Глава 20

— Не переживай, ты тоже её полюбишь, — расплылся в улыбке Декс и вошел воду, заставив сапоги утонуть примерно по щиколотку.

Маг коснулся ладонью водной глади, совершил пару движений пальцами и то ли прошептал, то ли прошипел:

— На Рин, твой Тони в опасности. Нужна помощь.

Несколько минут не происходило ровным счетом ничего. Я даже улыбнулась, прикидывая, не сошел ли мой жених с ума. Но тут произошло нечто странное. Море рядом с нами пошло мелкими пузырями и белой пеной, а после из водной глади высунулась голубая драконья голова с загнутыми серебристыми рогами. Зверь несколько мгновений смотрел на нас с Дексом, а затем тихо рыкнул. Без устрашения, словно отвечая на призыв.

— На Рин, это Аннет. Очень важный человек для твоего друга. Меня ты знаешь. Мы пришли за помощью.

Маг сделал несколько несмелых шагов в сторону драконихи, явно прикидывая, расположена она с ним говорить или не очень. Но та лишь, снисходительно скосив глаза на Декса, пыхнула дымом, а после вперилась в меня взглядом огромных желтых глаз с вертикальными зрачками.

Я невольно отступила назад, боясь, что сейчас в чешуйчатой собственнице взыграет ревности и меня сожрут на обед. Но дракониха не злилась, она смотрела оценивающе и так, задумчиво. Как будто прикидывала, опасна ли я для её друга или нет.

Пока меня изучали, Декстер что-то нашептывал На Рин. А когда закончил, та боднула его огромной головой, бессовестным образом роняя в воду.

— Тьфу, — он отплевался от холодной воды, — буду думать, что это было да.

Но дракониха уже не слышала, устремляясь прямиком ко мне. Краем глаза я заметила, что её тело вытянутое, прямо как у символа Первого Халифата. Она вполне могла бы позировать создателю центральных врат.

— Привет, На Рин. Приятно познакомиться, — я не была уверена, что меня понимают, но гнала от себя страх. — Ты очень красивая.

Я не врала. На солнце чешуя переливалась всеми оттенками синевы, а кое-где и отдавала серебром. Чешуйка к чешуйке — невероятно прочный панцирь, который практически невозможно пробить.

На Рин боднула меня мордой, но не так сильно как Декса. На ногах удалось устоять. Потом еще раз. И еще. Не сразу сообразила.

— Ты хочешь, чтобы я тебя погладила?

Так делал отцовский пес, но он дракона подобных повадок я не ожидала. Вопреки опасениям, вытянула вперед руку и коснулась широкой морды и чуть не подпрыгнула, когда услышала:

“Приветствую тебя в Халифате, Аннет Ван Дайк, дочь Континента. Можешь не отвечать мне вслух, просто думай”

“Благодарю за приветствие. Рада знакомству”

“Я редко говорю с людьми, ваши мысли слишком хаотичные и тяжелые. Но ты необычный человек и я знаю, что как бы далеко ты ни убежала, ты вернешься. Я буду ждать тебя”

“Но я…”

“Ты вернешься. Твое сердце уже принадлежит Халифату”

“Нет”

“Он и есть Халифат. До встречи, Аннет Ван Дайк. Скажи Видящему, что я сделаю всё, о чем он просил. Ради того, кто любит море и слышит его сердце…”

С удивительной для такого огромного создания скоростью На Рин скрылась в водных глубинах. Декс уже стоял на берегу совершенно сухой и довольный.

— Ну, что она сказала? Не дракониха, а вредина — вечно швыряет меня в воду.

— Сказала, что сделает все ради того, кто любит море и слышит его сердце.

— Я не сомневался. И больше ничего?

— Больше ничего.

У меня не было желания обсуждать с ним мутные предсказания дракона. Это абсурд. Я вернусь домой и больше никогда не буду вспоминать Халифат. Разве что его фантастические сладости, вкуснейшие специи, дурманящие голову ароматы. Но никогда Великого Халифа. Разумеется, если Тони им станет.

* * *

В полдень мы с Дексом стояли плечом к плечу на Судебной площади. Я нервно теребила рукой небольшой кристалл на шее. Его мне перед выходом из таверны подарил теперь уже бывший жених.

— Ты не должна подвергать себя опасности, но я знаю, что оставить тебя здесь вместе с Риа не получится. Поэтому возьми.

— Что это? — я пристально рассматривала камешек, который маг опустил на мою ладонь.

— Магический артефакт с севера. Мне подарил его вождь одного из племен. Если сожмешь камень изо всех сил и представишь место, в которое хотела бы попасть — тут же там окажешься. Только имей ввиду, он работает только один раз. После станет просто безделушкой на твоей шее. Обещай, если что-то пойдет не так, ты сразу же отправишься в дом отца…

— Обещаю.

Умею ли я держать обещания? Обычно да. Но сейчас, то и дело касаясь пальцами прохладного камня, я не знала, что сделаю в случае провала: перенесусь домой или окажусь рядом с Тони, чтобы умереть вместе с ним.

Видеть как мужчина, громыхая золотыми кандалами, покорно поднимается и замирает на месте подсудимого было физически больно. Но то, что произошло потом, заставило мое сердце дрогнуть.

Увидев Сиятельного Ну Тона в цепях площадь обезумела. Отовсюду слышались крики:

— Свободу Наследнику Халифата!

— Долой гуляку!

— Воин должен править Халифатом!

Площадь гудела, как огромный улей. А когда из подъехавшей кареты вышел Великий Халиф в сопровождении нового Наследника, в них полетели гнилые помидоры и яблоки. Азалунам пришлось замкнуть строй, провожая мужчин в защищенную магией зону для судей. Придворный маг стоял за их спинами, подпитывая невидимый людям щит.

Азалуны выстроились вдоль постамента, отделяя подсудимого и правителей от галдящей толпы. Пока Великий Халиф, усиленным магией голосом, зачитывал обвинение для Тони, я внимательно рассматривала его. Кажется, Тони пошел в отца только фигурой, во всем остальном они словно были чужими людьми.

А вот брат Ну Тона был точной копией отца: коренастая фигура, впалые глаза, тяжелая челюсть и даже отстраненный взгляд — все говорило о том, что они одного поля ягоды.

Площадь замолчала, ловя каждое слово Великого Халифа. Но стоило ему замолчать, как вновь полетело:

— Ложь! Мы требуем справедливости!

— Ложь? — громыхнул правитель. — Думаете, то что упало с неба, принесло вам правду? Неужто решили, что сам Халифат говорит с вами?

Я не совсем понимала, но Декс склонился ко мне и прошептал на ухо:

— В древних легендах описано, что некогда в воздух поднимались огромные сферы и слышался истинный глас Халифата. Получилось не совсем то, но люди поверили. Это хорошо.

Мне было страшно. Все, на что мы можем надеяться сейчас — это древние легенды. Жизнь Тони целиком зависит от сказаний, которых я не знаю. Но, кажется, твердо знает весь Халифат и, я надеюсь, верит.

— Для них, — Декс кивнул на толпу, — Сиятельные почти боги. Это первый суд над столь родовитым человеком за последнюю тысячу лет. Поэтому народ растерян и готов поверить по все, что угодно.

— Тебе не кажется, что для растерянного народа эти люди слишком дерзко разговаривают с Великим Халифом?

— Это подстрекатели. Народ просто поддерживает. Я нанял десятерых матросов и научил, что говорить.

— Иногда, Декстер Шайн Блинд, я начинаю тебя бояться.

— Ты последнее время всего боишься, — уколол маг и получил локтем под ребра.

Удивительно, но мне стало полегче. Раз Декс веселиться, значит, все идет по плану. Меж тем Великий Халиф продолжал.

— Мы требуем истинного суда Халифата! — раздалось в толпе и тут же было поддержано сотней голосов.

— Что ж, раз мой народ требует, я подчиняюсь. Но сперва все мы должны знать, примет ли Сиятельный Ну Тон решение этого суда?

— Любое решение Истинного суда священно. Я с честью приму его.

— Раз так, тогда прошу кинжал, — Великий Халиф подошел к мужчине в черном плаще, расшитым по подолу магическими рунами. Как я поняла, это придворный маг, но его лица мы не видели — оно скрывалось в глубоком капюшоне.

Маг отстегнул от пояса кинжал в золотых ножнах, инкрустированных рубинами, и приклонил колено, протягивая его Халифу.

Двое азалунов подхватили Тони под руки и подвели к чаше центрального фонтана. Теперь дракон навис над ними, точно хотел укрыть гигантскими крыльями. Великий Халиф подошел к сыну и полоснул по ладони кинжалом. Тони лишь слегка поморщился, сжимая руку. Кровь послушно потекла в чашу фонтана.

— Я, Сиятельный Ну Тон, — его ровный голос мягким эхом разнесся над толпой, — прошу Истинного суда Халифата. Пусть великие силы скажут чиста ли моя совесть и, если чиста, покарает моих обидчиков.

По площади прошли шепотки. Стоящие неподалеку от меня мужчины тоже тихо переговаривались:

— Магия Халифата не отзывалась уже тысячу лет. Все, кто просил Истинного суда мертвы.

— Жаль. Этот Ну Тон хороший парень, такой Халиф пропадет.

— Да ему все равно умирать. Что с Истинным судом, что без, — отмахнулся собеседник.

Я посмотрела на Декса, но тот и не подумал действовать, просто стоял рядом. Тони поднял взгляд и нахмурился. Неужели, что-то идет не так? Или это уже не план Тони, а отдельный план Декстера Шайн Блинд?

— Что происходит?

— То, что должно. И это даже смешно.

Декс посмотрел на меня, и я с трудом удержалась от вскрика. Его глаза были совершенно белыми.

— Итак, Халифат молчит, — провозгласил отец Тони, обводя площадь торжествующим взглядом. — Даже древняя магия считает Сиятельного Ну Тона виновным. Что ж, внесите регалии Наследника!

Все вокруг замолчали. Над огромной Судебной площадью висела такая тишина, что стоило бы кому-то чихнуть — услышали бы на другом конце.

Человек в таком же черном плаще, как и придворный маг, поднялся на возвышение. В его руках лежала вычурная подушка, расшитая неизвестным мне золотым рисунком, а на ней знакомые мне перстень и мантия.

— Сиятельный Ну Тон перед смертью официально передаст титул Наследника своему единокровному брату Ну Тому.

Тони вытянул вперед руки. В одну Великий Халиф вложил перстень, на другую легла мантия. Но раньше, чем мужчина успел сделать хоть один шаг в сторону стоящего рядом с магом брата, над площадью разнесся истошный женский визг. Потом еще один, и еще.

— Смотрите!

— Истинная магия Халифата!

Я пару секунд не понимала ничего, а потом замерла, не в силах даже кричать. Мне был хорошо известен план, но когда вода в центральном фонтане превратилась в кровь, я остолбенела. Алые вязкие потоки медленно стекали по морде и крыльям дракона, заполняя гигантскую чашу и протоки вокруг площади.

— Халифат гневается!

— Вода превратилась в кровь! Море! Скорее, море!

Прибрежные волны тоже окрасились алым и вспенились, словно кто-то решил их вскипятить. Все присутствующие на площади оглянулись и одновременно вскрикнули.

А венцом Истинной магии стал вырвавшийся из алой пены дракон. На Рин, а это была она, оказалась настоящей красавицей и не стеснялась демонстрировать всем свои гигантские кольца и кожистые крылья. Она извивалась в воздухе кольцами, а поравнявшись с застрявшим в зените солнцем с громким рыком изрыгнула пламя. Оно огненной стрелой полетело по небу, но внезапно начало опускаться.

Начался хаос. Люди кричали и метались, не зная куда прятаться. Но в миг остановились, услышав голос Сиятельного Ну Тона — я ума не приложу, как он перекричал всю эту толпу:

— Стойте! Это священное пламя дракона! Оно для вас не опасно!

И правда. Огненная стрела ударила точно в кровоточащий фонтан, но не сожгла его. Огромный дракон будто впитал его в себя и перед взглядами сотен людей зашевелился. Я смотрела на окровавленного каменного монстра, но не могла отвести взгляд, ведь он повернул морду к Тони и медленно, в немом почтении склонил морду к его ногам и сложил крылья.

Великий Халиф был бледен и, кажется, за пару мгновение умудрился поседеть на половину головы. Он явно не знал, что теперь делать. Вся площадь тоже замерла в новом приступе молчания.

В этот раз тишину нарушил незнакомый мне голос:

— Халифат сказал свое слово. Я признаю Истинного правителя и отказываюсь от любых притязаний на трон.

Это был Сиятельный Ну Том. Он подошел и преклонил колено перед братом, не опасаясь лежащего рядом дракона.

— Дурак! — выкрикнул Великий Халиф, забывая о церемониях. — Все это ложь! Нас обставили! Обманули! Уверен, он в сговоре с магами Континента! Продал душу нашим врагам.

— Отец! — Ну Том рявкнул так громок, что даже каменный дракон дернул крылом. — Я никогда не хотел этой власти, тем более ценой жизни брата. Если Истинный суд показал, значит, Тони не виновен. Это ты обезумел. Передай трон тому, кто его достоин.

— И если не верите, искупайтесь в фонтане! Маги не умею превращать воду в кровь, это всем известно! Если кровь настоящая, значит, суд Истинный, — раздалось насмешливое и придворный маг скинул капюшон. Самодовольную улыбочку Гека я узнала издалека. Парень недолго думая схватил Великого Халифа за шкирку и кунул лицом в фонтан. — Так что, кровь? Убедились? Может, еще раз?

Азалуны опомнились и рванулись вперед, но над площадью громыхнул голос их командира:

— Азалуны, стоять! Мы подчиняемся Истинному Правителю Халифата!

Воин поднялся на постамент, зачерпнул рукой жижу из фонтана и попробовал на язык.

— Это кровь. Настоящая! Каждый, кто не верит, может в этом убедиться!

Люди двинулись к каналам, окружающим площадь и все мы слышали удивленные вскрики:

— Настоящая!

— Истинная магия Халифата пробудилась!

— Да здравствует Истинный Халиф!

С рук Тони упали золотые цепи, а огромный дракон, все так же парящий напротив солнечного диска, свернулся в кольцо — символ Правителей Халифата.

И только я, вцепившись в руку Декса, дрожащим голосом спросила:

— Что значит, кровь настоящая?

— Это значит, что магия Истинная. А ваши с Ра Моном артефакты можно приберечь на другой случай. Тони — настоящий правитель Халифата.

* * *

Следующая неделя прошла для меня в странном одиночестве. Декстер куда-то ушел порталом вместе с Джоно и Донни. Он обещал вернуться в коронации нового Великого Халифа. Ра Мону и Риа тоже нужно было появиться в городе официально, чтобы не вызывать никаких подозрений, а это несколько дней пути для всадника с новостями, сборы, дорога в Первый Халифат и церемония приветствия. Итого они должны были приехать тоже к коронации.

Меня же под странные шепотки слуг поселили в Жемчужное крыло Белого замка. Комната была восхитительной: стены из светлого мрамора, огромные сводчатые окна, вид на море и шторы из невесомой ткани, расшитой мелкими жемчужинами. Здесь было легко дышать, радостно просыпаться по утрам от первых солнечных лучшей и нежиться на мягкой постели с белым полупрозрачным балдахином.

К моим услугам оказался шкаф, который спустя двое суток как-то сам собой наполнился одеждой и по моде Континента, и по моде Халифата. Шесть молчаливых девушек-служанок приносили еду, одежду, готовили по вечерам горячую ванну с ароматными травами.

В одной из комнат я обнаружила свой саквояж, рабочий стол и целую гору неизвестных мне книг по артефакторике. Откровенно говоря, только из-за них пропала на несколько дней.

Меня окружили таким комфортом и заботой, что становилось страшно. Вот только на мои вопросы никто не отвечал и с событий на площади я не видела Тони. Если бы ни его короткое письмо, я бы уже разнесла и эти покои, и Белый замок до основания.

“Анни, я знаю, как сильно ты хочешь домой, но прошу, тебя задержаться в Халифате. Борьба за власть все еще идет, и я хочу быть уверен, что тебе ничего не угрожает.

Обещаю, ты ни в чем не будешь нуждаться.

Тони”

Сухо. Странно. Ведь в больше безопасности я была бы дома, но уйти навсегда и не попрощаться, у меня не поднялась рука. Поэтому уже неделю я сидела в этой золотой клетке и принимала все, что мне хотел дать новый Великих Халиф.

За день до коронации мне удалось подслушать разговор служанок:

— Сам лично? Родного отца?

— Да, мой брат был на площади. Сегодня утром Сиятельного Ду Риба осудили за клевету и убийство. Приговор привел в исполнение лично Сиятельный Ну Тон. Перерезал отцу горло священным кинжалом.

— Страшный человек. Недаром он как мимо пройдет, как глянет, так сразу мороз по коже.

— Хорошо, что наше дело маленькое. Знай себе, взбивай подушки, да смотри, чтобы у благородной леди все было что нужно. А вот мой брат — азалун. Говорит, шестерых лишили статуса и отправили на границу. Двоим отрубили головы. Казнили еще кучу народа, поставили новых — с тех самых кораблей, что приплыли неделю назад. Новая метла — по-новому метет.

— В любом случае, надо держаться подальше. Ты замужем, а я нет. Не дай бог себе в наложницы захочет, я ж от страха помру.

Ого. За семь дней Тони умудрился заработать себе репутацию чудовища. Кажется, именно поэтому меня здесь заперли. Очень в его духе. Великий Халиф хорошо помнил, как я реагировала на казни и не хотел, чтобы я видела, как он расправляется с врагами.

Перевернулась на подушке и улыбнулась. Ох, уж эта странная халифатская забота.

Весь день я провела в мастерской. Мне повезло найти в одной из книг очень необычный светящийся артефакт, который при небольшой доработке можно было совместить с дымовым. Если получится, то можно будет использовать для прогулок по лесу: идешь без факела, но со светом, а если нападет дикий зверь, артефакт выплеснет ему в лицо дым или специальный состав и обезвредит, либо даст время убежать. Разумеется, это можно использовать на войне, но об этом думать не хотелось. Лично у меня был только научный интерес.

Если научиться механически совмещать несколько артефактов, можно продвинуть науку далеко вперед. Это только первый шаг. Так что книги, которые прислал Великий Халиф оказались по-настоящему полезными.

Когда солнце клонилось к горизонту, а из приоткрытого окна потянуло вечерней прохладой, в дверь мастерской негромко постучали.

— Простите, благородная леди, — это была именно так служанка, которая так боялась попасть в гарем к Тони. — Великий Халиф сказал, что рекомендует вам посетить одну из достопримечательностей работы великого архитектора Ку Рода. Он вам обещал…

Девушка отчего-то выглядела растерянной, смущенной и немного напуганной. Как будто Тони лично стоял за её плечом, контролируя, правильно ли она все делает.

Обещал? Да, действительно. Обещал еще тогда, когда я впервые увидела прекрасную ратушу в Шестом Халифате.

— Прямо сейчас?

— В родоновые купальни традиционно ходят по-вечерам, — девушка покраснела, а я растерялась.

— Хорошо. Что-то не так? Почему вы краснеете?

— Просто. Это личные купальни Великого Халифа и, я думала, вы ожидаете здесь своего жениха… — покраснела окончательно. — Простите, леди. Не говорите Халифу, умоляю, я не должна была намекать и сомневаться в вашем благочестии! — она рухнула на колени и уперлась лбом в пол.

— Встаньте. Думаю, Великий Халиф не планирует сегодня пользоваться своими купальнями, поэтому и пригласил меня их посмотреть. Но если его встречу, то ни слова не скажу о вас, обещаю. Приготовьте одежду.

— Как прикажете, госпожа.

Полчаса спустя я вертелась перед зеркалом в халате с огромными просторными рукавами и тонкой ночной рубашке из белого шелка, в которой, как мне объяснила служанка и полагалось купаться. Ткань была столь тонкой, что я чувствовала себя практически обнаженной.

Переплела растрепавшуюся косу, нанесла немного ароматной воды на запястья и мочки ушей, но тут же одернула себя. Хватит прихорашиваться для него, так нельзя…

Что бы я ни соврала служанке, Тони точно придет туда. Кончики пальцев дрогнули, и я запахнула халат плотнее.

В купальни меня провожала всё та же пугливая девушка. Вход в купальни обнаружился прямо на первом этаже Жемчужного крыла. Которое, как и весь Белый замок, строил все тот же легендарный архитектор.

Спорить с тем, что этот человек был гением я бы ни с кем не рискнула. Ведь он превратил огромный замок, который смотрелся бы где угодно уродской тяжелой глыбой, в нечто легкое и парящее. Много ажурных элементов невероятно тонкой работы, огромные окна с причудливыми узорами на ставнях и стенах.

Разумеется, я успела изучить только Жемчужное крыло, которое носило свое название не просто так. Здесь всё было белым даже внутри: много зеркал, невероятное количество жемчужных панно и тонких ниток, украшающих окна, а на стенах вырезаны сцены из подводной жизни На Рин, ну или любого другого водного дракона.

— Так близко, — я удивилась удобству входа в купальни. Насколько мне было известно, Халиф в этом крыле не жил.

— Конечно, госпожа. В родоновые купальни ведет два хода. Один из жемчужного крыла, другой из золотых палат, — тут же рассказала болтливая служанка.

— Золотые палаты? — переспросила я. Их мне видеть еще не довелось.

— Да. Золотые палаты — комнаты Сиятельного Великого Халифа. Жемчужное крыло — владения его супруги.

Я запнулась, а мягкие тапочки из овечьего меха вдруг показались жесткими. Что?!

— Ой, вы в порядке, госпожа? — тут же засуетилась девушка.

— Да, все в порядке.

Нет, не в порядке. Этот коварный тип поселил меня в покои жены Великого Халифа! Додуматься надо. Что подумают его слуги? Надеюсь, это не значит, что он хочет запереть меня здесь?! Ничего, сейчас он мне все подробно расскажет, иначе утонет в своих же купальнях. Случайно.

Мой гнев притупила красота. Девушка отрыла передо мной высокую резную дверь и скромно сообщила:

— Спускайтесь вниз по лестнице и всё увидите сами. Там нет слуг, вы вольны делать все, что вам угодно.

Стоило мне переступить порог, как в углублениях на стенах вспыхнули факелы, освещая длинный коридор из неизвестного мне зеленого камня с удивительным, похожим на морские волны, природным узором. Огонь из ниш создавал на стенах причудливые блики, похожие на гигантские водоросли. Я коснулась стены и поняла, это вырезанные на камнях объемные рисунки.

Спускаясь по лестнице, я чувствовала себя так, будто опускаюсь под воду. Воздух становился все более влажным, а к росписям на стенах добавлялись разноцветные рыбки, крабы и у самого выхода лежали выдернутые со дна моря морские камни.

Рывком открыла дверь из вываренной корабельной древесины, и мне в лицо пахнуло теплом и влагой. Судя по всему, я оказалась где-то под Белым замком или чуть в стороне от него, но точно глубоко под землей.

Купальня представляла из себя огромное пространство с несколькими, закованными в темный мрамор природными источниками. От них исходил пар и странный, чуть сладковатый запах. Вдоль одной из стен волной шел деревянный настил, на котором в изобилии была расстелены пестрые одеяла и накиданы разноцветные подушки. Здесь же обнаружился низкий столик, его явно накрыли для ужина, но мне не удалось рассмотреть количество приборов.

Стены казались из того же материала, что и коридор. Тематика рисунков сохранялась, как и игра теней. Я точно в подводном царстве среди жемчужин, осьминогов и водорослей, а наверху… Подняла голову и замерла — огромное солнце с десятком лучей, танцующих в свете специально установленных факелов. А в центре солнечного диска уже знакомый мне дракон, гонящийся за своим хвостом.

Несколько фраз на традиционном языке Халифата я не смогла перевести, но, наверное, и там они написали что-то красивое. Что-что, а красиво делать эти варвары умели.

Несколько минут я слонялась по купальне и посматривала на дверь с изображением все того же дракона. Из второго входа, по моим догадкам, должен был появиться Тони, но его не было. Послонявшись еще немного, я поняла, что устала ждать. Возможно, он занят, а меня решил таким образом развлечь, зная, что даже артефакторика не будет занимать меня вечно.

Из трех ванн я выбрала самую горячую с водой удивительно яркого голубого цвета. Халат оставила рядом со ступенями для спуска вниз и медленно погрузилась в настоящее удовольствие. Предусмотрительный создатель купален выдолбил не просто скамейки в воде, а целые изогнутые лежаки, на которых можно было лежать, вытянув ноги. На одном из таких я и расположилась. Так пригрелась, что случайно провалилась в сон.

Мне снилось что-то очень приятное: тепло, сильные руки, шепот и нечто мягкое, опутывающее со всех сторон.

— Анни, проснись, тебе не стоило засыпать в воде.

Открыла глаза и с удивлением обнаружила, что все еще в купальнях, но лежу завернутая в одно из тех пестрых одеял, а мои мокрые волосы бессовестно перебирают чьи-то пальцы. Голова удобно лежала на подушке, а сама подушка на коленях Сиятельного Ну Тона.

— Я думала, ты не придешь. Государственные дела, казни, запугивание служанок, — сонно улыбнулась.

Надо было его отругать, но я так соскучилась по этой усмешке, взгляду черных глаз и теплу, что растаяла.

— Все-таки узнала. Прости, у нас тут государственный переворот. Без жертв не обойтись.

— Я понимаю, — попыталась встать, но широкая ладонь нажала мне на лоб, укладывая обратно.

— Полежи так немного. Хочу побыть с тобой, пока никому нет до нас дела.

Еще одна попытка возмутиться потерялась в свете факелов, когда я, наконец, заметила, как Тони побледнел и осунулся за эту неделю. Под глазами мужчины залегли темные круги.

— Ты вообще спишь?

— Вроде бы спал, дня два назад. Дела Халифата в полном раздрае. Отец пытался собрать деньги на армию, ободрал всех налогами до нитки. Если что-то не предпринять, то скоро весь Халифат ждет голод.

— Что будешь делать? — я подавила в себе желание протянуть руку и коснуться его лица с едва-едва проклюнувшейся щетиной. Жесткая, наверное.

— Искать варианты. Договариваться с Континентом и Объединенными островами. Вместо армии деньги пойдут на поддержание жизни в стране: закупку семян, аграрных магических кристаллов и скота. На сколько хватит и будем надеяться, что следующий год будет урожайным. Не хочу это обсуждать.

— Хорошо, давай ужинать. Такое чувство, что ты и не ел три дня.

— Может быть и не ел, — удивительно покладисто согласился Тони.

Во время ужина он не был похож на Великого Халифа, лидера страны, избранника истинной магии Халифата. Он был просто Тони, который снова дразнил меня, предлагая попробовать незнакомые острые блюда и пытался стащить у меня несколько особенно толстых кусков щупалец из острама. Но я не сдалась, слишком мне понравилось это блюдо. Пришлось ему довольствоваться острой курицей, к которой я точно никогда не прикоснусь.

На несколько часов мы забыли обо всем, что находится за пределами купален. Не было Халифата, не было Континента, не было проблем и условностей. Здесь были только я и Тони, два человека, которым хорошо рядом друг с другом.

Но все закончилось, когда он произнес:

— Ты правда хочешь домой, Анни?

На этот раз сам Сиятельный Ну Тон устроил голову на моих коленях, а я, забывшись, задумчиво перебирала его волосы. Пола халата соскользнула с моего плеча, но находясь в какой-то странной эйфории, я этого не заметила. А вот черный взгляд Тони заметил. Пришлось тут же закрыться обратно.

— Я должна. Мой дом — Континент.

— Ты всегда можешь остаться здесь, — Тони снова стал серьезным, — со мной.

— В Жемчужных покоях? А где же будет жить твоя будущая жена? — шутка получилась неуклюжей.

От мысли о том, что когда-нибудь в моих комнатах будет жить другая женщина, сердце болезненно сдавило. Она будет просыпаться по утрам, смотреть на цветущий сад и сияющее море, она будет спускаться сюда по вечерам и перебирать пальцами эти шелковистые волосы. Она, а не я.

— Ты знаешь, что есть только одна женщина достойная этих покоев. Другой мне не нужно.

Я закусила губу. Не хватало еще разрыдаться, но слезы подступали к горлу. Сразу вспомнилась и темница, и отношение к женщинам, и озлобленность на всех, кто родом с Континента.

— Твой народ никогда не примет женщину с Континента. И ты это знаешь. Как Великий Халиф ты должен…

— Последнее, чего я хочу, это быть Великим Халифом в постели с собственной женой.

Он повернулся на бок, утыкаясь носом мне в живот. От горячего дыхания свело мышцы и закружилась голова. Еще немного, и я сломаюсь. Останусь, несмотря ни на что и это будет большой ошибкой.

— Прости, Тони. Тебе нужна крепкая власть, чтобы исправить все то, что сотворили твой отец, мой жених и Вегард Араксский. Сейчас у тебя нет ни сил, ни возможности усмирять народ, который будет против наследников смешанной крови…

Я говорила и не встречала никаких возражений. Глянула вниз и поняла, что Сиятельный Ну Тон бессовестно спит и, скорее всего, не слышал ничего из сказанного. Может, оно и к лучшему. Прояви он сейчас настойчивость, и я соглашусь на всё. Брошусь в омут с головой, не думая по последствиях.

— Спи, Великий Халиф. Впереди тебя ждет много великих дел. Спасай свой Халифат. Я не буду мешать.

Позволила себе еще несколько минут поиграть со спутанными волосами. Перед уходом осторожно прикоснулась губами к виску, последний раз вдохнула его запах, чтобы запомнить навсегда и ушла.

Час спустя я надела платье по моде Континента, взяла свой многострадальный саквояж, повесила на шею подарок Декса и сжала прозрачный камень.

Пора домой, Аннет Ван Дайк. Это было интересное путешествие и ты добилась своего — нашла жениха, узнала правду и расторгла помолвку.

Нужно жить дальше. А Тони поймет. Когда-нибудь. Обязательно.

* * *

Тони

Он метался по вычурным Золотым палатам, с раздражением глядя на балдахины с изображением великих воинов, тяжелые портьеры и мебель тяжелого дерева с позолотой.

До коронации оставалось всего два часа, а Тони все не мог себе простить, что заснул вчера вечером. Он должен был схватить Аннет, поцеловать, сказать миллиард слов и уговорить остаться. А вместо этого? Просто отключился.

Идиот.

Тяжелый парадный халат давил на плечи. Он всегда напоминал ему ковер, да и весил как ковер из-за обилия вышивки и драгоценных камней. Золотой обруч впился в голову так, словно хотел проломить череп. Тони попытался его снять, но тот сел как влитой, не иначе придворный маг мстит всем и вся за то, что лишился должности. Да еще и получил как следует золотым кувшином по голове — Гек не церемонился, когда занимал его место.

Но дело, разумеется, было не в маге, не в халате и уж тем более не в Джи Геке. Дело было в Тони, и в том, что на его сердце этой ночью легла непонятная тяжесть.

“Халифатом правит любовь”. — писали в древних легендах.

Тогда как будет править он, если его любовь навсегда покинет Халифат? Да, в словах Аннет вечером было больше здравых мыслей, чем в его собственных. Даже хуже, она была права. Сейчас Халифат не примет этот брак. Но Сиятельному Ну Тону было впервые в жизни плевать на Халифат и его мнение.

Это его сердце, его женщина и он никогда её не отпустит.

Несколько минут спустя в Белом замке случился переполох. Растерянные азалуны, удивленные слуги и ошарашенные гости коронации видели, как будущий Правитель в церемониальном халате бежит по коридорам, забыв обо всех правилах приличия.

Тони не интересовало, что подумают о нем другие, главное сказать ей сейчас. Схватить и заставить магов провести обряд, можно даже на коронации. Или вместо коронации, плевать.

Пробежав мимо удивленных служанок, ворвался в комнату и замер на пороге. На него будто вылили ведро ледяной воды, остудив внезапно охвативший все тело жар. Она ушла. Аннет Ван Дайк отправилась домой. Туда, куда так стремилась.

А что осталось ему?

На постели Тони заметил конверт с лаконичным указанием адресата: “Для Тони“.

“Прости. Я должна уйти, чтобы ты стал великим. Твой народ любит тебя, ты должен изменить их жизни к лучшему, вернуть былое величие.

Если ты будешь разрываться между мной и ними, ничего не получится. Я не хочу быть оружием в руках твоих врагов, слабым место сильного Правителя.

Прощай.

С любовью, твоя девочка с Континента”

Через несколько часов Сиятельный Ну Тон взошел на трон.

— Я — Халифат, — прозвучали слова клятвы Правителя.

“С любовью…” — отозвалось сердце.

Сиятельный Ну Тон точно знал, что выполнит обещание, которое дал себе и Дексу. Это займет много времени, но однажды Аннет Ван Дайк вернется в Халифат. В Новый Халифат. Он создаст его для неё.

“С любовью…”