Глава 32

Под изумлённым взглядом старого оборотня в ладони Райна вспыхнуло пламя и, рванув к существу, заключило его в огненную сферу. Противный визг оборвался спустя мгновение.

– Кто ты? – подозрительно прищурился старик.

– Друг, – беспечно пожав плечами, ответил Райнер, будто и не нависла над ним вовсе опасность разоблачения, – который только что вам помог. Кстати, этот улей тоже желательно сжечь, чтобы не разнести какую-нибудь заразу по округе. Есть у вас пустая колода для пчёл, чтобы переселить семью?

– Найдётся, – нахмурившись, проворчал дед Тарок.

– Отлично, – щёлкнув пальцами, дракон направил в сторону улья новый поток пламени, поглотивший колоду за пару секунд. – Несите, устанавливайте на прежнее место, пусть обживаются. А вокруг пасеки, с вашего разрешения, я поставлю магические силки, чтобы поймать на подходе незваного «гостя», в случае очередного проникновения.

– Думаешь, кто-то может выбраться из Привграда снова? – недоверчиво уточнил оборотень.

– Я в этом уверен, – ответил Райнер, спокойно выдержав тяжёлый взгляд, – где один «гость», там будут и другие. Это только начало. Так что предупреди своих, старик, пусть смотрят в оба. Укус подобной твари опасен, особенно для детей. Даже от мелкой царапины, оставленной когтями такой вот «мышки», может пойти заражение. И, боюсь, в данном случае ваша регенерация вряд ли поможет.

– Я тебе верю, парень. Но поверят ли другие? – с сомнением протянул дед.

– Когда увидят чёрную сетку, проступающую под кожей своего боевого товарища – поверят, – с толикой злости ответил дракон. – Особенно после того, как через несколько дней от этого товарища останется лишь высохшее подобие прежнего оборотня.

– Ты с этим уже сталкивался, – кивнул своим мыслям Тарок.

– Именно поэтому и предупреждаю. Есть две разновидности монстров Привграда. Первая – злобные твари, которых ведёт голод. Они опаснее любого хищника, но всего лишь звери, ставшие нечистью под воздействием магии хаоса. Клыки и когти против них вполне подходящее оружие, так же как и меч или стрела. А вот со второй разновидностью всё гораздо сложнее. Тела таких порождений, как то, которое мы видели, сами по себе яд. И с ними справится только огонь.

– Спасибо за предупреждение. Но я искренне надеюсь, что твой опыт нам не пригодится.

– Надежда умирает последней. Тебе ли об этом не знать, старейшина клана, – усмехнулся Райн и, подхватив меня под локоток, потянул за собой в сторону дома.

Не разбирая дороги, я плелась следом за драконом, прокручивая в мыслях сказанное им. Страх скручивал внутренности всё сильнее. Только недавно я любовалась красотами ночи, даже не предполагая, насколько близко была к опасности. А если бы та тварь влезла не в улей, а в дом?

– Надо предупредить Ани и Эда, – выдохнула, вцепившись заледеневшими пальцами в руку мужа.

– Они с подобным уже сталкивались, – успокаивающе погладив мою руку, произнёс Райнер. – К тому же, те твари чувствуют их магию разрушения, и ни за что не сунутся к ним.

– Значит, кроме огня их можно убить и с помощью магии близнецов?

– Да. Но оборотням об этом знать не обязательно.

– Согласна.

Осознание того, что дети в безопасности, ослабило стальной обруч страха, который сдавливал грудь.

– Всё будет хорошо. Вместе – мы справимся, – шепнул на ушко Райн.

Горячее дыхание обожгло висок, и я ощутила на коже лёгкое прикосновение его губ, едва заметное, но от этого не менее волнующее.

– По крайней мере, постараемся, – выдохнула, на миг прикрыв глаза, ощущая приятную волну, разливающуюся по телу.

Райнер Веррон странно на меня влияет. И это начинает беспокоить. Лёгкое помутнение рассудка и дезориентация в пространстве – тревожные симптомы. Даже в присутствии жениха я не испытывала ничего подобного. А ведь Горского я любила… Наверное.

Странно. До его предательства я была уверена в своих чувствах, а сейчас, вспоминая его, не испытывала ровным счётом ничего – ни обиды, ни боли, ни тоски по несбывшимся мечтам. Единственное что проскальзывало – это сожаление о потерянном времени. Так были ли они, те чувства, или я просто себе всё напридумывала? Ведь если бы действительно любила Стаса то, наверное, до сих пор бы страдала из-за его предательства. Но я о нём даже не вспоминала, погрузившись с головой в новую жизнь.

Аромат мясной похлёбки я учуяла ещё на подходе к дому, как и заметила небольшой дымок, вьющийся над крышей бани. Кажется, дракон с близнецами тоже не сидели без дела всё это время. А если ещё и навели чистоту…

– Конечно, до мастерства тётушки Тиль мне ещё далеко, – улыбнулся Райнер, открывая передо мной дверь и пропуская вперёд, – но, как говорится, чем могли – помогли.

Комната сияла чистотой. Вымытые близнецы, сидя за столом перед тарелками с остатками похлёбки, клевали носами. Но увидев нас, тут же встрепенулись, растирая кулачками сонные глаза.

– Мамочка, посмотри, мы навели здесь порядок и приготовили ужин.

– Папа навёл порядок и приготовил похлёбку, – проворчал, зевая, Эдвин.

– А мы ему помогали, – не сдавалась малышка.

– Какие же вы у меня молодцы, – улыбнулась я, раскрыв объятия, в которые тут же нырнули близнецы, и расцеловав их в румяные щёчки.

– Я тоже молодец? – посмеиваясь, уточнил дракон. – Мне тоже можно надеяться на награду в виде поцелуя?

– Мам, – подняв личико, позвала Ани, – папа у нас самый большой молодец.

– Я в этом даже не сомневалась, – тихо рассмеялась, погладив детей по спинкам.

– Тогда и его нужно поцеловать, – не сдавалась кроха. – Он заслужил.

– Я заслужил, – дурачась, закивал дракон, и смешинки отразились в его глазах.

– Конечно, – не стала спорить, потянувшись к нему.

Мужской взгляд тут же потемнел, прикипев к моим губам, но в последнюю секунду сместив траекторию движения, я чмокнула его в щёку.

– И на этом спасибо, – вздохнул он. – Ладно, детки, бегите отдыхать. Пусть мама спокойно поест.

– Составишь мне компанию? – слова вырвались сами собой, и я замерла, в ожидании ответа.

– С удовольствием, – без тени ехидства или насмешки ответил Райн, и витавшее в воздухе напряжение исчезло без следа.

*****

В печке уютно потрескивали дрова, но сильного жара не давали, ровно столько, чтобы в доме было комфортно. Тоже чудеса магии? Или меня сейчас попросту морозит после пережитого стресса, поэтому я не чувствую реальную температуру в комнате?

– Разве здесь не должно быть жарче из-за растопленной печи? – не зная с чего начать разговор, зацепилась за первое, что пришло в голову.

– Должно быть, – согласился Райн. – Я просто убавил идущий от неё жар с помощью небольшого заклинания. Его изучают адепты ещё на первом курсе в академии. Но близнецы сегодня проявили чудеса сообразительности и теперь тоже умеют перераспределять энергию.

– Значит, всё-таки магия, – пробормотала себе под нос.

– Она, родимая, – кивнул мужчина, приглашающе махнув рукой. – Присаживайся, если решишься отведать мою стряпню.

– Попробую с удовольствием, – улыбнулась, со вздохом облегчения опускаясь на стул и вытягивая уставшие ноги. – Детки уминали за обе щеки, значит, всё более чем прилично. Хотя после всего того чем они питались, когда жили одни в поместье, любое нормальное блюдо для них покажется шедевром кулинарного искусства.

– До сих пор не могу понять, как так получилось, что дети оказались в том старом заброшенном поместье, – нахмурился Райн. – О них должны были позаботиться.

Загремела посуда и на столешнице через несколько секунд уже стояли тарелки, в которых исходила паром ароматная похлёбка.

– Если судить по их рассказам, то виноваты в этом родственники, правда, не знаю, твои или твоей бывшей жены. Наверное, и те, и другие, – поделилась, пододвигая к себе тарелку и с энтузиазмом хватаясь за ложку. Есть хотелось невыносимо, но разговор был слишком важным, чтобы его прерывать. Как подсказывает горький опыт, предугадать невозможно, что за «сюрприз» нам может подкинуть судьба уже завтра, поэтому нужно ловить момент. – Когда проявил себя дар, детей начали сторониться. А потом и вовсе сослали с глаз долой вместе с Ромилой. Ну, а та в свою очередь, решила устроить обряд и обменять у жителей Привграда жизнь близнецов на… Не знаю на что, но сути дела это не меняет. Она гадина. Без обид, если что.

– На правду не обижаются, – философски заметил мужчина.

– Разумная позиция, – одобрительно фыркнула я. – Ани рассказывала, что мачеху утащили за барьер призраки. Значит, не все живущие в Привграде – злобные твари. Духи могли ведь забрать и малышей тоже, но не стали этого делать.

– Вот как раз эти самые духи и не вписываются в общую картину Привграда, о которой мы знаем, – задумчиво потерев лоб, пробормотал мужчина. – Впрочем, как и тот факт, что в этом мире тоже есть свой Привград.

– Или, как вариант, он один и тот же.

– И такое нельзя исключать. Но тогда теория сопряжения двух миров трещит по швам.

– А если не двух, а трёх? Может такое быть? – предположила, уплетая похлёбку за обе щеки.

Вкусно. Повезёт же кому-то с Райнером. Хотя, почему кому-то? Может, уже повезло? Например, мне? Надо только взять то, что само пришло в руки.

От подобных мыслей, щёки опалил румянец.

– Интересное предположение, – не догадываясь о моих размышлениях, продолжал рассуждать мужчина. – Надо его обдумать. До всех этих событий я был уверен, что Привград – это и есть тот самый второй мир, вернее, часть его, место, где произошло соприкосновение. Но сейчас уже не уверен. Впрочем, кроме этого вопроса есть ещё один, не менее важный по значению, который не даёт мне покоя. Но ответ на него я вряд ли получу.

– И что за вопрос?

– Как вообще Ромила могла узнать о том обряде?

– Кто-то из близнецов упомянул о некой книге из библиотеки поместья, – пожала плечами. – Другое дело, была ли она там всегда или кто-то намеренно подложил её, после чего надоумил твою бывшую заглянуть туда на досуге. Не знаю, говорил ли тебе Рагнар о переговорном артефакте, найденном мною в спальне Ромилы и о сообщении, пришедшем на него, но всё это звенья одной цепи.

– Я слышал об этом артефакте, – неопределённо ответил дракон, нагнав таинственности, но я не стала акцентировать на этом внимание. – Думаешь, тот неизвестный и есть мозговой центр всей этой операции?

– Честно? – на секунду задумавшись, покачала головой. – Не уверена. Мне кажется, есть кто-то ещё. Некто более значимый, хитрый, безжалостный, прячущийся в тени и действующий чужими руками.

Страшно даже представить, что он придумает ещё, чтобы добиться своей цели. Но хуже всего то, что эта цель каким-то образом связана с близнецами.