Глава 16 · Игры, в которые играем мы

Источник звука обнаружился сразу же — кто-то негромко, но настойчиво стучит в дверь.

Стряхиваю с себя остатки странного сна и осматриваюсь. За окном яркий солнечный день, я в своей комнате лежу под тонким пледом, а на мне платье Риэль, которое теперь смело можно выкидывать. Недалеко от входа стоят мои ботинки.

Взгляд выхватывает небольшую вазочку на столе, которой вчера не было. В ней стоят цветы, очень похожие на те, что своим невероятным свечением украшали ночную поляну.

Значит, я вырубилась прямо там, а Дарин притащил меня сюда?

Забо́тушка и романтик вздумал растопить моё холодное сердце? Да щас! Всё равно он гад красноволосый. А потому что нечего было моего Дракошу обижать! И цветочками он за такое не откупится!

В дверь снова стучат — уже более требовательно и громко.

Сажусь, потерев ладонями помятое после сна лицо, и запускаю руки в волосы. Пряди настолько спутанные, что с трудом получается их пригладить. Вот это видок у меня!

— Войдите, — говорю между тем, и в приоткрывшейся двери появляется кудрявая головка Риэль.

— Леди, я принесла вашу одежду. Разрешите войти? — не дожидаясь ответа, девушка заходит в комнату.

— А который сейчас час? — вылезаю из-под пледа, свешиваю ноги с кровати и потягиваюсь.

— Уже обед, — отвечает она, отводя глаза и пряча улыбку. — Вам стоит поторопиться, господин лорд ждёт вас внизу через полчаса.

Встаю с кровати, плед соскальзывает на пол. Кинув его обратно, прохожу к окну и отдёргиваю лёгкую занавеску.

— Чудесно, — вздыхаю, жмурясь от яркого солнца. — Он меня восемнадцать лет ждал, подождёт ещё немного.

— Леди!.. — ахает девушка и закрывает ладонью рот.

— Это шутка. Не пугайся так, — обернувшись, хитро подмигиваю я. — Но не стоит его защищать. Из-за него я испортила твоё платье.

Ну да, а кого ещё винить? Не себя же, и не его милого и весёлого Дракошу? Это моя месть за обман. И да, я не из тех, кто ждёт, когда это блюдо остынет. Сразу горячим, не отходя от плиты, по башке хрясь! — и все счастливы, все свободны.

— Ничего страшного. Если хотите, можете оставить его себе, — отвечает она, ловко заправляя кровать и раскладывая на ней мою одежду. — Я рада, что могу быть полезной избраннице дракона. Но вы бы поторопились, леди. Я могу подождать, пока вы примете душ, а потом разберу ваши волосы.

Да, я одна с этим вороньим гнездом не справлюсь.

Киваю, беру чистое бельё и направляюсь в душ. Тёплая вода смывает усталость и остатки дурного сна.

Нет, ну приснится же такое! Хотя после всего, что довелось пережить, удивительно, что приснилось что-то пусть и абсурдное, но не жуткое.

Когда возвращаюсь, Риэль подскакивает из кресла и становится, сложив руки перед собой. Я быстро натягиваю одежду, и, пока она сушит и заплетает мне волосы в мудрёную косу, пытаюсь разведать обстановку.

— Риэль, я вчера немного перебрала с вашим вином и, кажется, вела себя не очень культурно…

— Ну что вы, леди. Все наши гости от вас просто в восторге. Уже везде говорят, как господину лорду повезло, — тихонько хихикает она, быстро подсушивая пряди каким-то хитрым приспособлением.

«Кли́врен — устройство для сушки волос…» — включается моя зануда-«память», но я быстро отсекаю её. И без неё же понятно, что это.

— Да уж… Веселья во мне хоть отбавляй, — бормочу.

Внезапно вспоминаю о своей вчерашней задумке. Не знаю, пригодится ли мне это, ведь Дарин легко выследит меня по линкому, но на всякий случай вооружиться знанием можно.

— Риэль, скажи, а по дороге к храму Адана-шин попадаются какие-нибудь крупные города?

— Нет, леди, — девушка замирает, но практически сразу аккуратно подхватывает новую прядь, — в крупных городах живут только люди, и все города построены в стороне от дороги, ведущей к храму.

— Почему? — заинтересованно оглядываюсь.

— Чтобы не мешать избраннице дракона пройти свой путь, — она немного мнётся, оглядывается на дверь, а потом понижает голос и добавляет: — Хотя мне кажется, это сделано для того, чтобы не пугать девушек.

— Что страшного или опасного в тех городах?

— Да нет, страшного ничего нет, — она мягко, но уверенно возвращает мою голову в исходное положение. — Просто там шумно, много народа, очень высокие дома. Драконы больше жизни берегут свою пару, поэтому думаю, таким образом заботятся об их спокойствии и разрешают строить вдоль дороги только небольшие поселения, как наше.

— А что будет, если дракон не убережёт свою пару? Неужели случится катастрофа?

Риэль замирает буквально на пару секунд, потом тихо отвечает:

— Только в его сердце. У нас иногда говорят, что избранница — это сердце дракона.

— Ну, это просто метафора, — отмахиваюсь. — У нас тоже часто влюблённые говорят друг другу: ты моё сердце. А потом поживут вместе и хорошо, если через пару лет мирно разбегутся, а ведь могут прожить вместе всю жизнь и при этом каждый день трепать друг другу нервы.

— О, у нас среди людей тоже так бывает, — слышу за спиной веселый смех.

— А как часто избранниц призывают?

— Не то чтобы часто, несколько раз в год. А иногда и раз в несколько лет. Драконов на Тангаре мало. Но у нас здесь их очень уважают и любят. На них вся планета держится. Благодаря им у нас каждый год хорошие урожаи, погода не подводит, ну и много чего ещё. Да и как мужчины, они тоже очень даже.

Чувствую, как краснеют щёки.

— В каком смысле?

— В обычном, — Риэль хихикает, поглядывая на вазу и приглаживая готовую косу. — Они справедливые, честные, сильные, не способны на предательство и тем более убийство… А почему вы так удивились? О… леди, что с вашим лицом?

— Да так, — отворачиваюсь и снова краснею. — Просто не о том подумала.

Вот позорище. О чём я только думаю? А всё этот дурацкий сон с удобными коленями и горячим шёпотом прямо на ухо! Это он виноват, да! И вчерашнее вино!

— И в этом плане тоже… — хихикает Риэль. — Ходят слухи, что девушки, которые… ну… вы понимаете… с драконами… В общем…

Девушка замолкает и мечтательно закатывает глаза, выражая степень восхищения, потом переводит взгляд на меня, и мы начинаем хохотать.

— Леди, — выдавливает она, отсмеявшись, — вы самая необычная избранница, каких мне довелось видеть, — она наклоняется к самому уху и шепчет: — И самая весёлая.

Снова взяв косу в руку, она приглаживает её пальцами, достаёт из кармана флакон с тонким носиком и, выдавив из него крошечную каплю, растирает её между ладонями. По комнате растекается лёгкий тёплый аромат смеси мёда, орехов и чего-то древесного.

— Что это? — спрашиваю, принюхиваясь.

— Ки́рховое масло, — отвечает она, мягко проводя ладонями по волосам. — Оно поможет причёске держаться целый день, как будто я только что её сделала, а волосы будут мягкими, блестящими и не спутаются, даже когда вы расплетёте косу.

— Волшебное средство, — бормочу, не удержавшись от улыбки. — Мне бы его вчера…

— Ну, может, и не волшебное, — фыркает Риэль, — но проверенное. Идёмте, леди, — она отступает, любуясь результатом своей работы. — Кухарка сегодня постаралась на славу и с нетерпением ждёт, когда вы оцените её кулинарные способности.

Спустившись вниз, Риэль уходит в сторону кухни, а я окидываю взглядом зал, где сейчас занята только пара столиков и иду к столу, за которым меня уже ждёт Дарин.

Он поднимается с места и сканирует меня насмешливым взглядом.

Внутри сразу всё путается. В голове всплывает сон, тепло от его рук, прикосновение пальцев к спине. Почему-то хочется опустить глаза и спрятать в ладони предательски теплеющие щёки.

Не понимаю, что со мной. Это же врунливый и вредный гадский гад, так почему я так на него реагирую?

— Добрый день, дорогая. Надеюсь, вы выспались? — спрашивает мужчина, отодвигая для меня стул.

— Добрым он был бы, если бы я проснулась в своей кровати у себя дома, — мстительно улыбаюсь и прищуриваюсь.

А вот нечего с самого утра (ладно-ладно, не утра, но всё же) быть таким непростительно свежим и красивым.

— Потерпите немного, — он садится напротив и, расстелив на коленях салфетку, якобы сочувственно добавляет: — Я понимаю, дорога дальняя, и вы со своим неуёмным энтузиазмом умудрились устать в первый же день, но обещаю, не далее чем через пару недель вы уже забудете все трудности и будете отдыхать в своё удовольствие в своей собственной огромной супружеской постели.

Да чтоб ты провалился, гад ты невыносимый!

В который раз за это утро краснею, но теперь уже от гнева.

— Перетопчетесь, мой дорогой! — язвительно цежу. — Через две недели я буду спать у себя дома, на своей планете! Ну или, как минимум, в съёмной квартире в человеческом городе.

Разгорающийся скандал прерывает подошедшая к нам Риэль. Девушка ловко расставляет тарелки с супом и ставит перед нами маленькую корзинку с свежими, ещё тёплыми булочками.

— С чего такая уверенность? — спрашивает дракон, поблагодарив Риэль и дождавшись, когда она уйдёт. — Не теряете надежды, что ваш избранник согласится провести обряд и отпустить вас?

— А это уже не ваше дело, — зло поджимаю губы и цепляю ложкой восхитительно пахнущий крем-суп.

Мужчина загадочно улыбается и ничего не отвечает, а я пользуюсь возможностью спокойно поесть в тишине.

Риэль снова возвращается с подносом и расставляет перед нами тарелки с какими-то разноцветными зёрнами, в которых по форме я узнаю рис.

«Зёрна рипса используют при приготовлении…» — начинает, но не заканчивает «память», потому что послушно отправляется по уже известному ей адресу.

— Господин лорд, — говорит девушка, прежде чем уйти, — господин Стапиус просил передать, что всё готово.

Дракон кивает, и мы снова остаёмся наедине, если не считать людей за дальними столами. Но они тихо обедают, не обращая на нас внимания, поэтому их я в расчёт не беру.

— Какие у тебя планы на сегодняшнюю поездку? Предпочитаешь спокойно ехать и любоваться красо́тами Тангара или желаешь ещё немного проверить свои связки на выносливость? — спрашивает дракон, пряча за салфеткой улыбку, но его полностью сдают наглые смешинки, пляшущие в тёмно-вишнёвых глазах.

Опускаю вилку с так и недонесённым до рта цветастым гарниром обратно в тарелку и, прищурившись, смотрю на него.

Это на что он сейчас намекает? На моё пение или визги?

— С какой целью интересуетесь, господин лорд? — цежу язвительно.

— Если ты предпочтёшь второе, я заранее попрошу господина Стапиуса ушные затычки, — подзуживает он.

— Если бы у меня был выбор, я бы предпочла полететь на драконе, которому издаваемые мной шумы нисколько не мешают, — парирую, и, стараясь выглядеть расслабленной, тянусь за булочкой. — Но раз это невозможно, то просто хочу ехать молча и в идеале поменьше лицезреть вас!

— Боюсь, самостоятельно управлять каким-либо видом транспорта, как показал вчерашний день, для тебя чревато последствиями. Умудряешься находить приключения на ровном месте. Поэтому тебе придётся не только лицезреть меня, но и ощущать максимально близко всё время пути, — зло припечатывает дракон.

Булочка выпадает из пальцев и падает обратно в корзинку. Да ладно булочка, я сама едва не падаю.

Да он когда-нибудь прекратит надо мной издеваться⁈

И ведь был момент, когда мне показалось, что он не такой, как все, что ему важно, чтобы я осталась собой. А теперь? Теперь он использует меня как мальчика для битья. Он с этой целью сохранил мою индивидуальность? Ну уж нет, господин дракон, я вам не боксёрская груша! Я и сама могу вам по тыковке надавать!

— Вы меня ещё заставьте сдать экзамены на право управления ездовыми животными! — вспыхиваю как спичка. — Я первый раз в жизни сидела в седле! И если вы действительно чувствуете дракона, можете спросить у него, на нём лететь было очень удобно без всяких сёдел. Вы просто прирождённое ездовое животное, господин Арвин!

Шах и мат!

— Я это учту, — нисколько не смутившись, цедит мужчина, медленно наклоняясь вперёд и расплываясь в язвительной ухмылке. — А вот насчёт чувствительности: хоть у дракона и нет физически выраженной ушной раковины, но уши у него действительно чувствительные, и все звуки, которые ты вчера производила, навсегда останутся в моей памяти. И восторженные вскрики, и даже самый тихий шёпот или вздох. Даже немного завидую Дарину, какая горячая избранница ему досталась.

Чувствую как к щекам, ушам и даже к шее приливает нестерпимый жар. Так и знала, что он не преми́нет использовать против меня слова, сказанные его дракону.

— Да чтоб тебе досталась избранница с голосом горна и характером напильника! — швырнув на стол салфетку, выскакиваю из-за стола и быстро иду на выход.

— Ты куда? — слышу вслед. — Сядь и доешь. Ужин будет поздним.

— Спасибо, я уже сыта! По горло, — провожу ребром ладони под подбородком и с силой хлопаю дверью.

Достал уже вконец!!!

Лучше бы не просыпалась! Во сне с этим невыносимым драконя́кой и то общаться было приятнее.