Глава 23

Таисса молча смотрела, как на Вернона вновь надевают венец и прикрепляют датчики. И в этот раз, она знала, внушение снова не прервёт никто. Ни Дир, лежащий под мощнейшими препаратами, ни отец с отключёнными имплантами, ни Павел, бессильно глядящий на силовое поле. Ни тем более сам Вернон.

Это будет ужасно, страшно, невыносимо. Таисса будет ломать чужие сознания одно за другим десятками, а потом тысячами. Так, как ей прикажут.

– Надо будет держать тебя подальше от осколка Источника, – произнесла Виктория, обращаясь к Вернону. – Мальчик мой, я боюсь, что ты ослабел именно от этого. Во всяком случае, мои специалисты подтвердили мои догадки и очень посоветовали тебе держаться от осколка подальше.

Глаза Вернона блеснули:

– Серьёзно? Мне же становилось лучше, когда я держал его в руке!

– И одновременно осколок пил из тебя силы, – серьёзно сказала Виктория. – Посмотрим, восстановятся ли они, когда ты проживёшь несколько недель без него.

– Пока я даже не могу как следует зафиксировать внушение для одной-единственной Тёмной без этой штуки, – вздохнул Вернон, указывая на венец. – После этой нервотрёпки на дирижабле я совершенно измотан. Ну ничего. Искусственного внушения нам пока хватит. Ей хватит его на сутки, да?

– Сутки, – кивнула Виктория. – Но нам их будет достаточно.

Она взмахом руки отпустила техников, и те вышли, оставляя их втроём.

– Мои планы всегда исполняются, – задумчиво произнесла Виктория. – Марк Кинни, к примеру, давно стоял у меня на пути. Мне нужны были ресурсы «Бионикс», но проклятый упрямец был слишком осторожен, чтобы согласиться на слияние, а все мои попытки получить его разработки напрямую разбивались о его службу безопасности. Пришлось идти на крайние меры. Впрочем, всё к лучшему.

– Хлоя не обрадовалась бы, если бы узнала, что ты убила её отца, – устало сказал Вернон. – Зачем, мама? Марк был хорошим парнем.

– Но слабым, – жёстко сказала Виктория. – Ты будешь сильнее. В любом случае его не вернуть.

Вернон промолчал, но на его лбу залегла морщинка. Сердце Таиссы пропустило удар. Похоже, Вернон был не очень-то согласен с методами своей матери. И вряд ли им долго будет по пути.

– Начинай, сын. Подчини её. – Виктория мягко улыбнулась. – Я горжусь тобой.

– Я собой тоже, – согласился Вернон. – Итак, мы приступаем к делу.

– Не так быстро, – раздался новый голос.

На лице Виктории отобразился полный шок. Вернон медленно обернулся. Таисса, в неверии открыв рот, обернулась вслед за ним – и просияла.

– Удивительно, правда? – поинтересовался Дир. – Как же это я выбрался из камеры?

– Да, – медленно произнесла Виктория. – Как?

Дир чуть улыбнулся:

– Крошечная игла, которая выдвигается из пальца и на которую не действует блокирующий чип. Эйвен очень предусмотрителен.

– Игла, – повторила Виктория, неверяще глядя на него. – Какая игла?

– Странно, что ты об этом спрашиваешь, когда твой собственный сын перекачал Майлзу Лютеру нанораствор через кровь. – Дир холодно усмехнулся. – Эйвен всего лишь поделился со мной составами в своей крови. Составами, со временем нейтрализующими любые вредные препараты. Тебе не стоило помещать нас в одну камеру. Впрочем, я тебе благодарен.

Павел сбежал от Найт именно так: составы в его крови нейтрализовали чужеродные препараты. Знал ли Эйвен Пирс, что ему удастся таким образом спасти Дира, даже если тот попадёт под излучатель? Предполагал ли? Рассчитывал ли на это?

Да. Наверняка.

Виктория метнула быстрый взгляд на Вернона и едва заметно кивнула ему. А потом шагнула вперёд к Диру.

– Допустим, ты получил преимущество, – проговорила она. – Но ты понятия не имеешь, что делать дальше, верно? Ты даже не знаешь, как управлять этой станцией: у тебя нет ни людей, ни союзников, ни одобрения Совета. Некому тебе помочь. Кроме нас.

Дир вздохнул.

– Нельзя же быть такой наивной, – устало сказал он. – Вся твоя команда под моим контролем, и даже сознание Хлои Кинни ей уже не принадлежит. Она вытащила чипы из всех пленников, и Эйвен уже распоряжается в рубке. Осталась только ты.

Губы Виктории побелели, но она продолжала улыбаться. Только глаза её блестели всё ярче – странным и опасным блеском.

– И почему же ты медлишь, мальчик? Вот они мы. – Она развела руками. – Здесь, перед тобой.

Взгляды Дира и Виктории одновременно упали на Таиссу, и та безнадёжно поняла, что Виктория стояла куда ближе. А у неё до сих пор адски кружилась голова от внушения, забравшего у неё все силы.

– Составы, – задумчиво сказала Виктория. – Составы в крови. Какая хорошая идея.

Глаза Дира расширились, когда в руке Виктории мелькнула желатиновая капсула. Он сделал одно-единственное движение, входя в сверхскорость, но было поздно. Пальцы Виктории впились в спину Таиссы, выворачивая позвонки с неженской силой, и узкая ладонь впилась ей в рот, заставляя приоткрыть губы.

– Глотай, – холодно приказала она, и Таисса почувствовала между губами капсулу. Она резко дёрнула головой, выталкивая чужеродный предмет языком, но Виктория резко ткнула пальцем, вызывая спазм, и Таисса судорожно сглотнула против воли.

Дир застыл в трёх шагах от них.

– Сломаю ей шею, – холодно произнесла Виктория. – Не дёргайся и не смей касаться линка. И отступи обратно. Сейчас же.

Дир молча повиновался.

– Никакими составами этот растительный яд не вывести, – сообщила Виктория. – Промыванием желудка тоже. Он действует очень медленно, но верно, а противоядия на этой базе просто нет. Где оно, знаю только я, и не думай, что я отпущу внучку Элен Пирс так просто. Если же ты попробуешь надавить на моё сознание… лучше не стоит. Я успею убить девчонку.

У Таиссы вдруг замерло сердце. Вернон не произнёс ни слова. Не отпустил ни одного ироничного замечания. Не отреагировал вообще.

Этому могло быть одно-единственное объяснение. Только одно. Вернон или Виктория успели активировать излучатель с осколком Источника, и Вернон был погружён в мир иллюзий. Он готовил внушение, которое прямо сейчас могло накрыть кого угодно, и останавливать Вернона было поздно. Диру пришлось бы пройти мимо Виктории, а это было невозможно из-за неё, Таиссы.

– Вернон проводит внушение, – хрипло сказала Таисса. – Через излучатель. Сейчас.

Дир коротко кивнул:

– Я вижу.

Виктория засмеялась.

Отец придумал бы что-нибудь. Но к тому времени, как он узнает, всё будет кончено. Таисса не могла закрыть голову ладонями или убежать: от излучателя, как она уже успела убедиться, спасения не было. Впрочем, от яда, что медленно заполнял сейчас её тело, спасения, кажется, не было тоже.

Дир прикрыл глаза. Потёр лоб.

– Боюсь, я не смогу спасти тебя в этот раз, принцесса, – негромко сказал он. – Из этой ловушки даже Эйвен не нашёл бы выхода.

– Ты можешь проскользнуть мимо Виктории, – глухо сказала Таисса. – Неважно, что будет со мной, раз от этого яда всё равно нет спасения.

Дир очень внимательно посмотрел на неё. Так, словно у него вдруг появилась идея.

– Расскажи мне вот что, – медленно сказал он. – Представь, что мы уже победили. Нет ни Виктории, ни её организации: платформа в полном моём распоряжении. Что бы ты сделала дальше?

– А Вернон? – спросила Таисса.

Дир покачал головой, прикрывая глаза.

– Не суть. Говори.

– Говори, – ласково сказала Виктория. – Право, я тоже не отказалась бы послушать. В конце концов, вдруг у дочери Эйвена Пирса будут блестящие мысли?

– У меня нет никаких мыслей, – просто сказала Таисса. – Платформу нужно уничтожить. Все оставшиеся разработки тоже, включая осколок Источника. Запретить эту ветвь прогресса к чертям, с концами. Посадить Найт и других экспертов мониторить все подобные исследования везде, включая закрытые сегменты сети. Санкции – ничто по сравнению с катастрофой и цепной реакцией, которую может запустить подобное излуче…

Из кресла Вернона донёсся короткий стон. Таисса осеклась.

– Удивительная вещь этот ваш излучатель, – проговорил Дир. В его голосе прорезалась внезапная усталость. – Попробуй я влезть к тебе в мозги, Виктория, ты бы почувствовала это мгновенно. Сильная Тёмная вроде тебя? Мне пришлось бы постараться, и риск, что ты успеешь убить заложницу, был бы слишком велик. Ты ждёшь внушения, правда?

– Жду, – кивнула Виктория. – И очень не советую его применять.

– Я не собираюсь его применять, – покачал головой Дир. – Думаю, твой нейросканер подтверждает, что я не вру.

– Тогда у нас пат. Ты не можешь справиться со мной, я держу заложницу, но не выстою против тебя. С чего начнём переговоры?

Дир холодно улыбнулся:

– Переговоры закончены.

В следующее мгновение пальцы Виктории на шее Таиссы разжались, и раздался звук падающего тела. И в это же мгновение Тёмная аура Виктории, резкая и сильная, обволакивающая Таиссу, исчезла без следа.

На мгновение Таисса застыла в шоке. Как? Что произошло? Если Дир не прикоснулся к ней и не использовал внушение…

К чёрту всё. Она была свободна!

Не думая, на одних инстинктах Таисса бросилась вперёд.

Дир обхватил её одной рукой.

– Уходи, принцесса, – тихо сказал он. – Немедленно. Иди к Эйвену в рубку, он тебя ждёт. Противоядия у нас нет, но попробуем начать с его крови.

Он крепко держал её, не давая обернуться. Таисса непонимающе посмотрела на него.

– Что… что случилось? – прошептала она. – Что ты сделал с Викторией? Почему…

Дир покачал головой:

– Я ничего с ней не делал. Её сын сделал всё за меня. Иди, Таис, времени немного. Я должен закончить здесь.

«Её сын сделал всё за меня».

Послышался стон Вернона. Таисса медленно-медленно обернулась, и в этот раз Дир её не удерживал.

Вернон пошатнулся в кресле. В следующий момент он рухнул на пол, обхватив голову.

– Дьявол, как же больно, – глухо сказал он. – Что… что произошло?

Он перевёл взгляд на Таиссу с Диром.

– Проклятье. Вы двое… как вы сумели?..

А потом он увидел Викторию, лежащую на полу с раскинутыми руками. Незрячие глаза были устремлены в потолок, и Таиссу, глядящую на безжизненное лицо, вдруг начала бить дрожь.

Эта женщина только что хотела её убить. Уже убила, если её слова о яде были правдой. Линк на руке Дира не пискнул, а значит, в капсуле и впрямь был растительный яд.

Но её аура погасла. Её аура погасла!

Виктория была мертва. Она умерла мгновенно. Как? Как?!

Вернон, шатаясь, поднялся на ноги, сделал неверной походкой два шага и рухнул рядом с матерью, подхватив ладонью её голову под затылок.

– Я… был кораблём, – прошептал он. – Все ваши сознания – как на ладони, и я уже почти готов был вобрать их в себя, сделать вас послушными моей воле – всех, всех… а потом…

Он перевёл мутный, растерянный взгляд на Дира.

– Ты, – проговорил Вернон с запинкой. – Ты приказал мне… что?

– Я куда сильнее тебя сейчас, – просто сказал Дир. – И пока Таис отвлекала Викторию и рассказывала, как необходимо разнести по кирпичику все излучатели, я вломился в твоё ослабленное сознание. Последние несколько минут стёрты из твоей памяти, потому что это было бы жестоко. Но мой приказ выполнил именно ты.

Таиссу замутило. Она поняла, что это был за приказ.

– Ты приказал ему… убить собственную мать? Через излучатель, чтобы приказ прошёл мгновенно?

Дир кивнул.

– Я не мог пойти на меньшее. Мозг нужно было сжечь полностью. Она могла не потерять сознание, могла почувствовать внушение с запозданием, могла даже активировать детонацию базы. Рисковать было нельзя.

Излучатель был способен даже на это. Даже на убийство. Никакой «Амиго», никакой иммунитет к обычным излучателям не мог спасти от полной мощи осколка Источника.

И Дир знал об этом.

Таисса пошатнулась и осела бы на пол, если бы Дир её не подхватил. Её мутило всё сильнее.

Вернон молча смотрел на Дира. В его взгляде не было ничего, кроме пустоты. Таисса не была уверена, что он вообще понимал, что происходит.

Потом он перевёл взгляд на свою мать, и в этом взгляде было такое отчаяние, что у Таиссы защемило сердце.

– Мама, – прошептал Вернон. – Не надо. Пожалуйста. Скажи, что я всё ещё в лимбо. Что это мне снится.

Он механическим жестом взял её руку, проверяя пульс. Коснулся линка. Дир дёрнулся, но не сдвинулся с места.

– Нет, – глухо пробормотал Вернон. – Нет… Что я сделал? Что я натворил? Это не мог быть я… мама?

Его плечи вздрогнули, потом ещё раз.

А потом он рухнул на пол, не выпуская безжизненную руку Виктории, и зашёлся в сухих хриплых рыданиях.

Таиссе хотелось броситься вперёд, но рука Дира удержала её за запястье.

– Я пригляжу за ним, – тихо сказал он. – Немного приду в себя и погружу его в сон. Он сильно ослабел, так что мне это удастся без труда.

По щекам Таиссы бежали слёзы.

– Не смей, – прошептала она, глядя на Дира. – Не смей его трогать. Не смей ничего с ним делать. Если ты ещё раз влезешь в его сознание хоть пальцем…

Дир глубоко вздохнул:

– Хорошо.

Таисса поднесла свободную руку к горлу. Тошнота накатывала волнами, и перед глазами начало двоиться.

– Я посижу с ним сама, – хрипло сказала она. – Хотя бы немного. Я…

В следующую секунду слабость накрыла её, заставляя ноги подкоситься, и Таисса осела на пол. Во рту было кисло от вкуса собственной слюны, и живот начали сотрясать спазмы. Уже сквозь пелену наступающего забытья она услышала резкий голос Дира, связывающегося с кем-то по линку.

И потеряла сознание.