Глава 26. Лида.

Лида.

Стук в дверь застает меня врасплох.

Я ж только руку протянула к ручке. Самой уходить пора.

Мы с Алей вернулись в ту однушку, которую я сняла, как временное жилье.

Я никого не жду. Разве, что постоянно нахожусь в напряженном ожидании того, что сюда вот-вот ворвется разъяренный Казбеков.

Я сбежала от него, ничего не сказав. И страшно теперь представить, какую он дал реакцию, не обнаружив нас с дочкой в своей квартире по возвращении.

Однако Булата пока не наблюдается. И я не знаю, можно ли выдыхать. Или он не передумал отстаивать права на дочь, а просто выжидает?

Может, у него появились неотложные дела, касающиеся бизнеса, поэтому мы со Звездочкой получили отсрочку?

Либо же нас на прежнем месте ищут, а мы с Альбиной тут.

К маме из-за этого тоже боюсь ехать. Тот адрес есть в моем личном деле на работе. И Казбекову ничего не стоит его узнать.

Вещи так и остались на старой квартире многие. А я съездить за ними боюсь.

И с мамой нормально поговорить не получилось. Она уставшая была какая-то, сказала, что позже перезвонит.

Мы с Альбиной опаздываем сильно. Вернее, опаздываю я. На собеседование.

К поискам нового места я приступила сразу же, как только улизнула из булатовского плена. Но из всех кампаний, куда я отправила анкету, ответила только одна. Точнее, это даже не кампания, а небольшая фирма, которая нуждается в раскрутке своего нового бренда. Однако для начала и это сойдет. Главное, чтоб платили.

А то мне скоро и за эту квартирку платить будет нечем. Да и мама не может вечно жить у тети Вали. Так что в идеале нам нужно подыскивать жилье побольше.

Вдобавок у меня вероятно суд с Булатом на носу, если он всё же попытается забрать у меня Альбину. Или, как минимум, бумажная волокита. Я даже не узнавала еще, что там потребоваться может.

Но одно я знаю точно, зарплата с нормальной квартирой мне просто необходимы к тому дню!

От всех этих мыслей кожу ледяными иголками покалывает. Не разрешаю себе скатываться в панику, но чую, она уже близко. А времени на решение проблем, всё меньше…

Так что я сейчас на любую вакансию согласна, пусть и в самой захудалой, начинающей, какой угодно фирме. А, как устаканится всё, можно и повыбирать будет чего получше…

Только я боюсь, что пропущу встречу, поскольку никак не могу найти такси.

А мне еще нужно успеть закинуть Алю в садик!

Так что на стук приходится реагировать решительно. Нет времени отсиживаться и притворяться, что никого нет дома.

Набираю в легкие воздуха. Собираюсь выстоять в столкновении со взбешенным Булатом.

Но это не он.

За дверью стоит Барханов.

- Марк Александрович? – теряюсь, абсолютно не готовая увидеть здесь бывшего начальника. – Здравствуйте. А вы… как? Здесь…

- Здравствуй, Лидочка, - читаю я в его движении вперед желание протолкнуться в квартиру. – Ты куда-то спешишь? – окидывает он меня придирчивым взглядом, поняв, что войти я его не приглашу.

- Нам в садик пора, - обхватывает Альбуся мою ногу, выглядывая из квартиры.

- Да, мы уже уходим, - обрадованная неожиданной помощью Звездочки, хватаю сумочку и, аккуратно вытянув дочку в блок, запираю дверь снаружи.

Даже не спрашиваю о причинах внезапного визита.

Зачем мне ложь выслушивать?

Ясно же, что Барханов своих намерений приударить за мной не оставил.

Наверное, Анжеле велел мой адрес у Елены Николаевны выведать или подглядеть. Я на всякий случай оставляла ей, но сказала, чтоб пока не вносила никуда. Поскольку он временный всё равно.

«Вот в чем разница между ним и Казбековым. Булат, если и ищет нас с Альбиной, то наверняка своим людям прямой приказ дал найти и привезти обратно. А не змеюку-секретаршу подослал выпытывать сплетни, как Барханов сделал», - зачем-то примечаю я.

Но зачем Марку Александровичу так упорствовать?

Не пойму я этого. Что вокруг мало сговорчивых девушек, падких на внимание богатого дяденьки? Многие вон мечтают папика себе найти.

Мурашки от его липкого взгляда по коже бродят. Марк Александрович словно подмечает все мои беды и руки втихую потирает. Наблюдает, как удав за жертвой.

Рассчитывает, что если моё положение станет совсем уж отчаянным, то и выбора не останется. Кроме как к нему приползти и о покровительстве молить.

Спускаемся вниз вместе. Он на общие темы говорит. Я нехотя отвечаю, потому что никаких намеков горизонтальных нет в его речи.

Но ситуация и в самом деле странная. Параллельно думаю, как попрощаться и одновременно твердо дать понять, что ко мне приезжать бессмысленно.

- А давайте я вас подброшу, - предлагает Марк Александрович уже во дворе и как бы между прочим.

- Нет, спасибо, - отхожу чуть в сторону, потому что он меня намеренно теснит к машине своей.

- Ну что ты такая упрямая, а? – сетует он, сокращая расстояние и без спросу проскальзывая в мое личное пространство. – Откуда в тебе столько гордости ненужной. Я ж помощь тебе предлагаю, девочка.

И эти причмокивания и сюсюканья поднимают волны тошноты во мне.

Прижимаю к себе ребенка и делаю шаг вправо.

Моё состояние явно и Альбинке передается. Она потухшая вся с того момента, как Барханова увидела. Смотрит на него исподлобья. А после его предложения нас подвести и вовсе хныкать начинает и от автомобиля меня оттащить пытается.

- Мам, не надо нам туда! Мне не нравится этот дядя, - прямо высказывает она своё отношение. И это не тот случай, когда я ее отчитывать буду за невежливость. Потому что сейчас я с Альбусей абсолютно согласна.

Барханов совсем уже себя бесцеремонно ведет. Хотя повода я ему никогда не давала. И эта его убежденность, что он меня заполучить по любому сможет, уже не просто раздражает. Она пугает.

- Послушай, Лида. Ну, не маленькая ты уже. Всё же и так понимаешь, - он словно терпение теряет и начинает говорить откровенно. - Ну что ты, артачишься? Сколько так протянешь в крысятнике этом? – глазами на подъезд грязный показывает. – Работы больше нет. За душой, знаю, тоже ни гроша. Ребенок на руках малый. Кто о вас позаботится? Всё же еще хуже стать может, ты об этом думала? – с пробирающей до костей елейностью произносит, и что-то жуткое мигает на дне его мутных радужек. - Я тебе реальную поддержку предлагаю сейчас, Лида. И тебе стоит задуматься. Будешь покладистой, всё у вас с дочуркой хорошо будет.

И я прям слышу за кадром, что возможен и противоположный вариант. И что мне фактически угрожают. Обещают превратить жизнь в еще больший кошмар, если не сдамся ему.

Меня холодом обдает. Он видит, что и я так уже загнана в угол. И чувствует, что если надавит, у меня и выхода может не остаться.

Работая с человеком, многое узнаешь о нем. И про Барханова я сказать могу, что он на любую подлость пойдет, чтобы своего добиться.

Так что бежать тут не вариант. Не знаю, услышит ли он меня, но я должна исхитриться и так твердо свою позицию обозначить, чтобы он понял – его предложение я не приму ни при каком раскладе.

- Марк Александрович, - приходится мне перейти на повышенные тона. – Это лишнее всё. Я очень вас попрошу не…

Завершить фразу не удается по двум причинам.

Во-первых, Барханов беспардонно укладывает руку на моё плечо. Меня начинает трусить от страха и неприятия происходящего, когда он пытается вернуть меня к автомобилю. Хотя я вырываюсь, а Альбина кричит и на другой руке моей виснет.

А, во-вторых, через секунду его самого как ураганом сносит!

Большим, свирепым и едва ли не рычащим. У Булата, который в один миг материализуется рядом, такой взгляд сейчас дикий, что даже стоять рядом страшно.

Отскакиваю на метр сразу, обняв Альбинку. Как с линии огня уношу малышку свою.

- Мама, мама! Это тот дядя, который в гости? – Звездочка вся светится изнутри. Она так счастлива, что Казбеков объявился!

Не могу разделить радость своей дочурки. Булат ужасает меня своим разгневанным видом. И теми обвинениями, которые, я уверена, посыплются на меня, стоит Марку Александровичу уехать. А я ими сыта по горло!

Но, с другой стороны, я еще и яркую признательность испытываю за то, что Булат меня от назойливого Барханова избавляет сейчас своим появлением.

Последний что-то лепетать принимается, завидев Казбекова. Он в шоке полнейшем. Шатается буквально от бешеной ярости, с которой на него Булат наезжает.

При этом Казбеков кулаками не машет, конечно. Да и с чего бы ему вдруг?

Однако вся его напрягшаяся внушительная масса пышет гневом. Он всем видом такую ярость транслирует, что ему даже голос повышать не надо.

Булат одним взором, полыхающим, уже в землю Барханова втаптывает. А слова только эффект от этого усиливают.

- Чтоб я тебя больше рядом с ней не видел, - приглушенно рычит он на скукожившегося Барханова. – Понятно говорю? Еще раз здесь нарисуешься, я тебе нахре… - Булат тормозит на полуслове и оборачивается на нас с Альбинкой.

И меня внезапно теплом заливает. Ситуация неоднозначная совсем. А я теперь только благодарность чувствую за то, что он при ребенке материться не стал. Вспомнил в такую минуту, что Аля рядом и слышать его может.

- Наверное, произошло какое-то недоразумение, - отваживается Марк Александрович вставить своё слово. – Мы с Лидочкой давно уже…

И меня страх ледяной охватывает и заведомое негодование. Ведь Барханов же любое враньё может, не стесняясь, заявить о нас с ним!

Однако воспрепятствовать этому или ответ должный придумать не успеваю. Поскольку Булат его одним взглядом в упор затыкает. Полосует сталью, блеснувшей в глазах.

Я помню Казбекова разным. Но в таком бешенстве еще ни разу не видела. И то, что он при этом не кричит и движений резких не делает, только б о льший трепет внушает. Словно он внутри себя такую мглу придерживает, какую лучше не выпускать наружу.

- Мне пох, что у вас там было. С этой секунды – всё. Больше неактуально, - звенит металл в его голосе. - В машину сядь, Барханов, и уе… уезжай отсюда.

Я моргаю, немного опешив от тона Булата. Думаю, Марк Александрович сейчас возмущаться начнет. Что-то еще резкое или гадкое в противовес скажет.

Но нет.

Он робеет перед Казбековым. Губы поджимает, глазами бегает. А потом вдруг, словно что-то для себя решив, чертыхается и спешит в машину сесть.

На меня уже и взгляда больше не бросить не отваживается.

И хорошо. Мне даже дышать легче намного после того, как он уехал наконец.

- Спасибо, - это слово само по себе из меня вылетает.

Я, честно, готова уже к тому, что Булат сейчас меня помоями забросает. В меркантильном интересе в сторону Барханова опять обвинит. Обругает за то, что о дочери не думаю, недостойного мужчину к нам подпуская.

В придачу у меня сердце лихорадочно подпрыгивает. Ведь я не знаю, чего от Булата дальше ожидать.

От него мне уже точно не отбиться, если в свой автомобиль тащить начнет.

Получается, он всё-таки искал нас с Альбиной. И вот нашел. Вопрос – с какой целью?

Нас сразу в клинику на пресловутые анализы повезут? Или запрут снова.

Я серьезно решаю в голове, пора ли мне кричать на помощь. Хотя с Казбековым и этот вариант скорее всего провальным будет.

Вон как Марк Александрович сбежал! Разве в нашим дворишке найдется хоть кто-то, решившийся заступиться?

Да и смысл в этом? Не сегодня, так завтра ко мне всё равно люди Казбекова постучаться, чтобы его дочь забрать.

Успеваю себя в такое отчаяние загнать, что моему бывшему уже и делать ничего не надо. Сейчас как скажет в машину, я в обморок грохнусь. Нет, вру. Я ему Звездочку не оставлю свою. Биться буду до последнего!

Всё это так ярко в моей голове и так стремительно меняется.

Однако ничего подобного вживую и близко не происходит.

Взгляд Казбекова тяжелый, хмурый. Но он не говорит ничего негативного. Что заставляет меня только дольше нервничать. И вчитываться в его непроницаемый взор.

А первый вопрос Булата вообще выбивает меня из хлипкого равновесия. При том, что оттенок его слов наоборот положительный.

- Испугались? – смягчается тьма в его глазах. – Всё в порядке. Он не подойдет больше, - успокаивающе окутывает меня голос Булата.

А тепло, неожиданно появившееся в его глазах, проходится по насупленным чертам Альбинки и устремляется ко мне.

- Вы куда-то торопились? Подвезти? – спрашивает Булат обыденно.

Смотрит ровно. Не хватает, не несет куда-то, напугав до озноба.

И я совсем путаться начинаю в ощущениях. Помню, что моего бывшего следует опасаться. И что план был не попадаться больше ему в руки.

Но интуитивно всё то недоверие, которое к Казбекову так просто испытывалось, начинает на нет сходить.

Он сейчас не давит. Не приказывает. И я, кажется, не знаю, как с таким Булатом общаться.

Однако Аля как будто целью себе поставила приходить мне на выручку, как только я в смятении оказываюсь. И сейчас тоже моя Звездочка вдруг выпускает мою руку, которую она тревожно сжимала всё это время, и бросается к Булату.

- Как хорошо, что ты пришел! Плохой дядя хотел маму украсть! – Аля раскидывает ручки, наверное, за ногу Булата обнять собирается.

Но он вдруг приседает и ловит мою Звездочку в свои медвежьи объятия. Поднимается вместе с ней. И, когда Аля его шею мощную обхватывает своими тонкими ручонками, я тонуть начинаю в волнах эмоций. Самых разных, но таких уютных, до дрожи!

Потому что с Булата словно легонько спадает жесткость привычная. Каменные мышцы расслабляются понемногу, лицо светлеет прямо. И что-то распускается в моей груди, когда я вижу, как он глаза прикрывает, самозабвенно уткнув нос в мягкие локоны Альбинки.