Глава 44

Слова архимага прозвучали как угроза, и Маара насторожилась, но было уже поздно.

Открывшиеся одновременно с разных сторон теневые проходы, выпустили четверых знакомых мне мужчин – Рагнара, Лиама, Бернарда и Ларса, в ладонях которых тут же вспыхнула магия, рванув безудержным потоком в сторону женщины. Она попыталась уклониться от удара, но секундная заминка сыграла свою роль: время было упущено.

Бушующее пламя огненным коконом окружило Маару, заключив её в ловушку, но та не сдавалась. Мрак боролся с очищающим огнём, причём, с переменным успехом. Я видела, как вздувались вены на висках Рагнара и Берна, как пошла носом кровь от перенапряжения у Ларса, как рычал Лиам, на руках которого стали проступать волдыри от ожога. Мужчины не щадили себя, вливая энергию в заклятье, но мощи справиться с тьмой, копившей столетиями силу, было явно недостаточно.

Казалось, попытка обречена на провал. Но пятый поток, внезапно присоединившийся к четырём другим, перевесил чашу весов на нашу сторону.

Райнер!

Он появился в гостиной внезапно, как и остальные, выйдя из теневого прохода, и приятное тепло тут же окутало душу. Вспыхнувший огонёк надежды становился ярче, загоняя страх и отчаяние в самые дальние уголки подсознания. Теперь всё будет хорошо. Я это знала точно.

От пронзительного женского визга, эхом пронёсшегося по дворцу, тревожно заворчали рыскавшие под стенами монстры, а стайки призраков, до этого момента кружившие по городу, стали стекаться тонкими ручейками к центру Привграда, взволнованно поглядывая друг на друга.

О грядущих изменениях нашёптывал ветер, всколыхивая паутину по углам и предупреждающе поскрипывая высохшими остовами деревьев, тянущими к небу ветви, похожие на мачты кораблей. Что-то неуловимо изменилось. И все без исключения это чувствовали.

Да, не зря Йорхольда считали величайшим стратегом в мире. Имея возможность просматривать варианты будущего, он выбрал единственно-верный, который приведёт нас к победе. Архимаг годами готовился к этому событию, и когда пришло время, привёл в действие свой план, нанеся сокрушительный удар по врагу. Я понимала это так же ясно, как и то, что именно этот удар его и погубит.

Женский визг резко оборвался, возвращая желанную тишину. И только треск пламени говорил о том, что это ещё не конец. Мужчины явно чего-то ждали, продолжая вливать силу в заклятье. Что-то должно было последовать за этим. Вот только что?

Первый призрак вылетел из огненного кокона с лёгким хлопком, и, покружив над погребальным костром собирательницы душ, со счастливой улыбкой взмыл вверх, растворившись без следа. За ним последовали остальные. Десятки душ собирались в сотни, а те в свою очередь в тысячи. Коллекция Маары ужасала. Но теперь все они были свободны и могли снова влиться в жизненный цикл, отправившись на перерождение.

Поток спасённых душ постепенно иссяк, и драконье пламя стало затихать, оседая на пол и стелясь огненными лепестками, пока не истаяло вовсе, оставив после себя лишь выжженное пятно на каменном полу.

– Теперь от Маары остались одни воспоминания, – раздавшийся рядом голос принадлежал Йорхольду, но отыскав взглядом то место, где я видела его самого в последний раз, обнаружила только горстку серого праха. – История, длившаяся столетиями, подошла к концу. И я этому несказанно рад.

– Но ведь ваша жизнь тоже подошла к концу, – прошептала я.

– Каждый конец имеет своё начало, и каждое начало имеет свой конец, – таинственно усмехнувшись, произнёс он. – Я прожил очень долгую жизнь и порядком подустал. Груз ошибок тянул меня в бездну, но я нашёл в себе силы исправить то, что натворил. Несмотря ни на что я шёл к своей цели и наша с тобой встреча, Маргарита, была лишь вехой на этом пути. Но твоя доброта, самоотверженность, искренность и любовь к жизни сделали гораздо больше для этого мира, чем все мои попытки его изменить. Оставайся такой же яркой и жизнерадостной. Береги свет в своём сердце. Люби и будь любимой. До встречи, девочка. Когда-нибудь наши пути сойдутся снова, но в моём случае это будет уже совсем другая история.

Невидимая сила подхватила меня, унося из Привграда. Подо мной мелькали здания, на глазах осыпавшиеся песком на потрескавшуюся землю, и рычащие монстры, готовые перегрызть друг другу глотки. Тьма исчезла, а вместе с ней и мнимое перемирие, державшее тварей в узде. Вслед за Маарой ушла в небытие эпоха Привграда. Туда ей и дорога. Скучать по этим временам никто из нас не станет точно.

Надо мной громыхнул гром, и вспышка молнии озарила пространство. Первый капли проливного дождя упали на пересохшую землю, напитывая её влагой. А это значит, что зло ушло из этих земель и природа снова вдохнёт в них жизнь. Почва опять станет плодородной, покроется зелёной травой и цветами, вырастут деревья и кустарники, вернутся насекомые, звери и птицы.

Пройдёт каких-то несколько лет и на месте каменной пустоши зазеленеют луга, поднимутся рощи, зазвенят ручьи. Здесь снова начнут селиться люди, маги, оборотни… Эти земли станут центром объединённых цивилизаций. Я знала, что так будет, видела в последнем отблеске угасавшего сознания Йорхольда, и радовалась, ведь мы станем свидетелями всех этих чудесных изменений. Здорово, правда?..

– Мама, мамочка, очнись, пожалуйста, – словно сквозь вату я услышала пронзительный детский плач, рвущий душу на части.

Ворвавшись в сознание, он ударил по нервам и разорвал оковы зыбкого забвения, в котором я пребывала последние два дня. Да, долгое отсутствие души вне физического тела, оказалось чревато истощением последнего, о чём забыл упомянуть Йорхольд. Но я была благодарна архимагу за то, что он позволил мне самой увидеть всё то, что происходило в стенах Привграда.

– Ани, не плачь, пожалуйста, – раздался тихий мальчишеский голос. Аркон? Похоже, что он. – Мне становится очень больно вот здесь, в груди, когда я слышу, как ты плачешь.

– Мама такая холодная, – руки коснулась горячая детская ладошка, и от этого места приятное тепло стало расходиться по телу.

Я словно отогревалась от потустороннего холода, потихоньку возвращаясь к жизни. А перед внутренним взором всё ещё мелькали картинки сна, в котором я видела себя. Вернее, не совсем себя, ту, другую «Я», проживавшую за меня жизнь на Земле.

Не знаю, что за древнюю магию использовал Йорхольд, чтобы создать моего двойника, но после его ухода за грань, девушка не исчезла. И я была этому искренне рада. Своих родителей я любила, но бросить всё здесь, чтобы вернуться туда, уже не могла. А так словно проживала две жизни одновременно. И в той, другой, у меня тоже всё постепенно налаживалось. Появился мужчина, надёжный и верный. Как ни странно, тоже вдовец с маленькими детьми, как и Райнер. Но вспыхнувшая между ними любовь оказалась той самой, настоящей, на всю жизнь, способной свернуть горы. В общем, родители были счастливы. И я вместе с ними.

– Ани, посмотри, у твоей мамы дрогнули ресницы, – выдохнул Аркон. – Кажется, она приходит в себя.

– Мамочка?

Приоткрыв глаза, я встретилась взглядом с моей малышкой. Личико Анитры было бледным и осунувшимся, но стоило нашим взглядам встретиться, как оно тут же озарилось счастливой улыбкой.

– Всё в порядке, милая, со мной всё хорошо, – пересохшими губами прошептала я.

– Папа, мамочка очнулась, – обернувшись в сторону приоткрытой двери, крикнула малышка.

– Эд, ваша мама пришла в себя, иди скорее сюда, – крикнул в открытое окно Аркон.

В коридоре послышались торопливые шаги, и дверь распахнулась настежь, с грохотом ударившись об стену.

Влетевший в комнату Райнер замер посреди комнаты, глядя на меня, а потом в два шага оказался возле кровати, и, опустившись рядом, произнёс с облегчением.

– Очнулась, – голос мужа дрогнул, но он тут же взял себя в руки, и осторожно притянул меня к широкой груди, где бешено билось сердце. – Милая, любимая, родная… Не пугай нас так больше, пожалуйста.

Он переживал. Я чувствовала это. Сильные руки подрагивали от напряжения. Но наши объятия, дарившие мне чувство защищённости и умиротворения, успокаивали и его, заставляя поверить в то, что самое страшное уже позади и впереди нас ждёт только хорошее.

– Райн?..

– М-м-м.

– Люблю тебя, милый. Тебя и детей. Люблю вас всем сердцем, всей душой. Вы – моя семья.

– И мы тебя очень любим, родная, – ответил Райн, прижав к себе сильнее, словно боялся, что если отпустит, то я тут же исчезну.

Близнецы, обняв нас обоих, дружно закивали, подтверждая его слова, и детские глазки засветились от радости.

Я была уверена, что этот день станет первым в череде счастливых и спокойных дней. Конечно, в нашей жизни будут и трудности, но вместе мы справимся, потому что любим друг друга и уважаем, а это главные составляющие благополучной семейной жизни. Ведь так?