Глава 12

– Пришла в себя? – бросил Макон.

Я подтянула к подбородку колени и кивнула. Как прошел остаток дня, который мы провели среди деревьев в землях огненных, я помнила плохо, поскольку боролась с тошнотой и головокружением. К тому времени, как я более-менее пришла в себя, солнце уже практически исчезло за горизонтом.

Макон даром время не терял. За то время, пока я пыталась не умереть, даже расставил силки и успел поймать кролика. Развел неподалеку огонь и выпотрошил добычу. Когда дрова прогорели, насадил тушку на вымоченные в ручье прутья и оставил ее запекаться на углях, прикрыв огромными пряными листьями.

Сейчас он сидел спиной ко мне, медитируя на вьющийся ароматный дымок.

– Есть будешь? – снова бросил через плечо.

Я качнула головой.

– Только пить.

Макон швырнул мне в руки походную фляжку, в которую недавно как раз набирал воды из ручья. Он так и остался сидеть, не оборачиваясь. Мои руки и ноги не были связаны, и это было странно, учитывая то, насколько демонстративно он обращался со мной этим утром, когда вел на веревке в их лагерь.

– Даже не будешь связывать меня? – не выдержала я. – Может быть, даже отпустишь?

Макон фыркнул, вороша угли.

– Ты просто не видишь себя со стороны. А я вижу, и понятно, что далеко ты не уйдешь. Но только попробуй снова начать доставать, веревка у меня с собой.

Я кивнула и отпила воды. Что ж, наверное, он прав. Борьба со стихией буревестника вымотала меня подчистую. Сил почти не осталось.

– На, держи.

В меня полетел комок грубой ткани.

– То есть ты еще и сходил в лагерь за одеждой для меня? Тебя подменили, Макон? – удивилась я, разворачивая рубаху.

Кремниевый пожал плечами, мол, какая ерунда, и сказал:

– Что это за татуировки, Марина?

С ответом я не спешила.

Макон отвернулся от огня и посмотрел на меня.

– Ты заливала гвардейцам про медведей, но мне-то врать не надо. В залах Чертога есть древние мозаики, и на одной из них, самой старой, изображен Отец Стихий, который и подарил драконам магию. Он же создал Сердце Стихий. Так вот на той мозаике у него были такие же черные татуировки, как у тебя.

Я знала, куда он клонит, но по-прежнему ничего не отвечала. В конце концов, никаких прямых вопросов Макон так и не озвучил.

Нет, вы подумайте. Даже рубаху мне притащил, надо же.

Повернулась к нему спиной и сбросила плащ. Покосилась на своих черных змеюк на плече. Если они сейчас еще и извиваться начнут… Но нет, татуировки не двигались.

Сама я никогда не делала татуировок, но моя подруга Вера делала. И я точно помню, что у нее не шла при этом кровь так, как будто ее маньяк исполосовал ножом.

Впрочем, на моем теле были не самые обычные рисунки, а кое-что могущественнее. Хотя со стороны и выглядели, как примитивный рисунок черным маркером.

И тут услышала:

– Не одевайся, сначала нужно промыть плечо.

Макон поднялся, вылил немного воды мне на плечо, отчего я задрожала. Вода была холодной. Послышал треск ткани.

Он разорвал плащ и обтер мне руку. Я поморщилась.

– Кровь больше не идет, это хорошо, – сказал он. – Так и не скажешь, откуда они у тебя? Я точно видел, как они двигались.

– Тебе показалось… Спасибо за рубаху.

Я потянулась к одежде, но Макон перехватил мою руку. Провел пальцами по коже, выводя молнию, и прошептал ритуальное заклинание. Пыль на моей коже вспыхнула.

И тут же погасла.

Я наклонилась и сдула ее.

– Со мной это не работает.

– Но ты все же заполучила две стихийных руны, – стоял на своем Макон. – Как это произошло?

Я почувствовала, что мои щеки вспыхнули, стоило вспомнить о том, после чего на моем теле появлялись руны.

Макон закатил глаза, а я отозвалась:

– Понятия не имею, как так вышло.

На самом деле, я знала.

Эрик только помог пережить мне сопротивление магии, поскольку умел управлять всеми шестью стихиями. Но знаки на моем теле оставлял отец Стихий, кажется, так его назвал Макон.

Гийлир. Этот мир.

Я не собиралась рассказывать Макону о своем предназначении или вмешательстве самого создателя, хотя бы потому, что это было чертовски сложно объяснить словами. Да и пока в этом не было острой необходимости, но, увидев рунные татуировки на моем теле, Макон и сам кое о чем догадался.

Макон снова сел к углям, приподнял листья и сказал, не оборачиваясь:

– На этот раз Эрик не придет, Марина. Тебе некому помочь с руной воздуха.

Я подавила судорожный вздох.

– Он придет в Чертог. Увидишь.

– Даже если… Кто сказал, что он успеет застать тебя в живых? – хмыкнул дракон.

Крыть было нечем, нужно было что-то решать со стихией воздуха и срочно.

– Где Лиза? – спросила я.

– В Гранатовом лесу, как и все остальные чужестранки. Мы дожидались последних проводников. Они пришли сегодня ночью. Теперь все готовы двинуться к Чертогу.

– Но вместо этого ты сидишь здесь со мной. Почему, Макон?

Макон отбросил листья в сторону и достал запеченную тушку. Что-то не верилось, что он вдруг перестал торопиться на Ритуал. Армия Культа отрезала его от королевских земель? Может быть, там ведутся бои или дело в чем-то еще?

– Ты ведь советник королевы, Макон, – продолжала я, – а сейчас идет война. Неужели королеве больше не нужны твои советы, раз она выслала тебя в лес?

– Считаешь, я буду отчитываться перед тобой, если ты игнорируешь мои вопросы о татуировках? – отозвался он. – Есть будешь?

Я оглядела несчастную тушку и вспомнила слова Эрика: «Драконы едят мясо» и те два застолья, что были у нас в Рейнхолле и в крепости. Что там того кролика, Макону на один зуб.

– Нет. Ешь сам.

Он пожал плечами. Было странно наблюдать, как холеный аристократ ест руками посреди леса запеченное мясо. Он даже умудрился не испачкаться в золе.

А еще то, что Макон никуда не спешил, с каждой минутой напрягало все больше. Он никогда не делал ничего просто так, значит, и у этого поведения имелось двойное дно.

Пока он обгладывал последние косточки, я потянулась к потокам Времени. Мне еще не довелось проверить, как же, собственно, управляться со Временем здесь, в реальном мире. Увижу ли я будущее или оно останется по-прежнему от меня скрыто?

Хотелось надеяться, что мое возвращение в мир живых уже стало переломным моментом и теперь Пустота не станет мешать мне.

Я надеялась разглядеть будущее.

Но вместо этого оказалась в лагере Культа. Увидела стройные ряды палаток и красные флаги с черными молниями, дрожащие на ветру. Солнце уже село, но в лагере по-прежнему не зажигали огней. Я увидела молодого парня, который щелкал огнивом, но все было без толку.

А потом раздался первый истошный крик стихийного дракона. А следом за ним ночь взорвали другие голоса, умирающих созданий.

В тот же миг меня выбросило обратно, под дерево, где меня за плечо тряс Макон.

– Что такое? Зачем так орать?

Вокруг уже стемнело.

Похоже, видение, которое казалось мне длинной в секунду, на деле заняло больше времени. Мне однозначно нужно научиться возвращаться в тот же временной отрезок, чтобы не вызывать подозрений со стороны.

Жаль, что будущего я так и не видела. Только то, что в этот же момент происходило в лагере Культа…

И тут до меня дошло, что же это такое было.

– Мы должны вернуться в твой лагерь! – выдохнула я, вскочив на ноги.

– Нет.

– Что? Как это нет?!

– Ты опять рухнешь в обморок из-за стихии буревестника, зачем нам возвращаться?

– Что за ерунда, Макон? С какой стати ты настолько волнуешься из-за меня?!

Тут над нашими головами пролетели драконы. Этот звук я уже ни с чем не спутаю. Я успела заметить только ярко-красные крылья, а после они исчезли.

Макон проследил за ними взглядом и даже не удивился появлению драконов. Значит, он точно знал, не только кто летит, но и куда.

И тогда паззл сошелся.

– Это была Этель, да? – догадалась я. – Она ведь не в Чертоге, иначе ты бы тоже не шлялся по лесам просто там. Она где-то здесь? Почему?

– Ты не имеешь права звать ее по имени! – рявкнул он.

Он хотел отойти в сторону, но я поймала его за руку. Он недовольно обернулся.

– Макон, ты должен помочь мне. Стихия огня умирает! Твоя королева должна узнать об этом!

Макон моргнул. А после расхохотался.

– Что за ерунду ты несешь, Марина? Как стихия может умереть?

– Вайс сделал все, чтобы случилось именно это. Ты видел его дракона. Он убивает стихии, а я видела, как к нему примкнула одна из семей огненных драконов. И благодаря фениксам, сегодня Культ пустил в расход тысячи прислужников огня. Все они погибли, Макон… И сейчас на их место пришла Пустота.

– Видела? – прервал он меня. – Во сне, что ли? Тебе приснился кошмар, и ты решила, что я должен верить в это?

– Да выслушай же ты меня, кремниевый упрямец!

– Нет, это ты меня выслушай, Марина! – процедил он. – Не знаю, что ты возомнила о себе. И не знаю, как умудрилась выжить и почему на тебе эти странные татуировки, но не думай, что я так легко поверю истинной буревестника. Да, я держу тебя здесь, чтобы ты не умерла в Гранатовом лесу. Но не из жалости к тебе, просто ты слишком важная пешка в этой войне, чтобы так просто от тебя избавиться. Хотя видят небеса, я бы сделал это. И стоял бы и смотрел, как ты корчишься от боли!

Я вдохнула и выдохнула. Ну вот и истинное лицо Макона. Все в порядке. Он все тот же кремниевый ублюдок, а то «хочешь ножку кролика», «удобно ли тебе, девица». Всего лишь очередная удобная маска.

– Если сейчас, Макон, ты не сделаешь все так, как я тебе велю, то очень скоро это я буду стоять и смотреть, как ты корчишься от боли. Вайс создает драконов из трех стихий. Это огонь, земля и время. Огонь он уже уничтожил.

– Стихии часть этого мира! Может быть, в твоем мире магии не существует, но в Гийлире ее невозможно уничтожить!

– Тогда попробуй зажечь огонь, раз ты не веришь мне. Если я лгу, то у тебя все получится. Давай!

Макон остался стоять, глядя куда-то вдаль над макушками деревьев. Он то и дело сжимал и разжимал кулаки. Вероятно, именно туда полетели драконы. И если они были огненными, то у меня для них плохие новости…

– Не знаю, куда полетела королева, но она из огненных, Макон, – тихо сказала я. – Ладно я, но тебе и на нее наплевать? Она должна знать о том, что у вас другой враг. И это не Вайс. Это Пустота, которую вы создаете вместе с Вайсом. Он – убивая стихии. Вы – убивая чужестранок. И под натиском Пустоты весь Гийлир перестанет существовать, если вы не остановитесь.

Макон резким движением отбросил за плечи стальной плащ и достал из кармана кремень. Нагнулся к потухшим углям, набросал сухого мха.

Чиркнул.

Дважды.

Трижды.

Я перевела взгляд вверх, на квадрат неба между ветвями. Солнце уже полностью зашло за горизонт, и теперь небо окрасилось в темно-лиловые цвета. Бегущие в прорехах между ветвями облака были кроваво-красными.

Макон продолжал выбивать искру.

Пока со всей злости не метнул несчастный камень далеко от себя.

– Что будет с Этель? Говори! – крикнул он.

– Королева не прислужник и не состоит целиком из стихии. Но все равно ей будет сложно. И очень плохо. Неужели ты так и будешь сидеть, сложа руки, Макон?

Он развернулся ко мне, сверкая глазами, и кивнул:

– Идем.