Глава 19

Закрыв глаза и сосредоточившись на парне, я словно вживую увидела рваные раны под его рубашкой: от когтей – на рёбрах, от клыков – на боку. Судорожно выдохнув, стиснула зубы, борясь с нахлынувшей тошнотой и подкатившим к горлу комом. Пришлось несколько раз медленно втянуть воздух через нос и так же неторопливо выдохнуть, чтобы снова взять себя в руки. Это помогло отстраниться от реальности и обратится к дару.

В ладонях потеплело, а в кончиках пальцев началось знакомое покалывание.

Что ж, приступим.

– Ты что это надумала? – тяжёлая мужская ладонь опустилась на моё плечо, и я едва не подпрыгнула на месте от неожиданности.

Яркие искорки сорвались с пальцев и брызнули в разные стороны, словно капли расплавленного золота. Чуть в стороне раздался предупреждающий драконий рык.

– Да что б тебя, Шаррой, – не сдержавшись, рявкнула я, борясь с желанием заехать этому невыносимому типу сковородкой по макушке, но выбранный для расправы инструмент сейчас был в летней кухне, так что пришлось запрятать кровожадные планы подальше в закоулки сознания, до более благоприятного случая, и уже спокойнее произнести. – Спасаю вашего адепта.

– Ты бы поосторожнее, Лиам, – произнёс один из его товарищей, молодой широкоплечий брюнет, с короткими волосами, выбритыми на висках, который первым обратил внимание на поведение дракона. – Эта леди и её дети явно находятся под защитой одичалого. Не стоит дразнить зверя. Тем более сейчас… – Он выразительно уставился на куратора, видимо, пытаясь ему о чём-то напомнить.

– Я просто спросил, Рагнар, – скривился тот, убирая руку.

– И тебе ответили, – спокойно произнёс темноволосый. – Отойди и не мешай.

– Слушаюсь, Ваше Вел…

– Лиам, – раздражённо гаркнул тот.

– Ладно-ладно, всё, отошёл, – процедил куратор, отступив на шаг. – Но Кайл потерял слишком много крови, и тебе это прекрасно известно. Все попытки его вернуть только продлят агонию, а то и вовсе обратят в нежить.

– Рагнар, мы её не знаем, – прошептал третий товарищ, с короткими светлыми волосами, чем-то похожий на Шарроя, но я расслышала всё до единого слова. – Как ты можешь доверять этой женщине?

– А у нас есть выбор, Ларс? – так же тихо спросил мужчина с бритыми висками.

– Нет, но это не значит… – замялся он, и его не церемонясь перебили.

– Вы целительница? – не обращая внимания на друга, с надеждой спросил Рагнар, не приближаясь, но и не отходя от меня. – Об этом говорит цвет вашей магии, – задумчиво произнёс он. Прикусив губу, взывая к высшим силам и собственному терпению, неопределённо пожала плечами. – Моя благодарность не будет знать границ, если поможете брату.

– А моя благодарность не будет знать границ, если вы все замолчите и перестанете меня отвлекать, – ворчливо выдала я.

Как ни странно вопросов больше не последовало, и я вновь сосредоточилась на деле, абстрагируясь от раздражающих факторов, таких как куратор, мельтешащий на периферии зрения.

Дар откликнулся довольно быстро и, направив его на парня, я затаила дыхание, ощущая, как раны затягиваются, превращаясь в шрамы. С каждым новым применением сила откликалась всё быстрее. К тому же небольшая перепалка с Шарроем заставила потускнет образ жутких ран, стоявший перед глазами, и окончательно привела меня в чувства. Так что вливая энергию, я контролировала не только свои действия, но и мысли, которые текли плавно и размеренно, подмечая малейшие детали и делая выводы.

Похоже, эти четверо неплохо друг друга знают. Но Рагнар, судя по тому, что к нему прислушиваются товарищи, находится выше по положению. Командир отряда? Возможно. Так или иначе, но решения принимаются им.

Со стороны послышались очередные удивлённые восклицания:

– Она лечит сырой магией, без диагностики, без каких либо правил, норм и устоев… – удивлённо прошептал Лиам Шаррой. – Как так? Ничего не понимаю.

– Главное, чтобы помогло, – глухо произнёс Рагнар. – Остальное – неважно.

*****

Голова кружилась от усталости. Во рту всё чаще появлялся солоноватый привкус крови. Мышцы будто скручивало изнутри в жгуты, пуская по телу волны неприятных судорог. Но бросить лечение я не могла, так что действовала уже на чистом упрямстве. И когда дыхание Кайла стало размереннее, не тратя время понапрасну, перешла к Джасу, которому повезло немного больше, чем его товарищу.

Вот только слова Лиама по поводу моего способа лечения заставили напрячься.

– Что-то не так с моим способом лечения? – спросила, не поднимая головы, надеясь, что мне всё-таки ответят, а не станут снова перемывать косточки за спиной.

– Всё так. Просто то, что ты делаешь… Это удивительно, – ответил за всех Рагнар. – Если бы не видел своими глазами, никогда бы не поверил, что такое возможно. Твой способ лечения не укладывается в голове. Использование сырой силы считалось невозможным… До сегодняшнего дня. Да, ей напитывали схемы заклинаний, активировали артефакты, добавляли по капле в зелья, для усиления эффекта. Но чтобы лечить…

– Главное, чтобы помогало. Не так ли? – вскинув голову, пристально взглянула в глаза Рагнару, повторив его же слова.

– Именно, – немного помедлив, произнёс он, переглянувшись с друзьями, после чего четыре пары удивлённых глаз уставились на меня.

Кажется, я услышала то, что не предназначалось для моих ушей.

– Что? – приподняв бровь, усмехнулась, смахнув со лба влажную прядь. – Говорить нужно было тише.

– Ещё и сквозь завесу тишины слышит, – потрясённо пробормотал себе под нос Лиам. – Не женщина, а сплошная загадка.

На лечение Джаса я потратила все оставшиеся силы. И поняла это только тогда, когда закончив, попыталась встать. Но головокружение и дрожь в ногах не позволили выполнить задуманное.

– Похоже, у леди сильное истощение, – услышала словно сквозь вату встревоженный голос Рагнара.

Стук сердца отдавался в ушах, дыхание сбивалось, а перед глазами всё время темнело, что подтверждало сказанное мужчиной.

– Переусердствовала немного, – выдохнула я, пытаясь сфокусировать взгляд на лице склонившегося надо мной Шарроя, – ничего страшного, сейчас пройдёт.

– Немного? – недовольно переспросил Лиам. – От такого истощения недалеко и до могилы. Решила таким неординарным способом избавиться от нашего общества?

– Даже в мыслях не было, – прошептала, с трудом размыкая губы.

– Ларс, у тебя ещё осталось восстанавливающее зелье? – уточнил куратор у мужчины похожего на него. Брат? Вполне возможно.

– Надо глянуть, – раздался ответ, и неподалёку послышалось шуршание перебираемых вещей. – Один флакон.

– Отлично. Давай сюда, – миг спустя губ коснулось прохладное горлышко стеклянной бутылочки. – Пейте, леди. Это убойная смесь. И дракона на ноги поднимет.

– Дракона? – отшатнулась, нервно усмехнувшись. – Впечатляет. Знаете, куратор, что-то после вашей рекомендации мне резко стало лучше. Давайте я всё же попробую обойтись без ваших зелий. Мне нужно всего несколько минут, чтобы прийти в себя.

Я попыталась улыбнуться, чтобы успокоить мужчин, но что-то с моей улыбкой было явно не так, судя по четырём тяжёлых вздохам, раздавшимся с разных сторон.

– Пейте, леди, – поддержал друга Рагнар. – Вам станет легче.

Я попыталась снова возразить, но лучше бы держала рот закрытым. Пряная жидкость обожгла горло, пробежав по пищеводу, и рухнула в желудок. Никогда ещё настолько отчётливо я не ощущала тот путь, который приходится проделывать пище. Но в этом мире со мной многое происходит впервые. Уже сложившаяся традиция, не иначе.

– Да, дракона точно на ноги поднимет, – сипло прохрипела я, смаргивая набежавшую слезу и стараясь дышать через нос. – И не только его. Тут даже любой камень сорвётся с места в галоп, если плеснуть на него вашей настойкой.

– Шутница, – съехидничал Шаррой.

– Кто бы говорил.

Но, к слову сказать, слабость действительно начала отступать. Зрение снова стало чётким, а сердце уже не трепыхалось раненой птицей, а билось размереннее, отчего успокаивалось и дыхание.

Не успела опомниться, как сильные руки подхватили меня, прижимая к широкой груди, и мурлыкающий шёпот Лиама коснулся уха.

– Сейчас главное не делать резких движений, чтобы зелье равномерно распределилось с током крови по телу. Но я не могу позволить леди остаться лежать на холодной земле, поэтому донесу до дома.

– Лиам, нет, – резкий окрик Рагнара прозвучал одновременно с яростным рёвом дракона, и горячее дыхание зверя коснулся волос.