Часть 5

В замужестве Ноти постепенно стал находить и свои преимущества – в университете его за прогулы и опоздания не отчитывали. Он мог прийти в любое время, и преподаватель даже голову в его сторону не поворачивал. Ведь замужнего омегу мог наказывать только его муж, так же, как управлять его временем и желаниями.

В столовой рядом с распределительным аппаратом перед ним расступались, боясь повредить чью-то собственность. В библиотеке позволяли скачивать любой материал, а драгоценные бумажные книги не требовали возвращать. Ноти стал чувствовать себя неприкасаемым – пусть и не всегда в лучшем смысле, но от вседозволенности он временами наглел – лез без очереди, требовал лучшее и быстрое обслуживание. Конечно, все эти бонусы не работали, когда Ли находился рядом. Тогда Ноти вообще не замечали.

Добиться от мужа нормального секса тоже пока не получалось. Но омега был уверен, что это дело времени, и скоро он своё получит. По вечерам Ли корпел над учебниками, и Ноти чувствовал, что тот очень смущается и боится. Хоть и было желание пнуть его и загнать в кровать, Ноти давал ему возможность справиться со своими страхами и не настаивал. Зато по утрам бросался оголодавший и с горящими глазами. И уже через неделю смог добиться некоторого результата.

В очередной раз завалив мужа на полу кухни (где он уже предусмотрительно коврик постелил), Ноти возбудил несчастного до трясучки и стал требовать побыть сверху. Ли некоторое время краснел, мялся, но потом всё же не выдержал.

Едва оказавшись под горячим тяжёлым телом, Ноти завыл от удовольствия и прикусил свой кулачок, боясь испугать ранимого мужа. Тот двигался очень осторожно, входил медленно, но каждый раз точно попадал по точке удовольствия, и Ноти раз пять кончил, прежде чем Ли взмолился, прося позволить кончить и ему.

После этого Ноти, оттраханный и расслабленный, сидел на стульчике, завёрнутый в тёплое одеяло, пил кофе с круассанами и смотрел, как драгоценный муж собирает с пола его сперму. Было что-то в этом особенно эротическое, и Ноти чувствовал себя счастливым.

– Так хорошо! Пропущу сегодня занятия, всё равно все конспекты уже скачал.

– Конечно, дорогой, тебе следует отдохнуть. – Ли поправил на нём одеялко и одарил нежной улыбкой. – Мне тоже было хорошо. Ты доставляешь мне непередаваемое удовольствие, – альфа опустился на колени и поцеловал торчащие из-под одеяла пальчики на ногах. – Я счастлив с тобой.

Ноти вздохнул, скромно потупив взгляд, а потом его кольнула неприятная мысль, что Ли был бы счастлив с любым омегой, потому что его так воспитали.

– Можно я сегодня с тобой покатаюсь? Хочу посмотреть, где ты учишься.

– Конечно, любимый, тебе не нужно об этом спрашивать.

– Нет, нужно, Ли, – строго заметил Ноти, – потому что ты человек и можешь иметь своё мнение.

– Оно полностью соответствует твоим желаниям, – ответил альфа, а Ноти лишь устало закатил глаза.

В университете межгалактических отношений было намного больше омег, и каждый второй был с другой планеты. Ноти, заметив шумные компании, сразу скуксился и стал мучиться завистью. В этом месте его бы не оттолкнули, тут были свои, и они не стали бы избегать Ноти лишь потому, что он теперь носит брачные браслеты. А ещё обиднее стало, когда к его мужу подлетела парочка шебутных мальчиков и повисла у него на локтях.

– Прошу вас, я теперь замужем, и вам непозволительно прикасаться ко мне, – строго напомнил Ли.

– Ах, да, твои юпитерские правила, – отмахнулся один из омег.

От Ли они всё же отцепились, но второй мальчишка умудрился потереться щекой о мощное плечо, и Ноти чуть пальцы себе не вывернул, сдавливая желания эту щёчку расцарапать.

– Познакомьтесь, мой супруг, – Ли обнял Ноти за плечи, и стало немного легче, – он сегодня посещает лекции со мной. Прошу любить и жаловать, мой Ноти-ши.

– Хорошо, что не Ноти-рел, – хихикнул один из неприятных знакомых мужа, и Ноти скрипнул зубами.

На занятиях было сложно и почти ничего не понятно, но ему понравилось смотреть, как внимательно всё слушает его законный супруг и старательно заучивает новые слова. Смотреть на него вообще было приятно – красивый, с загадочно светлой кожей, столь необычной под венерианским горячим солнцем, с яркими светлыми радужками почти лазурного оттенка, и невероятно привлекательными чертами лица. Ноти был поражён, как при такой внешности он оставался девственником до двадцати, и ещё сложнее было понять, почему он отдался именно ему – ничем не примечательному, скучному студенту экономического института.

После занятий накатила странная тоска, и Ноти попросил мужа съездить к венерианским пустошам. Капсулу они оставили у границы города и до купола прошлись пешком. Красивые песочные дорожки и искусственные фонтанчики странно контрастировали с тёмно-бордовой поверхностью планеты. Когда-то давно Венера была настолько горячей, что ничего живого на ней не могло существовать, но люди, почувствовав себя богами, изменили и атмосферу, и скорость вращения, и даже подземную активность. Планета изменилась, но пригодной для жизни не стала. Потому люди и построили купола, создавая под ними необходимый для жизни состав воздуха. И ежегодно купол продвигался всё дальше, пытаясь подчинить планету.

– Вот бы прогуляться там, как на Ганимеде, – заметил Ноти, прикасаясь к чуть нагретой поверхности купола.

– Можно купить респираторы и погулять, – предложил Ли, и омега кивнул.

– В детстве папа возил меня на пляж, я любил там играть и строить из песка замки. На Венере песок совсем другой, неправильный.

– В почве планеты преобладают углеродистые соединения, – начал Ли, но Ноти рассмеялся, прерывая его.

– Давай без уроков химии?

– Хорошо.

Ноти чувствовал приступ меланхолии, сложно было разобраться в своих эмоциях, но просто находиться рядом с мужем, подальше от суеты города, было приятно. Дома тоже ему было приятно. И вообще, если всё хорошо взвесить, с тех пор как в его жизни появился этот странный и очень спокойный альфа, ему стало тепло и уютно.

– Ты знал своего отца? – Ноти решил узнать его получше и стал расспрашивать о семье.

– Нет, в гареме папы восемьдесят четыре альфы, он никогда не называл мне того, кто зачал меня.

– Что? – он удивлённо захлопал ресницами. – Восемьдесят четыре? – Ноти стало даже завидно. Он представил на мгновение, как было бы здорово иметь столько альф в своём распоряжении, которые будут трахать его каждый день… точнее, наоборот, Ноти пришлось бы их трахать, и от этой мысли сразу всё упало.

– Папочка с большинством из них даже не спал никогда. У него есть свои фавориты, а остальные нужны для статуса.

– Ну да, – понимающе кивнул Ноти. Хотя всё равно не очень понимал, зачем так воспитывать альф, что потом от них не было никакого толку.

– А твой отец? Какой он?

– Никакой, – расстроенно опустил голову Ноти, – он бросил папу, когда мне было семь. Иногда казалось, что я его ненавижу, но он давал мне денег и приглашал к себе на выходные. И я приезжал. Смотрел, как сменяются его пассии, как плачет папа, провожая меня к нему, как отец находит нового мужа и забывает обо мне, когда рождается новый ребёнок. Тогда я решил, что никогда не выйду замуж, не стану зависимым от альфы, не буду так любить… – Ноти вздохнул.

– Я испортил твои планы?..

– Ты перевернул всё с ног на голову, – Ноти сказал это с теплом, и, притянув мужа к себе за руку, осторожно коснулся его губ. – Ты смотришь на меня с восхищением, любишь любого, со всеми моими недостатками и гадкими, мерзкими поступками, прощаешь, даже когда я веду себя отвратительно… я тебя просто недостоин.

Ли удивлённо открыл рот, а потом снова одарил его привычной заботливой улыбкой и обнял за плечи.

– Давай я отведу тебя в кафетерий и угощу чем-нибудь сладким, чтобы в тебе не осталось грустных мыслей.

– Просто течка вот-вот начнётся, – смущённо попытался прикрыть свою откровенность Ноти, но Ли его всё равно ни за что не судил.

– Ты желаешь найти другого альфу на это время? – не моргнув глазом спросил альфа, и стало очень обидно.

– Неужели ты совсем не ревнуешь? Совсем не злишься, когда видишь меня с другими?

– Я не имею права на ревность, – чуть помедлив, ответил Ли, но Ноти заметил странный блеск в его глазах. – Твои желания для меня закон, я не имею права запретить тебе любить другого.

– Ну и дурак, – только и ответил Ноти.

В кафе они действительно поехали, и сладости быстро подняли омеге настроение. А потом Ноти потащил мужа в клуб, заявив, что им просто необходимо потанцевать, как при первом знакомстве, и выпить в шумной компании. В сопровождении мужа Ноти пустили и в клуб, и на танцпол. Под лёгкий коктейльчик и весёлую музыку Ноти завёлся, раскрепостился и снова окунулся в привычную разгульную жизнь. Тут же началось привычное покалывание в паху, захотелось наделать глупостей, утащить Ли в закуток и потискать его на глазах у ошеломлённых такой наглостью замужнего омеги других посетителей.

Ли на его хотелку снова засмущался, стал дёрганым и красным, и Ноти решил не настаивать. Со вздохом сел за столик и попросил принести чего-нибудь крепкого.

– Давно тебя тут не видел, – раздалось над ухом, и к нему подсел Тоби.

– Привет! – Ноти обрадовался ему как родному, землянин глупых венерианских предрассудков не имел, и с ним можно было общаться, правда, пересекались на лекциях они нечасто.

– Муж выпустил из-под тяжёлого каблука? – усмехнулся альфа.

– Ой, ты же знаешь, он юпитерианец, – отмахнулся Ноти, – это он у меня под каблуком.

– Ты в своём репертуаре, – довольно заулыбался Тоби, – всех альф за яйца держал и даже под мужа не прогнулся!

– Ха! Вот захочу, и будет у меня два мужа! – начал бравировать Ноти. – Я же почти в родственниках у Императора Ганимеда, с огромным приданым, могу позволить себе пару альф.

– Бери меня, – Тоби улыбнулся ещё шире, и было неясно, шутит он или нет. – Поверь, смогу удовлетворить получше, чем твой фригидный муженёк, – альфа притянул его ближе и лизнул открытую шею, от его прикосновения стало прохладно, и мурашки по коже поползли, – ты так пахнешь потрясающе, чувствую, что течка начинается. Пригласи меня к себе, и я обещаю, что ты очутишься в раю…

Ноти пьяно кивнул, расслабляясь в его руках и позволяя себя поглаживать. Краем глаза он заметил, что Ли купил напитки, но не вернулся за столик, а сел в сторонке и теперь буравил их взглядом. Это немного остудило, Ноти вспомнил, что совсем не за этим шёл в клуб. Пусть гипотетически ему всё ещё хотелось сильного и напористого альфу, но в действительности он уже пару недель жил только запахом и телом мужа.

– Извини, Тоби, но нет, – Ноти попытался его отодвинуть, но альфа сжал его сильнее.

– Я по тебе уже второй год с ума схожу, чем тебя так земляне не привлекают, что ты каждого венерианского парня оттрахал и даже на юпитерианце женился, а мне всё отказываешь?

В его голосе проскользнули рычащие нотки, и Ноти испуганно дёрнулся. Кинул взгляд на мужа, но тот всё так же неподвижно наблюдал, и ему стало совсем грустно, что Тоби его сейчас утащит в уголок и оприходует, а Ли даже пальцем без приказа не шевельнёт. От обиды он чуть не расплакался и толкнул Тоби сильнее. Но тот явно был настроен серьёзно и не собирался отпускать добычу, поднялся, выворачивая Ноти руки, и повёл за собой.

Далеко они не ушли, Ли преградил им дорогу, а когда Тоби, перехватив Ноти поудобнее, попытался отодвинуть соперника, Ли пережал ему запястья, так что тот вскрикнул и отпустил Ноти. Не успел омега отойти, как Ли с силой толкнул Тоби в грудь открытой ладонью, заставляя отступить и дёрнуть руками, чтобы сохранить равновесие. Следующим чётким ударом в скулу Ли отправил Тоби в нокаут. На потасовку никто не обратил внимания – драки за омегу привычное дело, но у Ноти от страха ноги стали подкашиваться. С трудом переведя дыхание, словно это ему в грудную клетку ударили, Ноти схватил Ли за руку и испуганно потянул на выход.

– Пойдём отсюда, – заплетающимся языком попросил он.

– Конечно, – как ни в чём не бывало ответил альфа.

Только когда они выбрались на свежий воздух, на Ноти накатил весь ужас произошедшего, и он, закрыв руками лицо, разревелся. Ли сначала стал испуганно ощупывать его на предмет сохранности, а потом, опустившись на землю и прижавшись лбом к коленям омеги, отчаянно зашептал:

– Простите меня, мой о-ши, я всё неправильно понял, сейчас же вернусь и попрошу у вашего избранника прощение.

Ноти присел рядом и, продолжая всхлипывать, обхватил его за шею, прижимая к себе крепче.

– Ты всё правильно сделал, пожалуйста, отвези меня домой. Я очень хочу к нам домой…

В машине он всё так же сидел у Ли на руках, не выпуская из своих объятий и радовался, что у него такой понимающий и заботливый муж. Что он никогда не отдаст его своему другу попользоваться, только чтобы поддержать свой статус, и не обменяет на другого омегу. Что не позволит неприятному типу утащить в свою берлогу и так замечательно умеет драться.

Дома Ли уложил его на постель, накрыл одеялом, как ребёнка, и побежал делать тёплое какао. Когда же вернулся, помог напиться и стал медленно, но настойчиво раздевать. Ноти сначала спокойно отнёсся к процессу, но когда альфа начал его осторожно поглаживать и очень аккуратно целовать открытые участки, предвкушающее волнение охватило и без того пьяное тело.

– Что ты делаешь? – поинтересовался он.

– У тебя течка начинается, и я должен помочь.

– Что, сам? – У Ноти аж глазки загорелись, а организм вспомнил, что да, пора начаться течке, и из задницы потекло.

– Конечно, любимый, в течку омеги ослаблены, и их альфы должны сделать всё, чтобы они не чувствовали дискомфорта, а также защитить и успокоить. Я буду заботиться о тебе всё это время и помогу справиться с желанием.

– Здорово, – выдохнул Ноти, расслабляясь и вытягиваясь звёздочкой, готовый к неземным удовольствиям и радостям совокупления. – Что ж ты раньше не сказал, я бы не переживал зазря?

– Но ведь ты не захотел слушать, – Ли стянул и с себя одежду и, забравшись на постель, встал над Ноти, нежно целуя расслабленное личико. – Я не умею многого и никогда не делал ничего подобного, но у меня было много учителей, в том числе по омежьему удовлетворению. Мне подробно объяснили, что я обязан делать и как. Уверен, что справлюсь, потому что я должен… и не хочу, чтобы ты во мне разочаровался.

– Не разочаруюсь, – у Ноти от улыбки губы свело, – ты же самый лучший альфа. И я тебя люблю!