Глава 17. Ночь без огня

Он поцеловал её — долго, глубоко, и его рука скользнула между её ног. Пальцы нашли клитор, начали гладить — осторожно, мягко, как он делал и все остальное.

Вера чувствовала, как тело откликается. Влага появлялась, дыхание учащалось, но где-то глубоко внутри не загорался тот огонь, к которому она привыкла. Его пальцы двигались по клитору — круговые движения, лёгкие нажатия, иногда он проскальзывал ниже, к входу, смазывал влагой, потом возвращался обратно.

— Хорошо? — спросил Риан.

— Да, — выдохнула она. — Продолжай.

Он продолжал. Гладил, массировал, иногда наклонялся и целовал её грудь. Его губы смыкались на соске, язык кружил вокруг, посасывал. Вера чувствовала, как соски твердеют, как по телу разбегаются мурашки.

Но это было просто приятно, не более.

Он спустился ниже — живот, бёдра, внутренняя сторона бедра. Его дыхание щекотало кожу, и Вера замерла в ожидании. Она думала, что он сделает то, что делал Кейрос — заставит её кричать от одного только языка.

Риан раздвинул её складки пальцами, всмотрелся.

— Красиво, — выдохнул он.

И лизнул.

Язык у него был мягким, тёплым, он водил им по клитору медленно, старательно, будто выполнял важное задание. Вера чувствовала, как внутри нарастает напряжение — но не то, острое, сжигающее, а обычное, земное, знакомое.

Он лизал долго, минут десять, меняя ритм, пробуя разные движения. Вера закрыла глаза и позволила телу откликаться — стонала, когда надо, дышала чаще, когда надо.

— Сейчас, — выдохнула она, чувствуя приближение оргазма.

Риан ускорился, добавил палец внутрь — один, потом два. Они двигались внутри неё в такт языку, и Вера кончила.

Оргазм был — тёплый, приятный, расслабляющий. Она выдохнула, выгнулась, чувствуя, как мышцы сжимаются вокруг его пальцев.

— Ого, — выдохнул Риан, поднимая голову. — Ты кончила?

— Да, — улыбнулась Вера.

— Я сделал это! — Он выглядел таким гордым, будто победил в битве. — У меня получилось!

Вера рассмеялась — искренне, тепло.

— Получилось, молодец.

Он поднялся, навис над ней. Член стоял твёрдый, пульсирующий, с головки капало.

— Я хочу войти, — сказал он. — Можно?

— Можно.

Он приставил член ко входу, помедлил.

— Точно?

— Точно, Риан. Заходи уже.

Он вошёл.

Медленно, осторожно, будто боялся сделать больно. Вера чувствовала, как наполняется, как растягиваются стенки, как его член скользит внутрь. Это было... приятно. Тёпло. Полно.

Риан замер, давая ей привыкнуть.

— Ну как? — спросил он.

— Хорошо. Двигайся.

Он начал двигаться — ритмично, аккуратно, с какой-то почтительной осторожностью. Каждый толчок был выверен, каждое движение — продумано. Он явно старался угодить.

Вход-выход, вход-выход. Его член скользил внутри неё, смазанный её влагой. Вера чувствовала, как он заполняет её, как головка задевает чувствительные места.

— Тебе нравится? — спросил он, чуть сбившись с ритма.

— Да, — ответила она, чуть громче, чем следовало.

Он улыбнулся и ускорился.

Вера смотрела на него снизу вверх. Его лицо было сосредоточенным, почти серьёзным — он явно контролировал каждое движение, боясь сделать что-то не так. Пот стекал по его лбу, дыхание сбилось, но он продолжал, стараясь попадать в ритм.

— Сильнее, — попросила Вера, чтобы хоть как-то разнообразить ощущения.

Он послушался — ускорился, стал входить глубже. Теперь каждый толчок отдавался во всём теле, ложе поскрипывало, её грудь подпрыгивала в такт.

— Хорошо? — выдохнул он.

— Да, — ответила она, чувствуя, как внутри нарастает второе напряжение.

Но это было не то. Не то.

— Я сейчас, — выдохнул Риан. — Прости, я не могу долго...

— Ничего, — погладила она его по спине. — Кончай.

Он застонал, ускорился до предела, вошёл глубоко и замер, зарычав. Вера чувствовала, как его член пульсирует внутри, как горячая сперма заливает её. Толчками, толчками, толчками — много, очень много.

Он рухнул рядом, тяжело дыша.

— Прости, — выдохнул он. — Я слишком долго ждал. В следующий раз будет дольше.

— Всё хорошо, — погладила его по груди Вера.

Он повернулся к ней, поцеловал в плечо.

— А ты? — спохватился он. — Ты же не кончила второй раз?

— Ничего, — улыбнулась Вера. — В следующий раз.

— Точно? — Он выглядел виноватым. — Я могу ещё... пальцами... или языком... Ты скажи, я сделаю.

— Риан, — перебила она. — Расслабься. Мне было хорошо. Правда.

Он посмотрел на неё долгим взглядом, потом улыбнулся — счастливо, довольно.

— Я тебя люблю, — сказал он.

— Я знаю.

Сперма начала вытекать из неё — тёплая, густая. Вера чувствовала, как она стекает по бедру на ложе.

— Ой, прости, — спохватился Риан. — Я сейчас уберу.

Он вскочил, нашёл какую-то ткань, начал вытирать её — старательно, заботливо, как ребёнок.

— Ты не обязан, — улыбнулась Вера.

— Хочу, — ответил он, вытирая её бёдра, живот, между ног. — Ты моя женщина. Я должен заботиться.

— Ну, если должен...

Он закончил, лёг рядом, притянул её к себе.

— Знаешь, — сказал он мечтательно, глядя в потолок, — я всегда думал, что это будет как-то... ну, не знаю. Торжественно, что ли. А получилось по-простому. Но хорошо.

— По-простому — это хорошо, — согласилась Вера.

— Ты правда не разочарована?

— Правда.

— А что ты чувствовала? Когда я... ну... внутри?

Вера задумалась.

— Тепло, — ответила она. — Спокойно. Хорошо.

— А ещё?

— А ещё ты очень старался, — улыбнулась она. — Это было видно.

— Я и правда старался, — признался он. — Очень хотел, чтобы тебе понравилось.

— Понравилось.

Он вздохнул с облегчением.

— Я так боялся, что всё испорчу. Что окажусь недостаточно хорош. У тебя же, наверное, были мужчины на Земле... опытные...

— Были, — перебила Вера. — Но это не важно. Важно, что ты есть. Здесь. Сейчас.

— Ты самая лучшая, Вера. Самая лучшая.

Она улыбнулась в темноту.

Риан уснул быстро — видимо, переволновался и выдохся. Он лежал рядом, раскинув руки, и тихо посапывал. Во сне он улыбался — довольно, счастливо.

Вера лежала с открытыми глазами, глядя в потолок.

Между ног ещё пульсировало, сперма продолжала вытекать, смешиваясь с её собственной влагой. Тело было удовлетворено — физически, механически.

Но внутри была пустота.

Она посмотрела на свою руку. Фиолетовая ниточка на запястье почти исчезла — только слабое мерцание, которое можно было принять за игру света.

— Ты тоже уходишь, — прошептала она. — Ты тоже меня покидаешь.

Знак не ответил.

Рядом сопел Риан, пахло сексом и потом, было тепло и безопасно. Вера закрыла глаза.

Она представила другие руки — холодные, требовательные, которые не спрашивали, а брали. Другой член — огромный, заполняющий до предела, от которого перехватывало дыхание. Другой голос — низкий, вибрирующий, шепчущий «моя Вера».

Тело отозвалось — сладкой судорогой внизу живота, пульсацией между ног, дрожью в коленях.

— Нет, — прошептала она. — Я выбрала это. Это правильно.

Но тело не слушалось. Оно хотело другого. И этот другой был далеко.

— Прости, Риан, — прошептала Вера в темноту. — Прости, что я не могу быть с тобой по-настоящему.

Рядом заворочался Риан, придвинулся ближе, обнял её во сне. Вера замерла. А потом заплакала — тихо, беззвучно, чтобы не разбудить. Слёзы текли по щекам, капали на подушку, смешивались с запахом секса и пота.

Она плакала о том, что не может быть нормальной. О том, что её тянет к тьме.

О том, что даже в объятиях хорошего, доброго, любящего мужчины она думает о другом.