Глава 5

Таисса молчала, пока Вернон открывал дверь. Несколько оборотов сейфового колеса, электронный код – и они оказались внутри.

Большая уютная комната. Окно во всю стену, окружённое маревом силового поля. Неизменный бар, мягкая кровать в алькове. Похоже, здесь Вернон проводил не только дни, но и ночи.

А потом взгляд Таиссы упал на небольшой сейф, размещённый вполне открыто. Впрочем, тот, кто попал бы сюда, наверняка нашёл бы осколок всё равно.

В следующую секунду у Таиссы закружилась голова. Осколок звал её, кровь Великого Тёмного. Звал всегда.

Вернон открыл сейф с таким же будничным видом, как если бы наливал себе коньяк.

– Сейчас, – произнёс он, погружая в сейф руку. – Пожалуй, на этот раз я не буду увлекаться, только подержу его несколько секунд. Потом переоденусь, и мы вернёмся на официальную часть банкета. – Он невесело усмехнулся: – Возможно, я даже скажу Виктории Дрейлен-Талль пару комплиментов. Её проекция очаровательна, не так ли?

– Ты подставишься, – предостерегающе сказала Таисса.

– Плевать. Я слишком зол. Они перевербовали Хлою. Она даже не сказала мне об этих чёртовых предупреждениях! – Вернон повысил голос. – И она почти отдала им осколок. Дьявол, я… если бы ей это удалось, я…

Он замолчал, но его лицо говорило само за себя.

– Ты хотел отдать его в свои лаборатории? – тихо спросила Таисса.

– Я время от времени отдаю его на исследования, но на крайне непродолжительное время. Показания снимают дискретными пакетами… впрочем, я не очень-то в этом разбираюсь. – Вернон махнул рукой. – Неважно, Пирс. Главное, я не готов его отдавать, даже ради мирового господства. Особенно палачам, которые пытают Светлых и Тёмных, чтобы добиться своих целей.

– Не считаешь, что цель оправдывает средства? – спросила Таисса негромко.

– Я похож на идиота? Конечно, нет.

Таисса сделала шаг к нему.

– А по-моему, да, – сказала она ещё тише. – Иначе ты не решил бы жениться на Хлое. И не растоптал бы собственное сердце, выбрав пакет акций.

Вернон изменился в лице.

– Пирс, не надо, – прошептал он. – Пожалуйста. Мне и так тяжело.

Таиссу пронзила боль при виде выражения в его глазах. Такого несвойственного Вернону… почти умоляющего.

Ей нужно было замолчать, она знала. Но она не могла.

И Таисса решилась.

– Осколок, – хрипло сказала она. – Вернон, от него зависит жизнь моего отца. Александр прервёт операцию и отключит Найт, если он его не получит.

Несколько секунд Вернон смотрел на неё в полном шоке.

А потом его лицо изменилось.

– И ты тоже. Как удачно.

Таисса молчала. Ей нечего было сказать. «Да, мне нужен осколок, прости»?

Вернон медленно подошёл к ней. Дверца сейфа осталась полураскрытой, но это было неважно. Они оба были Тёмными, способными сминать металл.

А потом Вернон оказался совсем рядом и притянул её к себе.

– Я могла не признаваться, – хрипло сказала Таисса. – Просто украсть его. Сбежать. Ударить тебя. Но я не сумела. Кажется, я вообще такого не умею.

Вернон обхватил её голову, зарывшись пальцами в волосы.

– Таисса-вымогательница, – тихо-тихо сказал он. – Ты представляешь, что для меня это значит? Отдать тебе осколок?

– Я навсегда останусь для тебя девушкой, разбившей Источник, – прошептала Таисса. – Я знаю, что не имею права тебя ни о чём просить.

– Ты его получишь.

Таисса вздрогнула в его руках.

– Что?

– Он твой, – спокойно сказал Вернон. – В обмен на жизнь Эйвена? Пусть Светлые подавятся. Я ему должен, в конце концов. В той битве над морем мы могли и не справиться без него.

У Таиссы перехватило дыхание. Она знала, что Вернон был способен на самопожертвование, но настолько…

– Уверен? – только и спросила она.

– Пфф. Не оскорбляй мою веру в твои мозги, Пирс. Ты что, ждёшь, что я скажу: «Я передумал, детка, пусть твой отец умирает»? Серьёзно?

Таисса с облегчением выдохнула, ткнувшись в его плечо.

– Спасибо, – прошептала она. – Хотя одного «спасибо» тут явно недостаточно.

– Явно, – согласился Вернон. – Но ночь любви пока отложим. Я практически женат, в конце концов.

– Рада, что ты об этом не забыл, – раздался холодный женский голос.

Таисса медленно подняла голову.

Хлоя в алом открытом платье стояла в дверях, насмешливо глядя на них обоих. На её плече покачивалась объемная сумка, странно неподходящая к наряду.

Таисса могла отпрянуть от Вернона, отпрыгнуть на пару шагов, но это выглядело бы просто смешно, словно они были застигнуты на горячем. Вместо этого она медленно отошла к миниатюрному холодильнику под баром, взяла салфетку и начала собирать оттуда лёд.

– Тебе напомнить, на ком именно из нас ты женишься? – ледяным тоном произнесла Хлоя.

Вернон пожал плечами:

– Мы договорились, что не будем изменять друг другу после свадьбы. А до сего благословенного события я вполне могу кувыркаться хоть с дюжиной девиц. Не то чтобы я мечтал об этом. Или делал бы непристойные авансы своим деловым партнёрам, как некоторые.

Его глаза сузились.

– Например, обещал бы им артефакт, который принадлежал не мне.

Выражение лица Хлои осталось прежним.

– Ты узнал, – только и сказала она.

– Сложно было бы не узнать. – Вернон указал на своё лицо, залитое кровью. – После того как некто чуть не одолел меня в схватке прямо перед защищённой комнатой, где хранится осколок. Кто его туда привёл? Может быть, призрак моего прадедушки?

– Он тебя поранил? – холодно спросила Хлоя.

Вернон пожал плечами:

– Я Тёмный. Но не это важно. Я хочу, чтобы ты порвала с ними всякие отношения и в следующий раз рассказывала бы мне про свои предупреждения. Внезапное требование, правда?

Хлоя покачала головой.

– Они обещают нам мир для всех Тёмных, – в её голосе появилась злость. – И раз уж Источник разрушила твоя…

Вернон предостерегающе поднял палец.

– Не советую, – тихо сказал он.

– Раз Пирс разрушила Источник, – небрежно поправилась Хлоя, – других шансов у нас не осталось.

Таисса молча подошла к Вернону и приложила лёд к рассечённой губе. Вернон покачал головой, перехватывая салфетку со льдом своей ладонью.

– Регенерация, Пирс, – устало сказал он. – Я уже в порядке.

– Девочка просто хочет показать свою трогательную заботу, – насмешливо сказала Хлоя. – А заодно и поймать тебя в свои сети.

– По крайней мере, она не соврала бы мне о своём втором предупреждении, – парировал Вернон. – Ты настолько мне не доверяешь? Или считаешь, что я вообще ничем не могу помочь? Я, между прочим, не только твой будущий муж, но и вполне себе гениальный Тёмный. Могу ночью принести фисташек в постель, могу долго целовать коленки… ничего, что я при Пирс? Ты же хотела, чтобы она от меня отстала, не так ли? Ну, после этих слов отстанет наверняка.

Хлоя вдруг покраснела. Совершенно по-девчоночьи.

А у Таиссы упало сердце. Так, словно не было ничего в целом мире: только бездонная темнота, окружающая её, и ноющая боль, пронзающая разум и тело.

– Ты обещал, что после свадьбы мы начнём заново, – уронила Хлоя. – А сам каждый день проводил в госпитале. С ней. Я не хотела тебе ничего рассказывать. Я вообще не хотела с тобой разговаривать.

– И совершенно забыла, что, как деловые партнёры, мы должны рассказывать друг другу всё. – Вернон отложил лёд и скрестил руки на груди. – Ты понимаешь, что после третьего предупреждения с тобой может быть покончено? Что к некоторым предупреждениям добавляется не только лишение способностей, но и тюрьма? Общественное мнение, уверен, будет в восторге: богатая наследница обживает тюрьму строгого режима. Думаешь, тебе там выделят хорошего дантиста? Боюсь тебя разочаровать, моя прелестная невеста, но есть шанс, что тебе не достанется даже зубной пасты. Особенно теперь, когда внушения на искусственную доброту и толерантность начинают рассеиваться.

– Это всё неважно.

Вернон вскинул бровь:

– Да ну? Просвети меня.

– Существует программа, – бесстрастно произнесла Хлоя, – которая скоро позволит дистанционно контролировать сознание всех Тёмных и всех Светлых. Излучение, которое проецирует наш мозг при внушении, удалось сдублировать и усилить. Светлым и Совету придёт конец.

– Я знаю, – ровно сказал Вернон. – Как и кто?

– Тёмная, – просто сказала Хлоя. – Одна Тёмная.

Виктория. Виктория Талль.

Но Хлоя не знала, что они получили эту информацию.

– Она обещала, что программа по спутниковому излучению будет запущена, как только они достигнут прорыва в своих экспериментах над Светлыми и Тёмными. Да, эксперименты довольно жёсткие. Но они окупятся.

– Пытки, – холодно сказала Таисса. – Называй вещи своими именами.

Хлоя проигнорировала её, небрежно поправляя сумку на плече.

– Им нужен твой осколок, Вернон. Не навсегда: возможно, он даже к тебе вернётся. Но сейчас он им нужен. Не заставляй меня выбирать между ними и тобой.

– Я, кстати, прекрасно помню, как ты выбирала между мной и сферой на аукционе, – светски заметил Вернон. – Впрочем, я ошибся. Ты вообще не выбирала.

Хлоя не повела и бровью.

– Я обожала тебя до того как стала Тёмной, – просто сказала она. – Думаю, даже сейчас я готова тебя полюбить. Но я не вижу ни одной причины, почему я должна выбрать тебя, а не тридцать лет молодости. Ты можешь врать себе, врать мне, врать кому угодно, но нет ничего постыдного в том, чтобы хотеть жить. За счёт других, если иначе никак.

Вернон устало вздохнул:

– Да. Ты права. Но иногда надеешься на чудо, знаешь ли.

Хлоя грустно улыбнулась:

– Я тоже надеялась. Например, на то, что ты всё-таки меня полюбишь.

– Настолько надеялась, что хранила мне просто-таки ошеломляющую верность? – хмыкнул Вернон. – Я потрясён.

Он провёл ладонью по лбу.

– Ладно, забыли. С верностью, надеюсь, мы разберёмся после свадьбы. Уверен, что ты ждёшь первой брачной ночи с нетерпением и уже приготовила три пары бархатных подвязок с голубками. А теперь, будь любезна, расскажи всё, что знаешь об их лидере. О той Тёмной, как я понимаю, что атаковала нас в госпитале. Не так ли?

Брови Хлои взметнулись:

– Ты догадался? А мой жених неплохо осведомлён.

– Кто она и что ей нужно от меня? – резко спросил Вернон. – Я применю внушение, ты же меня знаешь.

Хлоя холодно улыбнулась:

– Нет. Не применишь.

Её рука скользнула в сумку.

В следующий миг Вернон вскрикнул, падая на колени. А у Таиссы знакомо закружилась голова. Она попыталась рвануться, но невидимая сила удерживала её на месте, словно её ноги разучились ходить.

Излучатель. У Хлои был ручной излучатель!

– Сожалею, – спокойно сказала Хлоя, – но я на её стороне. Вернон, надеюсь, рано или поздно она будет и твоей стороной. Но я не могу ждать. Мир не может ждать.

– Какое это… предательство по порядку? – прошептал Вернон. – Я скоро собьюсь со счёта.

Хлоя переступила через него. Её рука скользнула в сейф, и зов Источника обдал Таиссу жаркой волной. В следующий миг что-то сверкнуло в руке Хлои, и та отправила содержимое в сумочку.

– Хлоя, не надо, – с трудом выговорила Таисса. – Ты не представляешь, сколько зла этот осколок может причинить. Разве все хотят стать такими Тёмными, как ты? Ты помнишь, как ты изменилась. Не можешь не помнить!

Хлоя пожала плечами:

– Я разучилась любить. Но жить это мне не мешает.

Таисса стиснула зубы.

«Мой отец умрёт, если не отдать осколок Источника Совету», – хотела было сказать она, но слова замёрзли в горле. Сказать это Хлое?

Впрочем, был ли у неё выбор?

– Ты потеряла отца, – тихо сказала она. – Я потеряю своего, если Совет не получит осколок. Они прервут операцию, и мой отец погибнет.

Лицо Хлои стало жёстким.

– Возможно, я и сочувствую тебе. Немного. Но женщины из твоей семьи имеют обыкновение вцепляться в мужчин, которые им не принадлежат, и вот это я не могу ни простить, ни оправдать. Я стану матерью детей Вернона, а ты – ты никто.

В общем-то, это было справедливо. Вот только… женщины из её семьи?

– У меня и моего отца нет сестёр, а у моей матери был лишь мой отец, – медленно сказала Таисса. – О каких других женщинах ты говоришь?

Хлоя расхохоталась.

– Да ну? А Майлз Лютер и твоя мать? А Элен Пирс, которая флиртовала с двумя мужчинами одновременно и каждому обещала рай? А ты сама? Девочка, открой глаза.

Вернон шевельнулся на полу. Его губы дрогнули.

А потом Хлоя в изумлении отступила, резко запустив руку в сумочку, когда он приподнялся.

– Твоё излучение – мощная штука, – хрипло сказал он. – Но моё кун-фу сильнее.

– Ты не должен был, – вырвалось у Хлои. – Нет!

А потом она бросилась бежать.

Вернон настиг её в два прыжка – и осел перед включённым силовым полем. Он ударился лбом, золотистая гладь едва заметно спружинила…

…И всё. Хотя Вернон должен был бы разрубить поле пополам.

Он быстро набрал приказ на линке, но поле не исчезло.

Хлоя сменила коды. Она предусмотрела всё.

– Ты ослабел, – произнесла Хлоя. – Но даже такой ты нам нужен. Помни об этом, Вернон. Ты не доверился мне, не признался, что умираешь, но я не бросила тебя. Даже сейчас я не предаю тебя. Просто создаю мир, в котором мы сможем жить и быть счастливы.

Она коснулась силового поля.

– Я хочу, чтобы ты жил, – негромко сказала она. – Жил со мной.

– Ответь мне только на один вопрос, – слабо, но твёрдо произнёс Вернон. Он едва держался на ногах, но смотрел на Хлою прямо. – Как ты поняла, что я умираю? Я не сказал об этом тебе. Я не сказал никому.

– Ты предал меня, не сказав мне.

По лицу Вернона прошла судорога.

– Да. Ставки слишком высоки.

– Я понимаю, – спокойно кивнула Хлоя. – И могу тебе помочь.

Сфера. Наёмник, Тор, предлагал Вернону сферу.

– Как? – произнёс Вернон.

– Тёмная, которая возглавляет движение, перехватила меч и сферу после аукциона, перекупив наёмников. И она хочет отдать сферу тебе. Тогда, на аукционе, она хотела тебя спасти: та работорговка, что собиралась купить тебя, должна была доставить тебя в безопасное место. Эта Тёмная всё про тебя знает, Вернон. Вообще всё.

– И ты к ней не ревнуешь?

Хлоя засмеялась:

– Нет. Увидишь. Узнаешь.

– Хотя бы скажи, – шёпотом сказал Вернон. – Как она узнала, что я умираю, и сказала тебе? Ведь ты не знала. Никто не знал.

Хлоя вздохнула:

– Это на грани.

– На грани той информации, что ты не должна выдавать?

– Да.

– Всё равно, – глухо сказал Вернон. – Ответь мне.

Хлоя перевела взгляд на Таиссу.

– Она хотела узнать о тебе всё, – произнесла она. – Тёмная, о которой мы говорим. Да, ты ставил блоки своим людям, которые пытаются вернуть тебе долгую жизнь. Да, ты был очень осторожен. Да, ей пришлось попотеть. Но она узнала, Вернон. И рассказала мне.

– Почему? Почему она так мной интересуется?

Хлоя лишь покачала головой:

– Неважно. Она знает, что тебе грозит смерть – через год, полтора года или куда раньше. И она намерена это изменить.

Пальцы Хлои почти коснулись пальцев Вернона: их разделяло лишь силовое поле. Во взгляде Хлои была печаль.

– Пойдём со мной, – прошептала она. – Пожалуйста.

Вернон покачал головой:

– Один раз ты мной уже пожертвовала. На аукционе, помнишь?

– Больше этого не будет, – без колебаний произнесла Хлоя. – Обещаю. Никаких больше предательств, никаких чужих постелей, никаких тайн. Только ты, я и новый мир.

Взгляд серых глаз Вернона был совершенно непроницаемым.

– Те, к кому ты меня зовёшь, пытают Светлых.

– Они это заслужили, – без колебаний произнесла Хлоя.

– Пытают Тёмных.

– Предателей.

– Пытают живых людей, которые испытывают боль. – Вернон тяжело вздохнул. – Терпеть не могу быть моралистом. Но что я должен сделать, выдать им по шоколадке? Может быть, пригласить твою Тёмную на ужин и поблагодарить, что она отвела от меня плазменное ружьё, когда убивала моего союзника? Посадить связанную Таиссу Пирс на стул и включить излучатель, пока у неё не вскипят мозги? И ты серьёзно не разорвала бы с таким парнем помолвку? Я бы как минимум разбил зеркало.

– Пусть так, – ровно сказала Хлоя. – Но ты передумаешь. Прощай.

Хлоя сделала шаг назад. Коснулась сумки, в которой лежал осколок Источника.

И мгновенно перейдя на сверхскорость, исчезла.

Вернон, пошатнувшись, вскинул руку и набрал пару команд на линке.

– Связываешься со службой безопасности? – спросила Таисса.

– Ну, кто-то должен снять это силовое поле. Тем более что охранять больше, в общем-то, нечего.

Чуть подволакивая ногу, он подошёл к кровати и повалился на неё, раскинув руки.

– Я попросил дать мне полчаса, чтобы прийти в себя, – произнёс Вернон, глядя в потолок. – Здесь есть душ и всё остальное. Ты не против?

– Не против чего? – в голосе Таиссы прорезался металл. – Потереть тебе спинку?

На губах Вернона появилась кривая усмешка:

– Да, тут я, пожалуй, переборщил. Будем говорить о Хлое?

– Зачем? – Таисса подошла к кровати. – Уж скорее стоит говорить обо мне, причём с той самой минуты, когда я приняла твою помощь, оказавшись в Нью-Йорке. Мне действительно стоило держаться от тебя подальше.

Усмешка на лице Вернона сделалась шире.

– Строгая и неприступная Таисса Пирс, предающаяся самобичеванию. Что ж, будь по-твоему.

Он коснулся линка, и синий огонёк нейросканера снова вспыхнул.

– Я не спал с Хлоей, – просто сказал он. – Только одним вечером, когда ты была в глубоком космосе, мы забрались вместе на диван, смотрели старые шоу и разговаривали о том, какой будет наша семейная жизнь. Мне было очень уютно в тот вечер, пусть всё, в чём мы погрязли, и было лишь дурацкими фантазиями, образами, детскими мечтами. Я не буду тебе врать, Таисса Пирс: я хотел бы стать с ней счастливым. И с прежней Хлоей, возможно, и стал бы. Но сейчас…

– Ты женишься на ней, – тихо сказала Таисса. – Но никогда её не простишь.

– А как, Таисса-оправдание? – Вернон приподнял голову. – Как простить кого-то, когда он готов повторить своё предательство снова и снова?

Таисса шагнула к нему. Накрыла его запястье с линком и молча отключила нейросканер.

– Со мной, – тихо сказала она, – тебе это не нужно. Я тебе верю, Вернон.

Вернон поднял брови:

– В плену у моего отца, помнится, кто-то пел совершенно другую песню.

– Но ты оказался хорошим парнем. – Таисса слабо улыбнулась. – Я это запомнила.

Тёплые пальцы Вернона перехватили её руку. Накрыли на несколько секунд.

Ему хотелось потянуться к ней, Таисса это видела. Она не обманывала себя.

Но пальцы Вернона соскользнули, и он снова откинулся на кровать.

– Год жизни, – произнёс он, глядя в потолок. – Полтора. Я практически бросил пить, ты знаешь, Таисса-трезвенница? Из-за тебя или нет, я не знаю. Но особого утешения это не принесло.

– Я восхищаюсь тобой, – тихо сказала Таисса.

– А вот я собой не очень.

Его линк пискнул. Вернон коснулся экрана и изменился в лице.

– Это… невозможно, – с запинкой произнёс он. – Но кто будет так шутить?

– Что? – нетерпеливо спросила Таисса.

Во взгляде Вернона, устремлённом на неё, было потрясение.

– Твой отец, – низким от волнения голосом произнёс он. – Синхронизация прекращена досрочно. Всё сработало. У твоей Найт всё получилось. Его перевели в режим глубокого сна, чтобы не тревожить мозг, и утром… утром…

Его голос перехватило. Таисса лишилась дара речи. Утром её отец проснётся? Снова будет с ней? Он, живой, настоящий?

Ноги больше не держали её. Она сделала два нетвёрдых шага и свалилась на кровать кулём.

Вернон подхватил её. Обнял.

– Плачь, – прошептал он. – Плачь, моя маленькая. Теперь можно.

Таисса уткнулась в залитый кровью лацкан, тяжело дыша. Слёз не было. Был глубокий шок, неверие, сердце, которое отказывалось стучать…

Неужели правда?

– Я должна… в клинику, – выдавила Таисса.

Рука Вернона придавила её к кровати.

– Ни в коем случае. Это твой отец, Пирс. И он проспит ещё шестнадцать часов как минимум: мозгу нужен отдых. Поэтому ты останешься на официальную часть приёма как ни в чём не бывало, а потом поедешь в свои апартаменты и выспишься. Вопросы?

Таисса откинулась на спину и закрыла глаза. Всё. Шантаж Александра потерял смысл. Впрочем, она правдиво ответит под нейросканером, что Хлоя забрала осколок против их с Верноном воли. Александр будет знать, что Таисса сделала всё, что могла.

Её отец будет жить. Таиссе было слишком страшно поверить в чудо. Но маленький росток веры проклюнулся глубоко внутри. Крохотный огонёк, который так хотелось согреть ладонями.

– Ты справишься, – шепнул Вернон. – Увы, твоё платье совершенно не помялось, и мне не придётся в спешке раздевать тебя и искать другое. Печально, правда?

Таисса тихо засмеялась.

А потом вздрогнула.

– Внизу проекция Виктории, – хрипло сказала она. – И она ещё не знает, что мы её вычислили.

– Она наверняка уже знает, что осколок у Хлои и что моя дорогая невеста передала мне предложение присоединиться к ним, а я отказался. – Вернон выпустил Таиссу и сел на кровати. – Но того, что нам известно, кто она… нет, об этом Виктория ещё не догадывается. И я бы не отказался от возможности обменяться с ней парой нейтральных реплик. В конце концов, когда ещё представится такая возможность?

Таисса невесело усмехнулась:

– Действительно.

Вернон на миг сжал её руку, встал и секунду спустя исчез за неприметной дверью. Оттуда послышался плеск льющейся воды.

Таисса подошла к зеркалу. Платье и впрямь по-прежнему сидело безупречно. Она поправила жемчуг, достала из волос шпильки и принялась заново сооружать причёску.

Виктория Талль ненавидела Таиссу, но защищала Вернона. Настолько, что была готова отдать ему самый ценный артефакт на планете. Почему подобная жертва вовсе не удивляла Хлою? Циничную Хлою, которая легко обменяла Вернона на сферу и совершенно не сомневалась, что все остальные поступят так же?

Что же Хлоя знала о Виктории? Что?

Позади стукнула дверь. Таисса не обернулась, но прекрасно увидела отражение Вернона в зеркале. В одном полотенце вокруг бёдер.

– Что-то мне подсказывает, что ты его сейчас снимешь, – уронила Таисса. – И заодно отпустишь пару шуточек.

– Или подойду к тебе, обниму сзади и попытаюсь поцеловать в шею, – согласился Вернон, открывая шкаф. – Иногда мне кажется, что лучше бы я расторг помолвку, когда тебя мучили на лунной базе. Сейчас бы ты из этой комнаты не вышла, пока я бы тебя не раздел и не сделал с тобой всё, что я хочу сделать.

Таисса подняла бровь. А потом задумчиво улыбнулась.

А почему бы и нет? Что случится, если они это сделают? Её Вернон медленно умирал, пусть даже сейчас он был жив и весел. И не иметь возможности прикоснуться к нему, когда он, полуобнажённый, стоял с ней в одной комнате, было невыносимо. Что может выйти из одного безумства, совершённого из любви?

Таисса обернулась к нему от зеркала. Развела руками:

– Делай.

Несколько секунд Вернон смотрел на неё, не отрываясь. Читая в её взгляде согласие, нежность, доверие – всё.

А потом медленно подошёл к ней, ступая босыми ногами по ковру, и взял ладонью за подбородок.

– Таисса-соблазнительница, – нежно сказал он. – Так хочешь вознести меня на небеса? Я же наотрез откажусь спускаться.

Таисса вспыхнула, попытавшись уклониться, но Вернон покачал головой.

– М-м. Ты будешь стоять здесь, пока я тебя не поцелую. Потом с меня упадёт полотенце, ибо полотенца коварны и всё время этим занимаются, я отнесу тебя на кровать и сниму с тебя всю одежду, и на этот раз никакого инъектора с нейтрализатором не будет. Только ты и я. Выключить для тебя свет?

– Да, – прошептала Таисса. – И запереть дверь.

– И закрыть тебе рот поцелуем, – согласился Вернон. – И не только рот, и не только поцелуем, и ты даже не представляешь, какие ощущения у тебя родятся, когда я подхвачу тебя под бёдра и прижму к стене. Тёмный Тёмную. – Он тихо улыбнулся. – Тёмная на Тёмном. Как тебе фантазия?

– Ничего себе нагая натура, – сдавленно произнесла Таисса.

Вернон кивнул.

– Я дарю её тебе, Таисса Пирс. Но больше…

Он наклонился и коснулся губами кончика её носа.

– …Мне подарить нечего. Потому что я не буду тем парнем, кто встаёт, одевается и уходит.

Его ладонь соскользнула с её подбородка. На миг задержалась на ключицах…

…И Вернон отнял руку, так и не коснувшись её груди.

– Помнишь, тогда на яхте? – хрипло сказал он.

– Да, – тихо сказала Таисса.

– Я чуть не сошёл с ума в ту ночь. Твоя солёная кожа, счастливые глаза… я чуть не утонул в них тогда, малышка. Но сейчас…

Теперь в голосе Вернона слышалась настоящая тревога.

– Сейчас у тебя другие глаза. На тебя льётся только боль.

– Я справлюсь.

Вернон покачал головой:

– Ты так и не сходила к психологу. После того как тебя чуть не порезал скальпелем тот, кого ты любишь.

– Ему сейчас приходится ещё хуже, – тихо сказала Таисса. – Если бы мы только смогли сделать Дира Светлым, чтобы он больше не испытывал диких болей…

– Он сам не захочет, – проницательно произнёс Вернон. – Наш Тёмный хлебнул свободы, а после того как Светлые окунули его в грязь и чуть не заставили изувечить любимую девушку, я не думаю, что он хочет иметь с их аурами хоть что-то общее.

– Я видела его здесь, – призналась Таисса. – На приёме.

Вернон моргнул:

– Надо же. И сказала, что скоро вселенная осчастливит его появлением Дира-младшего?

Таисса покачала головой:

– Мы не обменялись даже словом. Я не знаю, почему Дир был здесь. Охотился за контрольным пакетом акций? Договорился с кем-то о встрече?

– Хотел увидеть тебя, скорее всего, – задумчиво произнёс Вернон. – Я бы на его месте хотел бы именно этого. Убедиться, что с тобой всё в порядке.

Он посмотрел вниз. Полотенце, закреплённое вокруг бёдер, висело очень надёжно. Вернон с сожалением покачал головой:

– Кажется, мне всё-таки придётся одеться, иначе я за себя не ручаюсь. А за тебя тем более, Пирс. Если бы ты и я оказались на космическом корабле, можешь себе представить, в каком виде мы бы его пилотировали.

– Мы бы врезались в ближайший астероид, – в тон ему сказала Таисса.

– Вот-вот.

Он резко развернулся и пошёл к шкафу.

Таисса не стала разворачиваться к зеркалу, чтобы понаблюдать за Верноном. Просто подошла к кровати и села спиной к шкафу, глядя на пол.

К чему лукавить? Ей хотелось, чтобы Вернон раздел и обнял её. Чтобы тот, кто её любил и кого любила она, назвал бы её своей. Но, кажется, она хотела невозможного.

Вернон беззвучно подошёл к ней и коснулся плеча.

– Таисса-светская львица, – негромко позвал он. – Бал нас ждёт.