Вернуть невесту. Ловушка для попаданки 2 — Глава 18

Глава 18

Чем ближе я подходила к площади перед главным домом, где шло основное сражение, тем громче становились звуки боя – лязг, грохот, гулкие удары, от которых сотрясалось все вокруг. Ярче вспыхивало зарево боевых плетений и заклинаний. Сложно стало незаметно снимать иллюзию с сумеречных переходов, мимо постоянно кто-то проносился, то каэды, то маги. И однажды я чуть не попалась – бросила заклинание, уничтожающее покров невидимости, в тот самый момент, когда из портала показалась уродливая когтистая тень.

Каэд мгновенно почуял неладное, закрутился волчком, взвыл так, что кровь в жилах застыла от ужаса, и метнулся к дереву, за которым я стояла. Прятаться от него было бесполезно, бежать тоже. Оставалось принять бой.

Я потянулась к искре. Она уже привычно вспыхнула, горяча кровь, но тут неподалеку мелькнул гибкий силуэт, и каэда буквально смело яростным песчаным вихрем, а потом еще и сверху припечатало увесистыми булыжниками, погребая под завалами.

В первый момент я ощутила облегчение, но новая мысль заставила замереть на месте и похолодеть.

Песчаный вихрь? Магия Земли! Значит, это боевик из клана Химер. Неужели?..

– Кто там? – послышался знакомый голос, тут же подтвердивший мою догадку. – Выходи.

Белисса…

Ну почему мне так не везет?

Племянница Джаланы развернулась в мою сторону, безошибочно отыскав взглядом нужное дерево. Она явно заметила, что там кто-то скрывается, напряглась, в воздухе закружились пылинки, стремительно увеличиваясь в размерах и формируя «каменный кулак». Молчать дальше не имело смысла, да и простенький отвод глаз на мага ее уровня не действовал, и я, вздохнув, шагнула к Химере.

– Эннари? – Белисса даже отшатнулась в первый момент, видимо, от неожиданности. Но тут же опомнилась и обвиняюще ткнула в меня пальцем. – Что ты тут делаешь?

Так и подмывало ответить: «А ты? Почему здесь, а не сражаешься, рядом с Фениксами и Драконами»? Но я не стала этого делать. Самое важное – побыстрее попасть к Кайдену. На пустые споры и ссоры просто нет времени.

– Меня послали к мэтру Хоббу. Помочь, – пояснила неопределенно. – Сейчас каждый человек на счету.

Белла пренебрежительно скривилась.

– Ты? Да что ты можешь? Твоя искра давно погасла. Ты неодаренная. Должна сидеть дома и не мешаться под ногами, – произнесла она, как плюнула. Осмотрела меня с ног до головы, уже более более внимательно. – И что это на тебе за костюм?

– Отец подарил в честь окончания академии, перед самым несчастным случаем. Так и пролежал. Я его не надевала ни разу, сегодня впервые. В платье недобно бегать, сама понимаешь, – произнесла спокойно, гадая, узнала ли «подружка» редкий раритетный доспех. И тут же перевела разговор на другую тему: – Я не целитель, но разбираюсь в снадобьях, мэтр научил... У меня есть все, что нужно для первой помощи.

– Разбираешься, значит? – фыркнула Химера. Уставилась на поясную сумку, прищурилась подозрительно и приказала: – Что ж, показывай свои снадобья.

– Но…

– Немедленно! Я должна проверить. Мало ли, что ты там прячешь. Бегаешь здесь в разгар боя, ото всех скрываешься, каэды опять же вокруг вертятся. Так что, доставай. Быстро. Или тебе помочь?

Голос Беллы ощутимо потяжелел, пальцы вновь окутала магия. Она явно не шутила и отпускать угодившую в ее руки жертву не собиралась, а я…

А у меня в карманах лежали портальные артефакты. Они, конечно, замаскированы сумеречным заклинанием, Кетра, вон, даже не разглядела, что раскладывал на земле Эндер, просто догадалась. Но Белисса – очень сильный маг и способна, если не увидеть, то почувствовать. Рисковать, в любом случае, нельзя.

– Да-да, сейчас покажу, – закивала, округлив глаза и «испуганно» косясь на Химеру. – Вот… Укрепляющее… Кровоостанавливающее… А это особое изобретение мэтра, невероятно эффективные пилюли. Смотри…

И я протянула Белле маленькую желтую сферу.

Химеру подвело ее всегдашнее надменное презрение к неодаренным. И ко мне. Она наслаждалась ситуацией, своей властью, силой, вседозволенностью, возможностью унизить давнюю соперницу, которой всегда завидовала, наказать, придравшись к чему-нибудь. Упивалась этим и не ожидала подвоха.

Я лишь на мгновение сжала пальцы, когда «подруга» опустила голову, рассматривая то, что лежало у меня на ладони. И тут же, набрав в грудь побольше воздуха, задержала дыхание, когда сфера послушно лопнула, выстреливая сонным порошком прямо Химере в лицо.

Секунда… Пять… Десять…

Все. Можно выдыхать.

Белиссу я тоже оттащила в кусты, как и кузенов. Надеюсь, это не войдет у меня в привычку, и путь к главному зданию не будет усеян бесчувственными телами, рассованными по густым зарослям. Связывать не стала, не потому, что пожалела – подходящей веревки больше не нашлось. Ладно, пусть с ней Шуаррэг разбирается: сочтет, что помощь магини необходима Фарну на поле боя, сам разбудит.

Сообщила Фене о том, что произошло, и поспешила дальше.

Быстрее… Быстрее…

Я и так потеряла много времени.

Последние несколько порталов нашла уже на подступах к центральной площади, сняла иллюзию и услышала наконец от птица радостное:

– Все, Ань, достаточно. Сейчас Шур зачистит последние, и я соединю алтари. Осталось немного. Ты пока пересиди где-нибудь.

Пересидеть? Ну уж нет. Только не сейчас, когда сердце бухало в груди кузнечным молотом, а во рту поселился отчетливый солоноватый привкус крови. И почему-то казалось: еще чуть-чуть и будет поздно. Я просто не успею.

Упрямо тряхнулась головой и, почти не скрываясь, понеслась вперед. Обогнула последний дом, который торцом выходил на площадь, и замерла, потрясенная увиденным.

Каэдов оказалось не просто много – чудовищно много. Защитники Твердыни явно уступали им в численности, несли большие потери, но все же держались. Пока держались. Благодаря Фарну.

Наследника я заметила сразу – он сражался возле огромного сумеречного портала, весь окутанный ослепительными грозовыми молниями, которые непрерывно били из его рук. А вокруг носились разъяренные тени, похожие на огромных зубастых червей. Казалось, Кайден находится в центре бушующего торнадо или густого штормового облака.

Хорошо, хоть на этот раз каэды не прятались под невидимостью, наверное, не успели достаточно укрепиться на нашей территории. И все равно ситуация складывалась для обороняющихся не лучшим образом – они продолжали отступать. А наследник… несмотря на опыт и силу, он все-таки был один.

– Фень, Шур, вы еще долго? – я отступила в нишу между колоннами, с тревогой наблюдая за тенями, которые бросились в очередную атаку и облепили Кайдена так густо, что он совсем скрылся из виду. – Поторопитесь. Фарну помощь нужна. Срочно.

– Заканчиваю, – откликнулся птиц.

– Я тоже, – на этот раз ящер не только услышал меня, но даже ответил. – Осталась пара артефактов. Скоро буду.

Скоро…

Каэды будто угадали, о чем говорят звери, а может, просто почувствовали неладное – завертелись быстрее, заметались, вереща истошно, пронзительно. И сумеречный портал откликнулся на их зов. Яростно забурлил, выплеснулся на площадь угольно-черной слизью, и та поползла по каменным плитам, стремительно разрастаясь.

Попавшие в грязное пятно каэды замерцали, а потом начали выцветать на глазах, исчезая. Теперь я могла различить их, только перейдя на истинное зрение, а Фарн и остальные защитники, похоже, вообще потеряли из виду. Тени все-таки нашли способ обрести невидимость.

Маги растерянно оглядывались, не зная, куда бить. Я крикнула, предупреждая, но голос утонул в шуме битвы, в непрерывном вопле сумеречных, не долетев даже до ближайшего человека. Да и каэдов слишком много – обо всех просто не успею сказать.

Вот отшатнулся, зажимая бок, один из бойцов, отлетел в сторону и уже не поднялся другой. Фарн еще держался, каким-то чудом предугадывая, откуда последует атака. Но он в любую секунду может ошибиться, пропустить смертельный удар, и тогда…

– Феня, Шур! – завопила я, уже понимая, что звери не успевают.

А портал продолжал выплескивать тягучую зловонную слизь. Хоть бы он ею захлебнулся.

Представила, как запихиваю обратно в сумеречную пасть мерзость, что оттуда вытекала, заставляя подавиться. Ну, подобное мне, конечно, не под силу, но что-то нужно сделать. Даже, если другие кланы сюда прорвутся, они ведь тоже каэдов не увидят.

В голове проносились обрывки сумбурных мыслей. Вспомнилось, как мы добирались до столицы, и кто-то сбил настройки пространственного перехода. Значит, его можно сломать. А клин, как известно, клином вышибают… Внезапно возникшую идею, иначе, чем озарением, трудно было назвать, но я ухватилась за нее, как утопающий за спасательный круг.

Теперь бы сообразить, как все осуществить.

До портала оставалось совсем немного, но там шла битва – проносились атакующие заклинания, вертелись, вспарывая воздух когтями, гибкие тени. Меня пока никто не заметил, но если сейчас выйду из укрытия…

Неподалеку со стоном упал еще один маг, за ним второй, третий, куртка Фарна тоже окрасилась кровью, и я решилась. Вынула из сумки артефакты, что забрала у Эндера, стиснула их в руке, и бросилась вперед.

Время сжалось тугой пружиной и словно застыло. Я уворачивалась, пригибалась, спотыкалась, падала на колено, поднималась и снова бежала… бежала, видя перед собой только одну цель. Руку полоснуло болью – какой-то каэд все-таки достал меня. К счастью, я уже поравнялась с Фарном.

– Нари! – он рванулся ко мне, поддерживая, окружая нас обоих плотной воздушной завесой. Щит Ветра… Долго он не продержится – слишком много энергии сжирает, но нам долго и не надо.

– Кай, доведи меня до портала, – крикнула, задыхаясь. – Это важно. Очень важно.

Он не стал ни о чем спрашивать. Коротко кивнул, и в руке блеснуло лезвие призванного меча, наливаясь магией, прокладывая нам дорогу.

Через мгновение мы уже были на месте, и я, размахнувшись, кинула в центр маслянистой воронки все имевшиеся у меня диски. А когда они с громким чавканьем начали погружаться, накрыла сверху огненным плетением, вкладывая в удар всю силу, что накопила, без остатка – даже алмазное пламя, таившееся в самой глубине источника. За щитом Ветра мое заклинание вряд ли кто-то заметит. А если и заметят… пусть, сейчас главное – уничтожить переход, снять с теней невидимость, с остальным потом разберемся.

– Заканчиваю, – откликнулся птиц.

– Я тоже, – на этот раз ящер не только услышал меня, но даже ответил. – Осталась пара артефактов. Скоро буду.

Скоро…

– Феня, Шур! – завопила я, уже понимая, что звери не успевают.

А портал продолжал выплескивать тягучую зловонную слизь. Хоть бы он ею захлебнулся.

Теперь бы сообразить, как все осуществить.

– Кай, доведи меня до портала, – крикнула, задыхаясь. – Это важно. Очень важно.

– Фе-ень?

– Да жив твой наследник, жив, – буркнул птах как-то напряженно и отвел взгляд.

Таак…

– Феньяр!

– Ну что Феньяр? Что сразу Феньяр-то? Я, между прочим, и сам пострадал…

Закончить феникс не успел – дверь распахнулась, пропуская в комнату Ольму. Увидев меня, девушка радостно всплеснула руками и заголосила:

– Госпожа, вы очнулись! Хвала Двуединому!

В висок будто острая игла впилась, заставляя невольно поморщиться. Да что ж они все сегодня так кричат-то?

– Сейчас я мэтра Хобба позову и леди Мьирру… Но первым все-таки мэтра… Нет, сначала лекарство… Да-да, лекарство вам дам и тогда уж за ними побегу, – бессвязно причитала моя верная помощница, перебирая флаконы на прикроватном столике.

– Подожди, – я перехватила ее руку. Потянула к себе, усаживая рядом. – Наследник… Как он себя чувствует?

Видимо, в моем голосе было что-то такое, что заставило Ольму, тут же осечься, успокаивающе сжать мою ладонь и послушно зачастить:

– Эйрэ выздоравливает, но пока без сознания. Вы только не волнуйтесь, мэтр сказал, что самое страшное позади, нужно только ждать.

– Его забрали во дворец?

– Собирались, но он не позволил себя увезти. Когда вам стало плохо, там, на площади, он держался до последнего. Велел перенести вас обоих сюда, объявил, что вы спасли ему жизнь, вовремя дав нужное снадобье, и он останется во флигеле, потому что целиком и полностью доверяет мэтру Хоббу, как лучшему в империи целителю. Он, знаете, какой упрямый, наш эйрэ? Никто не смог его переубедить, даже повелитель. – Ольма улыбнулась с какой-то затаенной гордостью, а потом уже тише добавила: – И только, когда все ушли, и охранная завеса вокруг сада снова замкнулась, впал в беспамятство.

– Где он? – Я отбросила одеяло, поднялась, немного постояла, кутаясь в халат и пережидая внезапно нахлынувшую слабость, а затем решительно направилась к выходу. – Я должна его видеть.

Фарна поместили в соседней комнате. При одном взгляде на его осунувшееся, бледное, словно восковое лицо, у меня сердце сжалось от резкой, почти нестерпимой боли.

– Сколько он уже в таком состоянии?

– Семь дней, – в комнату, тихо ступая, вошел Хобб, остановился позади меня. – Вы оба пролежали без сознания неделю.

– Однако я уже восстановилась, а ведь наследник намного сильнее меня. Но до сих пор не очнулся… Шуаррэг, – позвала мысленно, чувствуя, что дракон тоже где-то здесь и все слышит. – Вы с Феней оба лечили меня… Зачем? Почему ты бросил Кайдена одного в таком состоянии?

– Считаешь, я не хотел остаться? – возмущенно вскинулся ящер, выныривая из невидимости. – Он не позволил. Велел помогать только тебе… Беспокоился, боялся, что выгоришь. Даже не разрешил положить вас вместе, чтобы мы на него не отвлекались. Это был его последний приказ, и он вложил в него столько силы, что я не смог ослушаться. А раны, нанесенные кэдами… они магические и очень опасны.

Шуаррэг горестно понурился.

– Ясно.

Вот ведь… Фарн. Пусть только придет в себя, точно придушу за такую инициативу. Обо мне он, видите ли, беспокоился. А о себе почему не подумал?

Ладно, отложим эмоции на будущее, сейчас нужно сообразить, что делать.

– Шур, теперь со мной все в порядке, значит, распоряжение выполнено?

– Да.

– Хорошо… Фень, ты можешь через меня вливать энергию в Фарна?

– Могу, – встрепенулся феникс. – В тебе ведь изначально часть драконьей силы, ее даже больше стало. Теперь алмазное пламя…

– Потом… Все потом. И про пламя расскажешь, и об остальном тоже. Когда Кайдена вытащим, – перебила нетерпеливо.

Повернулась к Хоббу и Мьирре, которая как раз в этот момент появилась на пороге.

– Я остаюсь в этой комнате до выздоровления эйрэ. Вместе с ним. Рядом с ним. Пока он полностью не исцелится. Только не надо говорить, что это неприлично. Мне сейчас все равно.

– Мы не скажем, Нари. Кто угодно, только не мы, – матушка приблизилась, мягко улыбнулась. – Ты молодец, все правильно делаешь.

Обняла крепко и шепнула на ухо, касаясь мокрой от слез щекой моей щеки.

– С возвращением, доченька.

Мэтр только кивнул, молча присоединяясь к ней…

Следующие дни как-то совершенно незаметно слились в один – бесконечный, томительный, однообразный.

Я глотала лекарства, которые приносил Хобб, ела, что дают, почти не глядя, не ощущая вкуса. Ненадолго забывалась сном, о чем-то разговаривала с домашними, навещала клановое дерево. Но все это на бегу, урывками.

Основную часть времени я проводила с Фарном. Сидела рядом, впитывала огонь феникса, пропускала через свое алмазное пламя, преобразовывала и отдавала Кайдену безопасную «ледяную» часть – в полном соответствии с инструкциями птица.

Сначала было невероятно тяжело, но постепенно я привыкла, и делала то, что нужно, почти автоматически, зажав в одной руке Слезу, а в другой – жемчужину, которую однажды подарил мне наследник на пике Дракона. Может, это глупо, но я чувствовала, что именно так… только так правильно. Когда совсем уставала, прерывалась на короткий отдых, иногда засыпая прямо в кресле. И с каждым разом мое необычное пламя, будто, набирало мощь, становилось увереннее, сильнее.

Принять… пропустить… преобразовать… отдать… Снова и снова.

Я часами дежурила у кровати Фарна, делилась с ним энергией и смотрела… смотрела… смотрела. На осунувшееся лицо, ставшее, казалось, еще суровее, на губы, даже сейчас упрямо сжатые, на тени под глазами, высокие скулы, лоб, густые волосы, разметавшиеся по подушке… Смотрела и думала. О нем. О себе. О нас обоих. И о том, как изменилась моя жизнь после знакомства с ним.

На Земле я жила, как все мои сверстницы. Так же, как они, общалась с парнями, ходила на свидания, увлекалась. Однажды даже собралась замуж, но не сложилось, и мы расстались – относительно мирно, без громких ссор и смертельных обид. Тогда я полагала, что влюблена, но лишь теперь поняла, что никогда и никого раньше не любила. До встречи с Кайденом. Кроме Кайдена.

Он вошел в мою жизнь незаметно, почти случайно, против желания, но постепенно стал самым необходимым человеком – тем, без кого я уже не представляла своего дальнейшего существования. Я хотела быть с ним, хотела вопреки всему и всем.

Да, это многое усложнит. Он наследник, у него империя, куча обязанностей, а невеста с сильной искрой и без меня найдется. Я попаданка с ворохом тайн, сомнительным прошлым, неясным будущим и со свалившимся мне на голову наследством в виде полуразрушенного клана, который придется долго восстанавливать. Он отвечает за всю империю. Я за Фениксов, которых ни в коем случае не брошу.

В общем, вместе нам точно просто не будет. Вот только порознь уже невозможно ни мне, ни ему. И еще, я почему-то верила, что мы справимся, со всем справимся сообща – решим, договоримся, придумаем. Преодолеем.

Главное, чтобы он побыстрее очнулся.

Я сделаю все для этого.

Принять… пропустить… преобразовать… отдать… И так – до бесконечности.

Иногда ко мне присоединялся Граэм – не часто, дел у него было более, чем достаточно, но, когда выдавалась свободная минута, всегда старался прийти. В коридоре раздавались знакомые стремительные шаги, и я, вскинув голову, уже заранее начинала улыбаться, зная, что сейчас увижу Аллана.

Поделиться энергией Василиск не мог – искры друзей категорически не совпадали, поэтому просто находился рядом. С Кайденом. Со мной. Поддерживал, заботился, заставлял поесть, отдохнуть хоть немного и рассказывал обо всем, что происходит в резиденции.

Фарн, словно предчувствуя неприятности, успел назначить его своим первым помощником и заместителем по всем делам, связанным с Твердыней. Повелитель официально утвердил приказ как раз накануне нападения каэдов, и теперь Аллан, в отсутствии наследника, исполнял обязанности главного дознавателя с правом отдавать распоряжения подчиненным Фарна.

Ну, а я получила возможность узнавать от него все последние новости.

Эндера взяли под стражу. Их с Кетрой допросили, и кузина подтвердила вину брата. Теперь Граэм ждал разрешения от совета магов на то, чтобы использовать сканирующие артефакты и ментальную магию – как оказалось, у Янта-младшего стоял глубокий блок на некоторые воспоминания.

Видана посадили под домашний арест. Нет, в отличие от сына, он не разбрасывал маячки и не открывал дорогу каэдам, но в критический момент вместо того, чтобы возглавить оборону, трусливо спрятался за спинами Фениксов. А это для главы рода равносильно предательству. Теперь ему грозил суд чести.

А вот Белиссу пришлось отпустить. Ей ничего предъявить не смогли, и на ее освобождении настояла Джалана.

Да, и еще, Твердыня, по указанию Граэма, по-прежнему была закрыта для посторонних. Вплоть до окончания расследования.

Именно поэтому нас во флигеле не осаждали толпы жаждущих пообщаться – не докучали и не беспокоили. Ну, и, разумеется, благодаря Хоросу с Шуаррэгом.

Кое-кто, правда, пытался прорваться, издали размахивая срочным письмом от имперского целителя или от повелительницы, желавшей непременно, сию же минуту узнать, как себя чувствует «любимый сын». Но незваным гостям достаточно было лишь взглянуть на дракона с василиском, которые с грозным видом возникали прямо из воздуха у границы сада, и их энтузиазм немедленно угасал, сменяясь острым желанием побыстрее сбежать.