Глава 41

Райнер Веррон

Поставив на амбар магическую защиту, я ощутил, как на душе сразу же стало спокойно. Маргрит и дети теперь в безопасности, значит, можно сосредоточиться на деле. Осталось только убедить оборотней довериться мне. Вот только сделать это будет не так-то просто.

Я видел их лица, когда шёл к амбару. Большинство из селян смотрели на меня, как на врага. Но мог ли я их осуждать? Нет.

Им столетиями вкладывали в головы мысли о том, что теневые драконы – это зло во плоти, что мы – хозяева монстров Привграда. И вот так, в один момент принять и поверить, что все те россказни – это наглая ложь, готов не каждый. Но выбора у них не было. Либо они станут биться со мной плечом к плечу, либо погибнуть. И все это прекрасно понимали.

Отойдя от амбара, я расправил крылья, применив частичную трансформацию, и пролетев над селением, завис на границе с лесом, вглядываясь вдаль. Дело осложнялось тем, что в тени густых крон могли укрыться десятки тварей и изводить нас неделями, если не месяцами. Но, похоже, прятаться в их задачу не входило. Они неслись напролом, ломая кусты и вытаптывая траву, даже не пытаясь укрыться. Как будто их снова вела некая сила, как и в прошлый раз, толкая на гибель. Но какой в этом прок? Если только их целью не являлось отвлечь наше внимание. Знать бы ещё от чего или кого?

– Райнер, что там? – окликнул меня Тарок, показавшись из-за дерева.

– Они идут сворой, не прячась, обходя селение справа. Пусть несколько десятков воинов останутся здесь, разведут костры и глядят в оба, остальные идут за мной. Не знаю, есть ли среди них те, в ком сидит тьма, но если появятся подозрения – используйте огонь из костров. Я встречу их, когда выйдут на прогалину у ручья. Уверен, вы знаете, где это место. Попробую разбить их клин огнём, а вы добивайте выживших.

– Слышали, что сказал дракон? Выполняйте, – скомандовал шаман, словно ставя жирную точку в споре, который наверняка разгорелся среди оборотней после моего ухода.

– Делимся на отряды, – крикнул Нарк, глава клана. – Первый остаётся здесь. Увар, ты за старшего. Найтан, ты и твои воины прикрывают селение по периметру и разводят костры. Ваша задача вылавливать тех, кто проскользнёт мимо нас. Остальные за мной.

Обратившись в дракона, я взмыл к небу и затерялся в облаках, дожидаясь, когда свора выйдет на лесную поляну, после чего камнем упал вниз, выпустив пламя. Взвыв, словно разъярённый зверь, оно прошлось по своре огненным хлыстом, выкашивая сразу десяток монстров. И вонь от подпаленных шкур тут же ударила в нос. Что ж, первая атака была вполне удачной. Пора заходить на второй круг.

Оборотни не подвели, оказавшись рядом в нужное время. Медвежий рёв смешался с воем стаи. В дело шли когти и клыки, булыжники и дубины, кое-где вспыхивал огонь, охватывая свисавшие с деревьев космы лишайника, которые использовались в качестве факелов. Селяне работали слаженно, разделившись на группы. И когда один из них выбивал с помощью кресала огонь, чтобы поджечь сухой сук или лишайник, другие в это время брали удар на себя.

Секунды растягивались в минуты, а те в свою очередь в часы. Отточенными за годы службы движениями я раз за разом жёг тварей Привграда или рвал их на куски, отключив при этом голову. Оборотни не отставали, защищая свою землю, не жалея себя.

Солнце уже давно перешагнуло зенит, когда едва различимый звук рога пронёсся над лесом. И монстры стали отступать. В прошлое нападение я не слышал этот звук. Тогда почему слышу сейчас? Стечение обстоятельств или кому-то было нужно, чтобы я его услышал?

Разгорячённые оборотни тут же ринулись следом за остатками стаи. Пришлось приложить немало усилий, чтобы их остановить. Драконье чутьё подсказывало, что нас заманивают в ловушку. А ему я привык доверять безоговорочно.

Убедившись, что оборотни повернули обратно, я не спеша полетел следом, вглядываясь в просветы между деревьями. Но признаков живых тварей поблизости не было. С одной стороны это радовало, но с другой… Странное поведение своры не давало покоя.

Пролетая над поляной, я решил снизиться и, обернувшись человеком, пройти оставшийся путь до селения пешком. В теле зверя – главенствовали инстинкты. А сейчас мне был нужен ясный рассудок, чтобы понять то, что всё это время ускользало из сознания.

Что же я не учитываю? Чего не беру в расчёт?

Подходя к границе селения, я услышал очередной разгоравшийся спор.

– Почему дракон нас остановил? – нарезая круги возле сторожевых костров, недовольно рычали несколько оборотней.

– Значит, на то были причины, – спокойно ответил им Тарок, прохаживаясь среди раненых и оценивая их состояние.

Погибших я не видел. Впрочем, ранения тоже были не смертельными, что не могло не радовать. Но подрали оборотней знатно. Мало кто вышел из той бойни без единой царапины, разве что шаман, глава, Тарок и Найтон. Эти четверо были отменными бойцами, я видел это своими глазами. Так что в данном случае правило: «Не ранен, значит, не был в бою», не подходило совершенно.

– Мы могли бы запросто добить тварей Привграда, если бы не Райн, – не успокаивались селяне, пытаясь получить одобрение остальных, правда, безрезультатно.

– Не могли бы, – вклинился я в спор, выходя на опушку. – Там наверняка нас ждала ловушка, так что вместо победы, вы остались бы в Привграде на ужин, в качестве основных блюд.

– С чего ты так решил? – не унимались бунтари.

– А разве вы не заметили странностей в поведении монстров? – уточнил я.

– Как мы могли что-то заметить, если столкнулись с ними впервые? – вопросом на вопрос ответил шаман, стирая со щеки чью-то кровь. Главное, что не свою. – У нас не с чем сравнить. Поделись знаниями, дракон, успокой народ.

Я и поделился, описав привычки тех монстров, которые бежали плечом к плечу, хотя, по сути, были врагами.

– Это не свойственно их поведению. Понимаете? Вот вы, например, стали бы охотиться рядом с волками?

– Нет, – ответили все в едином порыве.

– Вот и волкодлаки никогда не станут охотиться вместе с огненными гончими. А в этот раз, как и в прошлый, они бежали плечом к плечу. Такое ощущение, что кто-то их вёл, заставляя двигаться вперёд.

– Властительница Маара? – предположил шаман.

– Не знаю, – пожал плечами, – но разобраться с этими загадками нам надо обязательно, иначе спокойно жить мы не сможем.

– Согласен.

– Ты прав.

– Мы с тобой.

– Можешь на нас рассчитывать.

Послышалось со всех сторон.

Кажется, дела пошли на лад и мне уже не стоит бояться того, что какой-нибудь отчаянный последователь, поддерживающий теорию войны между теневыми драконами и оборотнями, кинется на меня или мою семью из-за угла.

– Тогда, выставляйте по периметру охрану, а я пойду снимать защиту с амбара. Женщины и дети наверняка нас заждались.

Но, как оказалось, нас ждали не только они.

*****

Маргарита

После окрика бабы Кары оборотницы присмирели, и в амбаре наступила тишина, благодаря которой мы услышали шум начавшейся битвы. Вой стаи и рёв медведей пронёсся над селением, давая возможность оценить масштабы разгоревшегося сражения. Порой казалось, что я начинаю различать яростный треск драконьего пламени. Но, возможно, это были всего лишь происки моего разыгравшегося воображение.

– Мамочка, что это? – спустя какое-то время меня вывел из задумчивости испуганный шёпот Анитры.

Проследив за детским пальчиком, который указывал на один из пустых углов, я тут же вскочила на ноги, призывая магию. Сила, всколыхнувшаяся в теле, мгновенно сконцентрировалась на ладонях, готовая сорваться с них в любую секунду.

Предупреждая Наришку о том, что целительской магией можно не только лечить, но и калечить, я не лукавила, говоря, как есть. И сейчас была искренне рада этому факту, поскольку в том самом месте, куда указывала дочь, сгущались тени. У меня не было оружия, чтобы защитить себя и детей, лишь дар, посланный свыше. И, в случае чего, я собиралась использовать его в полной мере.

Насторожившиеся оборотницы, не сговариваясь, торопливо отскочили подальше от угла. Некоторые из них выпустили когти, другие же и вовсе обернулись в зверей. И просторное помещение амбара, как-то резко стало тесным.

Задвинув за спину близнецов, я вглядывалась в разраставшееся чернильное пятно, ощущая, как с каждой пройденной минутой напряжение становится всё сильнее.

Что за чертовщина? Какое ещё испытание приготовила для нас судьба?

Время перестало существовать в его привычном понимании, превратившись в вязкую тягучую субстанцию. И лишь биение сердца отсчитывало пройденные секунды, позволяя отслеживать его бег. Затаив дыхание я сделала шаг, потом второй, больше не в силах стоять на месте и ждать неизвестно чего… И когда из угла с громким хлопком выскочила ДОМОВУШКА, для меня это стало полной неожиданностью.

– Тётушка Тиль? – удивлённо таращась на старую знакомую, выдохнула я. – Ты ли это?

По-совиному хлопая глазами, старушка отыскала меня взглядом и, всплеснув руками, бросилась в мою сторону, охая и подвывая:

– Хозяюшка-а-а, милая-а-а, – голосила она так, что закладывало уши, – наконец-то я тебя нашла-а-а, – подбежав, она вцепилась мне в руку и потянула на себя, заставляя наклониться, после чего зашептала уже совершенно другим голосом – напряжённым и встревоженным: – Усыпи их.

После чего снова заголосила, заведя старую пластинку.

Не понимая, что происходит, я уже собиралась спросить, кого именно надо усыпить, когда из чернильного пятна, оказавшегося судя по всему теневым проходом, вынырнули два существа с коричневой кожей, похожей на древесную кору. Одёрнув сплетённую из листьев и трав одежду, они огляделись по сторонам. При этом их глазки-угольки опасно поблёскивали, выискивая кого-то в толпе. И, кажется, я начала догадываться, кого именно они ищут. Отдельные кусочки начали складываться в общую картину, от которой мурашки побежали по спине.

– Ой, лесовики, – выдала Ани, выглядывая из-за меня, и радостный оскал тут же исказил безгубые рты существ, подтверждая мои опасения.

Они пришли за детьми.

Эта мысль и вывела меня из оцепенения. Магия, сорвавшись с пальцев, стрелой понеслась к ним и, врезавшись в тела, напоминавшие старые коряги, спешно окутала золотистым коконом. Они даже не успели отреагировать, как попадали на пол, будто подпиленные деревяшки. И огоньки в их глазах начали гаснуть. Похоже, я слегка перестаралась с усыпляющим воздействием. Ну и ладно. Крепкий сон ещё никому не навредил.

Старушка Тиль тут же обмякла, словно из неё вынули стержень, и, плюхнувшись на пол, разразилась рыданиями.

– Тётушка, Тиль, не плачь, – попросил Эдвин и, подойдя, обнял её, но рыдания стали только громче.

– Мам? – растерявшись, не зная, что предпринять дальше, сын поднял на меня глаза.

– Дай ей время, – попросила я. – Иногда нам всем нужно просто выплакаться, чтобы появились силы жить дальше.

– Даже мужчинам? – нахмурившись, уточнил он.

– Порой, даже мужчинам.

– Не неси чушь, – влезла в разговор Наришка, – настоящие мужчины не плачут.

– Серьёзно? А я видела, как ваш глава тайком утирал слёзы, когда его сын лежал без сознания, заражённый тьмой. Хочешь сказать, что Нарк не настоящий мужчина?

– Она хочет сказать, что мозгами её Мать-природа обделила, вот и мается, горемычная, – раздражёно процедила баба Кара. – Прикуси язык, Нара. Чем больше будешь молчать, тем умнее казаться.

Поджав губы, оборотница вскочила с места и скрылась за спинами других. Правильно, лучше пусть не маячит перед глазами и помалкивает. А то чего доброго и её захочется усыпить. Я ведь себя сдерживать не стану.

Пока всё внимание было сосредоточенно на Наришке, тётушка Тиль успокоилась. Лишь осунувшееся лицо и тёмные круги под глазами говорили о том, сколько трудностей ей пришлось пережить в последнее время. Поправив на плече тяжеленный навесной замок, она встала, повернувшись ко мне.

– Прости, хозяюшка, что подвела, – старушка покосилась на неподвижно лежавших лесовиков. – Доверилась им, иродам, а они меня предали. Лютыми стали, что волколаки. А я ведь давно их знаю, почитай уже вторую сотню лет, всегда были весёлыми и доброжелательными.

– Давай ты присядешь, – я указала на скамейку рядом со стеной, – и всё расскажешь. Кстати, там больше нет никого? Ещё «гостей» не предвидится?

– Нет, втроём мы шли. Вели меня, как под конвоем. А когда я почуяла, что ты рядом, рванула, что было сил, желая предупредить. Но если тебе станет спокойнее, я закрою проход.

Дождавшись моего кивка, она развеяла тени.

– А замок-то тебе зачем? – взгляд снова зацепился за тяжёлую железяку, некогда висевшую на двери летней кухни, и вопрос вырвался сам собой.

– Так я же привязана к дому, – пожала старушка плечами, ласково погладив металлическую дужку, – а это его часть. Без него я не смогла бы покинуть поместье.

– Чудные дела творятся в мире, – фыркнула одна из женщин, но другие на неё тут же зашикали, призывая молчать и снова навострили уши, прислушиваясь к нашему разговору.