Глава 11

Убийство в академии

Ричард Лерой

– Зачем вы прицепили к леди маячок? – сурово спросил бывший ректор, и его прозрачные брови сдвинулись на переносице.

– Леди Бренд слишком часто влипает в неприятности. Считаю это уместным, – жестко ответил дракон.

Лерой не собирался оправдываться перед бывшим ректором, слывшим склочным, но умным магом при жизни. Морган даже на родственника короля умудрился подать в суд, когда тот попытался оспорить часть земель академии.

– Так зачем вы здесь? – спросил дракон.

– Я? Ах да. Срочно к Портеру, у нас происшествие!

Личность Моргана подернулась рябью, и Лерой понял, что ситуация не из простых и нужно торопиться. Дракон открыл портал и вышел у кабинета действующего ректора.

– Что произошло? – прямо спросил инквизитор, застав Портера одного.

– Ричард, пропала студентка. Первокурсница. И я должен доложить об этом в полицию немедленно.

– И что не так? Ты отлично знаешь процедуру обращения в полицию, сам там работал.

– Все не так, – выдохнул Питер и подвинул папку с надписью «Илона Краус». – Читай.

– Негусто, – протянул Лерой, глядя на несколько бумажек.

Приказ о зачислении, заявление самой Краус о принятии ее на факультет бытовой магии, анкета девушки.

– Сирота, имеется опекун, небогатая семья. Она успела с кем-то подружиться?

– И даже отличилась не с лучшей стороны. Не далее как вчера под предводительством Габриэллы Патти приставала к студентке Бренд.

Знакомая фамилия заставила Рича оторвать взгляд от анкеты Краус.

– Рассказывай, – потребовал дракон, ощутив желание наказать обидчиц Кэтрин.

– Патти пыталась выжить Бренд из ее комнаты, но получила отпор. Видишь ли, проживающая там до Кэтрин студентка вышла замуж за дракона и бросила учебу. Наивные девицы считают, что дело в жилье, а не в характере и внешности.

– Глупость, – согласился дракон.

При чем тут помещение, наполненное вещами, если в голове девицы пусто.

– Но это еще не все. Патти на глазах своих подруг попыталась напасть на Бренд, но свалилась в шиповник. Ректор Морган подтвердит.

– Так и было, – раздался скрипучий голос, хотя сам призрак так и не показался.

– Поставлю заслон на кабинет, мог бы и проявиться, а не подслушивать, – беззлобно проворчал Портер.

Видимо, пользы от бывшего ректора было все же больше, чем предполагаемого вреда. Да и куда Морган теперь денется, ведь он сам привязал себя к вечному служению на благо академии.

Дракон в очередной раз убедился в правильности индивидуальных занятий с Кэтти. Вот глупые, вздумали напасть – и на кого? На боевого мага, который во время спонтанного выброса силы мог превратить в ледяную статую или, того хуже, не оставить от обидчиков мокрого места? Ричард не сомневался в таланте истинной, но понимал, что, как любому новичку, Кэтрин нужно обучение.

– Больше столкновений не было?

– Нет. Я наказал скандалисток мытьем посуды и полов на кухне. Физически, без магии! Проблема лишнего времени у начинающих бытовиков была решена, – ответил Портер и самодовольно хмыкнул.

Набежавшая на лицо ректора улыбка тут же пропала.

– Так что скажешь, Рич?

– Опекун Илоны Краус в курсе?

– Пока еще нет.

– А ты уверен, что девица пропала, а не передумала учиться? Не все добровольно хотят протирать штаны и юбки за партой. Краус могла влюбиться и сбежать.

Во время учебы самого Лероя несколько девушек так и сделали – вышли замуж и забрали документы.

– Не уверен, но чувствую, что неспроста ее подруги забили тревогу. Поможешь, Ричард? Скандал в академии в самом начале учебного года ни к чему.

– Помогу. А оповестить полицию все же стоит. И потом, Питер, проверили дом девушки? Вдруг ей удалось незаметно улизнуть? Свидания, о котором не знают лучшие подруги, никто не отменял.

– Нет еще, я завален делами поступивших, но займусь немедленно. Краус небогата, но с хорошим потенциалом магии, и я даже не пойму, куда она могла деться.

– Дашь разрешение на доступ в ее комнату?

– Непременно. Буду рад, если ты облегчишь мне эту часть работы. И знаешь, я не зря взял тебя в академию, как чувствовал, что пригодишься не только в качестве магистра.

– Пифием, случайно, не подрабатываешь? – хмыкнул инквизитор, но вышло невесело. – Если пронюхает желтая пресса, горячо будет всем.

– Сплюнь, – искренне согласился Портер.

– Вот еще, плеваться в кабинете ректора! – возмутился Морган и наконец-то проявился. – Вы бы лучше по дереву постучали, чем безобразничать.

Не сговариваясь, Портер и Лерой побарабанили пальцами по столешнице, а старик в ответ кивнул и удовлетворенно задрал свой прозрачный нос.

Кэтрин Бренд

Я вернулась к себе в полном смятении чувств. Лерой оказался не таким заносчивым, как мне увиделось в первый раз, а еще он улыбался, и делал это совершенно искренне, что сбивало с толку. Где раздутое драконье самомнение и ненависть к девице, из-за которой он лишился кучи денег? Правда, мужчина не преминул напомнить, что было бы, откажись он погасить долг за моего отца, из-за чего мелькнуло желание уколоть родителя и Лероя. Только я хоть и понимала правдивость сказанных драконом слов, но близко к сердцу не приняла. У отца нет чувства меры и совести, вот к нему и претензии. А еще к мачехе, которая поддерживала все начинания мужа и имела свободный доступ к их семейному счету.

С огромным облегчением я сгрузила учебники на стол и осмотрелась. Все на своем месте, порядок полный, так чем бы мне заняться? Я потерла запястья, пытаясь размять их после переноски книг, и взгляд сам собой упал на то место, где еще недавно красовалась печать. Кикиморе я не доверяла с первого дня и сейчас чувствовала, что избавление от метки только к лучшему.

Пока вспомнила, решила написать письмо бабуле. Рассказать про книги и про шустрого дракона, который теперь тоже в академии и при виде меня ни слова не сказал про свадьбу. На несколько минут я задумалась, стоит ли говорить про Ричарда Лероя. А потом решила, что такое скрывать ни к чему. Это важный момент, и бабушка должна про него знать.

Записка получилась почти на страницу, и я, пририсовав в конце сердечко, сложила лист в несколько раз и засунула его в почтовую шкатулку. После чего потянулась к учебнику, лежавшему наверху стопки книг. Успела пролистать несколько страниц, когда почтовик пиликнул, оповещая о получении нового письма.

Ответ от бабули был не слишком длинным, но содержательным, и, прочитав его, я встревожилась. Ба отчего-то радовалась гневному письму отца, которое он прислал сегодня утром. Подробности я так и не узнала, но поняла, что в нем нет ничего приятного. Лорд Генрих Бренд мог быть мстительным, если его что-то не устраивало.

Бабушка сообщила, что собирается в столицу вместе с Динаром Лукаром, и они непременно меня навестят. Планируют сделать это на второй учебный день, чтобы не отвлекать меня.

Я порадовалась за бабушку, а шкатулка снова пиликнула. Наверное, ба что-то забыла рассказать, а скорее, дать какие-нибудь наставления. Но увы, желающей прочитать мне нотацию оказалась мачеха. На всякий случай я повертела бумагу в руках. Как смогла, проверила ее на наличие заклинаний, ведь с этой дамы станется подсунуть мне какую-нибудь гадость. Затем принялась читать:

«Кэтрин Бренд, мерзкая девчонка, как ты могла так с нами поступить? Твой отец со вчерашнего дня при смерти, едва дышит, ничего не ест и не пьет, а врачи запретили ему вставать. Срочно приезжай, может быть, успеешь вымолить у Генри прощение».

Написанное сквозило резкостью, и даже намека не промелькнуло на нормальное обращение. Само собой, воображение нарисовало картинку, где я, вся в слезах и шмыгая носом, стою на коленях у постели родителя и пытаюсь произнести какие-то слова. Однако даже фантазии отказывались выдать что-нибудь вразумительное и с раскаянием.

Подозрительное послание!

Письмо от мачехи я отложила и снова взяла бабушкино, еще раз перечитала его. Сразу наткнулась на упоминание, что отец прислал ей свою гневную записку сегодня утром. Получается, родитель при смерти только на бумаге? Как я и думала, мачеха попыталась меня обмануть, чтобы я сама прискакала в их дом и попросила ускорить свадьбу с драконом.

Ну уж нет, никуда я не поеду. И ответ писать тоже не стану.

Выдохнув, я продолжила читать письмо от мачехи: «А если не явишься, то горько пожалеешь. Ты еще меня не знаешь!»

Да чтоб тебя, дурная женщина! Вот привязалась. Радовалась бы, что я к ней в гости не еду и не горю желанием это делать. Светлая упаси еще раз с ней встретиться!

От накатившей злости я не выдержала и плюнула прямо в бумагу, и та загорелась! Да! Вспыхнула, как сушеная береста, которую бросили в камин.

Пальцы обожгло, и письмо выпало из рук прямо под ноги. Я принялась топтаться по нему домашними туфлями, размазывая пепел и искры по полу. Огонь погас сразу, практически не причинив никакого урона, если не считать испачканной тряпичной обуви. А еще пострадало самолюбие, потому что следовало заморозить эту бумажку, как экзаменационный артефакт ректора, я же отплясывала, как крестьянка во время осенних народных игрищ.

Стук в дверь застал меня за самым плебейским занятием – мытьем пола. Я нарочно заставила себя это делать, а не воспользовалась магией, чтобы в следующий раз не забыть про волшебство. Засунув ведро с тряпкой в шкафчик в ванной комнате и ополоснув руки, я поспешила к двери.

– Ты спала? – Марта критически осмотрела меня с ног до головы. – Что у тебя с обувью?!

– Ерунда, – отмахнулась я. – Проходи. Как прошло знакомство с преподавательницей?

– Отлично. Кэтрин, наша Майра Остин такая классная! Да ты ее видела, это действительно та красотка из столовой.

– Рада за тебя, – отозвалась я, осознав, что ведьма-магистр мне не нравится. Совершенно!

– А еще я встретила Грега и Сарха, и они предупредили, что не смогут пойти на свидание.

– Можно подумать, нас на него кто-то приглашал, – хмыкнула я и сдула прядь волос, упавшую на глаза.

– Змеи предложили встретиться за ужином и все обсудить. Представляешь, у них тренировка у того дракона со шрамом. Как ты думаешь, Кэтрин, кто оставил ему такую отметину?

– Марта, это точно магия, иначе бы целители давно все исправили.

– Я тоже так считаю.

Стук в окно заставил меня обернуться. Распахнувшиеся створки вполне обычное дело, тем более что совсем недавно я проветривала. Вот только я точно помнила, что перед самым приходом подруги прикрыла окно и заперла его на защелку.

– Что-то не так? – поинтересовалась Марта.

– Все в порядке. Проветривала и забыла закрыть.

– Нужное дело! Кэтти, родители прислали мне пирог с малиной, как ты смотришь на то, чтобы перекусить перед ужином?

– Согласна, – совершенно искренне отозвалась я. Какой нормальный студент откажется от малинового пирога?!

И прежде чем уйти, повторно заперла окно и переобулась. Туфли не подгорели, а всего лишь испачкались; когда вернусь, вычищу их. Это на берегу озера я не могла помочь ни себе, ни друзьям, только воспользовалась заклинанием сушки. Дело в том, что для чистки нужно снимать одежду, а смотреть на стаскивающих портки Сарха, Грега и даже Картера не было никакого желания. Надеюсь, теперь-то они обязательно выучат это крайне нужное заклинание бытовиков.

Ричард Лерой

– И что думает инквизиция по поводу пропажи? – заинтересованно спросил Морган, стоило дракону попасть в комнату Илоны Краус.

Лорд покосился на торчащую из двери голову призрака и поинтересовался:

– Ректор Морган, вы ведь и сами могли все здесь рассмотреть, и не раз.

– Мог, – согласился старик. – Но некогда было, и потом, это комната девушки. Разве позволительно войти в нее без особой нужды?!

У призраков порой своя логика, поэтому дракон прекратил расспросы и принялся за дело. С первого взгляда в комнате девушки царил порядок. Сложенные стопочкой книги на полке, идеально заправленная кровать, однако именно это Лерою и не понравилось. Рич без стеснения распахнул шкаф, затем проследовал в ванную комнату, и везде наблюдалась одна картина – ни единой вещи студентки Краус. Ничего совершенно.

– Ректор Морган, что вы думаете: как обычный человек, пусть даже одаренный магической силой, мог проскользнуть мимо призраков?

– Мы не вездесущи, и у нас есть свои дела. И потом, Лерой, ты же в курсе, что нас не так уж и много, таков закон.

Дракон кивнул. Академия не приют для всяких сущностей, иначе бы у инквизиторов стало больше работы. Но как простая девчонка могла раствориться бесследно?

Лерой перешел на магическое зрение и снова осмотрел комнату, не забыл заглянуть и под кровать. Никаких следов остаточной магии, которая развеивается в течение часа или двух, что только подтверждало очевидное: девица понимала, что делала. Либо ее вел кто-то опытный, знающий расписание жизни в академии.

– Ничего? – поинтересовался Морган, вслед за драконом заглянув под кровать.

– Нет, – покачал головой Ричард.

Он поднялся и скинул с постели подушку, а за ней и одеяло. Цепкий взгляд выхватил мятый клочок бумаги, торчащий между кроватью и стеной.

«Любимая, я жду нашей встречи! Уверен, что уже завтра на рассвете мы обвенчаемся в Сент-Лохе. Надеюсь, что в полночь ты придешь к фонтану, а дальше я все решу. Не забудь забрать свои вещи и непременно уничтожь эту записку! Обожающий тебя герцог де Дурильи».

– Вот оно что, – мрачно выдохнул Морган. – Вообще-то, фонтанов на территории несколько, и мы можем мимо них передвигаться, только вот уже целую неделю даже призракам требуется отдых. Эти первокурсники как дети – везде лезут, и все им надо. Никакого порядка, веришь, Лерой?! Пугать их хорошо, даже приятно, только получается, что все равно мало.

Инквизитор уставился в текст и постарался сосредоточиться на том, что узнал. Ричард был уверен, что никакого герцога де Дурильи нет, но на всякий случай следовало это разузнать. Сент-Лох также существовал исключительно для влюбленной Краус. Записку студентка перечитывала много раз, иначе бы не измяла и не потеряла ее. Можно было бы поверить в то, что девушка сделала это нарочно, но вряд ли это так. Иначе бы она оставила и другие зацепки.

Больше ничего важного Лерой не обнаружил, а раз так, то пора бы и прогуляться. Накинув полог невидимости, он отправился на поиски пропавшей студентки.

Ближайший фонтан был занят целующейся парочкой. Дракон заметил промелькнувшие рыжие волосы и тут же понял, что это не Кэтрин. Наверное, он сойдет с ума, если будет видеть истинную редко и исключительно на расстоянии вытянутой руки. А как хотелось прикоснуться к Кэтти, почувствовать мягкие губы, вдохнуть запах нежной кожи.

И где сейчас его беспокойная истинная?

Появление из воздуха головы призрака прогнало влюбленных. После чего довольный Морган показался полностью, а затем и вовсе уселся на ближайшую скамейку и закинул ногу на ногу.

Дракон обошел вокруг мраморного бортика фонтана и ничего подозрительного не обнаружил: камни, дорожки, скамейки и ровно скошенная травка. Разве что попались две обертки от конфет, от которых все еще пахло шоколадом. Только их мог оставить кто угодно.

Никаких следов пропавшей девушки и ее ушлого герцога.

– Как успехи? – поинтересовался Морган.

– Ректор, давайте перемещаться к дальнему фонтану.

– Он старый и плохо работает, что там смотреть. А здесь чудесный вид, отлично просматриваемое место. Может, еще кого-нибудь напугаю. Непременно наведаюсь сюда ночью, наверняка удастся кого-нибудь довести до крика. А чем тебе здесь не понравилось?

– То-то и оно, что тут и фонари неподалеку торчат, и ни одного высокого куста. Вряд ли Илоне Краус назначили свидание на том месте, где им могут помешать. Пойдемте к дальней части парка. И будет лучше, если вы сначала осмотритесь, а уж потом будете пугать народ.

– Так я для дела, – оскалился Морган.

Старик развлекался, но словам дракона внял. Лерой был не против, что в спутники попался тот, кто знал об академии гораздо больше, чем он сам.

Дракон понимал, что его никто не видит, и все же ему даже не пришлось лавировать между гуляющими студентами. Люди словно чувствовали опасность и сами уходили с пути инквизитора. И только попавшаяся на глаза магистр зельеварения Майра Остин что-то выискивала в стороне от каменной дорожки. Она согнулась над каким-то растением и ловко обдирала его лепестки.

Сумка, перекинутая через плечо ведьмы, выглядела набитой, а сама Майра – очень довольной. Удобно, конечно, никуда выходить не нужно, все на территории академии. Рич ступал тихо – заговоренные кожаные подошвы заглушали звук шагов. И все же, едва дракон поравнялся с Остин, она вдруг оторвалась от своего занятия. Оглянулась и нахмурилась с непониманием. Женщина что-то почувствовала, на идеальном белоснежном лице застыла маска тревоги.

Дракон не стал скидывать полог невидимости, а двинулся дальше. Сделав несколько шагов, Лерой обернулся, и тут же поднявшийся ветерок взметнул подол ведьмы до пояса, продемонстрировав черное нижнее белье.

Остин зашипела, одернула юбку и послала непонятно кому витиеватые проклятья. После чего снова повертела головой, при этом не переставая ругаться.

Ждать, когда Майра выговорится, Ричард не стал, а направился к показавшемуся невдалеке фонтану. Обернувшись через десяток шагов, дракон увидел лишь спину удалявшейся женщины и услышал донесшийся издалека смех студентов.

– Зачем ты это сделал? – спросил в пустоту дракон.

– Я прогнал ее, – сообщил веселый Морган.

– Кто-то стеснялся заходить в комнаты к девицам, – напомнил Лерой и усмехнулся.

– Так то в комнаты, а тут улица.

– Ненависть к ведьмам? – догадался Рич.

– Моя первая супруга была ею.

– А вторая?

– Некромантом, – мрачно признался ректор. – Никогда не женись на таких, иначе всю жизнь будешь смотреть на лысую макушку, а не любоваться распущенными волосами и уложенными косами. С женой мы прожили ровно год, а потом разбежались.

Дракон усмехнулся и двинулся дальше. Народа попадалось все меньше, а эта часть парка оказалась запущенной. Самое то для преступлений и свиданий.

Осмотр фонтана не занял у Лероя много времени. Типичное для небольших городов изваяние – писающий мальчик с едва журчащей струйкой.

– Пошлятина, – восхищенно произнес Морган, глядя на облезлую фигуру.

– Откуда в стенах академии такая статуя? – поинтересовался Лерой.

Кажется, в годы учебы он тоже задавался этим вопросом, но недолго.

– Когда-то я выкупил земли у города и присоединил к академии, – пояснил ректор. – Фонтан вполне сносный, и есть куда макнуть разгоряченные головы.

Лерой принялся искать дальше, все расширяя площадь осмотра. Моргану было скучно в одиночестве, поэтому он все время находился рядом. Лорд направился к зарослям, которых вокруг было множество. Старая часть парка выглядела уныло, бросались в глаза бесформенные кусты и заросшие клумбы с торчащими обломками бордюра. Показавшаяся впереди каменная стена заставила Ричарда остановиться.

– Я прав, там кладбище?

– Все так, Лерой. Наше, академическое, – подтвердил ректор и задумчиво посмотрел в ту сторону. – И я там лежу, но…

– Что-то не так?! – Дракон заметил недовольство, промелькнувшее на лице бывшего ректора.

– Возмутительно! Ну ничего эти первокурсники не боятся! Целуются прямо у моей могилы!

Действительно возмутительно. Как посмели делать это днем, а не ночью, когда студенты-некроманты предпринимают вылазки на кладбище, стремясь друг другу что-то доказать? Уголки губ Ричарда насмешливо дернулись, но маг быстро придал лицу суровое выражение. Ректор же стремительно двинулся по направлению к стене, а затем просочился через нее, совершенно не прячась. Через несколько секунд послышался девичий визг и нарочито мерзкий хохот Моргана, довольного удавшейся проделкой.

Дракон же двинулся дальше, внимательно глядя под ноги. Примятая кое-где трава выглядела крайне подозрительной, а уж насколько не понравился ему вид перекопанной свежей земли, присыпанной листьями! И все это прямо под каменной стеной в заросшем крапивой кустарнике.

Ричард повертел головой в надежде увидеть хоть какое-то орудие для копки, и оно нашлось неподалеку. Из травы торчала старая поржавевшая лопата с обломанным черенком.

– Что нашел? – поинтересовался вернувшийся Морган.

– Подозреваю, здесь что-то спрятано. Вы можете нырнуть под землю, чтобы убедиться, стоит ли копать? – поинтересовался дракон, отчего-то уверенный, что ректор откажет.

– Нет, – покачал головой призрак. – На стену наложено заклятие, чтобы никто из юных дарований чего-нибудь не учудил, ведь за ней кладбище. Магический фон сильно мешает.

– Тогда придется взяться за лопату, – пожал плечами Лерой и потянулся к обломанному черенку.

К слову, никаких магических следов на ней не было, чему дракон даже не удивился: земля и глина, прилипшие к ржавчине, давно высохли. А вот подозрительное бурое пятно заставило отдернуть руку.

– Ректор Морган, будьте добры, вызовите ректора Портера. И пусть прихватит какое-нибудь покрывало, оно нам точно пригодится.

– Уверен, Лерой?

– Более чем, – кивнул дракон и ткнул пальцем в засохшую кровь.

Спустя несколько минут Питер Портер, хмурый и сосредоточенный, копал землю, а дракон присматривался, не попадется ли на глаза что-нибудь еще. Увы, но острый нос некогда желтых туфелек первым показался на свет, а дальше пришлось разгребать руками. И без использования магии земли, ведь неизвестно, какими заклинаниями обложили погибшую.

– Как чувствовал, что без полиции не обойдется! – прошептал действующий ректор.

– Таковы правила, – пожал плечами дракон и присел перед девушкой. – Это точно Илона Краус?

– Она, – подтвердил Портер. – У меня хорошая память на лица.

Инквизитор рассматривал худую девицу, и ее внешность его очень настораживала. Даже в полумраке деревьев была заметна бледность кожи девушки и неестественный синюшный оттенок.

– Скорее всего, тело обескровлено, – заметил Рич.

– Только этого мне и не хватало, – буркнул Портер, осматривая погибшую. – Не задушена, позвонки вроде бы целы. Жаль, что нельзя прямо сейчас получить вывод патологоанатома.

– Зато потом мы сможем увидеть все бумаги, а заодно отчет от некроманта, – добавил Морган.

– Хорошо, если с некромантом повезет, – вставил свое слово дракон. У него обострились все чувства, а так всегда бывало, когда в преступлении участвовала нечисть.

Лерой поднялся на ноги и принялся осматривать траву и кустарник, пока не прибыла полиция и не затоптала все вокруг.

– Угу, – буркнул Портер.

Все прекрасно понимали, что некоторые черные специалисты способны уничтожить мозг, и тогда работать становится не с чем.

И чем дольше дракон находился здесь, тем сильнее опасался за Кэтрин, влипающую в неприятности по любому поводу. Ни одна фамилия не звучала из уст ректора чаще, чем Бренд.

Дракон еще раз убедился, что маячок на любимой – это благо, что бы там ни думали остальные.