Глава 9

Наталья Трубина

О том, что нервные клетки не восстанавливаются, знают все. По крайней мере на Земле. Как обстоят дела с этим знанием у жителей Лонтии, я ещё не выяснила. Но так как я человек земной, то всякий раз, когда начинаю нервничать, напоминаю себе о невосполнимости нервных клеток. Вот только, к сожалению, схема эта работает через раз.

— Ты никогда не будешь безопасной для общества, если не научишься контролировать дар поглотителя! — кричит на меня Клещ. — Я закрою тебя на нижних этажах, и уж тогда ты не сможешь вредить магам.

— О, нет! Называйте вещи своими именами. Это никакой не дар — это сущее проклятие, — взрываюсь я в ответ.

Силы покидают тело, и я падаю на гору одеял, принесённую для меня Вороном после того, как я битый час убеждала его, что в каждом спортивном зале по технике безопасности должны находиться маты. Что представляет из себя невиданный зверь «техника безопасности» и почему бранные слова должны быть в зале для тренировок, никто так и не понял, а у меня не было ни сил, ни желания вдаваться в подробности.

Клещ, прекратив срывать на мне злость, громко хлопнул дверью и ушёл к себе.

— Не переживай. Перебесится и вернётся, как миленький, — попытался успокоить меня Ворон и протянул руку, чтобы помочь подняться.

Я нехотя перевернулась со спины на живот, сползла на пол и, кряхтя хуже старой бабки, встала на ноги. В последнее время, чтобы нечаянно не ошибиться и не забрать у кого-то магию, я старалась не допускать никаких прикосновений, но с Вороном это не работало. Ведь, если Клещ меня сторонился и не приближался ко мне ближе, чем на семь шагов, то Ворону терять уже было нечего, и он ничего не боялся. Тем не менее я стала носить более закрытую одежду и надевать перчатки при выходе из здания. В самом Логове такой необходимости не было, поскольку все давно были осведомлены о моих способностях.

— У тебя есть план?

— Предлагаю отдохнуть и сходить к озеру, — Ворон поиграл мускулами на обнажённом торсе и поправил выпавшие из моего хвоста локоны.

А, собственно, почему бы и нет?

Я радостно подорвалась с места, но боль в мышцах тут же дала о себе знать, и мне пришлось поумерить свой пыл. Однако ничто не остановило меня от желания покинуть надоевшие стены. А ведь я за всю жизнь столько не тренировалась, как за недели пребывания в этом мире.

Ворон терпеливо ждал меня у ворот. Не знаю почему, но в этот момент захотелось быть особенно красивой, и я подошла к мужчине как можно плавнее. Лёгкие покачивания бедрами, загадочная улыбка… Ворон сверкнул глазами, резко наклонился, быстро, словно опасаясь моего протеста, поцеловал меня на глазах всего Логова, а после выпрямился и галантно предложил локоть. А я, хоть давно и не была маленькой девочкой, отчего-то смутилась. К озеру мы шли в полном молчании.

И только ступив на рассыпчатый оранжеватый песок, что тонкой долькой стелился вдоль одного берега озера и гармонично смешивался с серовато-коричневой землёй, я перестала дрожать от волнения. Уговаривать меня не пришлось: давно хотелось развеяться и почувствовать себя живым человеком, а не только, простите за тавтологию, работающим роботом.

Я скинула ботинки, приподняла подол стандартного серого платья, сшитого из довольно плотного материала. Но походить по песку босиком особо не получилось — температура воздуха была довольно прохладной, а не прогретый песок угрожал застудить женские органы. Ну, а болеть в мире, где наличием хорошей медицины даже не пахнет, мне не хочется. Болеть в принципе нигде и никогда не хочется. Если только ты не школьник, симулирующий простуду.

Ворон бесшумно подошёл ко мне со спины и обнял за талию, слегка раскачивая корпус из стороны в сторону. И пусть я пока совсем не представляла свою дальнейшую жизнь в Лонтии, сомневалась, выбирала путь, сейчас мне было спокойно, и я хотела, чтобы все дни стали похожими на этот. А точнее, на вторую его часть, в которой завершилась моя тренировка.

Потом меня охватил глупый, прожигающий стыд. Со смерти Олега не прошло и года, а я уже стою в обнимку с другим мужчиной и получаю от этого удовольствие. С другой стороны, Олег наверняка хотел бы, что я была счастлива.

Так и не найдя решение проблемы, я поняла, что лучше пустить всё на самотёк, но притом не слишком торопиться. И потому, когда Ворон начал лёгкими поцелуями покрывать шею, я чуть-чуть отстранилась и игриво пригрозила пальчиком.

Ворон печально вздохнул и крепче сжал руки вокруг моей талии.

— Прошу, не стоит торопиться, — пришлось озвучить своё желание.

— Я не могу без тебя…

Я сглотнула подступивший к горлу ком и, развернувшись в мужских объятиях, с благодарностью уткнулась Ворону в грудь.

Историю моей жизни Ворон не знал, да я и не собиралась ничего рассказывать, но всё-таки что-то мужчина почувствовал. Я ничего не просила и не требовала, не стремилась никого в себя влюбить. По сути, время, проведённое в Лонтии, я потратила на борьбу с алкогольной зависимостью — вот почему я не отказывалась от бесконечных тренировок. И пусть у меня ломило всё тело от боли и высоких нагрузок, алкогольной ломки, благодаря этому, я не чувствовала.

Я так задумалась, что слова Ворона стали для меня полной неожиданностью:

— Я не дам тебя в обиду.

Слышать такое было непривычно. Даже Олег никогда не говорил ничего подобного. Может, в этом не было необходимости, а может, не считал подобные разговоры нужными.

Я поднялась на носочки и с легкостью поцеловала мужчину. Ворон определённо хотел продолжить, но я, как уже сказала, никуда не торопилась, а потому отстранилась, и мы пошли к Логову.

* * *

Для кого-то поход на рынок может быть обыденным, ничего не значащим действием или нудной, надоедливой обязанностью. Но для меня он стал настоящим событием.

Во-первых, в коем-то веке Ворон с Клещом отпустили меня на улицы столицы без обязательного сопровождения, и я наконец-то смогла почувствовать себя свободным человеком. Нет, я и до этого официально не была в плену, но необходимость прятаться от королевских солдат в четырёх стенах утомляла.

Ещё Ворон мне поведал интересный факт: поглотителям для того, чтобы отнимать магию требуется исключительно соприкосновение кожи с кожей. А это значит, что, если я буду прикасаться к магам через ткань (одежду), то ничего отнять не смогу.

— Почему нельзя было сказать мне это раньше?

— Чтобы ты меньше старалась на тренировках? — ухмыльнулся на мой вопрос Ворон.

Непробиваемый мужчина.

Перед выходом за ворота Логова я облачилась в длинное платье, надела перчатки из прочной ткани и вновь изменила черты лица до неузнаваемости. Перестала быть блондинкой, несмотря на мою глубокую любовь к родному цвету волос. Но по сравнению со всем, что со мной приключилось, и с тем, что я получила благодаря способностям метаморфа, эта плата казалась незначительной. А потому довольная я шла по рынку и без конца вертела головой в разные стороны, не успевая рассматривать весь товар — слишком уж много было лавок повсюду.

— Налетай на мортовный рай!

— Свежие карбачки!

— Палты порционные!

— Купи красавица, не жалей серебра! Счастливой будешь.

Рынок поразил меня по всем пунктам. Мясо, овощи, фрукты — всё это продавалось и всё имело свои названия. Что-то сильно напоминало привычные мне земные продукты, чего-то я ранее не видела. А многие овощи, хоть и были идентичны земным, именовались по-своему, что, в принципе, очень логично. К примеру, кабачки здесь оказались карбачками, морковь — мортовью. Честно говоря, с трудом сдержала смех, когда это услышала.

А ещё не менее волшебным фактом мне показалось наличие на рынке такого угощения, как палты. Насколько знаю, палты — это традиционные шведские картофельные клецки с мясной начинкой. Вариаций рецептов существует множество, но сама суть одна и та же. Не то, чтобы я когда-то была в Швеции и ела настоящие палты, но мы с подругой в студенческие годы любили экспериментировать и готовить по новым для нас рецептам. А здесь… И продукт похожий, и название такое же. Чудеса, да и только! Может, в Лонтии некогда уже была такая же везучая девушка с Земли, как и я? Попала сюда прямиком из Швеции и научила местных готовить вкуснейшие палты (я не отказала себе в удовольствии попробовать продукт).

Я обошла стороной ряды с вяленым мясом, от которого шёл подозрительный запашок, и, протиснувшись между двумя телегами, вышла к молочному отделу.

В молочном отделе, к огромному сожалению, не обнаружилось ничего похожего на кефир, ряженку, закваску, сметану, тан и простоквашу — всё то, что я безумно люблю. Другой мир, другая пища. Вполне логично, но всё-таки немного грустно. Сколько я не присматривалась, нашла только молоко в чистом виде. Зато уж разнообразие продукта не знало границ. И пока я замешкалась и остановилась возле одной лавки, разговорчивая торговка пыталась научить меня определять по цвету и запаху, какому животному принадлежит какое молоко, но ученик из меня вышел преотвратный, так как я не смогла запомнить названия перечисленных животных.

Покупателей в молочных рядах было не очень много, и я свободно ходила от лавки к лавке и приценивалась. Однако определиться никак не могла, а мне так хотелось положительно удивить Ворона и грамотно распорядиться выданными им деньгами. Я то и дело опускала руку в глубокий карман и проверяла наличие монет.

Конечно, было бы глупо рассчитывать на то, что одна я смогу закупить продовольствия на всё Логово пусть даже на один раз. Нет, цель здесь была иная.

— Тебе нужна практика в общении с лонтийцами. Если не будешь знать, как ведут себя люди разных кругов, можешь подставить нас на одном из заданий.

С одной стороны, я понимала Ворона, и сама чувствовала необходимость в расширении кругозора. С другой — обижалась на недоверие. Я же не настолько глупа, чтобы бросаться на амбразуру и лезть туда, где ничего не понимаю. Да и как я могу кого-то подставить, если перед каждым делом Клещ лично проверяет подготовку всех участников?..

Я остановилась, как вкопанная, и меня едва не сбил с ног шустрый парнишка невысокого роста. Но я не обратила на это внимания, так как были дела и поважней.

Нос почувствовал запах сыра. Что может быть лучше?

Глубоко вдохнув, я попыталась определить источник волшебного аромата, ради чего завертела головой в разные стороны, словно это могло мне мгновенно помочь. Но по итогу никакого сыра я не обнаружила. Ещё раз сосредоточившись, попробовала найти нужный запах в тяжёлой массе таких же ярких и разнообразных запахов. Наконец, чутьё привело меня к лавке костлявой старухи, которая выставляла в качестве товара странные желтоватые лепёшки полужидкого состояния… Именно эти лепёшки, как оказалось, и пахли сыром.

Я разочарованно отступила назад, желая свернуть в следующий проход, но невольно наступила на чью-то ногу, а потом также неловко чуть не сбила человека, стоящего за спиной.

— Осторожно!

Сердце ухнуло от неожиданности, но я не успела толком испугаться. Крепкие мужские руки в последний момент подхватили меня, заставив попу зависнуть в паре сантиметров от земли.

— Вы не ушиблись? — спросил смутно знакомый участливый голос.

Чтобы увидеть говорящего, пришлось запрокинуть голову. Но всё, что я рассмотрела в первую секунду: подбородок, усы и выступающий кусочек носа.

— Благодарю, — на удивление хрипло выдала я.

Мужчина наклонил голову, покрытую чёрным капюшоном такого же черного плаща, и широко улыбнулся.

Душа ушла в пятки. Сердце забилось с утроенной скоростью, и на секунду я забыла, как дышать: за спиной стоял небезызвестный мне Динар Ишес.

Архимаг, которого я лишила магии.

Мужчина, наверняка жаждущий мести.

Первая облегченная мысль: «Жив!» — тут же сменилась панической тряской, но я быстро взяла себя в руки. У меня другое лицо. У меня другое лицо! Архимаг не сможет ни о чём догадаться, если я сама себя не выдам.

Я встала, отряхнула с платья воображаемую пыль, скромно опустила взгляд в землю, чтобы не привлекать к себе внимания. А как теперь себя вести? Да, хороший план по взаимодействию с населением вышел… И почему мне никто не сказал, что архимаг по рынкам разгуливает⁈ Да и можно ли ему тут находиться? Мне казалось, что в волшебном мире люди должны жить согласно своему статусу.

— Кажется, это ваше.

Пришлось оторваться от разглядывания восхитительных, невероятно красивых… камушков и поднять взгляд на «спасителя». Динар протянул мне плетёную корзинку, которую я обронила от неожиданности. Не думая, я резко вырвала своё добро из мужских рук, чем спровоцировала ядовитый смешок. Зачем-то обернулась к лавке с товаром, и этот жест не остался незамеченным.

— Тоже любите молочные лепёшки? — заинтересованно спросил Динар, и мне показалось, что его ус слегка дернулся.

Нет, усы не могут так дергаться. Это, наверное, нервное. Хотя в магическом мире может случиться всякое.

— Вы живёте одна? — неожиданно спросил лишенный магии Динар Ишес.

Я не поняла, к чему прозвучал этот вопрос, и растерялась. Застыла на месте, чувствуя, что ни ответить архимагу, ни кивнуть не могу.

— Леди? — ничего себе, какой вежливый мужчина. Надо к нему присмотреться. Кто ж станет говорить «леди» обычной горожанке, спешащей по делам. Мне тут Ворон недавно объяснил, что обращения «леди» и «лорд» приняты только среди титулованных представителей общества. Но об этом я и сама успела догадаться.

Впрочем, мне нет разницы, как ко мне обратились. Не оскорбили, и на том спасибо. Вопрос в другом: что делать-то? И ответ прост — уходить! Зачем ломать голову и выдумывать, чёрт знает что? Нужно плавно и незаметно отступать, пока не поздно. Сколь бы не был вежлив мужчина, о чувстве самосохранения не стоит забывать. Так… Кажется, рядом с лордом Ишесом нет никакого сопровождения, а уж убежать от него одного, затерявшись в толпе суетящихся лонтийцев, должно быть не сложно.

Я слегка прикрыла ресницы, чтобы убедиться в наличии двух левых проходов и одновременно отвлечь от себя внимание, но в этот раз придуманная на ходу тактика меня подвела. А лорд Ишес у нас не только вежливый, но и догадливый…

— Вам плохо?

Неожиданно. Разве я так ужасно выгляжу, чтобы интересоваться моим самочувствием? Нет, в глубине души мне, конечно, приятно, что настоящие мужчины в этом мире присутствуют, но всё-таки…

— С чего вы взяли? — искренне возмутилась я. — Спасибо за спасение от падения. Только знаете, я бы в любом случае не разбилась, а от неловкости ещё никто не умирал.

— Как знать.

Вот так, значит?

— В чём вы меня обвиняете? — я остро среагировала на скуку и безразличие в голосе. Почему-то это меня задело.

По моим подсчётам, любой нормальный мужчина уже начал бы понемногу отдаляться и присматриваться к ближайшим поворотам, дабы не связываться с истеричкой, а Динар Ишес лишь усмехнулся и развернулся ко мне всем корпусом, не сделав попытки отойти в сторону.

Что ж, мой дорогой архимаг. Если ты так хочешь сразиться, считай, вызов принят. Только не забывай, что я в первую очередь, как бы то не было, женщина, а потому не рассчитывай на честную игру. Как я ещё могу занять лидирующие позиции в наших стычках, если не при помощи хитрости?

Опять роняю свою корзиночку, но в этот раз намеренно. Плавно наклоняюсь, стараясь держать спину как можно ровнее, чтобы слегка выставить грудь. И пусть моё платье серое, закрытое и невзрачное, но выпуклости — это выпуклости. Их при желании и под обтягивающей тканью можно грамотно преподнести.

Одна проблема — наглый архимаг даже не повернул голову в мою сторону! Полностью игнорируя мои старания, Динар любезно обратился к торговцу:

— Отмерьте две порции молочных лепёшек.

Я разочарованно вздохнула. Почему-то ощущение промелькнувшей искры между мной и Динаром не переставало преследовать. А потому откровенное пренебрежение моей персоной злило. Ну вот и что я за человек? Обращают на меня внимание — плохо, не обращают — тоже плохо. Хоть бы сама для себя определилась, как реагировать.

С места я так и не сдвинулась. Стояла и смотрела, как торговец достаёт коробки, перекладывает в них молочные лепёшки, взвешивает, добавляет и вновь взвешивает. Наблюдала, как невозмутимо Динар отсчитывает монеты и берёт обе коробки. Но полной неожиданностью для меня стала протянутая коробка с только что купленными молочными лепёшками. Знать бы ещё, что это за чудо-то такое лонтийское.

— Это вам.

Тут я, понятное дело, вышла из ступора, улыбнулась во все тридцать два зуба и взяла предложенное. А зачем от добра отказываться? Тем более, когда бесплатно дают. Как любят говорить русские, на халяву и уксус сладкий.

— Благодарю, — вежливость ещё никто не отменял.

— Не составите мне компанию?

Какую мысль хотел донести до меня Ворон? Мне нужно научиться общаться с лонтийцами, чтобы спокойно чувствовать себя в их окружении? Так почему бы не начать эту тренировку прямо сейчас.

Я ухватилась за подставленный локоть (ничего личного, всё в соответствии с лонтийскими порядками) и поспешила за мужчиной, который внезапно остановился и предложил донести мою корзинку. А ведь я уже успела убрать туда лепёшки. Надо же. Вот и как бы я нашла такого внимательного человека на Земле? Скажу честно, даже Олегу далеко до такого идеала. Воспоминание отдалось тупой болью в сердце.

— С вами точно все в порядке?

Проницательный.

Кажется, мне скоро потребуется тетрадка, в которую я буду записывать все качества лорда Ишеса, а то их так много, и открываются они постепенно. Не хотелось бы что-то забыть.

— Ничего критичного. Куда мы идём?

Динар нахмурился. Тем, что я ушла от ответа, мужчина был явно недоволен, но, как настоящий джентльмен, настаивать не стал.

— Позволите проводить вас в парк?

И если до получения небольшого подарка в виде молочных лепёшек, я хотела убежать, как можно быстрее, после — была слегка заинтересована, то сейчас я пылала огнём того самого любопытства, из-за которого Варвара на базаре носа лишилась. Здесь есть парки? Удивлена, так удивлена.

Мужчина действительно принял меня за обыкновенную местную горожанку (браво мне, не прошли даром мои страдания и наставления Ворона), а потому Динар намеренно замедлил скорость ходьбы, чтобы я не отставала от него и успевала любоваться улицами города.

— За суетой жизни никто не замечает красоту города, — объяснил свой поступок Динар.

Мне, если честно, хотелось бы немного ускориться, но о таком не скажешь, не вызывая подозрений. Зато архимаг получил ещё один плюсик в карму. Я раньше не встречала мужчин, которых интересовала романтика улиц.

Не знаю, что на меня нашло, но говорили мы о многом. Собственно, мы только и занимались тем, что говорили. Чувство приятного удивления пустило основательные корни в моей души. Я даже представить себе не могла, что мой молчаливый в пути ко дворцу спутник окажется таким интересным собеседником. И что самое поразительное, Динар каким-то образом меня чувствовал и не уводил разговор в непонятную или неинтересную тему. Мы не говорили ни о политике, ни об истории, и даже темы магии, в которой я ещё терялась как в густом лесу, мы не касались. Динар смешил меня рассказами со службы и заочно знакомил со своими товарищами. Я вспоминала забавные случаи из детства. Мне, правда, было довольно сложно сдержаться и опустить подробности про велосипеды, машины, поезда и телефоны, но по итогу я сдерживалась. Что сказать? Могу собой гордиться.

А потом Динар остановился возле выхода и купил в крайнем ларьке две кружки и маленькую баночку киселя. Торговка, заботливо обернувшаяся всё в мягкую ткань, светилась от радости, словно мы оказались её первыми клиентами за целый день. Ха, как интересно. Другой мир, другие люди, другое мироустройство, а ценности всё те же. Платишь деньги, и перед тобой тут же стелют красную ковровую дорожку.

И после всего выпитого и съеденного на ходу (молочные лепёшки оказались довольно вкусными сырниками, хоть с виду и не были на них похожи) мы с Динаром как-то неожиданно начали обсуждать людей вокруг.

— Ух, какая женщина! Пятерых выкормит и не заметит, — кто бы мне сказал, почему этот комментарий исходил от меня.

— Наверное, тяжело такой груз с собой всю жизнь носить, в старости он потянет её к земле, — Динар подошёл к вопросу с практической точки зрения.

— Не знаю, у меня таких нет, так что проверить я при всём желании не могу.

— Значит, мы ничего не поймём?

— Значит.

— Нет, так дело не пойдёт. Нужно узнать. Я теперь не усну, пока не выясню, как живут такие женщины.

И как же Динар узнал ответ? О, он выбрал самый простой путь поиска информации — подошёл к той женщине. А дальше:

— Простите за нарушение этикета, прекраснейшая, но жить без вашего ответа я не могу.

А вот и та самая хитрая лазейка в правилах этикета Лонтии, о которой меня предупреждал Ворон. В чём суть? Всё просто. Лонтийцы не приветствовали вторжение в личное пространство женщин и старались не задавать им щекотливых вопросов. Однако, если мужчина предупреждал, что от ответа зависит его жизнь, то в этом случае женщина не имела права смолчать. Вот почему Динар, не капли не стесняясь, спрашивал. Знал, что ответ непременно последует.

— Как вы живёте с такими объёмными верхними формами? Они вам сильно мешают?

— Сильно, — согласилась вопрошаемая женщина.

— Позволите уточнить чем?

— А ходят всякие, задают глупые вопросы и время моё отнимают! — разразилась праведным гневом женщина с огромной грудью и, резко развернувшись на пятках, убежала вглубь рынка.

Я рассмеялась. Динар-то хотел выяснить бытовые нюансы, а вместо этого получил описание самого себя.

— Смейся, смейся. Смех украшает жизнь.

— И продлевает! — добавила я.

— Не уверен, но пусть будет так.

Наконец, мы пришли в то самое место, именуемое парком. И место оказалось действительно чудесным: журчала тоненькая речушка, вдоль которой стояло несколько беседок, стояли высокие деревья, покрытые по-осеннему красными листьями. На Земле осень экспериментировала с десятками цветов и с сотней оттенков, а тут был никого выбора не было. Природа выбрала красный. Но это однообразие оказалось безумно оригинальным и красочным. Я прошлась вдоль деревьев, потрогала шероховатые стволы, которые не отличались от стволов привычных мне дубов и елей. На какое-то мгновение мне показалась, что где-то по близости промелькнул тёмный человеческий силуэт, но я отмела эти предположения с сторону. Кто ещё мог сюда прийти и устроить за мной слежку? Никто. У меня ведь сейчас чужое лицо.

Динар предложил зайти в беседку, и я не стала отказываться. Отсюда открывался невероятный, захватывающий дух пейзаж кроваво-красной осени, и я не сдержала восхищённого вздоха. Чувствовалась лёгкая прохлада, но и она была мне сейчас приятна. День определённо удался.

— Нравится?

— Очень.

Динар подошёл ко мне со спины. На какой-то миг мне представилось, что он меня сейчас обнимет, и я начала продумывать, что в таком случае скажу, но мужчина этого не сделал.

— На кого работаете? — прозвучал неожиданный вопрос.

— Разве леди должна работать? Я лишь хотела приготовить мужу сытный и вкусный ужин, потому и пришла на рынок, — я расплылась в издевательской улыбке, и Динар это сразу заметил.

— Будь я вашим мужем, не отпускал бы вас от себя ни на одну минуту, чтобы вы не ушли с рынка с чужим мужчиной.

— Полагаетесь на собственный опыт? — развеселились я. — Уводите приличных девушек и творите с ними жуткие непотребства, пока никто не видит?

— Увы, — Динар развёл руки в стороны и изобразил притворное сожаление. — Такова наша мужская натура. Понравившуюся девушку нужно срочно отнести в пещеру, пока никто другой не обратил на неё внимание.

Никогда не думала, что скажу это, но в какой-то момент я действительно почувствовала, как запылали щёки. И пока я сгорала от непонятно откуда взявшегося смущения, Динар продолжил свою логическую цепочку.

— Для леди вы одеты до неприличия просто и дёшево.

Что я там говорила про романтичность и внимательность? Беру свои слова обратно. Хам! Как есть хам. Нет, я-то знаю, что никакой леди я не являюсь, но говорить-то об этом зачем? Тем более после того, как Динар сам отнёс меня к этой категории. Простая девушка Наташа с Земли, может, уже настроилась побыть беспокойной леди один вечерок, а этот… архимаг взял и всё испортил.

— А вы обращаете внимание только на леди?

— Если бы это было так, то я бы с вами не заговорил.

Мы замолчали. Глупое разбирательство не принесло никому удовольствия, и мы оба это поняли, но извиняться никто не спешил. Возможно, Динар всё ещё надеялся получить ответ на свой вопрос, но я не настолько глупа, чтобы рассказывать приближенному к королю мужчине о сотрудничестве с Логовом, ведущим подпольную деятельность.

Где-то промелькнула очередная тень… Да что ж такое? Я раньше страдала галлюцинациями только по пьяни.

Динар хотел что-то сказать, но я вдруг почувствовала нарастающее головокружение и тошноту. Колени подкосились, руки задрожали. Лицо запылало и закололо так, как если бы я протёрла его влажной салфеткой перед выходом на улицу в тридцатиградусный мороз.

Дьявол! Нет-нет-нет, только не это! И как я могла быть такой беспечной? Все признаки магического переутомления, о котором говорил Ворон, на лицо. Я ведь неполноценный, да к тому же малоопытный метаморф, а потому не могу держать иллюзию до бесконечности. Оно-то никто так не может, но тот, кто не практиковался годами, в принципе мало на что способен. А я? Угостилась молочными лепёшками и расслабилась? Никогда себе не прощу.

Почувствовав, что изменения необратимы, я резко согнулась пополам, скрывая лицо.

— Что с вами? Да не молчите же! Где болит⁈ — забеспокоился.

Всё. Это конец. Моё лицо вернулось.

— Не трогайте меня.

Я завертела головой, упала на колени и прижалась к ним головой, но Динар, пользуясь физическим превосходством, поднял меня и усадил на лавочку. Я не разгибалась. На то, чтобы оторвать мой корпус от колен, у Динара ушло чуть больше времени, но своего результата он добился. А потому, как только он увидел моё настоящее лицо, на котором отражались все виды паники, он крепко схватил меня за запястье и зашипел:

— Ты!