Часть 6

Самым потрясающим было осознать, что темперамент любимого мужа ничуть не уступает любимому себе. Ноти вспоминал свою течку с блаженной улыбкой и впал в глупую романтику, бегая за Ли с цветочками и пирожками. Тот принимал дары с безграничной благодарностью, целовал, пусть и по указке, но очень ласково, и у Ноти счастье изо всех мест брызгало.

Когда он поехал в центр связи на ежемесячный звонок папе, то сиял как лампочка, и папа был невероятно счастлив видеть, что брак у сына удался. Сам папаша тоже решил не отставать и завёл себе любовника-марсианина. Зеленоватая кожа избранника и странные раскосые глаза Ноти не понравились, но Ли сказал, что все марсиане однолюбы, и за папу стало спокойно.

Удалось также встретиться с Киу – его мужу потребовалось перевести какой-то документ, и младший муж посоветовал знакомого. Пока старшие вели свои важные переговоры, омеги шушукались и общались, как и раньше. Киу с огромным животом был очень неповоротливым, и за ним следом ходила пара бет, чтобы подстраховать в случае необходимости. Своим браком и положением он был очень доволен, забыл про учёбу и мечтал о пелёнках и кастрюлях. С сияющими глазами показал своё новое увлечение – теперь он рисовал, и на каждом рисунке был его статный краснокожий муж с широким подбородком и тяжёлым взглядом. Ноти не спорил, не перебивал – счастье для каждого своё, и он был рад, что Киу его нашёл.

После того как дела были закончены, альфы вежливо раскланялись, и Ли по просьбе Ноти предложил временами встречаться, чтобы их младшие могли общаться. Альфа Киу ревниво посмотрел на своего кругленького мужа и, скрипнув зубами, произнёс:

– Спать с ним не позволю, можешь не просить, и твой муж мне не приглянулся.

– Просто пообщаться, возможно, тебе ещё какая-то помощь с переводами потребуется, – тут же поправил его Ли, и тот благосклонно кивнул.

Жизнь, казалось бы, наладилась, Ноти осталось лишь преодолеть последнее препятствие и заставить любимого мужа быть таким же активным, как и в течку, в их повседневной жизни. Почти неделю после бурного эструса они отсыпались, занимаясь сексом лишь по утрам на кухне, но потом Ноти решил, что пора брать быка за рога, а мужа – за член, и стал разрабатывать стратегию.

Как только Ли покинул квартиру и ушёл на учёбу, Ноти тщательно подготовил своё тельце, приведя его в идеальное состояние, поскакал перед зеркалами, любуясь замечательными формами. Надел самое привлекательное бельё, обтягивающие штанишки и нарукавники, перед этим изучив в библиотеке курс соблазнения юпитерианцев, и попшикался феромонами. В общественном транспортёре на него оглядывались, и Ноти был уверен, что это благодаря его неотразимости. Но рядом с университетом его остановили и потребовали разрешение находиться на улице замужнему омеге в столь непотребном виде.

– Что непотребного? Что в моём виде непотребного? – завопил он, привлекая прохожих и сверкая оголённым торсом.

– Вы замужем, ваше тело только для вашего мужа, – строго указал блюститель порядка.

– Так я для мужа и оделся! – топнул Ноти ногой, собираясь устроить скандал, если его не пустят. К счастью для него самого, охрана вызвала Ли, и тот сразу подтвердил, что позволил Ноти выходить из дома в подобном виде.

Только оставшись наедине, Ноти запрыгнул на мужа и жадно поцеловал. От запаха и мягких губ любимого альфы плотно обтягивающие его штанишки тут же намокли, а член болезненно упёрся в тугую ткань, захотелось всё снять и поскорее.

– Очень тебя хочу, – прошептал он мужу на ухо.

– Если желаешь, ты можешь воспользоваться мной в любое время.

– Нет, хочу, чтобы ты пользовался мной! – упрямо ответил Ноти и сполз на землю. – Пойдём на занятия, посижу с тобой рядом.

– В таком виде? – Ли судорожно сглотнул, а от Ноти не ускользнуло, как остекленел его взгляд, рассматривающий обнажённую грудь и тёмные бусинки маленьких сосков. Видимо, с нарядом он не просчитался, потому что запах мужа с каждой секундой становился всё сильнее и соблазнительнее. Главное – продержаться и не наброситься на него самому.

– Конечно, а в чём проблема? Это ведь юпитерская мода!

Следующим занятием у Ли была Внеземная культура, на которой лектор заунывным голосом рассказывал о повадках негуманоидных рас и формах их речи. Ноти сразу заскучал и решил ещё немного подтолкнуть мужа к дальнейшим действиям. Аккуратно сполз под стол и перебрался под ноги Ли. С трудом протиснув голову между столешницей и стулом, он заставил альфу раздвинуть ноги пошире и лизнул промежность.

Ли вздрогнул, посмотрел испуганно и изумлённо, а когда Ноти стал расстёгивать на нём штаны, быстро зашептал:

– Может, выйдем, тут неприлично…

– Всё прилично, – отмахнулся Ноти и с кровожадной ухмылкой высвободил полувставший член альфы.

От первого же прикосновения Ли выгнулся и сжал руки на своих коленях. То, как нравится это мужу, завело Ноти ещё сильнее, и он смачно засосал, с удовольствием втягивая в себя твёрдый член. От ощущения мягкой кожи и чуть солоноватого вкуса Ноти самого повело, и он, причмокивая, лизал его и, сжимая губы крепче, двигался вдоль ствола, не забывая поглаживать рукой мужу яйца. После того как Ли, не выдержав, тихонько всхлипнул, лектор оторвал взгляд от своего планшета и, кликнув где-то на экране, опустил над ними звукоизолирующий купол. Теперь увлечённое совокупление двух студентов не отвлекало лектора от занятий.

Ноти разошёлся, отодвинул стол чуть в сторону, чтобы было удобнее, и активно работал языком, стараясь довести своего мужа до точки кипения. Ли сжимал зубы, дёргался, но терпел, и Ноти стал намеренно останавливаться, выпускать его изо рта, давая секундную передышку, а потом опускался глубоко и замирал, дразня ещё сильнее.

Когда Ли, словно случайно, положил ему ладонь на голову, они оба вздрогнули. Альфа попытался убрать руку, но Ноти, схватив его, заставил надавить сильнее, и Ли громко застонал, показывая, как ему хорошо. Теперь он пальцами перебирал Ноти волосы и временами чуть направлял, отчего Ноти стал крутить попкой, нетерпеливо дёргать мешающиеся слишком плотные штаны и поглаживать через ткань свой ноющий член. Они не заметили, как закончилась лекция, и все ушли. Преподаватель снял с них купол и как бы между делом заметил, что через полчаса тут следующее занятие. Ноти про себя подумал, что полчаса должно хватить, и, расслабив горло, глубоко заглотнул, прижимаясь губами к светлым волоскам на лобке, и с удовольствием потёрся о них носом.

– Ты такой… Ноти… мой прекрасный Ноти… – в полубреду шептал Ли. – Мне так хочется кончить, Ноти… разреши мне кончить…

Резко поднявшись, Ноти игриво лизнул его в губы и потянул за собой. Взгляд у Ли был совершенно расфокусированный, он ничего не соображал от желания и шёл следом, не пытаясь ни о чём думать. И только когда Ноти, забравшись коленками на подоконник, потёрся попкой об его пах, он немного пришёл в себя.

– Ты восхитительный, любимый, никто никогда не смог бы сделать меня таким счастливым, но давай поедем домой…

Ноти подавил смешок и, прогнувшись в спине, страдальчески застонал:

– Мне так плохо, горю от желания, позаботься обо мне, как в течку.

– Но у тебя же закончилась течка, – с трудом подбирая слова в своём затуманенном разуме, пробормотал Ли, осторожно поглаживая заветную попочку.

– Но мне хочется. Ты же должен исполнять мои желания, – промурлыкал Ноти и толкнулся навстречу.

Ли довольно легко расстегнул крепежи и спустил штаны до колен, дрожащими пальцами помассировал влажный вход и с глубоким вдохом поцеловал рядом с мошонкой. Чувствовалось, что ему очень нравится и хочется чего-то большего, только он пока стесняется. Но Ноти был уверен, что рано или поздно все стеснения мужа он перетрахает.

Член от прилившей крови потемнел, и Ли вставлял его очень медленно, подрагивая всем телом от желания кончить и с большим трудом сдерживая свои инстинкты. То, как его альфа мучается, сейчас только забавляло, Ноти бессовестно над ним издевался, планируя добиться своего, и потому даже не шевельнулся, хотя ужасно хотелось насадиться самому, быстро и сильно.

Как только альфа вошёл полностью и положил взмокшие ладони ему на бёдра, Ноти снова стал капризным голосом требовать брать его как в течку. Пошло постанывал, описывал, как внутри ощущается горячий член мужа, и, прижимаясь ладонями к окну, чуть подмахивал, задавая нужный темп. Ли совсем взмок, кусал свои губы и закатывал глаза. Перестав себя контролировать, он начал толкаться всё глубже, размашистее, крепче удерживая красивые загорелые бёдра.

Чувствуя, что мужу уже совсем тяжело себя сдерживать, Ноти привстал на коленях, и Ли, обхватив его под грудью, прижал к себе, смазано целуя мужу шею и поглаживая пальцами соски. От удовольствия Ноти откинул голову ему на плечо и кончил, забрызгивая стекло.

– Кончай, – позволил он, и Ли, сделав несколько очень резких толчков, с тихим стоном стал кончать, долго и мучительно.

Когда оргазм отпустил, альфа разжал онемевшие руки, выпуская Ноти из захвата, и наклонился, чтобы покрыть поцелуями его спину.

– Ты прекрасен, Ноти, самый восхитительный…

– Да, – раздалось у него из-за плеча, и чья-то наглая рука погладила Ноти по груди, – и очень вкусно пахнет. Можно я тоже тебя трахну?

Ли резко развернулся и, встретившись взглядом с венерианцем, раздражённо рыкнул:

– Это мой муж!

– Прошу прощения, извините, – незнакомец почтительно поклонился и отодвинулся, – не буду вам мешать.

Ли снова вернулся к омеге и, извиняясь, поцеловал его. Ноти заметил, как тот смущён и сексом, и проявлением своих собственнических чувств, но ему, напротив, это очень нравилось, и он не мог сдержать довольной улыбки.

– Всего пару месяцев назад я и представить не мог, что буду делать подобное, – тихо и смущённо произнёс Ли. – Но с тобой мне не страшно, я счастлив, мне невероятно хорошо и приятно. Мои желания и действия постыдны, и дома меня бы никто не понял, но с тобой всё иначе… надеюсь, ты не прогонишь меня за этот разврат…

– Какой же ты глупый альфа, – ласково улыбнулся Ноти и погладил его по опущенной голове, – тебе приятно и мне приятно. Что может быть в этом постыдного? А разврат у венерианцев в крови, вот посмотри, в соседнем корпусе кто-то последовал нашему примеру и сношается на подоконнике.

Ли осторожно поднял взгляд и, снова засмущавшись, уткнулся Ноти в плечо.

– Боюсь обидеть тебя своими желаниями, и что ты меня оттолкнёшь. Это ведь неправильно, что альфа так сильно хочет своего мужа…

– Забудь чему тебя учили, ладно? – Ноти недовольно постучал по подоконнику пальцем, мысленно ставя крест на все дальнейшие посещения Ганимеда. – Теперь я твой о-ши, и я говорю, как ты должен жить. А жить ты должен счастливо и рядом со мной.

– Да, любимый…

***

Ноти обнаружил, что беременный, совершенно случайно. Его долгожданная течка так и не началась, и сначала он переживал, что у него внутри что-то сломалось, а потом – так как не знал, как сказать об этом мужу. По юпитерским традициям альф к воспитанию детей не допускали, ребёнок всецело принадлежал омеге, и альфа был младенцу таким же рабом. Но Ноти хотелось, чтобы у его сына был нормальный отец. Не с гипертрофированной любовью, как в семьях на Венере, и не с холодным отрешением, как на Ганимеде. А чтобы как в сказке – вместе и рядом.

То, что у Ноти из-за беременности не рос живот и не было токсикоза, его не удивляло – это у него семейное. Папа рассказывал, что тоже заметил беременность только на пятом месяце, когда на него ни одни штаны не налезли. Сам Ноти поправился совсем немного, но считал, что это заслуга замечательных поварских способностей Ли. А из-за переживаний он снова похудел, и теперь о беременности говорило лишь отсутствие течки.

– У тебя задержка, милый, – заметил муж, забираясь к нему вечером в постель. Теперь они ложились вместе, и Ноти наслаждался нежностью и любовью своего очень внимательного и заботливого супруга.

– Эээ… ну… наверное… – Ноти спрятался под одеяло и заткнул рот членом Ли, чтобы поменьше переживать.

– Может, покажешься врачу? – альфа провёл ладонью ему между ног и осторожно погладил дырочку. Ноти тут же закивал, глубже насаживаясь на член и подставляясь под драгоценные ласки. – Ты стал пахнуть вкуснее, возможно, завтра начнётся.

Ноти снова закивал, а Ли, застонав, положил ему ладонь на голову, чуть провёл по волосам и осторожно надавил, направляя. Его любимый альфа стал понемногу проявлять свои желания, и Ноти не мог нарадоваться страстным вечерам и каждодневной заботе.

После секса, расслабленный и зажатый в объятиях, он подумал, что с таким замечательным мужем ребёнок тоже будет счастлив, и решил признаться:

– Я уже был у врача. Он сказал, что я беременный. Срок ровно четыре месяца, у нас будет омега.

– Поздравляю тебя. Папа будет счастлив, – немного отстранённо произнёс альфа.

– А ты? – Ноти заглянул ему в глаза. – Ты счастлив?

– Я буду счастлив, если ты позволишь мне остаться рядом… – тяжело вздохнув, ответил альфа.

– Я из тебя твои традиции палкой выбивать буду! – разозлился Ноти.

– Если пожелаешь, я на всё согласен…

– Дурак! – шлёпнул он его по груди. – Я требую, чтобы ты был рядом и растил нашего сына! Слышал? И чтобы воспитывал, гулял, купал его… и делал другую дребедень!

– Спасибо, – Ли улыбнулся, а потом, прижав к себе своего мужа, всхлипнул.

– Ну, не плачь, любимый, – стал утешать его Ноти. – Любимый и глупый. Чего расклеился? Счастье ведь!