

— Есть ещё советы? — спросила я. — Какие-то особые приёмы замыкания стихии?

Он качнул головой.

— Спасибо за консультацию, — с лёгкой улыбкой кивнула я и направилась к выходу с полигона.

Я уже миновала половину пути, когда в спину донеслось:

— И это всё?

Замедлившись, ответила:

— Ну, я попрактикуюсь, если других сложностей не возникнет, на этом всё.

После чего дошла до ворот и толкнула створку врезанной в них двери. Уже вечерело, и желудок требовал ужина. На карауле стояли те же двое и опять болтали, но, завидев меня, многозначительно заулыбались.

— Заинтересовала ты его, — доверительно сообщил левый.

— Поздравляю, но берегись других девушек, как бы не сожрали, — посоветовал правый.

Ну, со всеми студентами я была в некоторой степени настороже (буйные подростки порой бывают занозой похлеще взрослых), поэтому не особо обратила на их слова внимания, закрыла дверь, на прощанье махнула им рукой и отправилась в зону отдыха, надеясь встретить Синеглазку.

В конце концов, обычно именно он платит за еду, я к этому привыкла.

* * *

Только двадцать минут спустя до оставшегося на песке полигона Курро дир-Калво дошло, что леди Лилиан не кокетничала, а действительно не собиралась приглашать его на ужин.

Он вообще-то собирался в виде великого исключения принять приглашение, чтобы расспросить, как она смогла к такому возрасту выработать столь изумительный контроль маны при её мизерном резерве. Какие упражнения она делала? Как часто?

То, что она показала с шариком молний — в его глазах это было что-то с чем-то… и, возможно, тут имелся какой-то секрет.

К тому же она красивая…

…герцогиня, наследующая титул.

* * *

Синеглазки в зоне отдыха не было, а у меня не было настроения общаться с молодняком, так что я заказала еду на вынос.

На меня поглядывали и даже обсуждали, тут и там звучало «Курро», «дир-Га», «дирра-Гиор» и почему-то поминали ещё маркиза Эрика, хотя с ним у меня никаких особых отношений не было. Оперевшись на стойку, я потягивала морс и в ожидании ужина притворялась глухой, обдумывая ситуацию с молниями.

Такая простая причина отдачи стихии в тело требовала переосмысления всего моего арсенала, перестроения самого принципа взаимодействия с маной и стихией, которые для меня стали рефлекторными. А ведь переучиваться сложнее, чем учиться заново.

Получив свой свёрток с продуктами, я отправилась к общежитию, высматривая Синеглазку. Так как известий об аресте шпиона среди шепотков я не уловила, поводов для беспокойства о нём не было.

Да и Дина Лир, выходившая из общежития в нарядном платье, ничего такого не упомянула, зато со взором горящим осведомилась:

— Как прошли занятия с Курро дир-Калво? Говорят, он очень хорош!

— Так себе, — отмахнулась я. — Меня не впечатлил.

Дина шире распахнула глаза, а я воспользовалась её растерянностью и скрылась в общежитии.

Мне нужно было попрактиковаться.

* * *

Только в сумерках, когда посланцев короля и ордена седьмого водопада после обильного ужина собрались размещать по комнатам в башнях магии, Арман-Лисар покинул их компанию.

Как это часто бывает с комиссиями, их больше развлекали, чем обсуждали важные дела, но Арман был вполне удовлетворён полученной информацией. И в глубине души посмеивался над всеми этими конспираторами, не заметившими шпиона под самым носом.

Похоже, орден огненного щита здесь ни во что не ставили.

Арман легко перемахнул напичканную защитными чарами стену и побрёл куда глаза глядят, мысленно составляя отчёт для великого магистра. Всё же орден ещё мог быть полезен, и не сообщить услышанное было бы глупо.

Задумчивость не помешала Арману ощутить чужое пристальное внимание и то, что вскоре за зданием на его пути стали собираться маги.

«Меня заметили водники или студенты шалят?»

Арман поднял взгляд: далеко впереди тёплым светом окон манило женское общежитие. Улыбка тронула его губы, сердце наполнилось предвкушением, Арман мысленно потянулся к метке, которую повесил на меч Варды, желая проверить, на месте ли она в столь поздний час… и улыбка сползла с его губ.

Меч находился не в женском общежитии.