Глава 22 · Избранница в деструктиве

— Невесту?..

Отшатываюсь и внимательно смотрю на мужчину. Что ж он такой электронебезопасный? Стараясь не обращать внимания на огненные всполохи в груди, потёрла щёку.

— Невесту, — подтверждающе кивает он, а в глазах такие же огоньки — будто отражение моих.

Странно это как-то.

— Вам вкололи сыворотку правды, господин лорд? — спрашиваю, скидывая мо́рок.

— Ты же так стремилась к правде. А теперь против?

— Нет, ну что вы — я очень даже «за». Вот только с чего такой аттракцион невиданной щедрости? Совесть замучила?

Нет, надо срочно взять себя в руки. Чего это я завелась, будто плохая жена? Руки в бо́ки осталось поставить и сковородку взять.

А не будет бить меня током, гад… До сих пор по крови флэшбеки гуляют.

— Так что, поужинаем? — повторяет красноволосый и кивает на свободный стул. — А после поговорим. Но не здесь.

Оглядываю зал. Тут так тихо, что кажется, пролети муха — её услышат. И все смотрят на нас.

— Хорошо, — отвечаю, сделав ещё шаг назад. — Только учтите, вы только что лишили господина Ринха пары рабочих рук, а меня — возможности подзаработать.

Он усмехается.

— Я думаю, господин Ринх не будет на меня в обиде.

Ухожу из зала, чтобы умыться и переодеться, игнорируя довольно громкие шепотки, что нынешняя избранница действительно не такая, как остальные, работала на кухне как обычная повариха, а потому может стать самой близкой к народу женой будущего Главы Совета.

Надеюсь, их слова не сбудутся, и ничьей женой я не стану.

Ужин прошёл необычно…

Меня уже не обтекали взглядом, смотрели открыто, почти не пряча глаза. Пара девушек так и вовсе подстерегли в туалете и попросили рецепт пиццы, а ещё одна спросила, буду ли я петь.

Рецепт дала, петь отказалась. Не потому что вредная — бесчешуйчатый этот напрягал. Жених, блин. Было в его взгляде что-то такое, от чего внутри всё сжималось. Даже сама себе объяснить не могу.

Когда наконец это издевательство в виде поглощения пищи закончилось, Дарин Тангарский, могу же я его теперь открыто так называть, предложил… прогуляться.

Сначала хотела отказаться, но передумала. Он же поговорить хотел без лишних ушей, а мне так нужна информация.

И вот, гуляем. Причём как-то целенаправленно на выход из деревни.

— Что побудило вас признать во мне свою избранницу? — спрашиваю, когда последние дома остались позади.

Так-то, могла бы спросить и раньше, ещё во время ужина, но не под пристальными же взглядами других людей? Представляю их глаза… И видео обязательно кто-нибудь снял бы. Я, конечно, без тормозов, но не совсем же безбашенная, чтобы настолько позорить дракона.

— Хочешь полетать?

Это что, такой ответ?

— Многоуважаемый женишок, — торможу и всё-таки ставлю руки в боки, — а может, сначала поговорим? Или вам нужно как-то по-особенному настроиться? Так я подожду. Настраивайтесь.

Полетать-то я хочу. Но всё-таки гораздо больше меня интересует разговор.

Ну… Что я скажу… Прифигела немного от рассказа. Так-то да, я почти всё знала. Но получить конкретные подтверждения…

— То есть, вы готовы меня отпустить, но за это я должна помочь вам обмануть всех, включая вашего отца, и какое-то время делать вид, что я — ваша судьба, пока мы не окажемся вблизи большого города?

— Именно так, — Дарин с ленивой усмешкой рассматривает ночное небо.

— А если… Если вы мне сейчас врёте?

— Какой мне резон врать?

И снова эта непонятная усмешка. Бесит.

— А до этого какой был?

— Логично. Но сейчас я не вру. Мне действительно нужен союзник. Устроим твоё исчезновение. Я помогу тебе скрыться, сделаю документы на новое имя. Ты уедешь подальше отсюда. В больших городах мало кто обращает внимание на других людей. А я попробую отвлечь внимание, чтобы тебя хватились не сразу.

— А вернуть меня назад?.. Может, всё-таки есть шанс? Родные, наверное, уже сошли с ума от беспокойства.

— Обратного пути нет. Мне действительно жаль…

Некоторое время молчу, но беру себя в руки. Нельзя раскисать.

— Ладно. Тогда по рукам?

— Что, так легко согласилась? — спрашивает, повернувшись ко мне и удивлённо сверкнув глазами.

Всё-таки красивые они у него.

Ой, о чём это я? Нет-нет, это же гад чеш… гадский!

— Ну, веры к вам у меня больше не стало, — пожимаю плечами и отворачиваюсь, рассматривая светящиеся под тусклым светом Мааны ночные цветы, — но и другого выхода пока не вижу. Тем более, что я сама его предлагала.

Молчим. Дарин рассматривает небо. Тоже поднимаю голову. Ну а что? Просто зеркалю его позу.

Но долго не выдерживаю. В голову приходит идея. Я ведь не последняя такая, кого призвали. Будут и ещё жертвы. Так, может, лучше… Мне, конечно, жалко драконов, но я считаю, что выбор нужно делать сердцем, а не по принуждению.

Неожиданно даже для самой себя ловлю какой-то кураж и иду в поле. Срываю один за одним ночные цветы, собираю букет. Мне нужно что-то яркое, притягивающее внимание.

Дарин останавливается рядом и следит за моими действиями.

— Что ты делаешь? — ловлю недоумённый взгляд.

— А если сделать вид, будто мы подчинились, — спрашиваю, быстро вплетая цветы в венок, — а самим сыграть на опережение?

— Что ты предлагаешь?

— Люди хотят шоу, я им его дам, — широко улыбаюсь и подмигиваю мужчине. — Могу в каждой таверне по вечерам петь что-то провокационное. Такое, из полунамёков, что жизнь драконов и избранниц не столь прекрасна, как им представляют. Хочешь, прямо сейчас накидаю список? Каждый вечер новая песня. Каждое слово — заноза под гладкую шкурку Совета. Ну что, посеем среди народа смуту? А уже потом ты, типа, выносишь меня к алтарю, а твой отец такой: невестка с браком, нам такая не нужна, всех благодарю, все свободны. Ну⁈ Хорошая же идея!

— Он не откажется. Ему нужен обряд.

— А ты ему пригрозишь, что раскроешь результаты своих исследований прямо на камеры… Ну или на что тут на вашей планете видео снимают?

— На визоры и…

«Визор — устройство для преобразования…» — ну да, это снова «память» проснулась.

— Вот на них и раскроешь, — хитро щурюсь. — Думаю, во время обряда сына Главы Совета там этих визоров будет завались.

— Я не могу так поступить с родным отцом, — Дарин отрицательно качает головой, а у меня от неожиданности из рук выпадает букет.

— Так не ты ж с собой это делаешь! — пыхчу возмущённо, собирая рассыпавшиеся цветы. — Это он с тобой так поступает.

Мужчина вздыхает, срывает несколько цветов и протягивает мне.

— Он считает, что поступает правильно. Во благо. И он мой отец, не забывай.

— Во благо себя, мира, тебя? — взвиваюсь, снова роняя несколько цветов.

— Не всегда есть разница. Особенно, если ты — Глава Совета.

— Я же не предлагаю тебе быть плохим сыном. Мы просто раскроем людям глаза на правду.

— А ты хочешь быть плохой избранницей?

— Я уже ею стала, — скрепляю венок травинкой и надеваю его на голову. — Так что давай хотя бы сделаем из этого зрелище.

Мы молчим. Дарин смотрит пристально, а потом переводит взгляд в небо. Стоит, покачиваясь с пятки на носок.

— Это плохая идея, — выдаёт, наконец.

— Почему?..

— Отец может кого-нибудь прислать, и тебя до Храма будут сопровождать под усиленной охраной.

— Невеста под конвоем? — оборачиваюсь и недоверчиво смотрю на мужчину. — Да брось! Он на такое не пойдёт. Я же его так ещё быстрее опозорю.

— Он сумеет сделать так, что никто не поймёт. Не забывай, что он Глава Совета и не так просто сидит на этом месте.

— И здесь сплошные интриги… — задумчиво покусываю губу. — Блин, ну а ты мне на что? Я вывожу Совет на эмоции, ты охраняешь меня. И вообще, цель оправдывает средства. Соглашайся, Дарин. Это хороший план!

Последние слова произношу нараспев и картинно кланяюсь.

— Вижу, вдохновение к тебе вернулось, — замечает он.

— Оно меня и не покидало, поверь. Я и не такое могу устроить, — уверяю его.

Ага, это он ещё не знает, что я периодически творила дома.

Это странно, но воспоминания о родной планете возникают уже не так часто и не кажутся грустными. Скорее, какими-то лёгкими и светлыми, будто послевкусие после интересного фильма.

— Договорились, — отвечает он, медленно просканировав меня от макушки до пят и вернувшись назад к глазам. Причём взгляд какой-то странный, непонятный. — Будем играть. Только… ты уверена, что выдержишь? До Храма путь неблизкий, придётся постоянно поддерживать свой имидж.

Широко улыбаюсь.

— Я же не ты, Тангарский. У меня нет выбора. А значит, я уже выиграла. Фиктивная невеста. Сорванный обряд. Настоящий хаос. Всё по моему профилю.

Где-то вдали тявкает ночной зверёк. Воздух пахнет разнотравьем и свободой — возможно, последней на ближайшие дни. А впереди — неизвестность, драйв и, скорей всего, опасность. Всё, как я люблю.

— Ну что, начнём прямо сейчас?

— Сейчас? — он приподнимает бровь.

— Ну, а что тянуть? Люди хотели шоу. Таверна набита битком. Столько зрителей. Чего добру пропадать? Пошли!

Хватаю его за руку, чтобы потянуть, и снова меня пробивает током.

— Да чтоб тебя, — шиплю и тру ладонь.

Хоть диэлектрические перчатки надевай. Что же меня от него так лупцует?

— Что случилось? — смотрит внимательно.

— А тебя в ближайшее время не закоротит? — спрашиваю с намёком. — Может, ты того, в вулкан сначала слетаешь?

Дракон усмехается краешком губ.

— Не переживай, моя энергия под контролем. А с чего такой вопрос?

Так он не чувствует?

— Не, это я так спросила, на всякий случай.

Пока помолчу. Мало ли… Он, конечно, теперь мой союзник, но и доверять ему безоговорочно не собираюсь.

Внутри таверны гул, смех, звон посуды. Все веселятся, празднуя встречу с драконом и его избранницей.

Ну что, народ, готовьтесь — привнесём в вашу жизнь немного драмы.

Едва мы вошли, люди разом обернулись.

Решительно прохожу к барной стойке и спрашиваю у господина Ринха, есть ли у них графир.

Тот радостно улыбается и суетится.

— Есть, конечно. Я рад, что вы решили нам спеть.

Приносят графир и начинают настраивать. Устанавливают стойку.

Люди освободили место и с восторгом ждут.

Когда всё готово, подхожу к стойке и, широко улыбаясь, обвожу взглядом зал.

— Добрый вечер ещё раз! Хочу поблагодарить за гостеприимство жителей этой и близлежащих деревень. Рада видеть здесь вас всех и спешу подарить новую песню.

Из графира доносится первый резкий звук — что-то между ударной волной и рёвом электрогитары, от которого неподготовленные слушатели непроизвольно пригибаются, а в окнах сто процентов дрожат стёкла.

Сгибаю средний и безымянный пальцы на обеих руках, поднимаю их вверх, подпрыгиваю и с первыми аккордами рывком бросаю в зал:

— Ну что, народ, зажжём эту ночь⁈

Толпа замирает на долю секунды… А потом будто рвёт невидимую цепь, и люди взрываются криками, подхватывая ритм кулаками по столу.

— Да! — кричу в зал и начинаю петь.

Слова привычно перевираю, пою о том, как избранницы «врубаются» в систему, как их запихивают в красивые платья и кормят легендами, пока внутри не остаётся ничего, кроме выжженной горстки пепла. Как одни «должны», а другим «приказали», и как все вокруг счастливы. Конечно, кроме тех, кого это касается напрямую.

Всё, конечно, на уровне недомолвок и полунамёков. Никакой конкретики, но кто надо поймёт.

Моё состояние сейчас можно описать только одним словом: бешеная, а состояние зала — сплошь неадекватное. В хорошем смысле, конечно.

Песня заканчивается на мощном аккорде. Я падаю на колени, упираясь одним кулаком в пол и тяжело дышу.

В зале наступает тишина, будто кто-то выключил звук.

И только спустя мгновение — шквал аплодисментов. Люди топают и свистят.

Поднимаю голову, подбираю упавший с головы венок и нахожу взглядом Дарина.

— Снимали?.. — спрашиваю одними губами.

По восторженному блеску в глазах вижу: да.

Ну что, женишок, ты ещё уверен, что эта идея была плохой?

— Ле-ди, ле-ди! — скандирует зал моё «имя», требуя ещё.

Встаю, воспользовавшись рукой подошедшего ко мне красноволосого союзника, надеваю ему венок на голову и искренне благодарю публику за поддержку, но петь дальше отказываюсь. Вместо этого приглашаю всех посетить моё завтрашнее выступление, которое состоится в месте следующей ночёвки.

— Ну, что скажешь? Завтра будет аншлаг? — спрашиваю мужчину, когда мы уже поднимаемся наверх, в комнату, заранее выделенную для избранницы.

С венком на голове Дарин смотрится необыкновенно. Волосы немного светятся, кидая на лицо огненные тени, и мне приходится отвести глаза, чтобы не зависнуть. Ну нет, только не на нём!

— Ты только что устроила провокацию века, — усмехается он. — Думаю, видео уже в Сети. Утром проснёшься знаменитой.

— Это же отлично, — смеюсь.

— Ничего отличного здесь нет. Возможно, уже сейчас пора бежать, не дожидаясь утра.

— А ты что, испугался? — фыркаю.

— Я реалист, поэтому держу руку на пульсе.

— Лучше приобрети таблетки от давления, твоё высочество. Подгонишь их членам Совета, — улыбаюсь в ответ. — Потому что это только начало.