Глава 25

МОСКВА. ПОЛТОРА МЕСЯЦА НАЗАД

ЯНА

Зал наполнен светом софитов. Всё вокруг залито яркими красками. Повсюду раздаётся звон бокалов, смешивающийся с разговорами гостей. Живой оркестр играет знакомые композиции, заставляя тело двигаться в такт мелодии.

Сегодня для всей нашей команды особенный и волнительный день. То, над чем мы работали многие месяцы, наконец-то стало реальным. Мы вложили в этот проект не только время и силы, но и часть души. Каждый внёс свой вклад, и теперь результат нашей совместной работы предстоит продемонстрировать людям.

Через час Ираклий с Илианой разрежут красную ленту и официально объявят об открытии продюсерского центра и школы танцев. Это момент, к которому они шли целый год, и я рада быть частью этой истории.

С самого раннего утра я занимаюсь организационными вопросами, логистикой и координацией внутренних процессов. План мероприятий, списки гостей, расстановка столов, проверка звукового и светового оборудования – всё это было на мне и моей помощнице. Мой телефон не умолкает от звонков и сообщений. Кто-то из поставщиков задержался, у одного из артистов возникли вопросы по выступлению, нужно срочно решить мелкую, но важную проблему с декорациями. И от всей этой суеты я получаю огромное удовольствие. Она помогает отвлечься от тревожных мыслей.

– Ты, конечно, рассказывал, что у тебя были весёлые годы без меня, но не думала, что настолько, – смеётся Илиана.

Отправив очередное сообщение по работе, я отрываю взгляд от экрана телефона и смотрю на ребят. Мы стоим в компании других музыкантов, и они вспоминают, как отдыхали вместе после концертов.

– Кто ж виноват, что ты с таким размахом разбила мне сердце, – отшучивается Ираклий и смеётся вместе с женой, обнимая её за плечи.

Но в этой шутке есть доля правды. Она действительно разбила ему сердце настолько сильно, что ещё пару лет назад никто даже не знал о существовании Илианы. Ираклий убеждал всех вокруг, что все его песни посвящены воображаемой девушке, утверждая, что никогда и никого не любил. А потом она вернулась, и мы узнали правду. Больше не осталось сомнений – всё творчество Ираклия посвящено одной единственной женщине. И честно говоря, чем больше я узнаю Илиану, тем лучше понимаю его. Она действительно покоряет своей силой, мудростью и упорством.

Парни продолжают вспоминать былое, и я бы с удовольствием их послушала и поддержала разговор, потому что мне тоже есть что рассказать, но очередная вибрация мобильного заставляет меня снова отвлечься.

Увидев звонок от Яниса, я искренне удивляюсь. Извиняюсь перед всеми и решаю на несколько минут выйти на свежий воздух. Сегодня мы открыли второй выход из офиса, который ведёт на парковку. Поэтому, я покидаю шумный зал и, как только оказываюсь на улице, принимаю вызов от мужчины.

Прошло две недели после моего дня рождения. Мы провели с Янисом три чудеснейших дня вместе. Он познакомил меня со своей Лондонской жизнью, сводил в любимую пекарню и ресторан. Рассказывал о сокровенном больше обычного. Мне казалось, что это был переход на другой уровень отношений. Но, видимо, так показалось только моему воспалённому мозгу. Потому что после этого, Адамиди словно подменили. Он резко закрылся и стал отстранённым. Реже звонит и пишет. Находит сто и одну причину не говорить и не встречаться со мной. Неделю назад, когда я могла вырваться к нему на полтора дня, он сослался на огромное количество дел и технично перевёл тему разговора. Хотя раньше он тут же оформлял билет на ближайший рейс. И я каждый день ломаю себе голову, пытаясь понять, что же могло произойти? И меня одолевают самые неприятные мысли…

Начала думать о других женщинах в его жизни, о том, что тот подарок, что он сделал в Лондоне, был прощальным, и теперь мужчина ищет способ, как расстаться со мной.

Но я решила, что до открытия не буду ни в чём разбираться, чтобы быть собранной и сосредоточенной на работе. Однако после мероприятия я намерена взять волю в кулак, набраться смелости и открыто поговорить с Янисом обо всём. Да, я ужасно боюсь того, что он мне скажет. Боюсь, что мы придём к решению расстаться. Но ещё страшнее для меня стать обузой и комом в горле для этого мужчины.

– Слушаю, – принимаю вызов и стараюсь казаться невозмутимой.

– Замёрзнешь, – от его голоса озноб пробегает по телу. – Стоило бы накинуть на себя верхнюю одежду.

Хмурю брови. Он может знать об этом в том случае, если… Мысленно прокручиваю варианты, и уже в следующую секунду начинаю лихорадочно искать его глазами. Замечаю знакомый автомобиль, припаркованный чуть поодаль, и до последнего не верю своим глаза.

Янис выходит из машины. Выглядит безупречно, во всём чёрном: брюки чинос, водолазка, подчеркивающая его фигуру и волевую шею, и элегантное двубортное пальто, которое добавляет ему статусности. Ему чертовски подходит этот цвет.

Он направляется ко мне с изогнутой лёгкой улыбкой на губах. Взгляд прикован к моему лицу, и от этого пристального внимания ноги становятся ватными.

– Привет, – произносит он, как только подходит ко мне, и заключает в крепкие объятия.

Я хочу ответить взаимностью на этот жест. Запрыгнуть на него, обвить руками и ногами, расцеловать каждый миллиметр на его лице и сказать, как сильно соскучилась за эти две недели. Но вместо этого сдержанно кладу руку ему на талию и приветствую в ответ.

Как бы сильно я ни желала сейчас раствориться в этом человеке, я себе этого не позволю. Я буду соблюдать эмоциональную дистанцию, которую сам Янис и возвёл. И пока он не объяснится, напряжение внутри меня никуда не денется.

– Ты прекрасно выглядишь, – шепчет на ухо и целует в шею.

– Спасибо, – отвечаю тихо, снова встречаясь с ним взглядом.

Янис отстраняется от меня, мягко улыбается и затем снимает с себя пальто и, осторожно опустив его на мои плечи, заботливо поправляет воротник, чтобы мне было теплее. В нос ударяет мой любимый аромат его парфюма, и я готова взвыть от удовольствия.

– Так лучше, – произносит он, и его взгляд плавно скользит по моему лицу, задерживаясь на губах, прежде чем снова встретиться с моими глазами.

Такой внимательный, чувственный, галантный. Всё, как прежде. Словно я схожу с ума, и не было смены его настроения. Но нет, что-то явно изменилось, и я не могу отделаться от этого ощущения.

– Почему ты не предупредил, что прилетаешь? – интересуюсь, как только он отходит от меня на шаг.

– Потому что за минуту решил, что должен прилететь. Нам нужно поговорить.

Внутри всё болезненно сжимается. Мне не показалось. Что-то действительно не так.

– Прямо сейчас мне нужно работать, – отвечаю я, стараясь сохранять спокойствие. – У нас сегодня открытие.

«Ты знал бы, если бы тебя это интересовало», – хочу продолжить, но решаю не портить никому настроение.

– Тогда я буду ждать тебя в машине столько, сколько понадобится, – берёт меня за подбородок и поглаживает его подушечкой большого пальца.

От этого прикосновения по коже пробегает лёгкий холодок. Его движения, прикосновения, взгляд – всё кричит мне о том, что ничего не изменилось с нашей последней встречи. Но изменилось. Я чувствую это на интуитивном уровне. Но пока не понимаю, что именно.

– Может, присоединишься ко мне? – предлагаю я неожиданно для себя самой. – Познакомлю тебя со своими друзьями.

Если откажется, это будет означать, что предстоящий разговор не сулит ничего хорошего для нашего будущего. Если согласится – есть надежда на благоприятный исход этого дня.

Но, откровенно говоря, даже если завтра мы расстанемся, я очень хочу познакомить его с Ираклием. Никогда раньше я не испытывала таких глубоких чувств к мужчине, и мне хочется, чтобы мой близкий человек увидел того, кто стал значимой частью моей жизни.

Не знаю, как это объяснить, но долгое время я не хотела никого впускать в наши отношения с Адамиди. Абсолютно никого. Я не рассказывала никому, как его зовут, сколько ему лет, что между нами происходит. Всё оставалось за нашими закрытыми дверьми. И до недавнего времени меня это устраивало.

Яниса с Ираклием я хотела познакомить ещё месяц назад, но Дадиани постоянно был в разъездах, и в Москву вернулся только к открытию, поэтому я решила организовать их встречу на новогодних праздниках.

Но сейчас уже сомневаюсь, что мы с Янисом протянем до них…

– Разрешаешь мне прикоснуться к твоей тайной жизни? – с ухмылкой вскидывает одну бровь мужчина.

Какой глупый вопрос, учитывая, что он уже коснулся моего сердца…

– Только если ты сам этого хочешь, – отвечаю я, не отводя взгляда.

Пытаюсь найти ответы на все свои вопросы в глубине его глаз, но они, словно неприступная крепость, не позволяют заглянуть внутрь его головы.

– Очень хочу, – кивает он и бросает взгляд на витрины соседнего здания. – Давай зайдём в цветочный магазин. Не хочу приходить на праздник с пустыми руками.

Я впервые за эту встречу искренне улыбаюсь ему. Как же мне нравится эта его внимательность.

***

– Теперь то ты можешь сказать, над каким проектом работала? – с интересом спрашивает Янис, держа в одной руке изящный букет цветов, а второй открывая передо мной дверь.

Он галантно пропускает меня вперёд и следует за мной внутрь.

Я и в самом деле всё это время скрывала от него то, где и с кем работаю, потому что мной был подписан контракт о неразглашении. Но даже если бы его не было, я всё равно ничего не рассказала бы Янису, потому что проект ребят был под секретом долгое время, и они не хотели, чтобы кто-то о нём знал. А я не хотела предавать их доверие.

– Да. Сегодня открывается продюсерский центр и школа танцев, – теперь уже со спокойной душой рассказываю я, обводя взглядом просторное помещение.

Музыка в зале стала более приглушённой, а гостей заметно прибавилось. Бросив взгляд на настенные часы, понимаю, что до официального объявления об открытии «LiDiani Production» осталось всего тридцать минут. Я начинаю испытывать лёгкое волнение, хотя уверена, что всё пройдёт на высшем уровне.

Уже проходит.

Пробираясь сквозь толпу к противоположному углу зала, где я заметила Ираклия и Илиану, мы встречаем несколько знакомых пар и девушек. Я вынуждена остановиться, чтобы поздороваться с каждым и обменяться любезностями. И не могу не отметить тот факт, что Янис привлекает внимание каждого и собирает заинтересованные и любопытные взгляды.

И я нисколько этому не удивляюсь. Адамиди обладает сшибающей с ног харизмой. Он уверен в себе, сдержан, учтив и внимателен к собеседнику. А ещё – высок, статен и, повторюсь, безумно сексуален в чёрном. В общем и целом, этот мужчина выделяется на фоне остальных.

Или это просто мои чувства к нему делают его особенным?

Только минут через десять мы, наконец, добираемся до цели. Ираклий и Илиана стоят к нам спиной и что-то оживлённо обсуждают, переглядываясь и смеясь.

– Ребят, – окликаю семейство Дадиани.

Они оборачиваются, и, увидев меня, Ираклий тут же начинает говорить:

– Где ты была, мы тебя вез… – но внезапно обрывает свою речь на полуслове, как только его взгляд встречается с Янисом.

Лицо Ираклия мгновенно меняется. На нём отражается целая гамма эмоций – от изумления до недоумения, а в глазах вспыхивает миллион вопросов. Следом за ним Яниса замечает Илиана. Её лицо тоже теряет привычное спокойствие, и я вижу, как она невольно делает шаг назад, словно пытаясь осмыслить происходящее. В её взгляде читаются растерянность и шок.

Нет никаких сомнений – они его узнали. Я ощущаю напряжение в воздухе, оно почти осязаемо. Оборачиваюсь и смотрю на Яниса. Его лицо остаётся непроницаемым, но я достаточно его знаю, чтобы суметь разглядеть смесь его удивления, смятения и ещё чего-то интригующе-пугающего, что мне не удаётся распознать.

Он тоже их узнал…

– Янис, – первая приходит в себя Илиана, но кроме его имени ничего больше не произносит.

– Здравствуй, Илиана, – мужчина делает шаг к ней.

Я внимательно слежу за каждым их движением. Они аккуратно обнимают друг друга, как давние знакомые, которые неожиданно встретились после долгой разлуки. Янис протягивает ей букет и поздравляет. Илиана мягко улыбается ему в ответ, принимая цветы с благодарностью, и Янис отвечает ей такой же тёплой улыбкой.

Перевожу свой взгляд на Ираклия, хочу понять, что он испытывает в этот момент. Лично я испытываю жуткую тревогу. Но по его стальному выражению лица ничего не могу считать…

– Ираклий, – отпустив Илиану, Янис переводит взгляд на Дадиани.

Протягивает ему руку, и Ираклий пожимает её.

– Здравствуй, Янис.

– Как тесен мир, – с легкой усмешкой произносит Адамиди и вновь становится рядом со мной. – Я думал, ты помощница какого-то мафиози, Яна, – шутливо говорит он, бросая на меня взгляд. – Для чего была такая секретность?

– Я просил никому не говорить, – отвечает вместо меня Ираклий. – Не хотел шума раньше времени.

Янис понимающе кивает и уточняет:

– Все вопросы с Вальтером решены?

Услышав имя бывшего продюсера Ираклия, я теряюсь. Мой взгляд мечется от одного участника разговора к другому, пока я пытаюсь уловить суть происходящего.

– Да.

Возникает немая пауза. Они обмениваются взглядами и кивают друг другу. Атмосфера вокруг максимально странная. Между нами словно невидимые нити натягиваются.

– Никогда бы не подумала, что вы знакомы, – наконец произношу я, стараясь скрыть своё удивление. – Знала бы, не стала так долго и бессмысленно скрывать тебя, – поднимаю глаза на Яниса и ловлю его улыбку.

Он обвивает мою талию и притягивает чуть ближе к себе. От этого лёгкого объятия на душе становится теплее. Уловив его жест, Илиана бросает на мужчину настороженный взгляд. Следом за ней и Ираклий впивается в Яниса взглядом, в котором мелькает тень недовольства. Мне становится не по себе от этой реакции.

– Значит это и есть тот самый галантный мужчина, который был восхищён твоим русским матом? – цепко бросает Ираклий и смотрит на Адамиди. – Быть честным, я ожидал увидеть кого угодно, но не тебя, Янис.

– Я настолько плох для Яны?

– Скорее слишком непрост, – туманно отвечает Ираклий.

Янис, похоже, понимает намёк. Его пальцы на моей талии немного напрягаются, выдавая внутреннее беспокойство. В комнате становится душно от нескрываемого напряжения. Я собираюсь вмешаться, чтобы разрядить обстановку, но внезапно раздаётся телефонный звонок. Янис достаёт мобильный из кармана брюк, бросает быстрый взгляд на экран и сообщает:

– Простите, звонок по работе. Нужно отлучиться.

Мы с пониманием киваем, и он, отпустив меня, направляется к выходу из зала. Как только он отходит на достаточное расстояние, я поворачиваюсь к ребятам и смотрю на них вопросительно, пытаясь найти объяснение их странному поведению.

– Ты в курсе, что он женат? – неожиданно спрашивает Ираклий, глядя мне прямо в глаза.

И словно небо обрушивает мне на голову. Я застываю и перестаю шевелиться. Звуки приглушаются, и всё вокруг меня начинает расплываться, превращаясь в бесформенное пятно.

– Он мне сказал, что в разводе, – произношу я, стараясь унять дрожь в голосе.

Лицо Илианы меняется. В её глазах появляются удивление и недоверие. Она смотрит на Ираклия, затем возвращает взгляд ко мне.

– Что? Это не так? – с трудом выговариваю я, пытаясь сохранить спокойствие, хотя внутри всю трясёт.

– Он тебе прям сказал, что в разводе? – уточняет она.

– Да. Я спрашивала несколько раз, и он сказал, что они с женой разошлись, – отвечаю, стараясь звучать уверенно, хотя внутри всё клокочет от тревоги и страха.

Каждая миллисекунда молчания ребят рвёт меня на части.

– Янис – человек слова и никогда не врёт. Раз он сказал, что в разводе, значит они с Эмилией и в самом деле развелись, – Илиана смотрит на Ираклия, а потом переводит взгляд на меня. – Искренне рада за вас. Он прекраснейший человек.

И вроде она говорит то, что я хотела услышать, но я не ощущаю радости. Откуда она так хорошо знает Яниса? Почему говорит о нём с такой уверенностью?

И тут меня словно клинком пронзает. Я вглядываюсь в лицо Илианы, в её карие глаза и начинаю ощущать скорость вращения земли.

Глаза. Её карие глаза…

Боже…

Взгляд на полотне, который написал Янис, показался мне знакомым в тот вечер не потому, что сотни женщин с разбитыми сердцами ходят с такими же глазами. Он показался мне знакомым, потому что я была знакома с их обладательницей…

Так вот какая она – женщина, которая заняла место в сердце Яниса. Красивая. Уверенная. Талантливая. Танцовщица бальных танцев с роскошными длинными ногами…

Он любит таких…

– Янис тот самый мужчина, о котором вы рассказывали? – без церемоний уточняю я.

В жизни Илианы был мужчина, который однажды вытащил её из петли… Именно он возвращал её к жизни после трагического расставания с Ираклием. Она говорила о том, как много значил для неё этот человек и как сильно повлиял на судьбу.

Ребята не успевают ответить на мой вопрос, потому что к нам возвращается Янис. Но мне уже не нужны слова – за ребят всё сказали их взгляды. Мне становится невыносимо тяжело стоять на ногах. Дышать. Думать.

– Ещё раз приношу свои извинения, нужно было ответить на звонок, – с привычной для него вежливостью обращается ко всем Адамиди.

Встаёт рядом со мной, кладёт руку обратно мне на талию и, прижав к себе, опускает взгляд на живот Илианы.

– Кстати, поздравляю вас с более важным событием, – улыбается он девушке.

Я внимательно слежу за тем, как он смотрит на Илиану. Его взгляд словно приклеен к ней, и, кажется, что весь мир для него сужается до её улыбки и движений. Мои мысли начинают разрываться на части, словно буря внутри меня поднимает вихрь ревности.

Что он сейчас чувствует, видя её такой счастливой рядом с Ираклием? Ему больно? Или невыносимо больно? Интересно, он вспомнит, что я стою здесь, рядом? Если вспомнит, то когда? Через минуту? Через час? Посмотрит на меня так же, как на неё, или мне никогда не дорасти до этого уровня?

Мне будто снова семнадцать. Я стою в клубе и наблюдаю за тем, как Артём флиртует с другой девушкой, забыв обо мне. Во мне просыпается та маленькая неопытная девочка, которая тогда чувствовала себя недостаточно красивой, недостаточно привлекательной и абсолютно неинтересной. И я снова ощущаю тот горький вкус разочарования и боли. Словно все эти годы прошли зря, и я так и не научилась быть сильной и независимой. Внутри меня бушует шторм эмоций, заставляющий сердце биться быстрее и сильнее: ревность, боль, страх быть забытой и незамеченной.

И будто почувствовав всё, что со мной происходит, Ираклий произносит:

– Ян, через пятнадцать минут нам уже нужно выходить на сцену. Пойдём, проверим, всё ли готово, – звучит так спокойно, будто его вся эта ситуация абсолютно не трогает.

Понимаю, что хочет поговорить наедине, потому что всё уже проверено и давно готово к их выступлению.

– Да, конечно, – киваю ему, придавая голосу безразличный тон. – Я скоро вернусь, – обращаюсь к Янису, будто ему сейчас есть дело до меня.

– Буду ждать, – отвечает он, посмотрев на меня и улыбнувшись.

И на прощание поглаживает пальцами оголённый участок моей кожи, повторяя узоры, которые он вырисовывал на мне красками.

Я прохожу с Ираклием к подиуму. Он проверяет микрофоны, а я то и дело украдкой смотрю в сторону Яниса и Илианы. Они продолжают оживлённо беседовать, обмениваясь улыбками. Ноющее покалывание усиливается внутри, но я стараюсь игнорировать это неприятное чувство.

– Прекрати, – отрезает Ираклий, встав передо мной и заслонив обзор на бывших любовников.

– Ты о чём? – поднимаю на него глаза.

– О твоей беспочвенной ревности.

– Беспочвенной? – переспрашиваю с надменностью, стараясь скрыть свою растерянность. – Хочешь сказать, что тебя не беспокоит, о чём они говорят?

– А должно? – с бесстрастным видом прячет руки в карманы брюк. – Илиана – моя жена и мой осознанный выбор. Я ей доверяю безоговорочно.

– Но ведь они были вместе. Неужели, ты не ревнуешь и не злишься из-за этого?

– Плевать, что они были вместе, – перебивает меня. – Плевать даже на то, сколько они были вместе и что между ними было.

Я опускаю взгляд на лежащую на столе красную ленту. Беру её в руки, чтобы занять чем-то свои пальцы и успокоить тревожные мысли.

– Мы все взрослые люди с грузом своих ошибок из прошлого. Каждый из нас крепко стоит на ногах и знает, чего хочет в жизни. И у нас у всех есть выбор. Так вот, неважно, какой выбор был сделан много лет назад. Важно, какой выбор мы делаем сейчас. И пока Илиана выбирает меня, какой смысл мне ревновать и злиться на неё?

Я с ним согласна по всем пунктам. Да только есть одно «но».

– Ты прав. Илиана выбирала тебя даже тогда, когда была не с тобой. Поэтому ты спокоен и уверен, – натягиваю улыбку, стараясь спрятать за ней свою уязвимость. – Но как ты думаешь, какой выбор сделал бы Янис, если бы Илиана не выбирала тебя?

Ираклий молчит. Задумывается. А у меня на душе кошки начинают безжалостно скрести когтями.

– Когда в жизни мужчины присутствуют две женщины, он не выбирает ни одну из них.

– Ты так думаешь?

– Я уверен. Любил бы жену – не было бы в его жизни Илианы. Любил бы Илиану – развёлся бы с женой. Всё очень просто.

Теперь задумываюсь я. Взгляд невольно падает за спину Ираклия, на Яниса и Илиану.

– У вас всё серьёзно? – задаёт сложный вопрос Дадиани, и я вновь смотрю на него.

– Мне казалось, что да. Но теперь не знаю… Возможно, всё серьёзно только с моей стороны, – признаюсь искренне и тут же добавляю, чтобы он не сделал неправильных выводов: – Это никак не связано с сложившейся сейчас ситуацией.

– В любом случае, я хочу дать тебе один совет, который дал мне отец. Оставь своё с партнёром прошлое в прошлом. Тащить его за собой в ваши настоящие отношения, всё равно что пытаться плыть в открытый океан с якорем на ногах.

– Твои родители никогда фигни не скажут, – расплываюсь в улыбке и, потянувшись к нему, обнимаю его. – Спасибо за разговор. Мне есть, о чём подумать.

Он обнимает меня в ответ. Пару секунд, и мы опускаем друг друга. К нам подходит ведущий и сообщает Ираклию, что через десять минут им с Илианой пора выходить на сцену.

И уже через пятнадцать минут я стою рядом с Янисом и молча наблюдаю, как семья Дадиани, стоя на специально оборудованном подиуме, с гордостью рассказывают о планах и перспективах своего проекта.

Но в голове мысли путаются, словно в паутине. Я пытаюсь успокоить и расставить их по полочкам. Но лишь усугубляю ситуацию.

Я восстанавливаю в памяти всё, что Илиана когда-то рассказывала про таинственного мужчину, который оказался Янисом. И вспоминаю одну очень важную деталь. Они состояли в свободных отношениях. Он никогда не говорил мне, что выступает за такой формат. Наоборот, выглядит так, будто никогда не потерпит рядом со мной другого. Но я уже не знаю…

– Всё хорошо? – нависнув над моим ухом, спрашивает Янис и вырывает меня из заторможенного состояния.

Я перевожу взгляд на него, всматриваюсь в его глаза. И понимаю, что не могу больше терпеть. Мне необходимо поговорить с ним. Понять, что происходит.

– У Илианы очень красивые карие глаза, – начинаю издалека, чтобы дать понять, что я обо всём знаю.

На его лице появляется лёгкая, искажённая от усталости улыбка. Он всё понял.

– От того, что Илиана та самая женщина, ничего не меняется. Это не отменяет всего, что я говорил тебе в тот день в мастерской. Но мне кажется, ты так ничего и не поняла.

Я всё поняла. Проблема в другом – я не верю…

Отвожу взгляд в сторону. По венам словно ртуть пустили.

– Так о чём ты хотел со мной поговорить? – спрашиваю, будто невзначай, стараясь казаться сильнее, чем я есть на самом деле.

– Поговорим позже.

– Я не хочу больше ждать.

Вновь смотрю на него. И в эту секунду в меня вонзается острая мысль, и я тут же её озвучиваю:

– Хочешь предложить свободные отношения? Больше не выдерживаешь связи с одной? – голос вместе с подбородком предательски дрожат. – Устал и хочешь встречаться с другими женщинами?

Чувство безысходности начинает обвивать всё внутри меня своими клешнями. Если я окажусь права, то это конец. Потому что я никогда, ни при каких обстоятельствах не приму такой формат отношений. Никогда не смогу разделить Яниса с другой.

– Яна, ты совсем дурная? – он отворачивается от сцены и разворачивается полностью ко мне лицом. – Как тебе такое в голову вообще пришло?

– Тогда что? – спрашиваю, растерянно глядя на него. – Ты изменился, не хотел общаться и видеться со мной в последнее время. Хотя до этого привёз меня в Лондон. Всё ведь было хорошо… – сбивчиво объясняюсь я. – А потом что случилось?

– И ты решила, что я провожу время с другими женщинами?

Я молча киваю.

– Какая же ты глупая, – смеётся, качая головой, а после нежно берёт моё лицо в свои руки.

От этого прикосновения становится легче, спокойнее. И мне хочется свернуться калачиком и полностью зарыться в его объятиях.

– Я не отстранился, – продолжает он. – Скорее, закрылся в себе, чтобы обо всём подумать.

– О чём подумать?

– Обо всём. О тебе. О нас.

Раздаётся голос ведущего, который начинает обратный отсчёт до открытия. Мы с Янисом поворачиваемся к сцене. И оба улыбаемся сквозь натянутые нервы, когда Ираклий и Илиана подходят к красной ленте, берут ножницы и, переглянувшись, разрезают её под вспышки фотоаппаратов и аплодисменты.

Я тоже хочу захлопать, но голос Яниса пригвождает меня к месту:

– Я люблю тебя.

Я резко оборачиваюсь и смотрю на него ошарашенным взглядом, забыв обо всём на свете. Все звуки и лица вокруг становятся несущественными, блеклыми.

– Ч-что? – переспрашиваю шёпотом.

– Я люблю тебя, – тянется губами к моим. – И мне невыносимо сложно было это осознать.