Глава 9

– Ну же, пожалуйста, я очень прошу! – я донимала господина Рока после занятия. – Понимаете, он обзавелся осведомителем в лице моего братца, а я так и осталась ничего не знающей и ничего не понимающей! Хоть намекните на его прошлое!

Меня отстранили от классов, а дополнительные занятия директор Истер из внимания упустил, потому их я не пропускала. Но на этот раз преподаватель не был рад моему рвению. Демон посмотрел на меня угрюмо и давящим голосом припечатал к полу:

– Посмотри внимательнее, девочка-самоубийца, в мои красные глаза и задай себе вопрос: я точно похож на подружку для сплетен?

– Совсем не похожи! – боязливо призналась я. – Но и меня поймите. Он уделяет мне столько внимания, так сильно помогает, что невольно задумаешься о причинах.

– А на этот вопрос у меня нет ответа, Нилена, – произнес Аштар. – Кроме романтического интереса я ничего не могу придумать. Если эта догадка верна, то расслабляйся и получай удовольствие – если не станешь его женой, так хоть опыта наберешься. Потом с другими драконами будет попроще. Но поперек этой версии идет тот факт, что Май всегда был равнодушен к девушкам человеческой расы. Потому возможное замужество все-таки вычеркни и просто получай удовольствие.

У демонов всегда так: они любую тему способны привести к постели или драке. Даже если бы я рассказывала ему о болезни своей прабабушки, он все равно закончил бы интимными утехами. Или дракой с прабабушкой, да. Но я поверила, что объяснения у него нет, потому переключилась:

– А про того дракона вы знаете? Про Тирия! Если вы раньше дружили с милордом Ао, то тоже могли быть с ним знакомы! Как такое возможно, что самое могущественное существо белого света потеряло разум?

Красные дымки начали втекать в его глаза, а голос сделался еще суше:

– Ты сейчас мне специально напомнила, что я проспал самое интересное событие в университете за последние двадцать лет?!

– Да я не о том!

– Мне ужинать пора, Нилена!

– Как удачно, что я могу вас как раз до столовой проводить!

Демон вздохнул и по пути все же рассказал, что знал:

– Тирий всегда был слишком добр и мягок, он совсем не подходил для той власти, что ему была уготована. Но пребывал в здравом рассудке. А потом его жена убила его любовницу. Такое у драконов изредка случается, особенно у тех, кто у кого «жена» и «любимая» – это два разных слова, а не одна фраза.

– Ну прямо самая большая банальность, – усмехнулась я. – И это свело его с ума?

– Именно так. Это неизбежно для них – спятить, если единственная умирает. Они не умеют переключаться, все их инстинкты завязываются на взаимной любви. Но обычно мы о таких случаях даже не узнаем. Однако Тирию, этому жалкому сопливому мямле, хватило душевных сил на одно – принять боевую форму. Скорее всего, это последнее, что он о себе помнит. Больше ничего разумного он за свое долгое существование не сделал и не сделает. Зато ему как раз в этом повезло: вряд ли он сейчас страдает, драконы после обращения очень быстро забывают свою мирскую жизнь.

– Какая печальная история, – тяжело вздохнула я. – Бедный дракон! Бедные все драконы, если им грозит такая боль, которую ни один из них вынести не способен.

Аштар вдруг остановился на полушаге, посмотрел на меня и произнес медленно:

– Ты права. Гуманнее убить самого дракона, чем его женщину. Вернее, они воспринимают подобное как собственную смерть, но разница в том, что та смерть никогда не заканчивается – она длится и длится. Даже мне не по себе, а я обычно не щепетильный.

Он пошел дальше, а я застыла на месте в ужасающем осознании. Мне ведь эту же историю рассказывали – другими словами, с другой стороны, но это была она!

– Подождите… – меня подводил голос. – Подождите, господин Рок! Вы убили любимую женщину милорда Ао?..

Конец фразы прозвучал почти писком, настолько вопиющим и немыслимым было предположение, в котором я уже почти не сомневалась. И добавить главный вопрос я себя заставила:

– Но как же это возможно, если все драконы неизбежно теряют рассудок?

Демон обернулся, медленно вернулся, протянул могучую ладонь, взял меня за шиворот, поднял одной рукой в воздух и встряхнул, после чего аккуратно поставил на землю. Видимо, это и был его исчерпывающий ответ на все вопросы. Переспрашивать уж точно всякая охотка отбилась.

* * *

Теперь вынужденные отработки в библиотеке пришлись на руку. По заданию старшей я расставляла книги по алфавиту и протирала пыль, но и фамильный реестр между делом полистать не забыла. Как выяснилось, Тирий не просто принадлежал к императорской семье – он даже был коронован! Правда, на престоле просидел всего несколько месяцев, потому его имя в моей деревенской школьной программе даже не упоминалось. Больше никакой полезной информации, лишь перечислены семьи, поддерживающие династию и воцарение на престол его младшего брата, правящего вот уже более столетия. Хотя примечательный факт я все же нашла – уже в другом издании. Нынешний наследник престола как раз является родным сыном Тирия и его фаворитки. Видимо, той самой, что погибла. И все же история печальней некуда. Мне со стороны такой слабости еще никогда не приходилось размышлять о могущественных драконах.

Осознание произвело на меня неизгладимое впечатление. Теперь я не дерзила милорду Ао, а пристально рассматривала его профиль всякий раз, когда он не мог заметить мой взгляд. И невольно сочувствовала его потере. Зачем же я была с ним так груба? Мало ли, по какой причине он решил мне помогать? Может, его любимая тоже была рыженькой или обладала похожим даром? Или он просто решил сосредоточиться на бессмысленных задачах, чтобы хоть ненадолго забыть о своей боли? Или… или… Спасшемуся от безумия, но прошедшему по его краю определенно не обязательно иметь те же мотивы поступков, что требуются с остальных людей.

– Что, Нилена? – Он все-таки заметил.

– Ничего. Просто благодарна вам. Кажется, с такой подготовкой я уже в конце этого года смогу получить диплом об университетском образовании.

– О, ты наконец-то оценила мои усилия. Думал, что помру от старости, прежде чем ты признаешь мое участие.

А ведь его жизнь давным-давно закончена, отсюда и циничное равнодушие ко всему происходящему. Неужели я не могу быть капельку терпеливее?

– Что еще, Нилена?

– Ничего. А может, в следующий раз, когда вы с Митем пойдете в пивную, то и меня с собой прихватите?

Он неприкрыто усмехнулся:

– Вот это прогресс! Тебя Аштар на занятиях головой об пол бил? То есть прихватим, конечно. Теперь я буду ждать еще от тебя фраз, которые начинаются со слова «ничего». Похоже, только после него ты говоришь что-то интересное.

Его глаза так загорелись непонятной радостью, что я засомневалась, не воспринял ли он мое внимание как-то слишком близко к сердцу. С другой стороны, если я способна поднять настроение тому, у кого никакого настроения уже и в помине быть не должно, то не зря проживаю свои деньки. Я ведь целительница! А исцеление души – самый сложный раздел в лекарском искусстве. Наверное, с этого теплого чувства частичного понимания и начался мой конец, который я тем днем, конечно же, еще распознать не могла.

* * *

В первый же выходной день мы последовали утвержденному плану.

Эта парочка новоиспеченных друзей, которых и рядом-то друг с другом представить невозможно, уже повадилась в Радожку пропустить по стаканчику. Поэтому Мить не волновался и как-то совсем по-свойски обращался к милорду, да и тот не отставал. Иногда проговаривался и показывал, что уже все-все о нашем с братом детстве разузнал:

– Обычно дети друг за другом вторят, а у вас так забавно вышло – замечательная Седа для Митя в памяти осталась «мамулей», а для Нилены – «бабулей». А объясняется все такой простотой, как возраст, в котором вы в ее дом попали. И все же странно, Мить, никак не могу придумать: что ты младенцем в лесу забыл, да еще в такой дали от Шестой Окраины? Твои соплеменники ребенка вряд ли бы бросили.

– Дам золотой крат тому, кто поведает мне эту историю! – усмехнулся зверолюд.

– А у тебя есть золотой крат? – деланно изумился дракон.

– У тебя одолжу, дружище. Тебе ж интереснее моего, откуда я младенцем в лесу взялся!

– Не настолько!

– Повторю вопрос, когда ты вторую кружку пива допьешь, Май.

Я сидела с ними за столиком, подперев рукой щеку. Было видно, что они о подобном уже не раз болтали. Трактирщик тоже к их присутствию успел привыкнуть, хотя все еще немного заикался:

– Не прикажете ли подать даме доброго вина, милорд?

Дама в моем лице помотала головой, потому и драк-шелле отмахнулся – мол, если сам он пьет дешевое пиво, то и спутница его не должна побрезговать. Надеюсь, он здесь щедро платит за свое присутствие: многие посетители весело заныривали внутрь, слегка синели, разглядев нашу компанию, и почему-то спешили поискать другое пристанище. Зал был полупустым, но даже те, кто осмелился остаться, вели себя чинно и ненормально тихо. Будто тут располагалась не пивнушка, а школа благородных девиц.

Зато мы веселились. Мить рассказывал о торговке пирожками, которая ему улыбнулась. Целых четыре раза, хотя и двух месяцев не прошло с их знакомства. Осталось подождать еще полгода, как брат узнает-таки ее имя! Мы смеялись над его рассказами, беззлобно подшучивали над его стеснительностью, но верили на слово, что скромная торговка на самом деле являет собой неприступный бастион, который без серьезной многолетней подготовки не одолеешь. От искренних разговоров не отлынивала и я – приходилось хоть что-нибудь открывать о своей жизни и переживаниях, дабы полноценно вписаться в их уже тесный коллектив:

– Кому вообще нужны эти университетские мероприятия? Вроде бы даже в честь начала зимы организуют бал. Вот уж повод, я вам скажу! И зазывают так, словно студенты сюда для балов приехали. Право слово, мне там делать нечего. Зато получится один свободный денек!

Милорд Ао удивился:

– Не собираешься идти, Нилена? Весьма глупо избегать праздников только из-за того, что не обзавелась друзьями среди студентов. Ты чрезвычайно хорошенькая. Наряди тебя в зеленый шелк, уложи волосы – и хотя бы мужская половина одногруппников перестанет быть такой предвзятой на твой счет. Я бы на твоем месте, наоборот…

Он осекся и будто мгновенно забыл обо мне. В трактир вошла демоница – слишком высокая и худая, как вытянутая вверх палка, чтобы ее фигуру можно было назвать женственной. А крючковатый нос сильно портил ее и без того хищное лицо. Но драк-шелле смотрел на вошедшую неотрывно, как если бы был очарован. Девица тряхнула черными волосами, случайно зацепила взглядом наш угол и тотчас шагнула в нашу сторону:

– Ничего себе! Вся Радожка полнится слухами, что теперь в университете работает дракон, но я не надеялась на личную встречу. Мое почтение, милорд, добро пожаловать в наш немного вонючий, но породному уютный городок!

У демонов вообще отсутствует такое понятие, как волнение и трепет – и потому она стала единственной, кто вообще осмелился к нам обратиться. Да еще таким тоном, как будто каждый день именно за этим грязным столом лицезрела драк-шелле. И по той же неведомой простому смертному прямолинейности зачем-то начала выливать то, о чем приличные люди помалкивают:

– Отдыхаете от тупых студентов, милорд? А я к любовнику своему заглянула! – Она с силой хлопнула пониже спины круглолицего трактирщика, который поспешил подбежать к нам. Вероятно, собирался прикрыть ей рот, да не тут-то было: – Ловим момент, пока супруга в отъезде, правда? Что, мой жирный пирожок, соскучился по своей Наарте?

«Жирный пирожок» еще сильнее покраснел и залепетал что-то в ее оправдание. Его в роли любовника демоницы представить было невозможно – она, хоть и не красавица, но была будто слеплена из совсем другого теста, а ростом обладала весьма внушительным: трактирщик едва доставал ей до подбородка. Но я слыхала, что демоны часто меняют постельных партнеров – их слишком страстная натура и горячая кровь того требуют.

Наарта продолжала откровенничать, заставляя краснеть и меня с Митем:

– Хорош мужик, ничего не скажешь. Под штанами прячет такое богатство, что я на месте его жены надолго бы его не оставляла. Так кто ей, дуре, виноват?

Трактирщик определенно обошелся бы без этих комплиментов. Он пытался схватить демоницу за руку и утащить подальше от нас. И она даже поддавалась – вероятно, предвкушая ласки в каморке за кухней, однако Май неожиданно для всех остановил:

– Рад оказаться в вашем городе, прекрасное создание. Может, присоединишься к нам, расскажешь, где здесь лучшие лавки и вкуснее кормят.

– Вкусно кормят уж точно не здесь. – Она посмотрела на наш стол и скривилась, потом рыкнула на своего любовника: – Дорогуша, принеси мне чего-нибудь покрепче. Ни разу в жизни за одним столом с драконом не сидела, грех такую возможность упускать. Куда попер, припадочный?! Не кружку неси, а кувшин!

Трактирщик на бегу закивал и свернул в дверь рядом с барной стойкой. Май с Наартой быстро познакомились и принялись болтать, будто закадычные друзья, а мы с Митем переглядывались. Брат многозначительно округлил глаза – я без труда в них прочитала: «Гляди-ка, как он запал, просто растекся весь романтичным облаком». Но я и без подсказок это видела. С тех пор, как демоница показалась в зале, я будто перестала существовать – теперь вертикальные зрачки смотрели только на новую знакомую. Дракону явно были безразличны ее положение, довольно простая, хотя и удобная одежда, как и ее постельные приключения со всеми подряд: он просто слушал все, что она несет, а демоница скрытностью не отличалась.

Через полчаса мне стало совсем не по себе, когда девушка открыто начала с ним заигрывать, но белозубая улыбка дракона от ее грубых намеков становилась только шире. Мы с Митем теперь стали будто лишними, невольными свидетелями начала чего-то грязного и порочного. От неловкости я много выпила, в голове сильно зашумело, но почему-то смущение и чувство ненужности не убавлялось.

Мое терпение лопнуло, когда демоница затянула на весь трактир громким грудным контральто непристойную частушку:

– Как у моей матушки

Весь подъюбник в катышках:

То сосед зайдет на чай,

То очнется батюшка!

Я тронула брата за руку и прошептала:

– Мить, я очень устала. Пойдем домой?

Он, конечно, кивнул, но Май нас услышал:

– Уже? Подождите, тогда я с вами.

– Что вы! Можете остаться! – вылетело у меня.

– Чтобы ты попалась своим завистницам в таком состоянии? Мить, при всем уважении к твоей службе, но против толпы озлобленных девиц ты бессилен – там только мой статус помогает.

Демоница заржала, будто лошадь, хотя вряд ли поняла его шутку. Было даже удивительно, как это он решил оставить такое диво дивное. Но в самом деле бросил на столик несколько монет и не забыл нацарапать на салфетке адрес Наарты. Вышел вслед на ночной прохладный воздух и пошел между нами. К счастью, не захотел останавливать повозку – нам всем следовало немного проветрить головы за недолгий путь.

А Мить веселился и пихал своего товарища плечом:

– Теперь-то ясно, какие девушки тебе нравятся!

Тот и не думал отрицать:

– Я здесь, похоже, надолго. Так почему бы не обзавестись приятными знакомствами?

Мое и без того испорченное настроение рухнуло еще сильнее. А выпитое пиво никак не помогло сдержать сарказма:

– Приятное знакомство? Милорд, да как она вообще может нравиться? Хабалка, которая побывала в постели уже у половины Радожки! Когда жен нет дома, ага. Хотя такую и жена в соседней комнате не остановит!

Но драк-шелле только посмеялся:

– Не ревнуй, Нилена. Я ведь не собираюсь на ней жениться. Она хороша, но уж не настолько хороша, чтобы я начал относиться к ней серьезно.

– Да при чем тут ревность? – вскипела я. – Просто вы себя со стороны видели? А ее? Целовать ее будете в губы, которые уже стерлись от чужих поцелуев? Вы были там единственным, у кого уши в трубочку не сворачивались от ее речей!

– Ну да, не скромница, – с улыбкой признал он. – Прямо мой типаж. Но повторяю, не ревнуй, это ненадолго.

Я просто злобно зашипела, потеряв надежду ему что-то объяснить. Никакой ревности нет! Просто Наарта ужасна, в то время как сам он – прекрасен до трясущихся коленей. Хотя если бы демоница брала по монетке с каждого своего любовника, то уже стала бы богаче милорда Ао. Дракона мое состояние забавляло, а Митя, наоборот, погружало в задумчивость.

Перед сном брат все же поднял эту тему:

– Родная, а ты ведь правда не ревнуешь? Уж очень много злости из-за простого флирта. Май не женат, не помолвлен, свободен от обещаний, по их меркам молод, он не обязан быть все время паинькой. Мне, кстати, даже было приятно узнать, что ничто человеческое ему не чуждо.

– И ты не понимаешь?! Может, тебе она тоже приглянулась?

– Нет, для меня она слишком острая и резкая, наподобие заточенного кинжала. Я вообще предпочитаю девушек без красного дыма перед глазами. Но каждому свое.

Полночи я ворочалась и не могла уснуть. Как-то в голове не укладывалось, что такое вообще могло произойти! Май Ао ведь меня называл чрезвычайно хорошенькой, меня! Конечно, он не обязан был после этого признания сразу поклясться мне в вечной преданности и ни на кого больше не смотреть. Сердце его давно разбито, еще одна любовь для дракона невозможна. Однако, как я видела своими глазами, это не означало, что он откажется скоротать ночь с мимолетной знакомой.

Неужели скромные девушки ему неинтересны даже в таком смысле? А мне, может, и самой Аштар Рок приглянулся! Надо будет действительно к тому приглядеться. Хотя нет, хватит одного взгляда и пары его фраз, чтобы на всю жизнь насмотреться и наслушаться.